Дело № 1-359/2020

74RS0031-01-2019-005339-37

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Магнитогорск 07 сентября 2020 года 

Орджоникидзевский районный суд города Магнитогорска Челябинской области в составе председательствующего судьи Ишимовой А.В., 

при секретаре Паздниковой Д.Е., 

с участием государственного обвинителя Калугиной Е.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Ильина И.П.

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда уголовное дело в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата обезличена> в 

<

адрес обезличен>, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, работающего маляром в 

<

данные изъяты>", военнообязанного, не состоящего в зарегистрированном браке (холостого), не имеющего малолетних детей и иных иждивенцев, зарегистрированного и проживающего в 

<

адрес обезличен>, не содержавшегося под стражей, ранее не судимого, осужденного: 

1) 15 июля 2019 года Правобережным районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, постановлением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 19 февраля 2020 года испытательный срок продлен на 1 месяц (наказание не отбыто),

2) 09 сентября 2019 года Орджоникидзевским районным судом г. Магнитогорска Челябинской области по ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 158 УК РФ к 8 месяцам исправительных работ с удержанием ежемесячно в доход государства 10% заработка, постановлением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска от 04 декабря 2019 года предоставлена отсрочка исполнения приговора в связи с болезнью до выздоровления (наказание не отбыто);

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления.

Преступление совершено в Орджоникидзевском районе г. Магнитогорска при следующих обстоятельствах:

В ночь с 16 на 17 февраля 2019 года 

<

ФИО>7, ФИО1 и 

<

ФИО>8, будучи в состоянии алкогольного опьянения, находились у дома № 17/1 по ул. Доменщиков, где между 

<

ФИО>7 и 

<

ФИО>8 на почве сложившихся личных неприязненных отношений, произошла ссора, в ходе которой 

<

ФИО>7 в присутствии ФИО1 причинил 

<

ФИО>8 тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, то есть совершил особо тяжкое преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 111 УК РФ. После совершения преступления 

<

ФИО>7 обратился к ФИО1 с просьбой о содействии в сокрытии преступления путем перемещения трупа 

<

ФИО>8 в место, недоступное для обнаружения сотрудниками правоохранительных органов и гражданами, на что ФИО1 согласился.

Реализуя возникший преступный умысел, направленный на заранее не обещанное укрывательство совершенного 

<

ФИО>7 особо тяжкого преступления, путем укрывательства следов преступления, а именно – сокрытия трупа 

<

ФИО>8, ФИО1, действуя умышленно, у дома № 17/1 по ул. Доменщиков совместно с 

<

ФИО>7 перенес труп 

<

ФИО>8 в место, недоступное для обнаружения сотрудниками правоохранительных органов и гражданами – в отдушину подвала дома №17/1 по ул. Доменщиков, то есть сокрыл особо тяжкое преступление, совершенное 

<

ФИО>7

В продолжение вышеуказанного преступного умысла, ФИО1 в период до 20 часов 10 минут 04 марта 2019 года о факте совершения 

<

ФИО>7 особо тяжкого преступления в отношении потерпевшего 

<

ФИО>8 в правоохранительные органы не сообщил. Так, 25 февраля 2019 года в помещении кабинета № 46 ОП "Орджоникидзевский" УМВД России по г. Магнитогорску Челябинской области по адресу: 

<

...>, в ходе проведения оперуполномоченным ОУР отдела полиции "Орджоникидзевский" УМВД России по г. Магнитогорску Челябинской области опроса, умышленно дал ложные пояснения по факту безвестного исчезновения 

<

ФИО>8, скрыв от сотрудника правоохранительного органа сведения о совершении особо тяжкого преступления. Кроме того, 02 марта 2019 года в дневное время, находясь по месту своего проживания по адресу: 

<

адрес обезличен>, в продолжение вышеуказанного преступного умысла, ФИО1 при личной встрече с Свидетель №4, осуществлявшей поиски безвести пропавшего сына – 

<

ФИО>8, скрыл от неё сведения о совершении 

<

ФИО>7 в отношении её сына особо тяжкого преступления, и умышленно сообщил ей ложные сведения о неосведомленности о местонахождении 

<

ФИО>8, и скрывал указанные сведения до его допроса в качестве свидетеля, который был произведен 04 марта 2019 года в период с 19 часов 00 минут до 20 часов 10 минут в рамках уголовного дела, возбужденного по факту обнаружения трупа 

<

ФИО>8

Таким образом, своими умышленными преступными действиями ФИО1 воспрепятствовал нормальной деятельности органов предварительного расследования по раскрытию преступления и изобличению виновного лица и привлечению его к уголовной ответственности, что привело к тому, что уголовное дело по факту причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего 

<

ФИО>8 возбуждено и лицо, совершившее преступление в отношении 

<

ФИО>8, привлечено к уголовной ответственности по истечении длительного времени.

Подсудимый 

<

ФИО>1 в судебном заседании виновным себя не признал, в соответствии со ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний отказался. 

Из оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия 30 августа 2019 года, видно, что 16 февраля 2019 года после 18 часов 30 минут он встретился с 

<

ФИО>7 и Свидетель №3, вместе они распивали спиртные напитки в подъезде дома Свидетель №3 Около 20:00 часов они вместе отправились на остановку "СТО", чтобы встретить жену Свидетель №3, и на остановке познакомились с 

<

ФИО>8, который согласился выпить вместе с ними. Проводив жену Свидетель №3 до дома, они вчетвером купили один литр водки и пошли к нему (ФИО1) домой, где вместе стали выпивать. Позже пришла его (подсудимого) мать и выгнала их из квартиры, так как была против распития спиртных напитков в квартире. Около 23:30 часов они вышли на улицу, к этому моменту все уже были пьяны. По пути на остановку "Курортная поликлиника" у дома 17/1 по ул. Доменщиков между 

<

ФИО>7 и 

<

ФИО>8 завязалась драка. Свидетель №3 сразу пошел домой, а он (ФИО1) пытался разнять дерущихся, но не смог. В какой-то момент 

<

ФИО>8 перестал оказывать 

<

ФИО>7 сопротивление и потерял сознание. 

<

ФИО>7 пытался привести 

<

ФИО>8 в сознание, тряс его, бил ладонью по щекам, но тот не приходил в сознание, никаких звуков не подавал, не дышал. Они подумали, что 

<

ФИО>8 умер. Он предложил 

<

ФИО>7 уйти домой, но тот попросил помочь положить тело 

<

ФИО>8 в яму (отдушину подвала) с противоположной стороны от подъездов дома 17/1 по ул. Доменщиков. Он согласился, потому что 

<

ФИО>7 пригрозил, что изобьёт его, если он не поможет. Он (ФИО1) взял 

<

ФИО>8 за ноги, а 

<

ФИО>7 – за руки, они подняли его и оттащили к яме, куда бросили. После этого он (ФИО1) пошел домой, а 

<

ФИО>7 остался у отдушины подвала рядом с 

<

ФИО>8 (том 1 л.д. 215-221).

В ходе дополнительного допроса в период предварительного следствия 15 октября 2019 года ФИО1 уточнял, что он и 

<

ФИО>7 не знали, что 

<

ФИО>8 мертв, поняли лишь, что он находится без сознания. У 

<

ФИО>7 возникла мысль спрятать тело 

<

ФИО>8 в недоступное для людей место. Он (ФИО1) отказался тащить тело 

<

ФИО>8, сказал, что лучше вызвать скорую медицинскую помощь. 

<

ФИО>7 на это пояснил, что у него телефон разрядился, стал угрожать ему, нанес один удар кулаком в грудную клетку, от чего он испытал физическую боль. Испугавшись 

<

ФИО>7, который ранее уже бил его, он помог оттащить тело 

<

ФИО>8 в отдушину подвала, глубина которой была около 70 см, на расстояние около 3 метров от пешеходной дорожки. В содеянном раскаивается, принес свои извинения брату 

<

ФИО>8 за то, что помог 

<

ФИО>7 скрыть следы и сразу не сообщил о преступлении в правоохранительные органы. Свидетель №1 принял его извинения (том 2 л.д. 1-5, л.д. 22-23).

Оценивая вышеизложенные показания ФИО1, данные на предварительном следствии, суд приходит к следующему. Суду представляется очевидным, что, оспаривая в суде свою вину в совершении преступления, подсудимый стремится уйти от ответственности за содеянное. На протяжении всего предварительного расследования, будучи допрошенным через непродолжительное время после исследуемого события преступления, ФИО1 давал подробные показания о совершении им преступления. Приведенные выше показания ФИО1, данные в ходе допросов в качестве подозреваемого и обвиняемого, подробны и логичны. Протоколы допроса ФИО1 как в процессуальном статусе подозреваемого, так и в статусе обвиняемого, суд находит составленными с соблюдением требований УПК РФ. Как видно из протоколов допроса, показания были даны ФИО1 после разъяснения положений ст. 46, ст. 47 УПК РФ и ст. 51 Конституции РФ. В том числе ему была разъяснена возможность использования его показаний в качестве доказательства его вины даже при последующем отказе от этих показаний. 

В пользу вывода суда о том, что показания ФИО1 на предварительном следствии получены в строгом соответствии с требованиями закона, свидетельствует и факт дачи этих показаний в присутствии квалифицированного защитника Ильина И.П., добросовестность которого не оспорена и не ставится под сомнение судом. Показания ФИО1, данные как в качестве подозреваемого, так и после предъявления обвинения в статусе обвиняемого, согласуются и друг с другом, и с приведенными в приговоре показаниями Свидетель №1 и иных свидетелей, признанными судом достоверными и допустимыми доказательствами, а также с письменными доказательствами, в том числе с протоколом проверки показаний 

<

ФИО>7 на месте. 

При изложенных обстоятельствах суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность и допустимость приведенных выше показаний ФИО1, данных на предварительном следствии, об обстоятельствах совершенного им преступления. Суд принимает изложенные выше показания ФИО1, данные на предварительном следствии, в качестве достоверных и допустимых доказательств его виновности в совершении преступления. 

Несмотря на отрицание ФИО1 своей вины в судебном заседании, суд приходит к выводу, что его виновность в совершении преступления подтверждается приведенными ниже показаниями свидетелей.

Согласно оглашенным в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля Свидетель №4 

<

ФИО>15 

<

ФИО>16 являлся её сыном. В двадцатых числах февраля 2019 года от своего второго сына 

<

ФИО>9 узнала, что 

<

ФИО>20 пропал. 28 февраля 2019 года, приехав в 

<

адрес обезличен>, она встретилась с Свидетель №3 Последний рассказал, что 16 февраля 2019 года он, 

<

ФИО>21, 

<

ФИО>7 и ФИО1 проводили вместе время, но потом разошлись. Он показал матери 

<

ФИО>17 весь путь их следования 16 февраля 2019 года, рассказал о том, что они заходили к ФИО1 домой, показал, где ФИО1 и 

<

ФИО>7 живут. 

<

ФИО>7 дома застать не удалось, а ФИО1 сообщил, что 16 февраля 2019 года он с друзьями, действительно, был вместе с 

<

ФИО>19, но потом они разошлись, где находится 

<

ФИО>18, не знает. 04 марта 2019 года ей сообщили об обнаружении трупа её сына 

<

ФИО>8 (том 2 л.д. 168-171).

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №1, данных на предварительном следствии 29 ноября 2019 года, усматривается, что он был признан потерпевшим по уголовному делу по факту причинения тяжкого вреда здоровью его брата 

<

ФИО>8, повлекшего по неосторожности смерть последнего. 28 ноября 2019 года ему позвонил ФИО1, который попросил прощения за то, что помог 

<

ФИО>7 скрыть следы указанного преступления и сразу не сообщил о совершенном им преступлении в правоохранительные органы (том 2 л.д. 24-27)

Согласно оглашенным в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаниям свидетеля Свидетель №2, ФИО1 приходится ей сыном. 16 февраля 2019 года, вернувшись домой около 22:00 часов, она застала в квартире сына с его знакомыми Свидетель №3 

<

ФИО>22 и ещё одним незнакомым парнем, которые распивали спиртные напитки. Свидетель №3 сразу ушел, а минут через 15 после этого она попросила уйти из квартиры всех остальных, включая сына, поскольку не позволяла распивать спиртные напитки дома. Сын вернулся домой около 23:30 часов в тот же вечер. Ничего подозрительного она не заметила. После 16 февраля 2019 года 

<

ФИО>7 еще несколько раз приходил к ним, ни о каких конфликтах ей ничего не рассказывал. 02 марта 2019 года, когда она (свидетель) с сыном были дома, к ним пришла мать парня, которого она видела в своей квартире вместе с сыном, 

<

ФИО>7 и Свидетель №3 16 февраля 2019 года. Женщина искала Алексея, до которого не могла дозвониться. По словам женщины, она разыскивала своего сына 

<

ФИО>23 

<

ФИО>15. Она (свидетель) позвонила матери 

<

ФИО>7, которая сказала, что 

<

ФИО>7 уехал на вахту (том 1 л.д. 56-59, том 2 л.д. 164-167).

Из оглашенных в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля Свидетель №3, усматривается, что 16 февраля 2019 года около 15:00 часов к нему пришли его знакомые 

<

ФИО>7 и ФИО1, вместе они стали распивать спиртные напитки в подъезде его дома по ул. Доменщиков д. 17. В 18:10 часов он пошёл на остановку "СТО" по ул. Советской, чтобы встретить жену. 

<

ФИО>7 и ФИО1 пошли с ним. Придя на остановку, они стали свидетелями драки, в которой двое мужчин избивали ранее незнакомого ему парня, как впоследствии выяснилось по имени 

<

ФИО>24. Он разнял дерущихся, и в это время подъехала его (свидетеля) жена. Он пошел провожать жену до дома, 

<

ФИО>7, ФИО1 и 

<

ФИО>25 пошли за ним. Жена зашла домой, а он с парнями отправился в магазин "Для друзей", где 

<

ФИО>26 купил одну бутылку водки объемом 0,5 литра, которую они распили в подъезде, после чего купили еще две бутылки водки и снова пошли в подъезд его (свидетеля) дома, где выпили всю водку, после чего в магазине на пересечении ул. Труда и пр. Карла Маркса купили еще 3 бутылки водки и вернулись в подъезд. Выпив одну бутылку водки в подъезде, они пошли домой к ФИО1, и продолжили выпивать водку в комнате ФИО1 После распития водки он (свидетель) пошел домой, на выходе из квартиры встретился с матерью ФИО1, поздоровался с ней и вышел из квартиры. В ходе распития водки никаких конфликтов не было. Выйдя от ФИО1, он у входа в подъезд покурил, и в этот момент из подъезда вышли ФИО1, 

<

ФИО>7 и 

<

ФИО>27. Он собрался идти домой, а парни – в магазин за водкой. Поскольку им было по пути, пошли все вместе. В районе дома № 17/1 по ул. Доменщиков между 

<

ФИО>7 и 

<

ФИО>28 завязалась драка. Он (свидетель) не хотел участвовать в драке, к тому же от выпитого плохо себя чувствовал, поэтому пошел домой. На следующий день или через день он разговаривал с ФИО1, спрашивал, чем закончилась драка. ФИО1 говорил про какую-то яму, что у Алексея пропал нож из квартиры, но он не понял, о чём речь, и не придал этому значения. 18 февраля 2019 года ему (свидетелю) позвонила мать 

<

ФИО>29, искала сына. Он не стал говорить ей о драке 

<

ФИО>33 с 

<

ФИО>7, сказал, что после совместного распития спиртных напитков они разошлись. 24 февраля 2019 года его и ФИО1 вызывали в отдел полиции по факту исчезновения 

<

ФИО>30. Полицейским он о драке также не сообщил. Выйдя из полиции, он позвонил 

<

ФИО>7, рассказал о вызове в полицию, предложил прийти в полицию 25 февраля 2019 года, но тот так и не появился. 02 марта 2019 года около 11:00 часов к нему (свидетелю) приезжала мать 

<

ФИО>31, которой он рассказал об обстоятельствах их встречи с 

<

ФИО>32, указал место, где он последний раз видел 

<

ФИО>34, - у дома 17/4 по ул.Доменщиков. Затем он вместе с матерью 

<

ФИО>35 прошел к 

<

ФИО>7, но последнего дома не оказалось. Тогда они пошли к ФИО1 Дома была и мать последнего. Мать 

<

ФИО>36 стала спрашивать у 

<

ФИО>14, где находится 

<

ФИО>7 Свидетель №2 позвонила матери 

<

ФИО>7, которая сообщила, что тот уехал на работу вахтовым методом.04 марта 2019 года его вновь вызвали в полицию, где он узнал, что труп 

<

ФИО>37 нашли в яме у дома 17/1 по ул. Доменщиков. Тогда он рассказал о случившемся 16 февраля 2019 года (том 1 л.д. 91-95, 230-234, том 2 л.д. 172-175)

Оценивая показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, данные ими в период предварительного следствия, суд приходит к выводу, что они в полной мере отвечают требованиям относимости, допустимости и достоверности. Показания названных лиц получены с соблюдением требований УПК РФ, после предупреждения их об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3 не противоречат иным представленным стороной обвинения доказательствам, в том числе письменным.

Из показаний свидетеля 

<

ФИО>7 в судебном заседании усматривается, что ФИО1 знает с детства, относится к нему, как к младшему брату, никаких конфликтов межу ними не случалось. Он (свидетель) осужден приговором Орджоникидзевского районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> за причинение в феврале 2019 года у дома 17/1 по ул. Доменщиков 

<

ФИО>8 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего смерть 

<

ФИО>8 В этот вечер он, ФИО1, 

<

ФИО>8 и Свидетель №3 распивали спиртные напитки. После совместного распития спиртного, когда все уже были в состоянии сильного опьянения, между ним (свидетелем) и 

<

ФИО>8 завязалась сначала ссора, а потом драка. Свидетель №3 к этому моменту уже ушел. Он (свидетель) стал наносить 

<

ФИО>8 удары, от которых в итоге последний потерял сознание. После этого ФИО1 ушел, а он оттащил 

<

ФИО>8, у которого ещё прощупывался пульс, к отдушине подвала. ФИО1 вместе с ним тело не перемещал, к углублению (глубиной около 50 см) рядом с отдушиной подвала он (свидетель) перетащил 

<

ФИО>8 сам. Покинув место происшествия, он в дальнейшем в правоохранительные органы о случившемся не сообщал, поскольку, считал, что 

<

ФИО>8 выжил. Полагает, что ФИО1, дав показания об оказании ему помощи в сокрытии трупа, оговорил себя. 

Из оглашенных в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний 

<

ФИО>7, данных в период предварительного расследования, усматривается, что 16 февраля 2019 года он, Свидетель №3 и 

<

ФИО>1 примерно с 18:30 часов распивали алкогольные напитки, в том числе крепкие – водку. Когда около 20:00 часов пришли на остановку "СТО", чтобы встретить жену Свидетель №3, встретили там ранее незнакомого 

<

ФИО>8 Проводив жену Свидетель №3 домой, они уже вчетвером продолжили распивать водку. Пили в квартире ФИО1, а когда мать последнего пришла домой, пошли на улицу и решили купить еще водки. По пути в магазин у дома 17/1 по ул. Доменщиков между ним (свидетелем) и 

<

ФИО>8 начался словесный конфликт, который перерос в драку. Они стали наносить друг другу удары в голову и по телу руками и ногами. Во время драки Свидетель №3 ушел, а ФИО1 наблюдал за дракой. Когда лежащий к тому моменту на земле 

<

ФИО>8 перестал оказывать сопротивление и потерял сознание, он прекратил бить его, попытался привести в сознание, при этом тряс его, бил ладонью по щекам, но тот не приходил в сознание, хотя пульс ещё прощупывался. Он решил перенести тело 

<

ФИО>8 в сторону от дорожки, к стене дома 17/1 по ул. Доменщиков в г. Магнитогорске, полагая, что он скоро очнется и пойдет домой. Взяв тело 

<

ФИО>8 под руки, он волоком оттащил его в яму (углубление), расположенную с противоположной стороны от подъездов дома № 17/1 по ул. Доменщиков в г. Магнитогорске, после чего отправился домой. ФИО1 к этому моменту уже не было на месте драки. По какой причине ФИО1 утверждает, что вместе с ним перенес 

<

ФИО>8, объяснить не может (том 1 л.д. 97-102, л.д. 117-121)

Из протокола проверки показаний обвиняемого 

<

ФИО>7 на месте от 28 мая 2019 года следует, что у дома 17/1 по ул. Доменщиков он сообщил и продемонстрировал механизм и локализацию нанесенных им в ночь с 16 на 17 февраля 2019 года 

<

ФИО>8 ударов, продемонстрировал, как и куда оттащил тело 

<

ФИО>8 после этого (том 1 л.д. 103-116).

Из протокола очной ставки, проведенной 04 апреля 2019 года между ФИО1 и 

<

ФИО>7, явствует, что 

<

ФИО>7 настаивал на данных им показаниях (том 1 л.д. 72-78).

Суд критически оценивает показания свидетеля 

<

ФИО>7, отрицающего в суде причастность ФИО1 к совершению инкриминируемого ему преступления. Показания 

<

ФИО>7 не согласуются с представленными доказательствами, что ставит под сомнение достоверность этих показаний. Так, в частности, как утверждает 

<

ФИО>7, ФИО1 ушел сразу после того, как потерпевший потерял сознание от нанесенных ударов. Однако ФИО1 в своих показаниях описывает не только место, где происходила драка, но и место, куда было им и свидетелем было перемещено тело 

<

ФИО>8, которое соответствует месту, где был обнаружен труп потерпевшего, а он не мог бы знать этих обстоятельств, если бы, как настаивает 

<

ФИО>7, он ушел до перемещения тела 

<

ФИО>8 Как установлено судом, 

<

ФИО>7 с детства знает ФИО1 и, судя по обстоятельствам дела, состоит с ним в приятельских отношениях, они общались, совместно проводили время. Указанные факты приводят суд к выводу о том, что показания 

<

ФИО>7 обусловлены желанием помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное. 

Кроме показаний свидетелей Свидетель №1, Свидетель №4, Свидетель №2, Свидетель №3, виновность ФИО1 в совершении преступления подтверждается исследованными в судебном заседании в порядке ст. 285 УПК РФ нижеприведенными протоколами следственных действий и иными документами.

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела 22 июля 2019 года в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ (том 1 л.д. 1-2).

Рапорт об обнаружении признаков преступления свидетельствует о том, что 19 июля 2019 года в Орджоникидзевском МСО СУ СК РФ зарегистрировано сообщение следователя о преступлении, предусмотренном ст. 316 УК РФ, факт совершения которого был выявлен в ходе расследовании уголовного дела в отношении 

<

ФИО>7 (том 1 л.д. 23). 

Из копии постановления о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству усматривается, что 04 марта 2019 года по факту обнаружения трупа 

<

ФИО>8 было возбужденно уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ (том 1 л.д. 26-27). 

Копия протокола принятия устного заявления о преступлении свидетельствует о том, что 23 февраля 2018 года в отделе полиции "Орджоникидзевский" УМВД России по г. Магнитогорску зарегистрировано сообщение 

<

ФИО>9 об исчезновении его брата 

<

ФИО>8 (том 1 л.д. 140). 

Из копии протокола осмотра места происшествия видно, что 01 марта 2019 года был осмотрен участок местности у дома 17/1 по ул. Доменщиков где в углублении (карман цокольного этажа) под слоем снега снегом был обнаружен труп неустановленного мужчины (том 1 л.д. 28-36).

Как видно, из протокола осмотра места происшествия от 04 марта 2019 года, на участке местности у дома 17/1 по ул. Доменщиков на скамейке были обнаружены следы вещества бурого цвета, смыв которого был изъят, а также обнаружены свитер, перчатка, носок (том 1 л.д. 37-42).

Заключением эксперта № 536 от 30 апреля 2019 года установлено, что смерть 

<

ФИО>8 наступила от острой кровопотери в виде гемоперитонеума (кровь в брюшной полости) объемом 700 мл в результате обнаруженной у 

<

ФИО>8 тупой травмы живота, проявившейся в виде разрывов капсулы и ткани селезенки, то есть данная травма состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Учитывая степень выраженности ранних и поздних трупных явлений, а так же наличие признаков воздействия низкой природной температуры, на момент исследования (04 марта 2019 года в 14 часов 00 минут) давность наступления смерти может составлять не менее 2-х суток и не более 1 месяца. При химическом исследовании в крови найден этиловый спирт в концентрации 3,5%о, что при жизни может соответствовать тяжелой алкогольной интоксикации (том 1 л.д. 43-53).

Приговором Орджоникидзевского районного суда 

<

адрес обезличен> от 

<

дата обезличена> 

<

ФИО>7 осужден за то, что в ночь с 16 на 17 февраля 2019 года у дома 17/1 по ул. Доменщиков в ходе ссоры с 

<

ФИО>8, реализуя умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанес 

<

ФИО>8 телесные повреждения, причинившее тяжкий вред здоровью, опасный дли жизни человека, в результате которых в короткий отрезок времени на месте происшествия наступила смерть 

<

ФИО>8 (том 2 л.д. 87-93).

Оценивая письменные доказательства, представленные стороной обвинения, суд приходит к выводу, что все следственные действия проведены с соблюдением требований, установленных УПК РФ. Исследованные в ходе судебного разбирательства протоколы следственных действий и иные документы в полной мере отвечают требованиям допустимости доказательств. Зафиксированные в протоколах следственных действий сведения согласуются с другими исследованными по уголовному делу доказательствами, и в совокупности с ними подтверждают факт совершения ФИО1 преступления. 

Таким образом, все представленные доказательства признаются судом достоверными, допустимыми и относимыми, а их совокупность является достаточной для разрешения уголовного дела.

Органами предварительного следствия действия ФИО1 были квалифицированы ст. 316 УК РФ, как укрывательство преступления, то есть заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления.

Анализ представленных доказательств свидетельствует о том, что в ночь с 16 на 17 февраля 2019 года ФИО1 явился очевидцем совершения 

<

ФИО>7 особо тяжкого преступления. В присутствии ФИО1 у дома 17/1 по ул. Доменщиков 

<

ФИО>7 в ходе ссоры с 

<

ФИО>8 умышленно, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, нанес 

<

ФИО>8 телесные повреждения, причинившее тяжкий вред его здоровью, опасный дли жизни человека, в результате которых в короткий отрезок времени на месте происшествия наступила смерть 

<

ФИО>8, что установлено вступившим в законную силу приговором суда и не оспаривалось сторонами. Как установлено судом, после этого, действуя по просьбе его давнего знакомого 

<

ФИО>7, подсудимый оказал последнему содействие в сокрытии следов преступления.

Суд не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что факт перемещения тела 

<

ФИО>8 на незначительное расстояние от места драки и размещения его в месте, расположенном рядом с оживленными местами, свидетельствует об отсутствии в действиях подсудимого состава преступления. 

Представленными доказательствами установлено, что ФИО1 оттащил совместно с 

<

ФИО>7, совершившим особо тяжкое преступление, тело 

<

ФИО>8 в сторону от пешеходной дорожки, то есть от места драки, и помог поместить его в углубление у стены дома 17/1 по ул. Доменщиков. И хотя место, куда было перенесено тело 

<

ФИО>8, находится на относительно незначительном удалении от пешеходной дорожки, из материалов уголовного дела усматривается, что труп 

<

ФИО>8 был обнаружен только 04 марта 2019 года, то есть через продолжительное время после события преступления, что само по себе указывает на то, что он был размещен так, чтобы отсрочить его обнаружение посторонними лицами. О наличии умысла спрятать тело 

<

ФИО>8 именно с целью сокрытия преступления в своих показаниях сообщил и сам ФИО1 О наличии такого умысла свидетельствует также и последующее поведение ФИО1, который в дальнейшем не сообщил о совершении 

<

ФИО>7 особо тяжкого преступления в ходе опроса его оперативным уполномоченным по факту безвестного исчезновения 

<

ФИО>8, скрыл данный факт и от матери 

<

ФИО>8, обратившейся к нему за помощью в поисках своего безвести пропавшего сына 

<

ФИО>8 

Кроме того, суд отмечает, что никакой версии относительно того, с какой иной целью после избиения потерпевшего до бессознательного состояния потребовалось перемещать его тело в углубление у стены дома в стороне от пешеходного перехода, стороной защиты не приведено. 

Тем самым совокупностью доказательств установлено, что ФИО1 совершил активные действия, направленные на сокрытие трупа 

<

ФИО>8, выполнив объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ. Все приведенные судом выше факты свидетельствуют об умышленном характере действий ФИО1, направленных именно на укрывательство совершенного 

<

ФИО>7 особо тяжкого преступления. При этом он не мог не осознавать общественную опасность укрываемого им деяния, а также своих собственных действий, и желал помочь скрыть от правоохранительных органов факт совершения 

<

ФИО>7, с которым он состоит в приятельских отношениях и знает с детства, особо тяжкого преступления. 

Суд также не может согласиться с доводами стороны защиты о том, что в рассматриваем деле применимы положения ч. 1 ст. 39 и ч. 1 ст. 40 УК РФ. 

Суд не может расценивать действия ФИО1, как совершение преступления в состоянии крайней необходимости. Никаких данных о том, что ФИО1 грозила какая-либо опасность, непосредственно угрожающая его личности и правам, которая не могла быть устранена иными средствами, кроме как совершением инкриминируемых ему действий, суду не представлено, в то время как для вывода о применении положений ч. 1 ст. 39 УК РФ угроза должна быть реальной, фактически имеющей место. В рассматриваемом случае в отношении ФИО1 никаких действий, угрожающих его жизни, здоровью либо его правам, не совершалось, а потому он мог лишь предполагать наличие какой-либо угрозы. 

Вопреки позиции стороны защиты, нет у суда оснований и для вывода о совершении преступления в результате физического принуждения, вследствие которого ФИО1 не мог руководить своими действиями (бездействием).

С учетом изложенных обстоятельств, суд считает вину подсудимого доказанной и квалифицирует действия ФИО1 по ст. 316 УК РФ, как заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления.

При определении вида и размера наказания ФИО1 суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, конкретные обстоятельства содеянного, обстоятельства, смягчающие наказание, данные о личности подсудимого, а также влияние назначенного наказания на его исправление и условия его жизни, а также жизни его семьи.

Совершенное подсудимым деяние в соответствии со ст. 15 УК РФ отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, изменение которой на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не предусмотрено.

К обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого ФИО1, суд отнес в соответствии с ч.1 ст.61 УК РФ явку с повинной, которой суд расценивает сообщение им о совершенном преступлении до возбуждения в его отношении уголовного дела; активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в даче в ходе следственных действий подробных признательных показаний, а в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ также – совершение преступления впервые, признание вины на стадии предварительного расследования и раскаяние в содеянном, наличие ряда заболеваний, в том числе тяжких.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

При оценке данных о личности подсудимого ФИО1 суд принимает во внимание наличие постоянного места регистрации, жительства и работы, удовлетворительную бытовую характеристику. ФИО1 не состоит на учете у врача психиатра, однако проходил лечение у психиатра, находится на диспансерном наблюдении нарколога, что свидетельствует о неудовлетворительном состоянии здоровья подсудимого. 

Учитывая изложенные выше обстоятельства, и в соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ, принимая во внимание, что совершенное преступление отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, совершено ФИО1 впервые при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, а санкция статьи 316 УК РФ предусматривает альтернативный лишению свободы вид наказания, суд находит возможным назначить подсудимому наказание в виде штрафа. 

Принимая во внимание, что преступление, за которое ФИО1 настоящим приговором осуждается к штрафу, совершено им до постановления приговоров Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 15 июля 2019 года и Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 09 сентября 2019 года, названные приговоры подлежат самостоятельному исполнению. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307 – ст. 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ, и назначить ему наказание в виде штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей. 

Реквизиты для зачисления штрафа: 

ИНН 

<

***> КПП 745301001, 

Наименование получателя: УФК по Челябинской области (ГУ МВД России по Челябинской области л/с 

<

***>) 

р/с 

<

***> 

Отделение Челябинск БИК 047501001, 

КБК 188 1 16 03131 01 0000 140.

Приговоры Правобережного районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 15 июля 2019 года и Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 09 сентября 2019 года исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней, а по вступлении приговора в законную силу – отменить. 

Приговор может быть обжалован в Челябинский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения путем подачи жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в тот же срок ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий: 

Приговор в апелляционном порядке не обжалован, вступил в законную силу 18 сентября 2020 года.