Дело № 2-1732/2023 

УИД 33RS0002-01-2023-001192-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2023 года г.Владимир

Октябрьский районный суд г. Владимира в составе: 

председательствующего судьи Язевой Л.В.

при секретаре Виноградовой А.А.

c участием 

представителя истца ФИО1

представителя ответчика ФИО2

представителя ответчика ФИО3

представителя третьего лица ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 овича к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области, Следственному комитету РФ в лице Следственного управления Следственного комитета России по Владимирской области о компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства (далее – УФК) по Владимирской области, Следственному комитету РФ в лице Следственного управления Следственного комитета России по Владимирской области (далее – СУ СК России по Владимирской области) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, в размере 290 400 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ Октябрьским межрайонным следственным отделом СУ СК России по Владимирской области возбуждено уголовное дело ### по признакам преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ, в отношении ФИО1 В тот же день истец был задержан и помещен в изолятор временного содержания УМВД России по г.Владимиру (далее – ИВС УМВД России по г.Владимиру), откуда был освобожден ДД.ММ.ГГГГ. Затем в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также по месту его жительства был произведен обыск, по результатам которого никаких предметов и документов, свидетельствующих о якобы совершенном преступлении, обнаружено не было. ДД.ММ.ГГГГ указанное уголовное дело прекращено за отсутствием в действиях ФИО1 признаков преступления, в связи с чем за ним признано право на реабилитацию. Срок уголовного преследования составил 3 года 06 месяцев 22 суток. Незаконным уголовным преследованием истцу причинен моральный вред, выразившийся в чувстве несправедливости, дискомфорта, неуверенности в завтрашнем дне. 

В судебное заседание истец ФИО1, извещенный надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие. Его представитель ФИО1 исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, дополнительно пояснив, что при задержании его доверителя положили на кафельный пол с голым торсом лицом вниз, наступили обувью на спину. При этом истец являлся сотрудником УФСИН России по Владимирской области, работая в 

<

...>. Видео задержания было размещено на сайте 

<

данные изъяты> в статье 

<

данные изъяты> и находится там до настоящего времени. Из-за нахождения под следствием истцу, с учетом специфики его работы, пришлось уволиться. При этом ФИО1 имеет высшее юридическое образование, является мастером спора по самбо, неоднократно выступал на соревнованиях от г.Владимира. Возбуждение уголовного дела повлекло для него и репутационные потери.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ в лице УФК по Владимирской области ФИО2 исковые требования не признала, считая заявленный размер компенсации морального вреда чрезмерно завышенным, не соответствующим степени перенесенных нравственных и физических страданий. Кроме того, истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт перенесения им физических и нравственных страданий.

Представитель ответчика Следственный комитет РФ в лице СУ СК России по Владимирской области ФИО3 исковые требования не признал, в возражениях указав, что в материалах уголовного дела, равно как и у истца, отсутствуют сведения об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, обыск в квартире ФИО1 проводился в его отсутствие. Таким образом, основания для взыскания компенсации морального вреда по указанным доводам отсутствуют. Заявленный размер компенсации морального вреда в связи с помещением истца в изолятор временного содержания завышен, поскольку по условиям его работы ФИО1 постоянно помещал и находился длительное время в местах лишения свободы, то есть краткосрочное помещение его в изолятор временного содержания не могло вызвать существенных моральных страданий. 

Представитель Генеральной прокуратуры РФ в лице прокуратуры Владимирской области ФИО4 полагала иск подлежащим удовлетворению.

Третье лицо УМВД России по г.Владимиру, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного заседания, своего представителя в суд не направило, просило рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо Октябрьский межрайонный следственный отдел СУ СК России по Владимирской области, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания, своего представителя в суд не направил, о рассмотрении дела в его отсутствие не просил, ходатайств и возражений не представил.

Выслушав явившихся лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса (далее – ГК) РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Владимирской области в отношении ФИО1 и ФИО5 возбуждено уголовное дело ### по признакам преступления, предусмотренного 

<

данные изъяты> УК РФ (

<

данные изъяты>). 

ДД.ММ.ГГГГ в ### мин. ФИО1 был задержан и помещен в ИВС УМВД России по г.Владимиру, откуда освобожден ДД.ММ.ГГГГ в ### мин.

На основании постановления заместителя руководителя Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ в жилище по адресу: 

<

...>, ДД.ММ.ГГГГ произведен обыск с целью отыскания и изъятия игорного оборудования и документации для организации и проведения незаконных азартных игр, денежных средств, полученных в результате осуществления преступной деятельности, предметов, изъятых из оборота, иных предметов и документов, имеющих отношение к расследуемому уголовному делу.

Как указано в постановлении, в начале 2015 года при неустановленных обстоятельствах у инспектора отдела режима 

<

данные изъяты> ФИО1 возник преступный умысел, направленный на незаконные организацию и проведение азартных игр с использованием игорного оборудования вне игорной зоны на территории г.Владимира, в целях систематического извлечения дохода в крупном размере.

Для реализации задуманного ФИО1 арендовал у неустановленного лица помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, в которое завез необходимое игорное оборудование. В период времени с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в указанном помещении организовал и проводил незаконные азартные игры, в результате чего извлек доход в крупном размере.

Согласно протоколу обыска от ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска произведен личный досмотр ФИО1, у которого из заднего кармана джинсов изъяты ### купюры номиналом по ### руб. и ### купюра номиналом ### руб.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Владимира от ДД.ММ.ГГГГ производство обыска признано законным.

На основании постановления заместителя руководителя Октябрьского межрайонного следственного отдела СУ СК России по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ произведен обыск ДД.ММ.ГГГГ в жилище ФИО1 по адресу: 

<

...>.

Обыск производился в присутствии ФИО10 (матери истца). В ходе обыска ничего не изъято.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Владимира от ДД.ММ.ГГГГ производство обыска признано законным.

Постановлением следователя по особо важным делам Октябрьского МСО СУ России по Владимирской области от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело ### и уголовное преследование в отношении ФИО1 прекращено по основанию, предусмотренному ч.1 ст.24 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст.171.2 УК РФ, за ним признано право на реабилитацию.

Согласно данному постановлению в ходе предварительного следствия не подтверждено заключение между подозреваемыми ФИО1, ФИО5 и другими лицами основанного на риске соглашения о выигрыше.

В ходе расследования уголовного дела в отношении подозреваемого ФИО1 избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, однако обвинение ему не предъявлялось, в связи с чем, в соответствии с ч.1 ст.100 УПК РФ, мера пресечения по истечении 10 суток с момента задержания отменяется.

В п. 34 ст. 5 Уголовно-процессуального кодекса (далее – УПК) РФ определено, что реабилитация - это порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

В соответствии с положениями статьи 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах (часть 1).

Частью 2 вышеуказанной статьи установлено, что право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют, в том числе, подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. 

Согласно разъяснениям, содержащимися в п.39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В п.42 того же постановления Пленума Верховного Суда РФ отмечено, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 ГК РФ подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда (п.38 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Исходя из вышеприведенных правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ, суд приходит к выводу о том, что в связи с необоснованным уголовным преследование у ФИО1 возникло право на возмещение морального вреда, выразившегося в претерпевании нравственных страданий, обусловленных незаконных обвинением его в совершении преступления.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание следующие обстоятельства:

- характер и тяжесть преступления, в совершении которого обвинялся истец – преступление средней тяжести, за которое предусмотрено наказание, в том числе, в виде лишения свободы на срок до четырех лет;

- длительность уголовного преследования и, как следствие, психотравмирующей ситуации - около 3 лет 7 месяцев;

- проведение в ходе предварительного следствия обыска в жилище истца и его личного досмотра, очных ставок;

- применение в отношении истца меры процессуального принуждения в виде задержания на двое суток с содержанием в ИВС, обстоятельства задержания, зафиксированные на видео;

- применение в отношении истца меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении;

- индивидуальные особенности ФИО1 – наличие высшего юридического образования, возраст на момент возбуждения уголовного дела 35 лет, звание мастера спора по самозащите без оружия, наличие наград за победы в соревнованиях, работа в уголовно-исполнительной системе, подразумевающая повышенные требования к сотрудникам, установленные Федеральным законом от 19.07.2018 N 197-ФЗ "О службе в уголовно-исполнительной системе Российской Федерации и о внесении изменений в Закон Российской Федерации "Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы";

- степени и характера нравственных страданий, причиненных в результате незаконного уголовного преследования, выразившихся в переживаниях за свою дальнейшую судьбу, ощущениях несправедливости, унижении, моральной подавленности и состоянии неопределенности на протяжении столь длительного времени, негативных эмоциях из-за распространения информации о его задержании и возбуждении уголовного дела в средствах массовой информации.

Статьей 2 Конституции РФ закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Как указано в п.3 постановления Конституционного Суда РФ от 22.03.2018 N 12-П, арест, задержание, заключение под стражу, несмотря на их процессуальные различия, по сути есть лишение свободы. При этом в силу принципа презумпции невиновности, закрепленного в статье 49 Конституции РФ, до вступления в законную силу обвинительного приговора подозреваемые и обвиняемые, считающиеся невиновными в совершении преступления, не должны подвергаться ограничениям, которые в своей совокупности сопоставимы по степени тяжести с уголовным наказанием, а тем более превышают его.

В результате задержания, обыска и личного досмотра нарушены конституционные права ФИО1 на свободу передвижения, выбор места пребывания, личную неприкосновенность и неприкосновенность частной жизни.

Как следует из статей 17 (часть 2), 21 (часть 1) и 22 (часть 1) Конституции РФ, принадлежащее каждому от рождения право на свободу и личную неприкосновенность, относящееся к числу основных прав человека, воплощает наиболее значимое социальное благо, которое предопределяет недопустимость произвольного вмешательства в сферу автономии личности и создает условия как для демократического устройства общества, так и для всестороннего развития человека. Ограничения права на свободу и личную неприкосновенность возможны лишь в определенных Конституцией Российской Федерации целях, в установленном законом порядке, на основе критериев разумности и соразмерности, только если эти ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей, не затрагивают само существо данного права и могут быть оправданы публичными интересами, перечисленными в статье 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации (защита основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечение обороны страны и безопасности государства).

При этом видеозапись задержания истца размещена в интернет-издании «Зебра-ТВ» в статье «Сотрудник Централа организовал казино», в которой указана должность и звание истца, а сам ФИО1 поименован как «хозяин теневого бизнеса». До настоящего времени данные видео и статья находятся в общем доступе. 

Как усматривается из указанной видеозаписи, ФИО1 во время задержания был положен на кафельный пол с голым торсом лицом вниз.

Согласно объяснениям стороны истца в судебном заседании, во время задержания он находился в дискомфортном состоянии, испытал чувства унижения и беспомощности. В связи с уголовным преследованием истцу приходилось объясняться с друзьями и руководством, из-за сложившегося к нему отношения на работе он был вынужден принять решение об увольнении из органов исполнения наказаний. 

Оценивая вышеизложенное в совокупности, суд полагает адекватной перенесенным истцом страданиям в связи с незаконным уголовным преследованием денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

В силу ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Таким образом, указанные денежные средства подлежат взысканию с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ за счет казны РФ. В свою очередь Следственный комитет РФ в лице СУ СК России по Владимирской области является ненадлежащим ответчиком по делу.

В соответствии с ч.1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Исходя из результата рассмотрения спора, уплаченная истцом при подаче иска государственная пошлина в размере 300 руб. должна быть возмещена ответчиком.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Министерству финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области удовлетворить частично. 

Взыскать с Министерства финансов РФ (ИНН 

<

***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (

<

данные изъяты>) компенсацию морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 200 000 руб. и в возврат государственной пошлины 300 руб. 

В удовлетворении иска к Следственному комитету РФ (ИНН 

<

***>) в лице Следственного управления Следственного комитета России по Владимирской области (ИНН 

<

***>) и в остальной части иска к Министерству финансов РФ (ИНН 

<

***>) в лице Управления Федерального казначейства по Владимирской области (ИНН 

<

***>) отказать.

Решение может быть обжаловано во Владимирский областной суд через Октябрьский районный суд г. Владимира в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья Л.В. Язева

В мотивированной форме решение изготовлено 19.07.2023.

Председательствующий судья Л.В. Язева