Судья Риттер Д.А. Дело № 22-4453/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

г. Владивосток 04 декабря 2025 года

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе председательствующего Сажневой М.В.,

судей Савочкиной Е.Н., Черненко А.А.,

с участием прокуроров Зверевой О.В., Маринченко А.В.,

потерпевшего ФИО30

адвоката Щукина А.С., представившего удостоверение № 2566, ордер № 133 от 30.10.2025,

адвоката Кипрай А.К. представившего удостоверение № 3109, ордер № 007 от 30.10.2025,

адвоката Люденко М.А., представившей удостоверение № 2402, ордер № 72 от 30.10.2025,

адвоката Быковой Э.В., представившей удостоверение № 12497, ордер № 121-БЭВ от 16.10.2025,

адвоката Сиротина К.С., представившего удостоверение № 2435, ордер № 2690от 13.11.2025,

осужденного ФИО1 (посредством видеоконференц-связи),

осужденного ФИО2 (посредством видеоконференц-связи),

при ведении протокола помощником судьи Никитиной А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы адвокатов Щукина А.С., Сиротина К.С., Люденко М.А., Кипрай А.К., осужденных ФИО1 и ФИО2 на приговор Ленинского районного суда г. Владивостока от 12 августа 2025 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ..., трудоустроенный ... имеющий высшее образование, военнообязанный, судимый:

ДД.ММ.ГГГГ Фрунзенским районным судом г. Владивостока по ч. 3 ст. 33, п.п. «а», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21.07.2004 №73-ФЗ), ч. 3 ст. 291 УК РФ, (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Приморского краевого суда от ДД.ММ.ГГГГ), ч. 3 ст. 69 УК РФ, к 20 годам лишения свободы, со штрафом в размере 1 300 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, штраф не оплачен,

осужден:

по ч. 4 ст. 309 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и по приговору Фрунзенского районного суда г. Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ окончательно назначено ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 20 лет 6 месяцев, со штрафом в размере 1 300 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; взят под стражу в зале суда с содержанием в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Приморскому краю до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления настоящего приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, а также наказание, отбытое по приговору Фрунзенского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный и проживающий по адресу: 

<

адрес>, ..., трудоустроенный ..., имеющий высшее образование, военнообязанный, судимый:

ДД.ММ.ГГГГ Советским районным судом г. Владивостока по ч. 2 ст. 291.1 УК РФ к 3 годам лишения свободы, со штрафом в размере 1 300 000 рублей, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима; взят под стражу в зале суда; зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, то есть до ДД.ММ.ГГГГ, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима; период нахождения под запретом определенных действий – с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под запретом определенных действий за один день отбывания наказания; ДД.ММ.ГГГГ штраф оплачен,

осужден:

по ч. 4 ст. 309 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и по приговору Советского районного суда г. Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ окончательно назначено ФИО2 наказание в виде лишения свободы на срок 4 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Избрана мера пресечения в виде заключения под стражу; взят под стражу в зале суда с содержанием в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Приморскому краю до вступления приговора в законную силу.

Срок наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления настоящего приговора в законную силу, а также с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, а также наказание, отбытое по приговору Советского районного суда г. Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ.

В приговоре суда разрешен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Сажневой М.В., выслушав мнение защитников, осужденных, потерпевшего, поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Маринченко А.В., просившего приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО1 и ФИО2 признаны виновными и осуждены по ч. 4 ст. 309 УК РФ, как принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с шантажом, совершенное организованной группой.

Указанное преступление совершено при обстоятельствах, изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

В судебном заседании ФИО1 и ФИО2 пояснили, что обвинение им понятно и с ним они не согласны, вину не признают.

В апелляционной жалобе с дополнениями адвокат Щукин А.С. в интересах осужденного ФИО2 с вынесенным приговором не согласен, считает его подлежащим отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, неправильным применением уголовного закона, существенным нарушением уголовно-процессуального закона, неустранимым в суде апелляционной инстанции, несправедливостью приговора, выявлением обстоятельств, для возвращения уголовного дела прокурору. Так, объективного подтверждения создания и функционирования братьями Бабакохянами организованной группы, для оказания давления на свидетеля, в ходе рассмотрения уголовного дела не установлено, при этом обвинительное заключение не содержит в себе обязательных, предусмотренных УПК РФ, данных относительно организованной группы, что грубо нарушает требования ч. 1 ст. 252 УПК РФ. Выводы суда о наличии со стороны ФИО1 и ФИО2 воздействия, угроз и шантажа в адрес Потерпевший №1, в целях дачи ложных показаний, не подтверждаются материалами уголовного дела, показания Потерпевший №1 прямо указывают на невиновность подсудимых. Также не одним объективным доказательством по делу не подтверждается то, что Потерпевший №1 испугался высказываний ФИО2 Судом, при анализе протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ указано, что при осмотре аудиозаписи разговора ФИО12, ФИО2 и Потерпевший №1 установлено «склонение» лица к изменению показаний, вместе с тем диспозиция ст. 309 УК РФ не предусматривает ответственность лица за «склонение» другого лица к изменению показаний. Кроме того, на этапе расследования по делу допущены существенные нарушения требований УПК РФ, не позволяющие принять по делу итоговое судебное решение до их устранения. Так, ввиду осуществления расследования с явно обвинительным, необъективным уклоном, и наличием явной прямой заинтересованностью всех должностных лиц следственного управления, стороной защиты был заявлен отвод ряду должностных лиц. Вместе с тем, указанное заявление было рассмотрено непосредственно лицом, которому был заявлен отвод, что грубо нарушило требование УПК РФ и право обвиняемого на защиту. Протокол допроса свидетеля ФИО12 является недопустимым доказательством, поскольку оно получено с нарушением требований УПК РФ. Указанные обстоятельства обуславливают однозначную необходимость возвращения судом уголовного дела прокурору. Также судом при вынесении приговора не дана надлежащая и всесторонняя оценка личности ФИО2, и допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона при зачете периода отбывания ФИО2 наказания по приговору Советского районного суда г. Владивостока из расчета один день отбытого наказания в зачет за один день назначенного срока лишения свободы. Просит оспариваемый приговор отменить, вынести новое решение из числа предусмотренных п.п. 2, 4, 7 и 8 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Сиротин К.С. в интересах осужденного ФИО1 с вынесенным приговором не согласен, полагает, что данный приговор подлежит отмене в связи существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Указывает, что в настоящем производстве искусственно сформирован «образ» потерпевшего, что подтверждается показаниями самого Потерпевший №1, который неоднократно в ходе судебного слушания заявлял, что не считает себя потерпевшим. Сведения о фактах, трактуемых органом предварительного расследования как доказательства вины подсудимых, полностью опровергаются заключением независимого эксперта, свидетельствующим об отсутствии давления, принуждения в высказываниях ФИО2, однако в приобщении данной экспертизы к материалам дела судом было отказано. Оспариваемый приговор содержит множество неясностей и противоречий, не устраненных в ходе судебного следствия и влекущих его сомнительность. Так, допрос адвоката ФИО12, который фактически и послужил основанием для возбуждения уголовного дела, проведен в нарушении п.п. 2 ч. 3 ст. 56 УПК РФ и не законен. Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам уголовного дела являются безусловным основанием отмены судебного акта. Просит оспариваемый приговор отменить, ФИО1 оправдать.

В апелляционной жалобе адвокат Люденко М.А. в интересах осужденного ФИО2 с вынесенным приговором не согласна, полагает, что данный приговор подлежит отмене в связи существенными нарушениями норм материального и процессуального права. Вменение в вину ФИО2 совершение преступления организованной группой, не основано на законе. В связи с неназначением органом расследования судебной психолого-лингвистической экспертизы, защита провела данное исследование самостоятельно. В результате лингвистического анализа установлено, что в высказываниях ФИО2 отсутствуют слова или выражения, содержащие скрытую угрозу в отношении Потерпевший №1 По мнению суда данное заключение не является допустимым доказательством, что противоречит принципам уголовного судопроизводства – равенству сторон. Показания адвоката ФИО12, данные в судебном заседании, защита считает недопустимым доказательством, которое не может быть положено в основу приговора, поскольку ФИО12 дал показания об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с оказанием юридической помощи подсудимому ФИО2, фактически переложив свою личную вину за организацию и проведение встречи со свидетелем, на своего подзащитного. Также является незаконным и протокол допроса свидетеля ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем, потерпевший настойчиво и последовательно заявляет, что его никто не шантажировал, ему никто не угрожал и не подкупал. В материалах дела не имеется и суду не представлено ни одного доказательства наличия в действия ФИО2 состава уголовно наказуемого деяния, а те доказательства, которые суду представлены, не имеют юридической силы, так как получены с нарушениями норм материального и процессуального права. Просит оспариваемый приговор отменить.

В отзыве адвокат Люденко М.А. на апелляционную жалобу адвоката Сиротина К.С. согласившись с доводами апелляционной жалобы, просит приговор в отношении ФИО2 и ФИО1 отменить.

В апелляционной жалобе адвокат Кипрай А.К. в интересах осужденного ФИО2 с приговором не согласен, считает его незаконным, необоснованным, немотивированным. Проведенный анализ содержания обвинительного приговора в отношении ФИО2 свидетельствует о том, что он является копией текста обвинительного заключения с сохранением тех же самых стилистических оборотов, приведенных следователем в обвинительном заключении, что полностью противоречит требованиям действующего законодательства. Суд не проводил какого-либо самостоятельного анализа материалов уголовного дела и представленных сторонами по делу доказательств (как защиты, так и обвинения), а лишь безусловно и безоговорочно занял позицию стороны обвинения, изложенную в обвинительном заключении, в полном объеме проигнорировав принцип беспристрастности и равноправия сторон. При этом Суд не мотивировал свое решение, не привел норм Закона в обоснование своих выводов, не изложил в связи с чем не согласен с позицией стороны защиты и в связи с чем разделяет позицию обвинения. Суд рассматривал уголовное дело с явным обвинительным уклоном. ОРМ в отношении осужденных проведены в нарушение федерального законодательства, с явным несоблюдением требования закона к порядку его инициации, проведения, рассекречивания и предоставления в орган предварительного следствия, в связи с чем данные материалы являются недопустимыми доказательствами. Показания адвоката ФИО12 существенно отличаются от показаний всех остальных участников уголовного судопроизводства, и без какого-либо фактического или документального подтверждения легли в основу приговора, несмотря на очевидное несоответствие установленным обстоятельствам в ходе судебного следствия и материалам уголовного дела. Судом в отсутствии четкого описания деяния делается однозначный вывод о доказанности квалифицирующего признака «организованная группа» без отсылки на конкретные доказательства. Суд, грубо нарушив требования УПК РФ и права на защиту осужденных, проигнорировал допущенное нарушение следователем ФИО17, а именно разъяснение положений ч. 5 ст. 217 УПК РФ обвиняемым ФИО1 и ФИО2 после ознакомления с материалами дела, а также оставил без рассмотрения ходатайство ФИО1 о назначении почерковедческой экспертизы. В материалах уголовного дела отсутствует постановление о принятии следователем ФИО17 уголовного дела к своему производству. Одновременно с вышеуказанным, в материалах дела отсутствуют протоколы объявления состава следственной группы, созданной ДД.ММ.ГГГГ, являющиеся подтверждением выполнения следователями обязанности, закрепленной ч. 2 ст. 163 УПК РФ. Более того, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из материалов дела невозможно проследить, уполномоченным ли лицом производится предварительное следствие по уголовному делу или дело в нарушение норм УПК РФ принял следователь ФИО32, проводивший осмотр места происшествия. Суд в момент производства по уголовному делу не только приобщил к материалам дела копию постановления о производстве предварительного следствия следственной группой от ДД.ММ.ГГГГ, которая должна была быть прошита и пронумерована в материалах уголовного дела на момент окончания предварительного расследования и ознакомления с материалами дела, но и зашел дальше - на основании указанного «документа» сделал вывод о законности проведенного следственного действия - осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ. Подобными действиями Суд не только подрывает основные принципы судопроизводства, гарантированные Конституцией Российской Федерации, и в целом доверие к судебной системе, веру в справедливое правосудие и беспристрастность суда, но и формирует порочную практику дополнения материалов дела в момент судебного следствия различными процессуальными и следственными документами, которые по неизвестной причине отсутствовали в материалах уголовного дела, легитимность которых вызывает сомнение у сторон процесса. Суд, проигнорировав существенные нарушения со стороны следствия по не проведению психолого-лингвистической судебной экспертизы, не только не назначил и не провел соответствующую экспертизу, но и по надуманным основаниям, вопреки основным принципам уголовного судопроизводства не принял во внимание акт экспертизы, представленный стороной защиты. Фактически из приговора следует, что осужденные отрицают вину, потерпевший не признает себя таковым и утверждает, что никакого шантажа не было, а вот Суд, совершенно не мотивировав свою позицию каким-либо предусмотренным Законом образом, делает выводы о доказанности шантажа. При этом нет ни одного доказательства в материалах уголовного дела, что выводы Суда основаны на доказательствах и объективных данных. Более того, Судом неверно применены положения статьи 35 УК РФ. Так Судом не только не установлен квалифицирующий признак «организованная группа», но и вообще не оценен признак соучастия в целом, как и «шантаж» при совершении преступления. Вся совокупность вышеперечисленных существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законодательства, допущенных на стадии предварительного расследования, являлась препятствием для утверждения обвинительного заключения, однако, прокурор, не установив столь грубые и очевидные нарушения, направил уголовное дело в суд, вопреки требованиям ст. 221 УПК РФ. В свою очередь Суд рассмотрел уголовное дело с множественными нарушениями общих условий судебного разбирательства, в том числе грубо нарушив права на защиту осужденных, которые послужили основанием для вынесения незаконного, необоснованного и немотивированного приговора, не соответствующего требованиям ст. 297 УПК РФ. Следствием и судом первой инстанции в нарушении ст.ст. 73, 172 УПК РФ не установлены все обязательные доказыванию обстоятельства, а именно время, место, способ, виновность лица форма его вины и мотивы, а обвинение и Приговор построены на догадках и предположениях. В действиях ФИО3 отсутствует объективная сторона преступления, а субъективная сторона не подвергалась изучению ни органом предварительного расследования, ни стороной обвинения, ни судом первой инстанции. Выводы суда носят предположительный характер, что прямо противоречит требованиям закона о необходимости обоснования выводов о виновности конкретными фактами и доказательствами, что в свою очередь, расценивается, как нарушение предусмотренных ст. 88 УПК РФ правил оценки доказательств, в том числе и с точки зрения их достаточности для разрешения уголовного дела. Ни в предъявленном ФИО2 обвинении, ни в приговоре не указаны конкретные фактические обстоятельства, свидетельствующие об понуждении к даче показаний свидетеля Потерпевший №1, а также доказательства этому. Соглашается с доводами, указанными в дополнительной апелляционной жалобе адвоката Щукина А.С., относительно неправильного применения уголовного закона при расчете назначенного наказания осужденному с ошибочным применением положений ст. 72 УК РФ. Просит отменить обвинительный приговор в отношении ФИО2 и вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе с дополнениями осужденный ФИО1 с вынесенным приговором не согласен, считает его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. Указывает, что сам Потерпевший №1 потерпевшим себя не считает, пояснил, что давление на него никто не оказывал. Единственным доказательством по уголовному делу служит допрос адвоката ФИО12, который является незаконным, поскольку разрешение на допрос он не давал, а ходатайство в адрес следователя от его имени – сфальсифицировано.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 с вынесенным приговором не согласен, указывает, что судом формально выполнены требования п.п. 5, 9 ст. 308 УПК РФ в части зачета времени содержания под стражей в срок назначенного наказания за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день содержания в СИЗО-1 за один день отбывания наказания в колонии общего режима. Также при постановлении приговора, определяя наказание по совокупности преступлений на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, судом не разрешен вопрос о зачете времени, проведенном в СИЗО. Просит оспариваемый приговор отменить, в случае признания его виновным, зачесть в срок наказания период нахождения в СИЗО-1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ из расчета один день пребывания в СИЗО за полтора дня пребывания в колонии общего режима.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденных и защитников прокурор ФИО15 указывает, что выводы суда о совершении осужденными инкриминируемого преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела и подтверждаются совокупностью доказательств, исследованных в ходе судебного разбирательства, в том числе показаниями свидетелей, исследованными материалами уголовного дела. Показания потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля ФИО12 последовательны, согласуются между собой, и иными собранными по делу доказательствами. Данных, о наличии у кого- либо из указанных лиц оснований оговаривать осужденных, в материалах дела не содержится и стороной защиты не представлено. При этом, суд обоснованно взял за основу приговора показания потерпевшего, данные в ходе следствия, поскольку нарушений требований УПК РФ при допросе потерпевшего не допущено. Материалы ОРМ, представленные УФСБ России по Приморскому краю, являются допустимыми, так как они получены и приобщены к делу предусмотренным законом способом, отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, устанавливают обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, в связи с чем, могут быть положены в основу приговора в качестве доказательств по делу, подтверждающих показания потерпевшего. Наказание осужденным назначено с учетом характера и степени общественной опасности, влияния назначенного наказания на исправление осужденного, данных о личности, смягчающих обстоятельств. Обстоятельства, смягчающие наказание, учтены судом и приведены в приговоре. Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ. Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности вины осужденного цели и мотива содеянного им, непричастности последнего к инкриминированным ему деяниям, неправильном применении уголовного закона, равно как и об обвинительном уклоне суда. Нарушений принципа состязательности сторон по делу не допущено. Показания, данные осужденными в судебном заседании, являются способом защиты, изложенные ими факты не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, поэтому судом обоснованно опровергнуты. Показания потерпевшего, свидетелей, иные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом, их анализ и оценка изложены в приговоре. Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставив их между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу. Просит апелляционные жалобы оставить без изменения, приговор суда без изменения.

Проверив материалы дела, выслушав мнение участвующих лиц, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного судебного решения.

В соответствии с ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Описательно-мотивировочная часть обжалуемого приговора соответствует требованиями п. 1 ст. 307 УПК РФ. Она содержит описание преступного деяния, с указанием места, времени, способа их совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий

Судебное разбирательство по делу проведено объективно и всесторонне с соблюдением требований УПК РФ о состязательности и равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного разрешения уголовного дела обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, в том числе места, времени, способа совершения, формы вины, мотива, цели и последствий по преступлению, а сторонам суд создал все необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав, которыми они реально воспользовались.

Все изложенные в приговоре доказательства суд, в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ, проверил, сопоставив между собой, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах, соответствуют им, вследствие чего доводы стороны защиты в суде апелляционной инстанции о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем приговор подлежит отмене с направлением на новое рассмотрение, являются не состоятельными.

Суд всесторонне проверил версии стороны защиты, в приговоре каждой из них дана правильная, основанная на анализе исследованных доказательств, оценка.

В судебном заседании все заявленные ходатайства адвокатов Люденко М.А., Сиротина К.С., Щукина А.С. в защиту осужденных, в том числе указанные в апелляционных жалобах о признании доказательств недопустимыми, истребовании дополнительных доказательств, рассмотрены и разрешены в соответствии с законом, с учетом мнения сторон, а решения по ним отражены в постановлениях суда и протоколе судебного заседания. Данных о необоснованном отклонении ходатайств, заявленных стороной защиты, не установлено. Отказы суда в удовлетворении ходатайств, с принятием по ним должных решений (т.8,л.д.47,л.д.58,л.д.66) и при соблюдении процедуры их рассмотрения, не могут рассматриваться как нарушающие право сторон на справедливое судебное разбирательство, а само несогласие с результатами рассмотрения ходатайств не может свидетельствовать о необъективности суда, а также о нарушении принципа состязательности сторон и нарушении права на защиту.

Сведений о том, что предварительное следствие и судебное разбирательство проводились предвзято либо с обвинительным уклоном и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов уголовного дела не усматривается.

Согласно протоколу судебного заседания все доказательства, представленные суду, как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, судом исследованы и приняты во внимание, заявленные в суде первой инстанции ходатайства, были рассмотрены судом с учетом их обоснованности и влияния на установление обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, а доводы стороны защиты, аналогичные приведенным в апелляционных жалобах и в судебном заседании апелляционной инстанции о незаконности осуждения обоих осужденных, о недопустимости положенных в основу выводов о их виновности доказательств, судом проверены в ходе судебного разбирательства, проанализированы, и им дана соответствующая критическая оценка в приговоре об их несостоятельности, с которой полностью соглашается судебная коллегия апелляционной инстанции.

Несостоятельны доводы апелляционной жалобы защитника Кипрай А.К. о том, что приговор является копией обвинительного заключения, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, основаны на приведенных судом доказательствах, которые были исследованы в ходе судебного разбирательства. То обстоятельство, что суд первой инстанции согласился с обоснованностью предъявленного осужденным обвинения, не свидетельствует о незаконности приговора. Как видно из приведенного в приговоре суда описания деяний, признанных судом доказанными, вина осужденных установлена только в том, в чем они обвинялись. Выхода за пределы предъявленного обвинения не допущено.

Формулировка предъявленного осужденным обвинения не нарушает их право знать, в чем они обвиняются, какие именно действия им инкриминируются и как они связаны с наступившими общественно опасными последствиями.

Так, виновность ФИО1 и ФИО2 в принуждении свидетеля Потерпевший №1 к даче ложных показаний при указанных в приговоре обстоятельствах, подтверждается совокупностью доказательств, приведенных в приговоре: показаниями потерпевшего Потерпевший №1, допрошенного на предварительном следствии (т.1 л.д. 241-245), подробно рассказавшего об обстоятельствах встречи с ФИО2 по инициативе ФИО2 и адвокатом Евгением, на которой ФИО2 был не согласен с данными им показаниями по уголовному делу от 2023 года в части указания ФИО1 учредителем клуба «Наутилус», и требовательным тоном сообщил о необходимости изменения показаний; показаниями свидетеля ФИО12 по обстоятельствам встречи ФИО2 и Потерпевший №1 в офисном помещении бизнес центра «...», в ходе которой он по просьбе ФИО1 передал Потерпевший №1 протоколы допросов, для сопоставления и выработки правильной позиции при даче показаний в суде. Также на встрече в ходе разговора между Потерпевший №1 и ФИО2, последний говорил о необходимости изменения показаний. После произнесенной ФИО2 фразы: «За дела на мысе Кунгасом не хочешь поменять…», он (Потерпевший №1) сильно испугался, сообщил, что почитает и поменяет; Кроме того, в конце августа 2023 года звонил ФИО1,содержащийся в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Приморскому краю, заявив в претензионной форме об оговоре в соучредительстве клуба «Наутилус», тогда как является консультантом, и поставщиком оборудования.

Кроме того, судом исследованы:

протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого с участием обвиняемого ФИО2, был осмотрен CD-диск результатами ОРД, на котором содержится аудиофайл разговора между тремя мужчинами, на котором происходит склонение лица к изменению своих показаний, а также указание на мыс «Кунгасный»; протокол осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого с участием обвиняемого ФИО2 был осмотрен CD-диск результатами ОРД, на котором содержится аудиофайл разговора между ФИО2 и ФИО1, в период содержания последнего в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>, в ходе которого обсуждались показания Потерпевший №1, отказ последнего менять свои показания, а также встреча с Потерпевший №1

Как видно из приговора, суд не ограничился только указанием на доказательства, но и дал им надлежащую оценку, мотивировав свои выводы о предпочтении одних доказательств перед другими, и обоснованно отнесся критически к показаниям осужденных ФИО2 и ФИО1, полностью отрицавших факт принуждения свидетеля Потерпевший №1 к даче ложных показаний.

Так, осужденный ФИО1 пояснил, что фактически инициатива о встрече с Потерпевший №1, для изменения последним показаний, исходила от его защитника ФИО12, который озвучил стоимость его услуг по передаче записки Потерпевший №1 в размере 10 000 рублей. Переданная ФИО12 его собственноручная записка для Потерпевший №1, не содержала каких-либо угроз и давления. При этом, Потерпевший №1 себя потерпевшим не считает, заявление по данному факту в правоохранительные органы не писал, в судебном заседании сообщил суду, что давление на него никто не оказывал, угроз не высказывал, к изменению показаний не склонял.

Осужденный ФИО2 пояснил, что ему было известно, что Потерпевший №1 допрашивали в качестве свидетеля по делу его брата - ФИО1, но существо его показаний ему известно не было. Примерно в сентябре-октябре 2023 года с ним связался из СИЗО-1 его брат - ФИО1, который попросил его встретиться с Потерпевший №1 и переговорить с последним на предмет достоверности показаний, данных тем в рамках уголовного дела. После этого с ним связался адвокат его брата ФИО12 и просил организовать встречу с Потерпевший №1 ДД.ММ.ГГГГ он, ФИО12 и Потерпевший №1 встретились у него в офисе. Разговор строился между Потерпевший №1 и ФИО12, он в большей части находился в позиции слушателя. Цель диалога ФИО12 с Потерпевший №1 сводилась к тому, чтобы Потерпевший №1 изменил показания по делу ФИО1 в части того был ли последний учредителем ночного клуба либо поставщиком оборудования. В конце разговора Потерпевший №1 сообщил, что не готов принимать какие-либо решения на данном этапе. После этой встречи с Потерпевший №1 и с ФИО12, он больше не виделся, по телефону не разговаривал и не встречался. Он не побуждал Потерпевший №1 изменить свои показания, не оказывал на него никакого давления, угроз не высказывал. Кроме того он с братом ни в какую группу не вступал, не формировал, тем более для совершения каких-либо преступлений.

Показания осужденных в судебном заседании оценены судом первой инстанции в совокупности со всеми доказательствами по делу, при этом суд в приговоре обосновал свое критическое отношение к версии осужденных в части непризнания вины в совершении преступления, с подробным указанием принятого решения, которое представляется судебной коллегии убедительным

Доводы адвокатов и осужденных, изложенные в апелляционных жалобах, как в отношении оценки представленных по делу доказательств, так и фактических обстоятельств дела, аналогичны тем, что были приведены в суде первой инстанции, оснований для их удовлетворения судебная коллегия не находит.

В частности доводы стороны защиты сводятся к трем аргументам: невиновность обоих осужденных ввиду их непричастности к инкриминируемым событиям, отсутствия умысла, отсутствие факта организации для склонения свидетеля Потерпевший №1 к даче ложных показаний ввиду того, что ФИО1 не являлся учредителем клуба «Наутилус».

Вместе с тем, судом приняты во внимание исследованные и проверенные в судебном заседании, как устные, так и письменные источники доказательств, которые обоснованно признаны объективными и согласующимися между собой, и не установлено существенных нарушений уголовно процессуальных норм, влекущих безусловное признание недопустимыми доказательств, принятых в качестве доказательств виновности ФИО1, ФИО2 в инкриминируемом преступлении.

Все доказательства, изложенные в описательной части приговора, представленные органами следствия и проверенные в судебном заседании, получены в полном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и каких-либо оснований для признания их недопустимыми и исключения из приговора у суда не имелось. Какой-либо фальсификации доказательств по делу, судом не установлено.

Протоколы всех следственных действий, положенных в основу приговора, соответствуют требованиям ст. 190, 194 УПК РФ и являются допустимыми доказательствами по настоящему делу, поэтому ходатайства осужденных и их защитников об исключении ряда протоколов, указанных в апелляционных жалобах, из числа допустимых доказательств судом верно были признаны необоснованными и оставлены без удовлетворения.

Нарушений ст. 89 УПК РФ при использовании в качестве доказательств вины ФИО1, ФИО2 материалов ОРМ не допущено.

Из приговора следует, что обстоятельства проведения ОРМ подтверждены материалами оперативно-розыскной деятельности. Суд указал, что основанием для возбуждения уголовного дела явился рапорт об обнаружении признаков преступления, зарегистрированный в КРСП следственного управления за № пр-23 от ДД.ММ.ГГГГ, содержащий в себе наличие достаточных данных, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности, указывающих на наличие признаков преступления, предусмотренного ч.4 ст.309 УК РФ в действиях ФИО1, ФИО2 и иных неустановленных лиц (т.1 л.д.1-2, 40).

Таким образом, суд обоснованно положил в основу приговора результаты оперативно-розыскных мероприятий, поскольку они проведены на основании утвержденных в установленном порядке и надлежащими должностными лицами постановлений, их результаты переданы органу следствия в установленном законом порядке, закреплены путем производства соответствующих следственных и судебных действий.

Кроме того, из материалов дела следует, что постановлением руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации о производстве предварительного следствия от ДД.ММ.ГГГГ, создана следственная группа под руководством заместителя руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел ФИО17

Постановлением следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия, уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО2 и неустановленных лиц, возвращено для производства дополнительного следствия,

Согласно постановлению руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ, производство по уголовному делу поручено следственной группе, под руководством ФИО17 в состав которой включен старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю, ФИО18(т. 8 л.д. 18)

По мнению судебной коллегии, наличие в материалах дела постановления от ДД.ММ.ГГГГ (т. 4 л.д. 151) не свидетельствует о незаконности протокола осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ,на чем настаивает сторона защиты.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отверг ходатайство стороны защиты о незаконности проведенного следственного действия – протокола осмотра места происшествия следователем ФИО18

Ссылки в апелляционных жалобах адвокатов о том, что суд проигнорировал доводы о нарушении требований закона при производстве предварительного расследования, сослался в приговоре на недопустимые доказательства, в частности, производные от результатов ОРМ: протоколы осмотра предметов СД-дисков, несостоятельны. Кроме того, суд правильно пришел к выводу об отсутствии данных, подвергающих сомнению сведения, отраженные в протоколе осмотра предметов, изъятых в ходе обыска в жилище Потерпевший №1. пояснившего, что обнаруженные и изъятые копии протоколов допросов на 10 листах переданы ему защитником Бабаклхяна А.Г., тетрадный лист с двусторонним рукописным текстом передан ФИО2. из следственного изолятора через защитника; (т.2 л.д.79-89).

Судебная коллегия также отмечает, что то обстоятельство, что Потерпевший №1 не считает себя потерпевшим по настоящему делу, о чем заявил в суде апелляционной инстанции, не свидетельствует о том, что при производстве предварительного расследования допущены существенные нарушения требований уголовно-процессуального закона, а также не свидетельствует о невиновности осужденных, с чем судебная коллегия согласна, поскольку настоящее уголовное дело возбуждено на основании результатов оперативно-розыскной деятельности.

Вопреки доводам жалоб, и как следует из материалов уголовного дела, Потерпевший №1 был признан потерпевшим по данному уголовному делу( т.1 л.д. 238), о чем ему было объявлено ДД.ММ.ГГГГ, с разъяснением прав потерпевшего (ст.42 УПК РФ),о чем имеется его подпись. и согласно его оглашенным показаниям(т.1л.д. 241-245), в судебном заседании, Судом обоснованно приведены вышеизложенные показания потерпевшего Потерпевший №1, при оценке которых суд верно указал на их подтверждение другими доказательствами, которые согласуются, уточняют и дополняют друг друга, в связи с чем у суда не возникло оснований считать их недостоверными, оговором осужденных, либо не доверять им по другим причинам.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего Потерпевший №1 в суде первой инстанции и в ходе следствия, не имеется.

Доводы об отказе следствия провести психолого-лингвистическую экспертизу, что повлекло по мнению защиты, неполноту предварительного следствия, также несостоятельны, поскольку в соответствии с требованиями УПК РФ обстоятельства, подлежащие доказыванию, по делу установлены и, признав собранные доказательства достаточными, органами следствия было составлено обвинительное заключение, в котором нашли отражение как доказательства, подтверждающие обвинение, так и доказательства, на которые ссылается сторона защиты. Данных об ограничении прав стороны защиты на представление доказательств о непричастности осужденных к инкриминируемым им деяниям не установлено.

При этом следует отметить, что приведенные защитником Быковой Э. доводы со ссылкой на материалы дела, показания потерпевшего, носят односторонний характер, не отражают в полной мере существо этих показаний и документов, и оценены в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей совокупности, что и было сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется

Так, в качестве доказательств, имеющих существенное значение для установления обстоятельств совершения преступления, в том числе для квалификации действий осужденных, в приговоре приведены подробно изложенные показания свидетеля ФИО12: об обстоятельствах того, что ФИО1 просил передать показания свидетелю Потерпевший №1 для выработки правильной позиции, в части его показаний в суде. ФИО2 сообщил, что уже разговаривал с Потерпевший №1, который отказался изменить показания. По просьбе ФИО1 должен был передать протоколы допросов Потерпевший №1, ФИО4 при совместной встрече в «Динас» разговаривал с Потерпевший №1 требовательным тоном. произнес фразу про мыс Кунгасный, от которой Потерпевший №1 побледнел, поведение его поменялось, пообещал изменить показания.

Обстоятельств, которые могли бы свидетельствовать о заинтересованности свидетеля ФИО12 в исходе дела, в материалах дела нет, в связи с чем основания не доверять его показаниям, у судебной коллегии отсутствуют

То обстоятельство, что судом в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО12 был допрошен, но не явился в следующее судебное заседание после отложения, о чем был уведомлен, (т.9 л.д.40) не свидетельствует о непричастности осужденных к преступлению, за которое они осуждены, не влияет на доказанность их вины, которая подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании вышеизложенных доказательств.

При этом суд правильно принял во внимание показания указанного свидетеля, поскольку допрошен он был не об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с оказанием ФИО1 юридической помощи по уголовному делу в отношении ФИО1 в совершении преступления. предусмотренного ч.3 ст.33,п.п. «а», «з» ч.2 ст. 105 УК РФ (п. 3 ч. 3 ст. 56 УК РФ).

Свидетельские показания ФИО12 очевидца конкретных действий, как ФИО1,так и со стороны ФИО2, формирующих объективную сторону преступления в отношении потерпевшего Потерпевший №1. правильно положены в основу приговора. Показания указанных участников уголовного дела согласуются между собой в большей мере, чем имеют различия. Как видно из материалов дела, свидетель ФИО12 дал свои показания, основываясь исключительно на тех данных, когда присутствовал на организованной ФИО1, встрече осужденного ФИО2 с потерпевшим Потерпевший №1

Суд аргументировано и подробно изложил в приговоре свои выводы о наличии в действиях осужденных квалифицирующего признака совершенного организованной группой, отметив, что организованная группа характеризовалась планированием преступления с распределением ролей при подготовке к совершению преступления, устойчивостью, стабильностью состава, стойкой связью между соучастниками, при том, что ФИО2, со знанием сложившейся обстановки, безоговорочно выполнил указания ФИО1, что свидетельствует о внутренней дисциплине, при наличии технической оснащенности.

При этом договоренность участников организованной группы представляет не просто согласование отдельных действий соучастников, а конкретизацию совершения преступления, детализацию участия каждого соучастника, определение способов оптимального осуществления преступного замысла.

Судебная коллегия отмечает, что ст. 309 УК РФ предусматривает принуждение свидетеля к даче ложных показаний объективная сторона которого выражается в предъявлении свидетелю требования дать ложные показания, подкрепленном шантажом. угрозой убийством, причинением вреда здоровью, уничтожением или повреждением имущества, в том числе и при разбирательстве уголовного дела в суде. Объектом преступления являются общественные отношения в сфере правосудия.

Как видно из приговора, суд правильно установил, что ФИО1 и ФИО2, являясь заинтересованными в освобождении ФИО1 от уголовной ответственности, в организованной группе выполнили объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 309 УК РФ, руководствуясь прямым умыслом.

Анализ доказательств, приведенных в приговоре, и других данных, имеющихся в материалах дела, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства совершенного преступления с прямым умыслом, поскольку ФИО1 был прямо заинтересован в ложных показаниях свидетеля Потерпевший №1 и по его указанию, пользуясь крепкими доверительными родственными отношениями с ФИО2 была организована совместная встреча с Потерпевший №1, при инициативной роли ФИО2 Свидетельские показания ФИО23, а также показания самого потерпевшего Потерпевший №1 указывают на то, что ФИО1 и ФИО2, располагали сведениями в отношении Потерпевший №1, что позволило умышленно принудить его к даче ложных показаний. Продолжая выполнять объективную сторону преступления, ФИО2 непосредственно при встрече выставил требование дать ложные показания в пользу ФИО1, подкрепленное элементами шантажа.

Судебная коллегия считает необходимым отметить, что ссылки в апелляционных жалобах защитников на показания свидетеля ФИО24 выводы суда не опровергают. Кроме того, судом дана оценка показаниям свидетеля защиты ФИО24 как непротиворечащим позиции ФИО1 который не оспаривал сам факт подписания заявления в присутствии защитника ФИО24,

Многочисленные доводы стороны защиты о несогласии с положенными в основу приговора доказательствами и с их оценкой, к чему сводятся доводы стороны защиты в суде апелляционной инстанции, не свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденных ФИО2 и ФИО1 в совершении преступления или о неправильном применении уголовного закона.

Таким образом, вывод суда о квалификации действий осужденных ФИО2 и ФИО1 по ч. 4 ст. 309 УК РФ, как принуждение свидетеля к даче ложных показаний, соединенное с шантажом, совершенное организованной группой, является верным.

Назначенное ФИО2, ФИО1 наказание соответствует тяжести содеянного и личности осужденных, при его назначении учтены положения ст.ст. 60-63 УК РФ.

При назначении наказания ФИО2, ФИО1 суд первой инстанции обоснованно учел характер общественной опасности совершенного преступления и степень общественной опасности, данные о их личности, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных.

Так, суд установил, что ФИО2, ФИО1 характеризуются в целом положительно, осуществляют активную благотворительную деятельность, имеют заболевания, на учетах у врача-нарколога и врача-психиатра они не состоят, ...

Суд первой инстанции, верно, пришел к выводу, что с учетом фактических обстоятельств совершенного ФИО2 и ФИО1 преступления, степени его опасности, личности подсудимых в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, а также для применения положений ст.73 УК РФ.

К числу обстоятельств, смягчающих наказание суд обоснованно отнес в отношении ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ состояние его здоровья и его матери, которой он оказывает материальную помощь, активную благотворительную деятельность. В отношении ФИО2 в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ наличие у него малолетнего ребенка, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ наличие у него на иждивении несовершеннолетнего ребенка, состояние его здоровья и его матери, которой он оказывает материальную помощь, активную благотворительную деятельность.

Оснований для признания иных обстоятельств, смягчающими наказание осужденных, судебная коллегия не усматривает.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 и ФИО1 не установлено.

Судебная коллегия отмечает, что суд учел все значимые обстоятельства по делу, наказание является справедливым и соразмерным содеянному, отвечает целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

С учетом изложенного, основания к смягчению назначенного ФИО2 и ФИО1 наказания, о чем просили в суде апелляционной инстанции осужденные и адвокаты, отсутствуют.

Выводы суда о возможности достижения целей наказания только при назначении ФИО2 и ФИО1 наказания в виде лишения свободы в приговоре мотивированы и обоснованны.

Вид исправительного учреждения назначен ФИО2 и ФИО1 в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

По смыслу взаимосвязанных положений частей 3, 3.1, 4 статьи 72 УК РФ в срок лишения свободы по правилам, предусмотренным в части 3.1 статьи 72 УК РФ, засчитывается период со дня фактического задержания до дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с частью 7 статьи 302 УПК РФ в обвинительном приговоре с назначением наказания, подлежащего отбыванию осужденным, суд должен определить начало исчисления срока отбывания наказания.

Как видно из обжалуемого приговора, данное требование судом выполнено.

Учитывая положения статьи 72 УК РФ в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 года N 186-ФЗ о зачете в срок лишения свободы времени содержания лица под стражей до вступления приговора в законную силу, началом срока отбывания наказания необходимо признавать день вступления приговора в законную силу, за исключением случаев, когда срок отбывания наказания исчисляется со дня прибытия осужденного в исправительный центр (часть 1 статьи 60.3 УИК РФ), колонию-поселение (часть 3 статьи 75.1 УИК РФ) или в тюрьму (часть 1 статьи 130 УИК РФ) либо со дня задержания (часть 7 статьи 75.1 УИК РФ).

Срок отбывания окончательного наказания в виде лишения свободы, назначенного по правилам части 5 статьи 69 и (или) статьи 70 УК РФ, исчисляется со дня вступления последнего приговора в законную силу.

Вопреки доводам стороны защиты, зачет времени содержания ФИО2 под стражей в срок наказания как по обжалуемому приговору, так и по приговору Советского районного суда г.Владивостока от ДД.ММ.ГГГГ произведен по правилам п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ. Зачет в кратном исчислении времени нахождения в СИЗО после вступления приговора в законную силу законом не предусмотрен.

С учетом вышеизложенного, судебная коллегия также не усматривает оснований для постановления в отношении ФИО1, ФИО2 оправдательного приговора.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, в том числе положений ст. 298 УПК РФ, влекущих отмену приговора, судом первой инстанции не допущено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Ленинского районного суда г. Владивостока от 12 августа 2025 года в отношении ФИО1, ФИО2 - оставить без изменения.

Апелляционные жалобы адвокатов Щукина А.С., Сиротина К.С., Люденко М.А., Кипрай А.К., осужденных ФИО1, ФИО2 – оставить без удовлетворения.

Определение судебной коллегии вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ. Осужденные имеют право ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела кассационной инстанцией.

Председательствующий М.В. Сажнева

Судьи Е.Н. Савочкина

А.А. Черненко