Гр. дело **

**

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

****. ***

Железнодорожный районный суд *** 

в с о с т а в е:

Судьи Пащенко Т.А.

с участием прокурора ШМА

при секретаре Нироновой А.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период временного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец обратился с указанным иском в суд, просит восстановить его на работе на предприятии Дирекция аварийно-восстановительных средств Западно-Сибирской железной дороги филиал ОАО «РЖД» АПК Станции Томск-2 в должности машинист бульдозера, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 руб.

В обоснование требований ссылается на то, что работал на предприятии АПК Станции Томск 2 с 21.10.2014г. в должности машинист бульдозера. Приказом от ****г. уволен по собственному желанию. Считает увольнение незаконным, поскольку заявление об увольнении им отозвано. Его средний заработок составляет 33 000,00 руб. в месяц. Незаконными действиями работодателя истцу причинен моральный вред, который выразился в переживаниях, после незаконных действий ответчика истец находился с депрессивном состоянии. 

Истец в судебном заседании исковые требования и доводы иска поддержал в полном объеме, дополнительно ссылается на то, что через два-три дня после подачи заявления об увольнении, истец подавал заявление об отзыве заявления об увольнении старшему мастеру ЭИИ, через которого ранее подавал заявление об увольнении от 26.08.2020г., на что ЭИИ сообщил, что заявлению об увольнении ход не дали, истец может спокойно работать, нет необходимости в подаче заявления об отзыве заявления об увольнении, чему истец поверил. Накануне завершения отработки, 08.09.2020г. истец подавал заявление об отзыве заявления об увольнении исполняющему обязанности старшего мастера МДА для направления его в дирекцию, однако, МДА пояснил, что КТМ запретила от него что-либо принимать. 

09.09.2020г. около 16.20 часов истец вместе с ХАН – одновременно с истцом подавшим заявление об увольнении 26.08.2020г., по требованию приехали из *** в Дирекцию аварийно-восстановительных средств ЗСЖД в отдела кадров к КТМ, где сообщили о сложившейся по месту работы ситуации, увольняться не хотели, пытались подать заявление об отзыве заявления об увольнении, однако, заявление не было принято, им было сообщено об увольнении. От ознакомления с приказами об увольнении отказались, с увольнением не были согласны, незамедлительно 09.09.2020г. обратились в Новосибирскую транспортную прокуратуру о нарушении трудовых прав, восстановлении на работе. 

Считает срок на обращение в суд не пропущенным, поскольку ожидал ответа из прокуратуры, после получения которого в тот же день обратился с иском в суд. Согласился с представленным ответчиком расчетом среднего заработка.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном отзыве, дополнениям к отзыву (т.1 л.д. 30-33,87-88, 206-209), в том числе ответчик ссылается на то, что процедура увольнения соблюдена работодателем, 26.08.2020г. на имя начальника Дирекции аварийно-восстановительных средств Западно-Сибирской железной дороги филиал ОАО «РЖД» поступило заявление ФИО1 с просьбой уволить его по собственному желанию. 

Приказом **-ДАВСКл от 09.09.2020г. трудовой договор с истцом прекращен по п.3. ч.1. ст.77 ТК РФ. Действий об отзыве заявления об увольнении с момента подачи заявления (****) и до дня увольнения (****) ФИО1 не предпринимал. В последний рабочий день истца в установленном законом порядке оформлено прекращение трудового договора, произведена запись в трудовую книжку, окончательный расчет. ФИО1 от ознакомления с приказом отказался, после увольнения на работу не выходил. 10.09.2020г. ответчиком посредством почтовой связи в адрес истца направлено уведомление об увольнении, необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление трудовой книжки посредством почтовой связи. 20.10.2020г. в адрес ответчика от истца поступило заявление о направлении трудовой книжки почтой, в тот же день, трудовая книжка направлена истцу.

После поступления заявления об увольнении на место истца на должность машиниста бульдозера приглашен другой работник переводом из другого структурного подразделения ОАО «РЖД», который подпал под сокращение, что подтверждается рапортом от 04.09.2020г., письмом от 07.09.2020г. 

21.10.2014г. между истцом и ответчиком заключен трудовой договор согласно которого истец был принят на работу стропальщиком пятого разряда, в 2018г. ФИО1 попал под сокращение, в связи с чем, ему предложена должность машиниста бульдозера шестого разряда с условием, что ФИО1 пройдет обучение за свой счет и получит водительские права соответствующей категории, на что ФИО1 выразил свое согласие, 19.02.2018г. заключено дополнительное соглашение к трудовому договору **, согласно которому истец был переведен на другую работу в связи с изменением штатного расписания. Однако, ФИО1 взятое на себя обязательство по обучению и получению водительских прав соответствующей категории на право управления бульдозером не исполнил. 

30.04.2020г. ФИО1 отстранен от выполнения работ по профессии машинист бульдозера, в связи с отсутствием у него прав на управление тракторной техникой, до момента прохождения обучения на категорию «Е» и предоставления соответствующих документов. Заявлением от 30.04.2020г. ФИО1 дал ответчику обязательство об обучении за свой счет и получении прав соответствующей категории в срок до 01.08.2020г. и просил оставить его на должности машиниста бульдозера, однако, в обещанный в своем заявлении срок ФИО1 не получил и не представил работодателю права на управление тракторной техникой. 

22.08.2020г. в дневную смену по месту работы истца пропало имущество, принадлежащее работодателю, что подтверждается рапортом от 26.08.2020г., протоколом совещания от 26.08.2020г., камерами видеонаблюдения, установленными на территории объекта. Принято решение о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в части вывоза материалов с территории поезда, но затем истцом подано заявление об увольнении по собственному желанию. 

В связи с тем, что основные требования истца о признании увольнении незаконным и восстановлении на работе не обоснованы и не подлежат удовлетворению, также не подлежит удовлетворению производное от них требование о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула. Трудовой договор расторгнут на законных основаниях. 

Ответчиком заявлено о применении последствий пропуска срока на обращение в суд, установленного ст. 392 ТК РФ, в связи с обращением истца в суд через полтора месяца после увольнения. По мнению ответчика, уважительности причин пропуска срока на обращение в суд истцом не представлено, обращение истца в прокуратуру не прерывает течение срока обращения в суд, не свидетельствует об уважительности причины пропуска срока на обращение в суд, поскольку у истца не могло быть правомерных ожиданий, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке. 

Указывает, что истцом не представлено в суд заявления либо иного письменного документа, свидетельствующего об отзыве заявления на увольнение, а также доказательств вручения заявления работодателю. С 26.08.2020г. по 09.09.2020г. от истца никаких заявлений не поступало, по почте также заявлений не поступало. 08.09.2020г., исполняющим обязанности старшего мастера аварийно-восстановительной команды на *** МДВ в 13.30 местного времени было вручено истцу транспортное требование на *** транспортом от *** до ***. В транспортном требовании было указано, что ФИО1 командируется в дирекцию в связи с увольнением по собственному желанию. Однако, ни в тот, ни в последующий день от работника не последовало заявления об отзыве ранее поданного заявления на увольнение. 

Считает, что не может быть признана относимым и допустимым доказательством аудиозапись разговора, сделанная истцом 09.09.2020г., между ХАН и ведущим специалистом по управлению персоналом дирекции КТМ, так как истец в ходе разговора не участвовал, являлся слушателем, сам ХАН на протяжении всего разговора высказывал свое несогласие с порядками в аварийно-восстановительном поезде, а также с деятельностью старшего мастера аварийно-восстановительной команды на *** ЭИИ, доказывал свою непричастность к выявленному случаю хищения материалов с территории аварийно-полевой команды 25.08.2020г., сказанная ХАН фраза «я хочу работать» не может расцениваться как отзыв ранее поданного заявления об увольнении по собственному желанию истца ФИО1, на протяжении всего разговора не было слышно, чтобы ХАН или ФИО1 просили работника отдела кадров принять заявление об отзыве заявления на увольнение, также специалист по управлению персоналом в начале разговора разъяснила работникам порядок отзыва заявления. 

ГИТ ***, Новосибирская транспортная прокуратура не нашли нарушений в процедуре увольнения истца. На протяжении двух недель истец имел возможность отозвать заявление всеми доступными способами. В комнате дежурного аварийно-полевой команды, куда имел доступ и истец, находится стенд со справочной информацией, телефонами и данными руководителей дирекции, истец имел техническую возможность выхода с внешней электронной почты из глобальной сети интернет на служебную электронную почту ОАО «РЖД».

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей ХАН, ЛСЮ, ЭИИ, КТМ, МДВ, заслушав представленную истцом аудиозапись, исследовав материалы дела, обозрев подлинные материал проверки Новосибирской транспортной прокуратуры по обращению ФИО1, ХАН от 09.09.2020г., заслушав заключение помощника Новосибирского транспортного прокурора, полагавшей истца подлежащим восстановлению на работе, срок на обращение в суд – подлежащим восстановлению, приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен.

Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.

К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

Одним из оснований прекращения трудового договора в силу п.3. ч.1. ст.77 ТК РФ является расторжение трудового договора по инициативе работника

Согласно абз. 1 ст. 80 ТК РФ, работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

В силу абз. 4 ст. 80 ТК РФ, до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора. 

В соответствии с ст.234 ТК РФ, работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. 

Согласно положениям статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, то есть по смыслу указанной правовой нормы при любом нарушении предусмотренных трудовым законодательством прав работника презюмируется причинение ему работодателем морального вреда, размер компенсации которого определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела.

По смыслу указанной правовой нормы при установлении факта нарушения трудовых прав работника презюмируется факт причинения ему морального вреда, следовательно, подлежат удовлетворению требования работника о взыскании с работодателя компенсации морального вреда, размер которой определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела.

Согласно пункту 63 Постановления Пленума ВС РФ от **** «О применении судами РФ ТК РФ» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимание обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

В случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

Судом установлено следующее: 

21.10.2014г. ФИО1 принят на работу в ОАО «РЖД» на неопределенный срок на должность стропальщика восстановительного поезда станции Томск II I группы дирекции аварийно-восстановительных средств – структурного подразделения Западно-Сибирской железной дороги, между сторонами заключен соответствующий трудовой договор ** (т.1 л.д.53-56,59). 

19.02.2018г. истец переведен на должность машинист бульдозера Аварийно-полевой команды на станции Томск II Восстановительного поезда на станции Тайга I группы дирекции аварийно-восстановительных средств, *** – структурного подразделения Западно-Сибирской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» на неопределенный срок, между сторонами заключено соответствующее дополнительное соглашение к трудовому договору. Установлена тарифная ставка 110 руб. 39 коп. в час, выплаты по районным коэффициентам в размере 30% (т. 1 л.д.57,58,61).

Место работы истца находилось в ***, где истец проживает.

26.08.2020г. истец написал заявление об увольнении по собственному желанию, на котором старший мастер ЭИИ указал, что не возражает, руководителем дирекции аварийно-восстановительных средств ФИО3 поставлена резолюция об увольнении с отработкой согласно ТК РФ (т.1.л.д.74,136).

Приказом **-ДАВСКл от 09.09.2020г. дирекции аварийно-восстановительных средств – структурного подразделения Западно-Сибирской железной дороги – филиала ОАО «РЖД» трудовой договор между ФИО1 и ОАО «РЖД» прекращен (расторгнут) с 09.09.2020г. по инициативе работника (по собственному желанию) (п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ), на основании личного заявления работника (т.1.л.д. 79,141). 

В этот же день с истцом произведен расчет при увольнении, составлен акт об отказе ознакомления с приказом ФИО1, отказе в получении трудовой книжки. 

10.09.2020г. ответчиком истец в письменной форме уведомлен об увольнении с работы на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ, уведомление получено ФИО1 15.09.2020г. (т.1.л.д.80,81,82). 

20.10.2020г. ФИО1 подал работодателю заявление о направлении в его адрес трудовой книжки (т.1 л.д.83). 

Разрешая заявление ответчика о пропуске истцом срока на обращение в суд, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ, работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй, третьей и четвертой настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

Начало течения срока на обращение в суд за разрешением спора о восстановлении на работе связано с днем получения приказа об увольнении или получения трудовой книжки работником. 

Как следует из материалов дела, представленной истцом аудиозаписи, подтверждено самим истцом, непосредственно в день увольнения 09.09.2020г. истец, которому было сообщено об увольнении ведущим специалистом по управлению персоналом КТМ, будучи несогласным с увольнением, отказался от получения у ответчика копии приказа об увольнении. 

Следовательно, срок на обращение в суд по спору о восстановлении на работе для истца подлежит исчислению с 09.09.2020г.

С данным иском в Октябрьский районный суд *** согласно штемпелю на конверте истец обратился 15.10.2020г. (т.1.л.д.7).

Таким образом, истцом на шесть дней пропущен срок на обращение в суд при подаче иска.

Однако, непосредственно в день увольнения 09.09.2020г. истец совместно с ХАН обратился в Новосибирскую транспортную прокуратуру с заявлением о нарушении его трудовых прав работодателем – Дирекцией аварийно-восстановительных средств – структурным подразделении Западно-Сибирской железной дороги-филиал ОАД «РЖД», просил восстановить его на работе, разобраться в ситуации (т.2 л.д.1-56).

Ответ Новосибирской транспортной прокуратуры на обращение истца датирован 08.10.2020г. т.1.л.д.90, т.2. л.д. 53), направлен посредством Почты России 09.10.2020г. ХАН (для объявления ФИО1). 

Как сообщил в судебном заседании истец, он не обращался в суд, ожидая ответа из Новосибирской транспортной прокуратуры, получив который, незамедлительно обратился с иском в суд. Также по данному факту истец обращался в Государственную инспекцию труда ***. 

Учитывая характер действий истца, выражавших несогласие с действиями работодателя, с самим увольнением уже в день увольнения, обратившегося с жалобой на действия работодателя, доводы ответчика об отказе в удовлетворении иска по основанию пропуска срока исковой давности нельзя признать обоснованными, поскольку они сделаны без учета всей совокупности указанных обстоятельств. 

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от **** N 15, общие начала которого применяются к трудовым спорам независимо от конкретного работодателя, разъяснил по вопросу срока на обращение работника в суд следующее: "Судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного статьей 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392 ТК РФ). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный статьей 392 ТК РФ срок.

Обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Например, об уважительности причин пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может свидетельствовать своевременное обращение работника с письменным заявлением о нарушении его трудовых прав в органы прокуратуры и (или) в государственную инспекцию труда, которыми в отношении работодателя было принято соответствующее решение об устранении нарушений трудовых прав работника, вследствие чего у работника возникли правомерные ожидания, что его права будут восстановлены во внесудебном порядке. Обстоятельства, касающиеся причин пропуска работником срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора, и их оценка судом должны быть отражены в решении (часть 4 статьи 198 ГПК РФ)".

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является. 

Соответственно, с учетом положений ст. 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями ст. 2 (о задачах гражданского судопроизводства), 56, 67, 71 (о доказательствах и доказывании, оценке доказательств) ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В ст. 352 ТК РФ определено, что каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Основными способами защиты трудовых прав и свобод являются в том числе государственный контроль (надзор) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и судебная защита. 

Обращаясь в инспекцию труда и к прокурору с жалобами о нарушении его трудовых прав, истец, не обладая юридическими познаниями, правомерно ожидал, что в отношении работодателя будет принято соответствующее решение о восстановлении его трудовых прав во внесудебном порядке.

Учитывая вышеизложенное, незамедлительное обращение истца в прокуратуру о восстановлении трудовых прав, затем в государственную инспекцию труда, незначительный период пропуска истцом срока на обращение в суд, а также то обстоятельство, что спор о восстановлении на работе является социально значимым, истец в спорных правоотношениях является наиболее слабой стороной по сравнению с работодателем – крупным юридическим лицом, обладающим штатом юристов, суд восстанавливает истцу срок на обращение в суд.

При этом тот факт, что истец полагал срок на обращение в суд не пропущенным, не влияет на возможность его восстановления судом, учитывая существо спорных правоотношений, фактические действия истца, подтверждающие его несогласие с увольнением, начиная уже со дня увольнения, а также то обстоятельство, что истец, не обладающий юридическими познаниями, самостоятельно, без помощи представителя защищал свои интересы на протяжении всего периода после увольнения, а том числе, и в суде.

Оценивая доказательства по делу в их совокупности, на основании указанных ранее норм закона, суд полагает увольнение истца незаконным, в связи с чем, истец подлежит восстановлению на работе в должности машиниста бульдозера Аварийно-полевой команды на станции Томск II Восстановительного поезда на станции Тайга I группы Дирекции аварийно-восстановительных средств – структурное подразделение Западно-Сибирской железной дороги – филиала Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 10.09.2020г..

Так, из непротиворечивых, в полной мере согласующихся между собой пояснений истца, показаний свидетеля ХАН, совместного заявления ХАН, ФИО1, в Новосибирскую транспортную прокуратуру, аудиозаписи разговора, состоявшегося 09.09.2020г. в дирекции аварийно-восстановительных средств ЗСЖД в течение рабочего дня с участием ХАН, ФИО1, а также ведущего специалиста по управлению персоналом КТМ, письменных материалов дела, оснований не доверять которым не имеется, следует, что ФИО1 26.08.2020г. старшему мастеру ЭИИ подано заявление об увольнении его по собственному желанию. 

Срок предупреждения об увольнении по указанному заявлению истекал 09.09.2020г., который являлся последним рабочим днем, и в течение периода с 26.08.2020г. по 09.09.2020г. включительно истец имел право отозвать свое заявление об увольнении.. 

Через несколько дней после подачи названного заявления, ФИО1 сообщил своему непосредственному руководителю старшему мастеру ЭИИ о намерении не увольняться, продолжить работу, на что старшим мастером сообщено истцу о его дальнейшем продолжении работы, отсутствии необходимости подавать заявление об отзыве заявления об увольнении. 

Однако, 08.09.2020г. исполняющим обязанности старшего мастера в период временного отсутствия ЭИИ – МДВ истцу вручено требование о необходимости явиться в дирекцию аварийно-восстановительных средств, выписаны железнодорожные билеты в один конец из *** в ***.

После получения данного требования ФИО1 обратился к МДВ с просьбой принять, направить в дирекцию его заявление об отзыве заявления об увольнении, однако, МДВ заявление не принял, сообщив, что дирекцией запрещено принимать от него такое заявление.

При этом, как следует, в том числе, из показаний свидетеля МДВ, истец, как в период с 26.08.2020г., так и непосредственно 08.09.2020г., не имел доступа к служебной электронной почте, посредством которой возможно было направить заявление об отзыве заявления об увольнении, поскольку отправить посредством служебной электронной почты заявление имел возможность только старший мастер либо исполняющий обязанности старшего мастера с компьютера в его кабинете, на общем компьютере доступа к служебной электронной почте не имеется.

Показания свидетелей – старшего мастера ЭИИ, исполнявшего обязанности старшего мастера МДВ об отсутствии у них полномочий принимать от истца заявление об отзыве заявления об увольнении судом не принимаются, поскольку явно противоречат фактическим действиям самого же старшего мастера, принявшего от истца заявление об увольнении по собственному желанию от 26.08.2020г., направившего его по принадлежности в дирекцию аварийно-восстановительных средств, на основании которого истец уволен 09.09.2020г.

По прибытии в *** 09.09.2020г. около 16.20 часов, в течение рабочего времени последнего дня работы истца исходя из срока предупреждения об увольнении, истец совместно с ХАН явился в дирекцию аварийно-восстановительных средств ЗСЖД, в кабинет ведущего специалиста по управлению персоналом КТМ, которой, в том числе, через ХАН, сообщил о нежелании увольняться по собственному желанию, несогласии с увольнением, предпринял попытку передать заявление об отзыве заявления об увольнении, на что ему представителем работодателя КТМ сообщено о наличии приказа о его увольнении, предложено получить копию приказа об увольнении, заявление об отзыве заявления об увольнении проигнорировано.

При этом, как следует, в том числе, из показаний самой КТМ, ею 09.09.2020г. не разъяснен истцу порядок отзыва заявления об увольнении, не сообщено истцу о возможности в соседнем с ней кабинете зарегистрировать заявление об отзыве заявления об увольнении.

Таким образом, до истечения срока предупреждения об увольнении, истец не только неоднократно, явно, однозначно и недвусмысленно выражал представителям работодателя свою волю на отзыв заявления об увольнении по собственному желанию, поданного 26.08.2020г., нежелание увольняться по собственному желанию, но и предпринимал попытки подать представителям работодателя заявление об отзыве заявления об увольнении от 26.08.2020г., на что имел право на основании закона, однако, несмотря на это, заявление представителями работодателя принято не было, а истец был уволен по собственному желанию на основании заявления от 26.08.2020г., что свидетельствует о незаконности увольнения ответчиком истца 09.09.2020г.

При таких обстоятельствах, сам по себе факт отсутствия регистрации ответчиком заявления истца об отзыве заявления об увольнении, не направления его истцом почтой, электронной почтой ответчику, не подтверждает законность увольнения ответчиком истца 09.09.2020г.

У суда отсутствуют основания не доверять показаниям свидетеля ХАН, являвшегося непосредственным очевидцем и участником событий, связанных с увольнением истца, его показания суд принимает в полном объеме.

Так, показания свидетеля ХАН являются ясными, непротиворечивыми, в полной мере согласуются с пояснениями истца, содержанием аудиозаписи от 09.09.2020г., содержанием заявления в прокуратуру от 09.09.2020г. 

Более того, ХАН, уволенный 09.09.2020г. из ОАО «РЖД», с ноября 2020г. до настоящего времени вновь является сотрудником ответчика, несмотря на это, дал последовательные, полные, четкие показания, аналогичные пояснениям истца, содержанию аудиозаписи от 09.09.2020г., заявления в прокуратуру от 09.09.2020г., что свидетельствует о достоверности его показаний, его незаинтересованности в исходе дела.

К показаниям свидетелей ЭИИ, МДВ, КТМ в части обстоятельств увольнения истца суд относится критически, данные показания не могут быть положены в основу решения, поскольку указанные свидетели, являясь сотрудниками ответчика, дали показания, исключительно поддерживающие правовую позицию ответчика по делу, противоречащие собранной по делу совокупности доказательств.

Также показания свидетелей ЭИИ, МДВ о невозможности принятия ими заявления от истца об отзыве заявления об увольнении, как указано ранее, противоречат фактическим действиям самого же старшего мастера ЭИИ, принявшего от истца заявление об увольнении по собственному желанию от 26.08.2020г., направившего его по принадлежности в дирекцию аварийно-восстановительных средств, на основании которого истец уволен 09.09.2020г.

Показания свидетеля КТМ явно противоречат содержанию аудиозаписи ее разговора 09.09.2020г..

Более того, как следует из аудиозаписи и подтвердила сама свидетель КТМ, указание ею в приказе об увольнении истца от 09.09.2020г. о том, что в присутствии истца составлен акт об отказе в ознакомлении с приказом, содержание приказа зачитано вслух, копия приказа получена истцом лично в руки, не соответствует действительности.

Показания свидетеля ЛСЮ не содержат юридически значимых обстоятельств по делу, очевидцем обращения истца в представителям работодателя по вопросу увольнения указанный свидетель не являлся.

Вопреки доводам стороны ответчика, аудиозапись разговора 09.09.2020г. ХАН, ФИО1, КТМ является относимым, допустимым доказательством по делу.

Так, истец, свидетель ХАА, а также свидетель КТМ подтвердили, что указанная аудиозапись содержит именно разговор названных лиц, имевший место 09.09.2020г. в дирекции аварийно-восстановительных средств, в кабинете КТМ

Тот факт, что аудиозапись содержит, в основном, разговор ХАН и КТМ, а ФИО1 лишь несколько раз вступает в разговор, не влияет на ее квалификацию, как относимого, допустимого доказательства по делу, не оставляет сомнений в волеизъявлении истца, не желавшего увольняться по собственному желанию, заявившего об этом работодателю, учитывая, что ФИО1 и ХАН, подавшие в один день 26.08.2020г. заявления об увольнении по собственному желанию, совместно по требованию прибыли из *** в ***, явились в течение рабочего дня последнего дня работы 09.09.2020г. в отдел кадров дирекции аварийно-восстановительных средств, где ХАН, выступая в присутствии истца не только от своего имени, в своих интересах, но, фактически, и от имени истца, и в его интересах, излагал их общую с истцом позицию о несогласии с их увольнением по собственному желанию, о сложившейся по месту работы ситуации, о том, что ими предпринимались меры для подачи работодателю заявления об увольнении, однако, исполняющим обязанности старшего мастера МДВ их заявление не было принято с пояснением о наличии указаний не принимать от них заявления; также ХАН предлагалось КТМ принять заявление об отзыве заявления об увольнении по собственному желанию, чего произведено не было..

При этом, истец в ходе разговора не высказывал несогласия с позицией ХАН, не заявлял об иной своей позиции, напротив, их действия были согласованными, они вместе отказались от получения копии приказа об увольнении, незамедлительно 09.09.2020г. обратились в Новосибирскую транспортную прокуратуру с совместным заявлением о нарушении их трудовых прав, восстановлении на работе.

Изложенное свидетельствует о едином мнении истца и ХАН по поводу их увольнения, о полной поддержке истцом изложенной в разговоре 09.09.2020г. ХАН с представителем работодателя КТМ правовой позиции по поводу увольнения истца.

Ссылка ответчика на то, что работодателем на место ФИО1 был приглашен иной работник, в связи с чем, должно было быть произведено увольнение истца независимо от отзыва им заявления об увольнении, не может быть принята.

Так, ответчиком, обязанным доказать законность и обоснованность увольнения истца, не представлено доказательств того, что на место истца до истечения срока предупреждения о увольнении приглашен в письменно форме другой работник, которому не могло быть отказано в заключении трудового договора, как того требует абз. 4 ст. 80 ТК РФ.

Представленные ответчиком копии рапорта от 04.09.2020г., письма от 07.09.2020г. (т. 1 л.д. 76,77) о таких обстоятельствах не свидетельствуют, поскольку в рапорте старший мастер АПК ***-2 ЭИИ просит согласовать прием на работу переводом на вакантную должность машиниста бульдозера ФИО4; в письме начальник дирекции аварийно-восстановительных средств ФИО3 обращается к заместителю начальника железной дороги по кадрам и социальным вопросам о разрешении приема на работу ФИО4 на должность машиниста бульдозера.

Ответчиком не доказано, что исходя из штатного расписания, именно на должность, занимаемую истцом, которая по состоянию на 04.09.2020г., 07.09.2020г. вакантной не являлась, был приглашен в письменной форме ФИО4, которому не могло быть отказано в заключении договора. 

Самого письменного приглашения ФИО4 на должность истца, согласия ФИО4 на занятие данной должности, доказательств того, что ФИО4 не могло быть отказано в заключении трудового договора, как и приказа о приеме ФИО4 на работу после увольнения истца, трудового договора с ним, стороной ответчика не представлено.

Доводы ответчика о вывозе истцом 22.08.2020г. имущества, принадлежащее работодателю, со ссылкой на рапорт от 26.08.2020г., протокол совещания от 26.08.2020г., не имеют правового значения для разрешения данного спора, поскольку дисциплинарное взыскание к истцу не применялось, уволен истец был по собственному желанию, а не по иным основаниям, предметом спора является законность увольнения истца, а не какие-либо его действия в период работы у ответчика.. 

Ссылка ответчика на отсутствие у истца прав на управление тракторной техникой категории «Е», не прохождение истцом соответствующего обучения, не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, учитывая, что истец на дату увольнения занимал именно должность машиниста бульдозера, с которой был незаконно уволен и подлежит восстановлению в прежней должности. Правоотношения сторон по поводу соответствия либо несоответствия истца указанной должности исходя из тех или иных требований предметом спора не является.

С учетом установленных при разрешении индивидуального трудового спора судом обстоятельств, на основании указанных норм закона, тот факт, что Государственная инспекция труда, а также прокуратура не выявили нарушений при увольнении истца, не свидетельствует о законности произведенного ответчиком увольнения истца. 

Поскольку увольнение истца 09.09.2020г. являлось незаконным, истец подлежит восстановлению на работе, истец согласен с представленным ответчиком расчетом среднего заработка за период вынужденного прогула с 10.09.2020г. по 29.07.2021г., который судом проверен, в ходе рассмотрения дела не оспорен, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за указанный период вынужденного прогула в сумме 334 873 руб. 16 коп.

Учитывая, что увольнение истца являлось неправомерным, не соответствующими требованиям трудового законодательства, действиями ответчика нарушено конституционное право истца на труд, а также требования трудового законодательства. В связи с чем, требование истца о компенсации морального вреда является обоснованным. С учетом всех обстоятельств дела, объема и характера причиненных работнику нравственных страданий, наличия вины работодателя, периода, последствий нарушения прав истца действиями ответчика, а также требований разумности и справедливости, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в сумме 5 000,00 руб..

Иные доводы лиц, участвующих в деле, не влияют на установленные судом обстоятельства.

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению.

В силу ст.211 ГПК РФ, решение суда о восстановлении на работе, о выплате работнику заработной платы в течение трех месяцев подлежит немедленному исполнению.

На основании указанной нормы закона, с учетом фактических обстоятельств дела, ответчику незамедлительно надлежит выплатить истцу средний заработок за время вынужденного прогула за период с 10.09.2020г. по 10.12.2020г.

На основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина по делу 7 148 руб. 73 коп.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 на работе в должности машиниста бульдозера Аварийно-полевой команды на станции Томск II Восстановительного поезда на станции Тайга I группы Дирекции аварийно-восстановительных средств – структурное подразделение Западно-Сибирской железной дороги – филиала Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» с 10.09.2020г.

Данное решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 10.09.2020г. по 29.07.2021г. в сумме 334 873 руб. 16 коп., компенсацию морального вреда в сумме 5 000 руб. 00 коп.

Данное решение в части взыскания среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 10.09.2020г. по 10.12.2020г. подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с Открытого акционерного общества «Российские железные дороги» в доход бюджета государственную пошлину по делу в сумме 7 148 руб. 73 коп. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новосибирский областной суд через Железнодорожный районный суд *** в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Вступившее в законную силу решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (***) через Железнодорожный районный суд *** в срок, не превышающий трех месяцев со дня вступления в законную силу, при условии, что лицами, участвующими в деле, и другими лицами, если их права и законные интересы нарушены решением, были исчерпаны установленные ГПК РФ способы обжалования решения до дня вступления его в законную силу.

Судья подпись Т.А. Пащенко 

Решение изготовлено в окончательной форме ****.

Подлинное решение находится в материалах гражданского дела ** Железнодорожного районного суда ***.