Судья Махмудова А.Р. 

Дело № 22-4130/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Пермь 8 августа 2024 года

Пермский краевой суд в составе

председательствующего Горшковой О.В., 

при ведении протокола помощником судьи Ларионовой Е.В., 

с участием прокурора Евстропова Д.Г., 

адвоката Дорофеева А.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Кучумова Р.Р. на постановление Бардымского районного суда Пермского края от 7 июня 2024 года, которым уголовное дело в отношении 

Т., дата рождения, уроженца ****,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, возвращено прокурору Бардымского района Пермского края для устранения препятствий его рассмотрения судом, меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении постановлено оставить прежней. 

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционного представления, заслушав выступление прокурора Евстропова Д.Г., поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение адвоката ДорофееваА.С. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

органом предварительного расследования Т. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ.

В ходе судебного заседания судом было принято решение о возвращении уголовного дела в отношении Т. прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом на основании ст. 237 УПК РФ в связи с неопределенностью обвинения. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Кучумов Р.Р. указал о несогласии с постановлением суда ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Анализируя предъявленное Т. обвинение, а также обвинение, признанное доказанным приговором Бардымского районного суда Пермского края от 5 марта 2024 года, делает вывод о том, что преступление по настоящему уголовному делу – незаконная рубка 25 деревьев хвойной породы, и преступление, за которое Т. осужден вышеуказанным приговором – незаконная рубка 4 деревьев хвойной породы, совершены в отношении разных объектов преступного посягательства, которые обвинением разграничены. Считает, что вывод суда о том, что деяния Т. по незаконной рубке 4 деревьев и 25 деревьев являются единым преступлением, не обоснован, сделан без изучения материалов уголовного дела, в рамках которого состоялся приговор от 5 марта 2024 года, и только на показаниях подсудимого, без изучения всех обстоятельств совершенных преступлений, без учета разных мотивов незаконных рубок деревьев, различных целей (в первом случае – для личных нужд с осуществлением распиловки, в настоящем деле – для продажи без обработки древесины). Опровергая вывод суда о необходимости рассмотрения обвинения по обоим уголовным делам в рамках одного судебного производства, указывает на осуждение Т. по факту незаконной рубки 4 деревьев хвойных пород, что исключает вышеуказанное, при этом обстоятельств, предусмотренных главами 47.1, 48.1 и 49 УПК РФ для пересмотра приговора от 5 марта 2024 года, не имеется. Обращает внимание на то, что обжалуемое постановление не содержит указание на основания, предусмотренные ст. 237 УПК РФ, не содержит вывода о нарушениях требований УПК РФ, исключающих возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе обвинительного заключения. Также обращает внимание на указание судом об обжаловании постановления в течение 10 суток, что противоречит положениям ч. 1 ст. 389.4 УПК РФ, предусматривающей 15-суточный срок обжалования решений суда. Просит постановление отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

Согласно мнению, поименованному как возражения на апелляционное представление, представитель потерпевшего Ш. выражает согласие с доводами апелляционного представления, просит представление прокурора удовлетворить.

Проверив представленные материалы, заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции находит постановление суда отвечающим требованиям закона. 

Обвинительное заключение является процессуальным документом, которым оформляется итоговое для предварительного расследования решение и в котором сформулировано окончательное обвинение, подлежащее рассмотрению в суде. Указанные в обвинительном заключении сведения и обстоятельства имеют существенное правовое значение, поскольку содержащееся в обвинительном заключении утверждение о совершении лицом деяния, запрещенного уголовным законом, определяет пределы предстоящего судебного разбирательства. Отсутствие в обвинительном заключении представленного в суд дела надлежащего обвинения, которое по существу является основным предметом судебного разбирательства, лишает суд возможности принять решение, то есть препятствует рассмотрению дела по существу.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения. 

По смыслу данной статьи возвращение дела прокурору в случае нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, которое невозможно устранить в ходе судебного разбирательства и исключают принятие по делу судебного решения, отвечающего требованиям справедливости.

Из смысла ст.ст. 46 - 50, 52, 18, 120 и 123 Конституции Российской Федерации, основанных на них правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации вытекает, что суд общей юрисдикции при осуществлении производства по уголовному делу может по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, когда в досудебном производстве допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела прокурору не связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия; при этом устранение допущенных нарушений предполагает осуществление необходимых для этого следственных и иных процессуальных действий.

Таким образом, основанием для возвращения дела прокурору, во всяком случае, являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, совершенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Обжалуемое постановление этим требованиям закона соответствует.

При рассмотрении уголовного дела по существу, после проведения судебного следствия, стороной защиты было заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ.

Удовлетворяя указанное ходатайство, суд первой инстанции правильно отметил, что имеющиеся по делу нарушения, которые неустранимы в судебном заседании, создают неопределенность в обвинении, нарушают право подсудимого на судебную защиту.

В частности, в обвинительном заключении при описании преступного деяния изложены те же обстоятельства - время, место и способ совершения преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, что и по обвинению, признанному доказанным приговором Бардымского районного суда Пермского края от 5 марта 2024 года в отношение Т., осужденного по п. «г» ч. 2 ст. 260 УК РФ. Данное обстоятельство государственным обвинителем не оспаривается. 

Таким образом, суд пришел к правильному выводу о том, что предъявленное обвинение по настоящему уголовному делу неопределенно, что исключает возможность постановления судом какого-либо итогового решения на основе данного заключения. Указанный вывод судом сделан после исследования не только показаний подсудимого, но и представленных сторонами письменных доказательств, показаний представителя потерпевшего, свидетелей, а также приговора Бардымского районного суда Пермского края от 5 марта 2024 года.

При этом, как следует из показаний Т., исследованных в ходе судебного следствия, объекты преступного посягательства - 4 дерева породы ель, за незаконную рубку которых он осужден приговором от 5 марта 2024 года, и 25 деревьев породы ель, незаконная рубка которых инкриминируется по настоящему уголовному делу, срублены им одномоментно с единым умыслом. 

При указанных обстоятельствах, учитывая, что суд не может выйти за рамки предъявленного обвинения, суд первой инстанции поставлен в условия самостоятельного установления фактических обстоятельств по уголовному делу, что является недопустимым и противоречит требованиям ст. 252 УПК РФ. 

Свои выводы суд надлежаще и подробно мотивировал в обжалуемом решении. Оснований не согласиться с данными выводами суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ для устранения допущенных нарушений у суда апелляционной инстанции не имеется.

Доводы апелляционного представления о том, что суд сделал преждевременный вывод о неконкретности обвинения, предъявленного Т., без исследования всех обстоятельств, суд апелляционной инстанции не принимает, так как несоответствия, указанные в постановлении суда, видны из текста обвинительного заключения, исследованных судом доказательств, и для их выявления не требуется исследования иных доказательств. 

Вопреки доводам апелляционного представления мотив незаконной рубки лесных насаждений не имеет определяющего значения при квалификации действий лица по ст. 260 УК РФ. 

Неуказание судом на конкретный пункт ч. 1 ст. 237 УПК РФ не является основанием для отмены постановления суда, поскольку все законные основания в постановлении указаны.

Нарушений прав участников судебного разбирательства, которые могли бы послужить основанием отмены либо изменения постановления суда, судом апелляционной инстанции не установлено. Указание судом в резолютивной части постановления об обжаловании постановления в течение 10 суток, вместо предусмотренного ч. 1 ст. 389.4 УПК РФ 15-суточного срока обжалования решений суда, с учетом того, что свое право на обжалование постановления государственным обвинителем реализовано, по своему смыслу не относится к таким существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, которые повлекли бы безусловную отмену обжалуемого постановления.

При таких обстоятельствах суд обоснованно возвратил дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, а доводы апелляционного представления в этой части об обратном, являются несостоятельными, поскольку противоречат положениям ст. 252 УПК РФ, и подлежат отклонению. 

Свои выводы суд надлежаще мотивировал в постановлении, не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Вопрос о мере пресечения в отношении Т. разрешен судом первой инстанции в соответствии с требованиями закона.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, при принятии судом решения, допущено не было. 

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Бардымского районного суда Пермского края от 7 июня 2024 года, которым уголовное дело в отношении Т. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 260 УК РФ, возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке путем подачи кассационной жалобы, представления в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае передачи кассационной жалобы, представления с делом для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий подпись