Дело № 2-2972/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

29 мая 2019 года город Уфа

Калининский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан в составе 

председательствующего судьи Ибрагимова А.Р.,

при секретаре Валиевой Ю.М.,

с участием представителя истца ФИО4 – ФИО8, действующей по доверенности от 19 февраля 2019 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда РФ в Калининским районе г. Уфы РБ о признании отказа в принятии документов для назначения страховой пенсии незаконным, установлении факта отцовства, нахождения на иждивении и обязании назначить пенсию по случае потери кормильца с момента возникновения права,

установил:

ФИО4 обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда РФ в Калининским районе г. Уфы РБ о признании отказа в принятии документов для назначения страховой пенсии незаконным, установлении факта отцовства ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего 01 февраля 2019 года в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, нахождения с момента рождения ФИО1 на иждивении отца ФИО5 до его смерти на иждивении и обязании назначить пенсию по случаю потери кормильца с момента возникновения права.

В обоснование заявленных требований указано, что истцом после смерти отца ФИО5 было подано заявление для установления страховой пенсии по случаю потери кормильца в ГУ – УПФ в Калининском районе г. Уфы РБ. 

13 февраля 2019 года ГУ – УПФ в Калининском районе г. Уфы РБ было принято решение об отказе в принятии документов для назначения страховой пенсии в связи с не установлением факта нахождения на иждивении ФИО5 ФИО4

С указанным решением истец не согласна.

В судебное заседание истец не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежаще.

Представитель истца ФИО4 – ФИО8 исковое заявление поддержала, просила удовлетворить по основаниям, изложенным в иске. 

В судебное заседание представитель ответчика - Управления Пенсионного фонда РФ в Калининском районе г. Уфы РБ в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежаще, просит рассмотреть дело без их участия.

В силу ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможность рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав представителя истца, допросив свидетелей, изучив и оценив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Судом достоверно установлено и сторонами не оспаривалось, что матерью ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является ФИО2, отцом - ФИО5, умерший ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные обстоятельства подтверждаются свидетельством о рождении истца серии №, выданным Калининским РО ЗАГС ДД.ММ.ГГГГ (актовая запись №).

При таком положении, требование об установлении отцовства не подлежит удовлетворению, поскольку отцовство ФИО5 в отношении ФИО4 подтверждается, нарушений права истца судом не установлено.

На обращение ФИО4 с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца, 13 февраля 2019 года истцом был получен отказ в назначении такой пенсии, так как не подтвержден факт нахождения на иждивении умершего отца.

В пункте 1 ст. 9 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", подлежащего применению по настоящему делу, установлено, что право на трудовую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших умышленное уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

При этом в п. 2 ст. 9 названного Федерального закона указано, кто признается нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца.

В частности, таковыми признаются дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме в образовательных учреждениях всех типов и видов независимо от их организационно-правовой формы, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет (подп. 1 п. 2 ст. 9).

В соответствии с п. 3 ст. 9 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Изложенное, к тому же, подтверждается постановлением Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике по делам об установлении фактов имеющих юридическое значение" № 9 от 25.06.1985 года, где закреплено, что установление факта иждивения имеет юридическое значение, в том числе, для получения пенсии по случаю потери кормильца, если оказываемая помощь являлась для заявителя постоянным и основным источником средств к существованию.

В п. 4 ст. 9 названного Закона также установлено, что иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

В свою очередь, согласно ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, истцом не представлено доказательств, неопровержимо и достоверно свидетельствующих о том, что ФИО4 находилась на полном содержании умершего отца или получала от него помощь, которая была для нее постоянным и основным источником средств к существованию.

Так, в соответствии с объяснениями самого истца, а также свидетельскими показаниями, основных источников дохода ФИО4 не имела. 

В судебном заседании свидетель ФИО6, суду показала, что ФИО5 помогал дочери, давал деньги ФИО2 – матери ФИО3, жил с ними. Он работал психиатром, ушел по инвалидности и работал на дому, он рассказывал об этом. Знала его с 1986 года, работать он прекратил после операции, примерно с 2006 года.

В судебном заседании свидетель ФИО7 суду показала, что знает ФИО5 с детства, встречались периодически. В 2006 году ему назначили инвалидность, с этого времени он официально не работал, жил он с мамой по адресу: 

<

адрес>, потом продал квартиру, жил в мкрн «Сосны» один, иногда жил у ФИО2. Дочери он помогал, он сам рассказывал, когда продал квартиру, передал дочери ФИО3 часть для учебы.

Между тем, указанными показаниями не подтверждается, что помощь, оказываемая умершим, являлась для заявителя основным источником дохода.

Из квитанции № от 12 августа 2014 года усматривается, что за обучение ФИО4 в Башкирском государственном медицинском университете оплачивала ФИО2 в размере 85800 рублей, из квитанции № от 17 августа 2015 года – в размере 48120 рублей, из квитанции № от 30 января 2016 года – в размере 48120 рублей, из квитанции № от 23 августа 2016 года – в размере 51180 рублей.

Согласно справке от 15 февраля 2019 года, предоставленной Частным образовательным учреждением среднего профессионального образования «Московский городской открытый колледж», ФИО4 является студентом первого курса очной формы обучения специальности 53.02.02 Музыкальное искусство эстрады с 01 сентября 2018 года.

ФИО2 (мать истца) работает в МБОУ Школа № ГО 

<

адрес> РБ и общая сумма дохода ФИО2 составляет 293873,60 рублей, что подтверждается Справкой о доходах и суммах налога физического лица за 2018 год. 

Из справки, выданной УПФР в 

<

адрес> РБ ФИО2 установлена страховая пенсия по старости бессрочно с ДД.ММ.ГГГГ в размере 11131,09 рублей.

Таким образом, изложенное исключает возможность установления факта нахождения истца на полном содержании умершего кормильца, равно как и то, что помощь была постоянным и основным источником средств к существованию истца. 

Истцом доказательств, свидетельствующих о наличии самостоятельного и постоянного дохода у ФИО5, и что денежные средства, получаемые от отца, являлись для неё постоянным и основным источником средств к существованию не представлено.

Таким образом, в судебном заседании не нашел своего подтверждения тот факт, что ФИО4 находилась на иждивении умершего ФИО5 

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда РФ в Калининским районе г. Уфы РБ о признании отказа в принятии документов для назначения страховой пенсии незаконным, установлении факта отцовства, нахождения на иждивении и обязании назначить пенсию по случае потери кормильца с момента возникновения права, отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца через Калининский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья А.Р. Ибрагимов