Дело № 2-1/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

Кетовский районный суд Курганской области 

в составе председательствующего судьи Тренихиной Т.В.,

при секретаре Севостьянове Р.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 7 июня 2018 г. в с. Кетово Кетовского района Курганской области гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба от пожара, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО4 обратились в суд с иском (с учётом изменённых требований) к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба от пожара, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов. В обоснование иска указано, что ДД.ММ.ГГГГ в 18-00 час. произошло возгорание бани на участке ответчиков по адресу: 

<

адрес> в 

<

адрес>. В результате пожара повреждены крыши построек, принадлежащих ФИО1: гаража, мастерской и бани, стройматериалы, водосточная система, светильники, автозапчасти, хранившиеся на крыше данных строений, оплавился сайдинг на веранде его дома. Общий ущерб, причинённый пожаром для него составил 668474 руб. 63 коп. Кроме того, им причинён моральный вред и вред здоровью. Так, ФИО5 – пенсионер, слегла, с момента пожара изменилось её психическое состояние, нарушен сон, часто кричит о помощи, ухудшилось состояние здоровья: повысилось давление, резкие боли в сердце, принимает лекарство. ФИО1 также после пожара стал плохо себя чувствовать: появились жалобы на боли в желудке, обострилась язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, назначено лечение, принималось лекарство. Просят взыскать с ответчиков солидарно в пользу ФИО1 материальный ущерб в размере 668474 руб. 63 коп., расходы по госпошлине – 2500 руб., компенсацию морального вреда по 50000 руб. в пользу каждого истца (л.д. 194-198 том 1).

Определением Кетовского районного суда Курганской области от 07.06.2017 производство по гражданскому делу по иску ФИО5 к ФИО2, ФИО3 о компенсации морального вреда, прекращено в связи со смертью истца (л.д. 191 том 2).

Истец и его представители, действующая по ордеру ФИО6, и, действующий по устному ходатайству ФИО7, в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, дополнив, что пожар произошёл по вине ответчиков.

Ответчики и их представитель, действующий по доверенности и устному ходатайству ФИО8, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, полагая вину ответчиков в произошедшем пожаре неустановленной, размер материального ущерба завышенным. Просили в иске отказать.

Представители 3-х лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Кетовский межрайонный ОНД и ПР по Кетовскому району УНД и ПР ГУ МЧС России по Курганской области, администрации Лесниковского сельсовета Кетовского района Курганской области в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, в заявлениях просили рассмотреть дело в их отсутствие, самостоятельного мнения по существу исковых требований не представили.

С учётом мнения сторон и их представителей, суд определил, рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Заслушав стороны, их представителей, допросив экспертов, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, видео- и фотоматериалы, суд приходит к следующим выводам.

Установлено, что ФИО1 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: 

<

адрес> о чём представлено свидетельство о государственной регистрации права (далее – свидетельство о ГРП) серии № от ДД.ММ.ГГГГ (повторное, взамен свидетельства № серия 45 УЮ от ДД.ММ.ГГГГ) (л.д. 11 том 1).

Согласно данным отказного производства №, 11.06.2016 в 19-52 мин. В ОНД и ПР по Кетовскому району от диспетчера ПСЧ-27 по охране Кетовского района 

<

адрес> в 

<

адрес>, а также зданий гаража, бани, мастерской, расположенных по адресу: 

<

адрес>. Пожар ликвидирован 11.06.2016 в 21-15 мин. Двумя отделениями ПСЧ-27 по охране Кетовского района, одним отделением ПСЧ-9, одним отделением МПО Темляково. В результате пожара на участке № 

<

адрес> в 

<

адрес> повреждены все постройки: балки перекрытия, стропила, обрешётка крыши бани выгорели до угольных и зольных остатков; дощатое покрытие пола и дощатые стены предбанника выгорели до угольных и зольных остатков; сарай выгорел до угольных и зольных остатков; брусовой каркас, стропила навеса повреждены в виде крупнозернистого обугливания, обрешётка и крыша навеса выгорели до угольных и зольных остатков; жилой дом подвергнут термическому воздействию в виде крупнозернистого обугливания в месте расположения дощатой веранды, стропила, обрешётка, перекрытие крыши дома подверглись термическому воздействию по всей площади в виде крупнозернистого обугливания и прогаров, пол веранды выгорел до угольных и зольных остатков, несущие конструкции крыльца выгорели до угольных и зольных остатков, ступени подверглись термическому воздействию в виде крупнозернистого обугливания; входная дверь в здание подверглась термическому воздействию в виде обугливания; помещение прихожей подверглось термическому воздействию по всей площади: в потолочном перекрытии наблюдаются прогары, на стенах – крупнозернистое обугливание, шкаф в прихожей выгорел до угольных и зольных остатков; лестница в подвальное помещение поверглась термическому воздействию в виде обугливания; подвальный этаж подвергся термическому повреждению в верхних уровнях: перекрытие закопчено, частично обуглено; помещение кухни подверглось термическому воздействию по всей площади: остекление в оконных рамах отсутствует, предметы быта подверглись термическому воздействию в виде обугливания, оплавления и закопчения, потолочное перекрытие и отделка стен обуглены и закопчены; помещение санузла подверглось термическому воздействию по всей площади: стены и потолочное перекрытие обуглены и закопчены; зальное помещение подверглось термическому воздействию по всей площади: остекление оконных проёмов частично отсутствует, частично закопчено, мебель и бытовая техничка подверглись огневому воздействию, отделка стен и потолочное перекрытие выгорели, потолочное перекрытие обуглено; помещение комнаты подверглось термическому воздействию: обуглен дверной проём, остекление, стены, потолочное перекрытие, бытовая техника и мебель закопчены. На участке № 

<

адрес> 

<

адрес> в результате пожара повреждены постройки: обрешётка здания бани выгорела до угольных и зольных остатков, стропила крыши повреждены в виде крупнозернистого обугливания, снаружи стены бани подвержены огневому воздействию преимущественно с южной стороны в виде прогаров и обугливания; обрешётка крыши здания мастерской размером 4,6х4 м выгорела до угольных и зольных остатков, в потолочном перекрытии наблюдаются прогары, стропила крыши подверглись термическому воздействию в виде крупнозернистого обугливания, внутри помещение закопчено по всей площади, остекление в оконном проёме отсутствует, на полу – пожарный мусор; здание гаража подвержено термическому воздействию преимущественно в верхних уровнях, обрешётка крыши частично выгорела до угольных и зольных остатков, частично обуглена, в деревянном перекрытии наблюдаются прогары. Следов с ЛВЖ и ГЖ, а также приспособлений для поджога на месте пожара не обнаружено. Лицо, чьи действия привели к пожару не установлено. В возбуждении уголовного дела по факту возгорания бани, сарая, навеса, веранды, здания жилого дома, расположенных по 

<

адрес>, а также зданий гаража, бани, мастерской, расположенных по 

<

адрес> – отказано, за отсутствием события преступления (л.д. 77, 78-80, 81, 82-86, 89-151 том 1).

Из показаний истца и приложений к исковым заявлениям следует, что в результате пожара ему причинён ущерб на общую сумму 668474 руб. 63 коп., который складывается из ущерба, причинённого непосредственно его строениям – бане, мастерской и гаражу, а также хранящемуся на крышах данных строений имуществу: строительный материал (доски, сайдинг, водосточная система из пластика, оконные блоки, оконные рамы, дверные блоки), электросветильники, садово-огороднический инвентарь (лопаты, вилы, пилы), строительные инструменты (бензопилы «Карвер», «Урал», электродрель, электролобзик, электрорубанок, электронасосы «Малыш», «Агидель», углошлифовальные машины «Стурм», «Вихрь», рубанки ручные, электропила «Парма»-3, пневматическая шлифовальная машина, пневматический гайковёрт), черенки топоров, цепи бензопилы, предметы мебели (двухъярусная кровать, раскладушка), электропроводка, кабель АПРН 4-70, системный блок компьютера, мегоммер М4100/3, электросчётчик, электрический удлинитель, автозапчасти (чехол запасного колеса, габаритные фонари, зеркала заднего вида, стартер Ниссан Атлас, топливный насос, ремни подвесных агрегатов Ниссан, фонари поворотов, трансформатор, электродвигатель отопителя автомобиля Ниссан Атлас), деревянная лодка, термос 3 л, отопительная установка ОВ-65, СМУ – светомузыкальная установка, электродвигатель, душевые лейки (одна со шлангом и краном), диски пильные, радио, газовый водогрейный котёл, электродвигатель вытяжки, сантехнические соединительные шланги, электропускатель, чертёжная решена, газовый котёл КСГ.

Пояснениями свидетелей ФИО9 и ФИО7 подтверждено, что в результате пожара у истца были повреждены крыши гаража, мастерской, бани, стены и потолки данных строений, электроприборы, дрели, пилы, строительные материалы, сайдинг, водосточная система, бензопилы, лобзики, автозапчасти, домашняя утварь, газовый котёл, светильники, кабель АПРМ 4,70, пневматические гайковёрт и шлифовальная машина, электродвигатель, трансформатор, шестиместная лодка, дверные блоки, которые хранились на крыше мастерской и гаража. Поскольку почти всё имущество истцом было куплено с рук либо на разборах, документов на данное имущество нет. Материал был куплен впрок для ремонта дома или автотехники (л.д. 15-22, 61-68 том 2).

Пояснениями свидетелей ФИО16, ФИО30, ФИО33, ФИО10, ФИО34, ФИО11 также подтверждено, что огнём при пожаре у истца повреждены строения (крыши надворных построек: гаража, мастерской и бани). На участке истца постоянно ремонтировались автомобили, было много техники (л.д. 61-68, 82-91, 116-120 том 2).

На доску 2м – 2 куб.м и 4 м. – 2,5 куб.м; сайдинг и водосточную систему для дома представлены товарный чек от 26.10.2009 (л.д. 46 том 2), квитанция к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ, счёт на оплату № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 59, 60 том 1).

Глава 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) устанавливает общие положения возмещения вреда. Так, в силу 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. 

При определении размера ущерба суд руководствуется правилами ст.ст. 15, 1082 ГК РФ, согласно которым, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки. Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с заключением эксперта № 3025 от 26.05.2017 ООО «Бюро независимых экспертиз» (л.д. 132-170 том 2) размер ущерба, причинённый в результате пожара ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> ФИО1 составляет 465100 руб., из которых: ущерб строениям составляет 186000 руб., имуществу, которое идентифицировано по результатам осмотра – 23400 руб., имуществу, которое невозможно идентифицировать по результатам осмотра – 245100 руб., имуществу, не представленному для осмотра – 10600 руб.

Опрошенный в судебном заседании эксперт ФИО12 (л.д. 215-221 том 2) подтвердил данное им заключение, при этом пояснил, что имущество им оценивалось исходя из срока эксплуатации, износа, всё представленное на осмотр имущество имело следы повреждения огнём. К экспертному заключению представлено 3 таблицы, где указано: в первой таблице – имущество, которое в ходе экспертного исследования было представлено и идентифицировано; во второй таблице указано имущество, которое было представлено на экспертизу, но не идентифицировано (т.е. не имело идентифицирующих признаков), информация о нём имелась в документах; в третьей таблице – имущество, которое не представлено на экспертизу, проведена оценка со слов истца.

Данное экспертное заключение сторонами не оспорено, о назначении дополнительной или повторной экспертизы ходатайств не заявлялось.

Оценивая экспертное заключение по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд считает, что из размера ущерба, определённого экспертом, необходимо исключить имущество, которое не представлено на экспертизу, в связи с чем, размер причинённого истцу ущерба составляет 454500 руб. (465100 – 10600).

Оснований для применения положений ст. 1083 ГК РФ суд не усматривает, ходатайств об этом стороны не заявляли, доказательств необходимости или возможности снижения размера возмещения вреда, лицами, участвующими в деле не представлено.

Таким образом, учитывая представленные доказательства в совокупности, суд находит доказанным причинение материального ущерба ФИО1 в размере 454500 руб.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.06.2002 N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем", - вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в статье 1064 Гражданского кодекса РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса РФ).

В материалах отказного производства № 59 имеются 2 экспертных заключения ФГБУ «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы Испытательная пожарная лаборатория по Курганской области» (далее – ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Курганской области) № 154-2-03 15.06.2016 (л.д. 117-119 том 1), № 187-2-03 от 15.07.2016 (л.д. 145-146 том 1) и техническое заключение этого же учреждения № 183-2-01 от 20.06.2016 (л.д. 120-125 том 1), с учётом сообщения УНД и ПР Кетовский межрайонный отдел надзорной деятельности и профилактической работы ОНД и ПР по Кетовскому району от 28.07.2017 № 307-2-8-12 (л.д. 178 том 3), в соответствии с которыми очаг пожара, произошедшего 11.06.2016 в надворных постройках, расположенных на территории земельного участка жилого 

<

адрес> по адресу: 

<

адрес>, находится на конструкции потолочного перекрытия бани, в месте расположения трубы дымохода отопительной печи. На расположение очага пожара указывают сведения из объяснения очевидцев ФИО2 и ФИО18 Причиной возникновения данного пожара является воздействие на сгораемые материалы высоконагретых элементов печного отопления. На представленных медных токоведущих жилах (изъятых из предбанника бани по адресу: 

<

адрес>) обнаружены оплавления, свидетельствующие об аварийном пожароопасном режиме работы электросети. На токоведущей жиле объекта № 1 обнаружены признаки протекания токовой нагрузки кратностью 3?4 и выше; на токоведущей жиле объекта № 2 (образец № 1) выявлены признаки протекания вторичного КЗ (во время пожара); на токоведущей жиле объекта № 2 (образец № 2) обнаружены признаки протекания КЗ. Ввиду наличия противоречивых признаков однозначно установить момент возникновения короткого замыкания (до пожара или во время пожара) не представляется возможным. Возникновение и распространение данного пожара со строений, расположенных по адресу: 

<

адрес> невозможно, т.к. данный пожар возник и был обнаружен внутри бани на территории земельного участка №.

Допрошенный в судебном заседании в качестве эксперта ФИО13 (ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Курганской области), проводивший экспертизы в рамках отказного производства, подтвердил данные им заключения, пояснив, что проводил экспертизы по представленным ему материалам, без выезда на место пожара. Место расположения очага пожара им устанавливалось по показаниям очевидцев ФИО32, её сына и ФИО35, которые обнаружили пожар и наблюдали его на ранних стадиях. Установить очаг пожара путём определения термических повреждений не представлялось возможным, поскольку пожар имел большую площадь, а также после пожара производился разбор разрушенных строений и материалов, что привело к их перемещению. Восстановить первоначальную обстановку не представлялось возможным. На момент поступления материалов на пожаро-техническую экспертизу – 14.06.2016 прошло уже более 3-х суток, обстановка на участке могла существенно измениться, вследствие чего утрачивается очаговый признак, связанный с характером повреждения строений, поэтому экспертиза проводилась без выезда на место происшествия. Также, при производстве экспертизы принималась во внимание видеозапись с камеры видеонаблюдения автомобиля ФИО2, который был припаркован на её земельном участке. Предположить механизм развития пожара со стороны участка № на участок № невозможно, т.к. распространение пожара с конструкции надворных построек участка № на уровень потолочного перекрытия бани на участке № должно происходить под воздействием интенсивных конвективных потоков воздуха в форме открытого пожара. В дневное время, при наличии сопутствующего ветра, указанный характер распространения огня был бы хорошо заметен с участка №. На видеозаписи чётко видно горение карниза бани, обращённого внутрь двора участка №, при этом, обрешётка кровли бани на участке № не горела. На более позднем этапе видеосъёмки, когда автомобиль ФИО2 был перепаркован на проезжую часть улицы, отчётливо видно, что наиболее интенсивное горение происходит в месте кровли бани на участке №. Огонь распространился на кровлю постройки на участке №. Возможность возникновения пожара на участке № исключена, т.к. они эвакуировали предметы изнутри строений при отсутствии огня и задымления. Также соседи помогали ФИО2 тушить пожар, но после распространения огня на их постройки, стали спасать своё имущество. Конструктивные особенности бани на участке №, наличие асбестовой трубы имеет отношение к распространению пожара на поздних стадиях. Данные сведения не пригодны для установления очага пожара. Искры из трубы истца не могли послужить причиной пожара в связи с непродолжительным временем их существования и недостаточной мощностью, они не могли попасть под конструкцию кровли. Первые признаки пожара, т.е. задымление и пламенное горение карниза были у ФИО2 (л.д. 82-91 том 2).

Эксперт ФИО14 (ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Курганской области), проводивший согласование технического заключения в рамках отказного производства, пояснил, что проводил проверку соблюдения законности и применения методических рекомендаций проводившим исследование экспертом ФИО15 Техническое исследование проводилось по результатам исследования проводников, изъятых с места пожара с участка № из строения в виде бани. В соответствии с выводами исследования, аварийные режимы возникли в результате вторичного короткого замыкания или перегрузки. Вторичное короткое замыкание подразумевает, что этот аварийный режим произошёл в результате пожара. Первые признаки пожара были определены по задымлению и пламени в месте потолочного перекрытия или карниза бани на участке №, что следует из записи видеорегистратора автомобиля и показаний очевидцев. При обнаружении пожара на конструкциях участка №, в случае возникновения пожара на постройках участка №, не заметить горение кровли и при этом наблюдать горение потолочного перекрытия бани на соседнем участке, руководствуясь общими закономерностями развития пожара, невозможно. Когда горение переходит в открытую форму, включаются конвективные потоки воздуха, что приводит к быстрому распространению пожара на кровле. Если свидетели говорят, что видели горение потолочного перекрытия, но при этом не указывают, что видели горение на соседнем участке, не заметить горение кровли на этом участке крайне сложно, т.к. кровля загорится в первую очередь, уже потом огонь распространится на кровлю другого строения. После воспламенения обрешётки загорится потолочное перекрытие. После перегорания потолочного перекрытия горение разовьётся внутрь бани. Но увидеть горение на соседнем участке и в то же время наблюдать горение внутри бани потолочного перекрытия, невозможно. На участке № по записи видеорегистратора видно, что горело под крышей, т.е. подкровельное пространство. Первые признаки пожара видны по записи видеорегистратора автомобиля на юго-западном углу бани участка №. Чёрным дымом горит пластмасса, а цвет дыма от горения дерева зависит от температуры горения (л.д. 82-91 том 2). 

Из пояснений свидетеля ФИО9 (супруга истца) следует, что ДД.ММ.ГГГГ она была на своём участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес>, увидела, как над крышей бани ответчиков поднимаются струйки дыма, пока бегала к ним, узнать в чём дело, увидела, как из-под крыши поднимается пламя. ФИО2 сказала ей, что начался пожар. После этого, она побежала в дом и сказала супругу о необходимости вызвать пожарных. Сама пыталась тушить начавшийся пожар шлангом. Пламя распространилось с участка соседей на их постройки (л.д. 15-22 том 2).

По пояснениям свидетеля ФИО7 (сына истца) следует, что он приехал на место происшествия по звонку матери с сообщением о пожаре. Увидел, что соседские постройки наполовину сгорели, начал гореть навес на их дворовой территории. В это время заметил, что начали гореть крыши их гаража, мастерской и бани. Гараж и мастерская имели общую стену и крышу. Баня стояла отдельно, на расстоянии 30 см от мастерской. Одно окно мастерской выходит на участок ответчиков. Крыша шиферная. На участке ФИО1 сварочных работ не проводилось. Имевшийся у него газовый котёл не был подключен. Имевшийся у ФИО1 токарный станок работал на трёхфазном токе, имелись средства защиты от перегрева проводки в виде сертифицированных автоматов, также имелся огнетушитель и песок (л.д. 61-68 том 2).

Свидетель ФИО16 (бывший глава Лесниковского сельсовета) в судебном заседании пояснял, что когда произошёл пожар, он находился на крыльце магазина, рядом с местом пожара, приблизительно в 300-х метрах, увидел зарево. Когда он приехал на пожар, там уже были пожарные машины. Горели крыши надворных строений на обеих участках, шло тушение пожара. Ветер был северный, постоянный: дул со стороны участка истца в сторону участка ответчиков. Постройки ФИО7 располагались вплотную к забору ответчиков, строения деревянные, не обработанные в противопожарном плане, не обложены ни кирпичом, ни железом. Слышал, как стрелял шифер (л.д. 61-68 том 2).

Из пояснений свидетеля ФИО30 (бывший супруг ФИО2) следует, что он приехал на место происшествия по звонку ФИО2 с сообщением о пожаре. Когда он приехал, горели все постройки и начал гореть жилой дом на участке №. У соседа также горели надворные постройки: гараж, мастерская и баня. Горели стены и крыша. Сильно горела веранда на участке №, начали гореть стены дома ФИО2, дверь в дом была открыта. Пожарные уже тушили огонь. Баню на участке ФИО2 строил он. Полы в бане были забетонированы, на них лежали деревянные решётки. Печку изготавливал также он, монтировал, делал противопожарные разделки, забетонировал рядом с трубой. Бетон мешал с кирпичной крошкой для большей огнестойкости. На крыше также всё было забетонировано, имелась противопожарная развилка, металлическая кровля, а также асбестовые листы. Труба держалась за счёт потолка и крыши. После него кто-то ремонтировал баню ФИО2, но ремонт выполнен качественно, перекрытия бани не менялись. Постройки ФИО7 возведены вплотную к забору. Постоянно на участке истца проводились ремонты машин и сварочные работы, из-за чего были перепады напряжения. В день пожара он не видел, чтобы на участке истца проводились сварочные или ремонтные работы. В день пожара видел, как с участка ФИО1 шёл чёрный и синий дым, был сильный северный ветер (л.д. 61-68 том 2).

Согласно показаниям свидетеля ФИО33 (соседа ФИО1) в день пожара он был в городе, когда ему позвонил сын и сказал, что у соседей пожар. Когда он подъехал на место пожара, горела баня у Б-вых (участок №) и начала гореть веранда, а у ФИО31 горела крыша на гараже, баня и мастерская. Начало пожара он не видел. Крыши построек истца были: деревянная обрешётка и шифер. На крыше бани был опил. Ветер был с северо-запада. ФИО31 занимались ремонтом автомобилей, из-за чего были постоянно перепады напряжения. Была ли сварка на участке истца в день пожара, не знает, т.к. отсутствовал дома (л.д. 61-68 том 2).

По пояснениям свидетеля ФИО17 следует, что он проживает через дом от ФИО31. Вечером, часов в 17-00 – 18-00, он смотрел с женой телевизор у себя дома, услышал взрывы, потом потух свет. Он вышел во двор, ему показалось, что горит у ФИО33. Когда он вышел на улицу, увидел, что горит гараж у ФИО1 Огонь был сильно большой, цвета дыма не видел (л.д. 82-91 том 2).

Свидетель ФИО18 (подруга ФИО2) в судебном заседании пояснила, что в день пожара была у ФИО2 в гостях. Они попросили сына ФИО2 ФИО34 затопить баню. Около 19-00 он затопил баню. Некоторое время спустя, минут через 20 после того, как баню затопили, ФИО2 позвала её посмотреть ремонт в бане. Когда они зашли, в бане было ещё холодно, ФИО2 открывала топку голой рукой, пламя только начало гореть. Когда они зашли в баню, там было немного дымно, из-за чего они открыли двери в предбаннике, чтобы проветрить, постояли в дверном проёме, разговаривали. Когда увидели большое пламя под крышей с дымом, стали звать на помощь. Около предбанника есть подсобка, в ней под самой крышей был огонь. Дым пошёл вместе с языками пламени. Баня, предбанник и хозяйственная постройка у ФИО2 под одной крышей, пламя было в хозпостройке, в самой бане и предбаннике дыма и огня не видели (л.д. 82-91 том 2). 

Из показаний свидетеля ФИО10 следует, что он живёт на соседней улице с Г-выми и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ он с семьёй готовился к отъезду в Тунис, последним пошёл в баню, примерно в 19-30. Услышал лай своей собаки и выстрелы. Подумал, что соседские дети взрывают петарды, но когда вышел, увидел дымок и услышал, как взрывается шифер. Его участок находится выше участков ФИО31 и С-вых (ныне – ФИО32), сзади их участков (со стороны их огородов), он начал спускаться вниз и увидел, что стреляет шифер на постройках у ФИО31, где-то посредине построек. Шифер взрывался и отлетал кусками, был виден огонь. Все постройки ФИО31 были покрыты шифером. Также был виден сильный дым. Подойдя ближе, увидел людей, которые на его вопрос пояснили, что у ФИО31 крыша стреляет. Там же встретил знакомого, который пояснил, что идёт от ФИО31, помогал ему вытаскивать из гаража резину и другое имущество. Минут через 5-10 подъехала местная пожарная машина. После этого он увидел, что начала гореть крыша С-вых (ФИО32). С другой стороны улицы подъехала Кетовская пожарная машина. На улице в это время был сильный ветер и мелкий моросящий дождь. В связи с сильным ветром всё разгорелось мгновенно, минуты за 3. У ФИО2 горели веранда и баня. Когда он шёл по своей улице, крышу ФИО31 было видно, а крышу С-вых (ФИО32) – нет, т.к. со стороны участка ФИО31 шёл чёрный дым (л.д. 82-91 том 2). 

По показаниям несовершеннолетнего свидетеля ФИО34, допрошенного в присутствии законного представителя ФИО2, следует, что ДД.ММ.ГГГГ он по просьбе матери – ФИО2 затопил баню. Сначала зашёл в баню, проверил воду, потом прибрал инструменты на участке, наносил воды, растопил печь с помощью спичек, сухих дров и бумаги. Прошло около 30 минут, он периодически заходил в баню, проследить за процессом горения, потом зашёл домой и сказал, что баня затоплена. Пока носил дрова, видел, что из трубы идёт чёрный дым, дым шёл слева, из мастерской, из трубы, расположенной ближе всего к огороду и к соседской бане, когда затопил баню, также услышал треск. Позже мама забежала в дом и крикнула, что баня горит. Когда он вышел из дома, увидел огонь на крышах своего и соседнего строений. В это время был сильный ветер, который дул в сторону их дома (л.д. 82-91 том 2).

Согласно показаниям свидетеля ФИО19 (бывшего супруга ФИО2), он ремонтировал баню ФИО2 Он по роду своей деятельности занимается ремонтами кровли, имеет многолетний практический опыт работы, без наличия специального образования. Он убрал старую обрешётку и постелил новую. После того, как он сделал ремонт в бане, они топили печь в бане каждый день с 1 по 10 июня 2016 г. В бане у ФИО2 была выполнена заливка вокруг трубы, пожарная изоляция сантиметров 30-40 на верхней трубе, что на крыше, из бетона. Труба, которая в крыше, была железная, залитая бетоном. Ремонт трубы он не осуществлял. В прихожей и бане у ФИО2 потолок был, а с левой стороны от прихожей – нет, только крыша, в промежутках козырьков, тоже пусто. Не зашивали данные пространства, чтобы проветривалось. Строения у ФИО7 возведены на границе с забором (л.д. 116-120 том 2).

Свидетель ФИО20, допрошенный в судебном заседании 16.05.2018 (том 4) пояснил, что в день пожара около 19-00 он вернулся домой из г. Кургана, шёл домой по лесополосе и увидел дым. Ему показалось, что у его соседа ФИО36 произошло возгорание, но когда подошёл ближе, увидел, что пожар не у него, а дальше. Увидел, что поднимается высоко чёрный дым, после этого увидел, что приехали пожарные машины. Дым поднимался прямо, никуда не отклонялся. Дым наблюдал с расстояния около 100 м. В это время начал капать дождь, погода стояла спокойная. В дальнейшем начался сильный шквал ветра и ливень. Ветер шёл в восточную сторону. 

По показаниям свидетеля ФИО21, допрошенного в судебном заседании 16.05.2018 (том 4) следует, что он менял проводку от дома до предбанника на участке № в мае 2016 г. Выполнил в предбаннике двойную изоляцию: жильную и поясную. Также был на участке № после пожара, видел в разбитое окно в строениях истца токарный станок, печку и стеклянные банки, а также электрощит.

Из показаний свидетеля ФИО22, допрошенной в судебном заседании 05.06.2018 (том 4), следует, что она 04.06.2016 ходила в баню к ФИО2, для протапливания бани им потребовалось 3 часа. В бане был бетонный пол, весь ремонт сделан аккуратно, после проведённого ремонта у неё был заменён пол, печь обмазана специальным раствором с глиной, крыша покрыта новым железом. На участке № на строениях находятся 3 трубы. У ФИО31 постоянно на участке осуществляется ремонт автомобилей, сварка.

В соответствии с метеосводкой Курганского центра по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды, имеющейся в отказном материале (л.д. 115 том 1), следует, что 11.06.2016 метеостанция «Курган» в период возникновения пожара фиксировала северо-западный и северный ветер со средней скоростью 4-5 м/с, с максимальными порывами до 8-12 м/с. 

Согласно заключению эксперта № 32 от 14.08.2017 ООО «Файер контроль» (л.д. 25-73 том 3), с учётом дополнений, данных при опросе в качестве эксперта ФИО24, непосредственно проводившего экспертизу (л.д. 203-213 том 3), очаг пожара расположен на участке, ограниченном чердачным помещением бани на участке № и сараем на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Эксперт не исключает возможность возникновения пожара в чердачном помещении бани на участке №: - от неосторожного обращения с огнём (детская шалость с огнём); - от источника зажигания малой мощности (тлеющее табачное изделие или иной малокалорийный источник зажигания), попавшего в чердачное помещение бани на участке №. Вместе с тем, эксперт считает данные версии маловероятными. Эксперт не исключает возможность возникновения пожара в бане на участке № по 

<

адрес> от печного отопления в бане на участке №. Вместе с тем, принимая во внимание непродолжительный период времени от начала топки печи до обнаружения открытого горения (около 26 минут), динамику развития пожара, а также показания свидетеля ФИО10, эксперт считает данную версию маловероятной. Эксперт считает, что причиной пожара, произошедшего в частных домовладениях по адресу: 

<

адрес> №, послужило печное отопление в бане на участке №. Эксперт считает возможным возникновение и распространение пожара со стороны строений (бани), расположенных по адресу: 

<

адрес>.

В связи с наличием двух противоречивых экспертных заключений, определением Кетовского районного суда Курганской области от 27.10.2017 назначена повторная пожарно-техническая экспертиза с проведением её в ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области.

По заключению эксперта № от 02-ДД.ММ.ГГГГ ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области (том 4) очаг пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес> в 

<

адрес>, располагался на участке №, а именно в строении сарая, в восточной его части. Этот вывод согласуется с показаниями свидетеля ФИО35, пояснявшей, что первично увидели огонь в подсобке (сарае), дым пошёл вместе с языками пламени, пламя было в хозпостройке (сарае), в самой бане и предбаннике дыма и огня не видели.

Наиболее вероятными техническими причинами возникновения данного пожара эксперт указывает на одну из следующих: - тепловое воздействие малокалорийного источника зажигания (тлеющего табачного изделия) на сгораемые материалы; - тепловое воздействие раскалённых искр, вылетающих из печных труб с бани на участке № или бани на участке №, на сгораемые материалы; - тепловое проявление электрического тока на сгораемые материалы в процессе аварийного режима работы электросети (электрооборудования); данная версия может быть полностью исключена при наличии информации о том, что строение сарая на участке № не электрифицировано. Возникновение и распространение данного пожара со стороны строений, расположенных по 

<

адрес>, - невозможно.

В судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, проведённом посредством видеоконференцсвязи, эксперт ФИО23 (том 4) экспертное заключение поддержал, пояснив, что в бане на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес> очага пожара не было, поэтому взаиморасположение надворных построек не повлияло бы на очаг пожара. По этой же причине им не рассматривался вариант возникновения пожара из-за некачественного ремонта в бане на участке №, а также любые версии, связанные с печью, за исключением попадания искры из печной трубы бань на участке № и №. Взаиморасположение строений может повлиять только на причины возникновения пожара, но не на очаг. 

К выводу о том, что основное горение происходило в месте расположения сарая и бани на участке №, пришёл и эксперт ФИО24 (ООО «Файер-контроль») (стр. 7 экспертного заключения – л.д. 31 том 3), при этом, на основании фотоматериалов, а также протокола осмотра места происшествия, он пришёл к выводу, что наиболее длительное и интенсивное горение происходило на месте расположения сарая на участке № (лист 8 экспертного заключения – л.д. 32 том 3). Исследуя видеозапись (файл AW0396.mov) эксперт ФИО24 пришёл к выводу, что огонь был обнаружен в верхней части пространства, расположенного между баней и сараем на участке № (лист 8 экспертного заключения – л.д. 32 том 3). На основании показаний очевидцев пожара и представленной видеозаписи эксперт ФИО24 сделал вывод, что пожар был обнаружен в конце первой, начале второй фазы развития пожара: выход пламени за пределы закрытого помещения в котором он возник (помещение сарая на участке № или чердачное перекрытие надворных построек участка №) (лист 12 экспертного заключения – л.д. 36 том 3), и, основываясь на показаниях свидетеля ФИО10, уже делает вывод о том, что на первоначальном этапе развития пожара, горение происходило в чердачном помещении надворных построек 

<

адрес>. В связи с чем и делает вывод о месте расположения очага пожара на участке ограниченном чердачным помещением бани на участке № и сараем на участке № (лист 13 экспертного заключения – л.д. 37 том 3).

Вместе с тем, из отказного материала следует, что дощатые сарай и предбанник на участке № полностью уничтожены огнём. Конструкции кровли бани полностью выгорели. Брусья стен моечного отделения бани обуглены и обрушены, в результате потери несущей целостности, о чём свидетельствуют фотоматериалы. Ввиду чего эксперт ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по 

<

адрес> ФИО23 пришёл к выводу, что данные термические повреждения указывают на наиболее интенсивное воздействие огня в помещении сарая и предбанника и распространение пламени в сторону моечного отделения. Сохранившиеся опорные столбы сарая обуглены неравномерно, так, опорный столб в юго-западном углу строения имеет более мелкую ячеистость, чем опорный столб, расположенный восточнее (ближе к бане), что указывает на наиболее интенсивное и/или длительное горение в восточной части сарая (стр. 5-6 экспертного заключения № – том 4). 

Из отказного материала также следует, что крыша бани на участке № выгорела, за исключением стропил, которые находятся в обугленном состоянии. При этом, стропила с южной стороны (обращённой к участку №) имеют меньшее сечение, по отношению к стропилам с северной стороны. Южная стена бани обуглена и имеет прогары, северная и западная стены бани обуглены в верхней части. Внутренние помещения бани термических повреждений не имеют, что также подтверждено свидетелем ФИО11, который пояснял, что он принимал участие в тушении пожара. Его дядя – ФИО25 тушил пожар непосредственно на крыше бани истца, а именно, поливал уже сгоревшую крышу и ходил по ней (л.д. 116-120 том 2). Из чего эксперт ФИО23 сделал вывод о распространении огня на данную баню со стороны участка № с дальнейшим горением кровли и частичным распространением пламени вниз, по северной и западной стенам (стр. 7 экспертного заключения № – том 4).

Из отказного материала следует, что крыша мастерской на участке №, аналогично бане, выгорела, за исключением стропил, которые находятся в обугленном состоянии. Стойка кровли в западной части строения разрушена, в результате чего остатки конструкций кровли наклонены в сторону бани, о чём представлены фотоматериалы. Обрешётка на северной стороне кровли мастерской имеет две сохранившиеся доски. В перекрытии здания отмечаются сквозные прогары, образовавшиеся в результате развития пожара в чердачном пространстве. Внутри мастерской отсутствуют значительные повреждения. Из чего эксперт сделал вывод, что распространение огня на кровли мастерской произошло с кровли бани (с западной стороны), наиболее интенсивное и/или длительное воздействие пламени происходило в южной части кровли мастерской (стр. 7-8 экспертного заключения № – том 4).

Из отказного материала следует, что обрешётка крыши гаража на участке № выгорела частично, выгорание наблюдается преимущественно с южной стороны (со стороны участка №). С северной стороны стропила сохраняют свою конструктивную целостность, на стропилах присутствует шифер. Внутри гаража значительных термический повреждений нет. Из чего экспертом ФИО23 сделан вывод о менее интенсивном горении в чердачном помещении гаража, по сравнению с чердачным помещением мастерской, а также о распространении огня с участка № (стр. 8 экспертного заключения № – том 4).

Анализ записей с видеорегистратора также позволяет сделать вывод о первоначальном горении в сарае на участке № и дальнейшем распространении огня на кровлю бани на участке №. Наличие северного и северо-западного ветра объясняет незначительное распространение огня с участка № на участок № и распространение пламени на участке № от сарая к навесу.

Показания ответчика ФИО2, имеющиеся в отказном материале (л.д. 107 том 1), свидетелей ФИО18 (л.д. 108-109 том 1 и л.д. 82-91 том 2) и ФИО9 (л.д. 110 том 1, л.д. 15-22 том 2), истца (л.д. 111 том 1) соответствуют данным видеорегистратора, а также не противоречат выводам относительно места возникновения первоначального горения.

Что касается показаний свидетеля ФИО10, на основании которых эксперт ООО «Файер-контроль» пришёл к выводу о том, что очаг пожара расположен на участке ограниченном чердачным помещением бани на участке № и сараем на участке №, то из них следует, что пожар им был замечен на крышах надворных построек на участке №, однако крышу надворных построек на участке № ему видно не было из-за чёрного дыма. Т.е. наличие огня на крыше надворных построек на участке № он видеть не мог.

Таким образом, судом принимается во внимание экспертное заключение ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области в части места установления очага пожара в сарае на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

Экспертное заключение ООО «Файер-контроль» ФИО24 относительно возможности возникновения и распространения пожара со стороны строений, расположенных на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес> также основывается на основании показаний свидетеля ФИО26

Вместе с тем, как уже указано было выше, данный свидетель не мог видеть всего объёма пожара из-за дыма.

Из фотоматериалов следует, что с южной стороны чердачное пространство бани на участке № имело стену, а с восточной стороны вплотную к бане пристроена мастерская, стены которой выше.

Экспертом ФИО23 делается вывод, что, учитывая направленность ветра, отсутствие стенок чердачного пространства бани на участке № с наветренной стороны, создаётся возможность для задувания ветра в объём чердака. Однако при возникновении пожара в чердачном пространстве бани на участке №, даже при ветре, направленном в сторону участка №, первоначальное развитие горения происходило бы под кровлей бани на участке №, что не могло остаться незамеченным со стороны участка №, а, возможно, и со стороны участка №. Кроме того, при отсутствии фронтона с западной стороны крыши бани на участке №, первоначальное распространение пожара последовало бы в сторону мастерской и гаража на участке №, а уже затем - в сторону участка №. Вместе с тем, данная направленность распространения пожара не соответствует установленному месту очага пожара. Следовательно, возникновение и распространение пожара со стороны участка № по 

<

адрес> в 

<

адрес>, невозможно.

Все имеющиеся в материалах дела экспертные заключения исключили причину пожара в виде теплового воздействия источника открытого огня (пламени спички, зажигалки, факела и т.п.) на сгораемые материалы.

Также все эксперты однозначно пришли к выводу о маловероятности возникновения пожара от теплового воздействия малокалорийного источника зажигания (тлеющего табачного изделия) на сгораемые материалы.

В ходе рассмотрения дела данная версия не подтвердилась, поскольку ни один участник процесса и ни один свидетель, а также представленные видеоматериалы не подтвердили, что кто-либо курил в сарае на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес> в день возникновения пожара.

Версии неосторожного обращения с огнём (детская шалость с огнём) и от теплового проявления при аварийном режиме работы электропроводов исключены экспертом ООО «Файер-контроль» ФИО24

Эксперт ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области ФИО23 находит версию от теплового проявления электрического тока на сгораемые материалы в процессе какого-либо аварийного режима работы электросети (электрооборудования) маловероятной, а при наличии информации о том, что строение сарая на участке № не электрифицировано – полностью исключающей.

В материалах дела отсутствует информация о наличии электроснабжения в строении сарая на участке № по 

<

адрес> в 

<

адрес>.

При осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ начальником ОНДиПР по Кетовскому району ФИО27 из предбанника бани на участке № были изъяты фрагменты электрических проводов (л.д. 93-98 том 1). По результатам исследования данных объектов подготовлено техническое заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что изъятые фрагменты электрических проводов имеют признаки аварийного режима работы. Тем не менее, они были изъяты не из очаговой зоны (сарая).

Из показаний ответчика ФИО2 и всех допрошенных свидетелей, не отрицалось и самим истцом, следует, что на участке ФИО1 постоянно проводились ремонтные работы. 

Из показаний ответчика ФИО2, свидетелей ФИО30, ФИО33 также следует, что на 

<

адрес> в 

<

адрес> периодически возникали случаи перенапряжения в питающей электросети.

Однако, из показаний свидетеля ФИО28 следует, что в момент пожара перенапряжения в сети не было, т.к. телевизор работал исправно.

Ни один свидетель не подтвердил, что в день пожара были случаи перенапряжения в питающей электросети.

Таким образом, суд приходит к выводу, что данная версия должна быть исключена полностью.

Эксперт ООО «Файер-контроль» ФИО24 не исключил возможность возникновения пожара от печного отопления в бане 

<

адрес> от печного отопления в бане 

<

адрес>. При этом, делая вывод о возможности возникновения пожара от печного отопления в бане на участке №, эксперт основывается на показания свидетелей ФИО34, ФИО18, ФИО10 и видеоматериал. Вместе с тем, учитывая непродолжительный период времени от начала топки печи до обнаружения открытого горения (около 26 минут), а также показания ФИО10, считает данную версию маловероятной.

Что касаемо возможности возникновения пожара от печного отопления в бане на участке №, то эксперт ФИО24 (ООО Файер-контроль»), основываясь на показаниях свидетелей ФИО34, ФИО9, материалах отказного производства, делает вывод о возможности возникновения пожара в чердачном помещении бани на участке №, а именно: топка печи в бане продолжалась 2 часа, металлическая печная труба в бане прогрелась до температур, способных воспламенить горючие материалы, находящиеся в непосредственной близости от раскалённых элементов печного оборудования (древесный опил), чердачное помещение бани с северной стороны ничем не зашивалось (с южной и западной сторон зашито досками). В результате сильного порывистого ветра опил, применявшийся в качестве утеплителя, перешёл во взвешенное состояние, при соприкосновении с нагретой металлической трубой данная взвесь воспламенилась с последующим распространением огня в чердачном помещении бани, по ветру, в южном направлении (в сторону надворных построек 

<

адрес>).

Эксперт ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области ФИО23 пришёл к выводу, что, поскольку ни одна из бань в участках № и № не располагалась в очаговой зоне, единственным источником зажигания, связанные с печным отоплением, могли послужить раскалённые искры, вылетающие из данных печных труб.

При этом, эксперт указывает, что опил является, хоть и склонным к тлению, но трудногорючим материалом, не способным поддерживать самостоятельного горения при удалении источника зажигания. Ссылаясь на фотоматериалы, указывает, что обугленные конструкции кровли бани на участке № лежат среди неповреждённого опила. К тому же перенос по ветру опила (даже не горящего/тлеющего) под кровлю сарая на участке № при наличии стенки с южной стороны чердачного пространства бани на участке № маловероятен.

В судебном заседании, опрошенный путем проведения видеоконференцсвязи эксперт ФИО23, также пояснил, что, если бы опил на бане участка № разгорелся, то первоначальное развитие горения происходило бы под кровлей бани на участке №. Вместе с тем, термические повреждения крыши данной бани свидетельствуют, что огонь был не изнутри бани, а снаружи. За 20 минут печь может разогреться, однако, поскольку очаг пожара находился не в бане, то эксперт не делает выводы о возможном возникновении пожара от печного отопления, за исключением попадания искры.

Таким образом, судом исключается версия о возможности возникновения пожара из-за переноса горящего (тлеющего) опила с крыши бани на участке № под кровлю сарая на участке №.

В экспертном заключении ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области указано, что в банях на участках № и № имелись металлические (нетеплоёмкие) отопительные печи, температура которых и их дымоходов во время топки дровами и торфобрикетами почти не зависит от продолжительности их топки. С разгоранием топлива она быстро повышается, с прогоранием его металлические стенки печи и рукава также быстро, в течение нескольких минут остывают. Перед возникновением пожара бани на обоих участках топились. Учитывая, что ни одна из бань не располагалась в очаговой зоне, единственным источником зажигания, связанным с печным отоплением, могли послужить раскалённые искры, вылетающие из печных труб.

В судебном заседании, опрошенный путем проведения видеоконференцсвязи эксперт ФИО23, также пояснил, что, в начале топки печи из трубы могут вылетать искры.

В экспертном заключении ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области указано, что информации о наличии искрогасителей на трубах обеих бань в представленных материалах не имеется, поэтому не исключил возможность попадания искр из трубы бани на участке № под крышу сарая на участке №.

Вместе с тем, из фотоматериалов, в т.ч. представленных к данному экспертному заключению (фото №), на трубе бани участка № зафиксирован искрогаситель. Эта же информация имеется и в заключении эксперта № ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Курганской области, где также указано, что наличие искрогасителя на трубе бани, расположенной на участке жилого 

<

адрес> исключает возможность вылета из трубы бани крупных искр (с линейными размерами до нескольких миллиметров), а мелкие искры, образующиеся при сжигании твёрдого топлива, теряют свою энергию (остывают) в течение нескольких секунд. В этом же экспертном заключении указано, что надворные постройки на участке № расположены на расстоянии около метра от надворных построек на участке №. Энергия мелких искр недостаточна для воспламенения крупногабаритных деревянных конструкций построек на участке №, а малое время жизни искр недостаточна для формирования очага тления.

Таким образом, версия о возможном возникновении пожара от теплового воздействия раскалённых искр, вылетающих из печной трубы бани на участке №, судом исключается.

В экспертном заключении ФГБУ СЭУ ФПС ИПЛ по Свердловской области указано о возможном возникновении пожара от теплового воздействия раскалённых искр, вылетающих из печной трубы бани на участке №. 

В отказном материале и фотоматериалах указано, что кровля на бане и сарае на участке № была металлической. В ходе рассмотрения дела, из показаний сторон и свидетелей следует, что кровля данной бани незадолго до пожара ремонтировалась. Так, из показаний свидетеля ФИО19 следует, что он ремонтировал кровлю данной бани из-за попорченной обшивки. В связи с чем экспертом делается вывод, что, в крыше имелись неплотности. При этом, речь шла только о ремонте крыши бани, о ремонте кровли сарая не указывалось. Поэтому не исключено, что на кровле сарая также имелись неплотности, через которые внутрь данного помещения могли попасть искры, вылетающие из печной трубы бани на участках № и №. На записях с автомобильного видеорегистратора видно, что ветер перед пожаром был не постоянный: то усиливался, то ослабевал (возможно до полного отсутствия). Кроме того, при порывах ветра не исключена кратковременная смена его направления. Следовательно, эксперт делает выводы, что искры под кровлю сарая могли попасть как со стороны бани на участке №, так и со стороны бани на участке №. 

Вместе с тем, поскольку версия о возможности попадания искр из трубы бани на участке № в ходе рассмотрения дела опровергнута, а версия о возможности попадания искр из трубы бани на участке № – нет, следовательно, единственной причиной возникновения пожара суд считает тепловое воздействие раскалённых искр, вылетающих из печной трубы с бани на участке № под кровлю сарая, расположенном на этом же участке. 

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу ст. 37 Федерального закона от 21.12.1994 N 69-ФЗ "О пожарной безопасности" граждане имеют право на защиту их жизни, здоровья и имущества в случае пожара, возмещение ущерба, причиненного пожаром, в порядке, установленном действующим законодательством, а также граждане обязаны соблюдать требования пожарной безопасности.

На основании абз. 5 ч. 1 ст. 38 данного Федерального закона ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества, а также лица, уполномоченные владеть, пользоваться или распоряжаться имуществом.

Согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 162 том 1), собственником жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, на момент возникновения пожара, являлась ФИО3.

По сообщению администрации Лесниковского сельсовета Кетовского района Курганской области от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО2 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ была зарегистрирована по адресу: 

<

адрес> (л.д. 163 том 2).

Из информации Отдела по вопросам миграции ОМВД России по Кетовскому району от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО29 значится зарегистрированной по месту жительства по вышеуказанному адресу с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 164 том 2).

Сама ФИО2 и иные участники процесса в ходе рассмотрения дела не отрицали, что она постоянно проживала по данному адресу вместе с несовершеннолетним сыном на момент возникновения пожара.

То обстоятельство, что на момент возникновения пожара она являлась законным владельцем 

<

адрес> в 

<

адрес>, а, следовательно, являлась лицом, уполномоченным владеть и пользоваться данным имуществом, подтверждено также последующим переходом к ней права собственности на данный жилой дом и земельный участок по указанному адресу, что подтверждено выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 24.05.2018 №№ 45/094/070/2018-9493, 45/094/070/2018-9497 (том 4), из которых также следует, что право собственности за ФИО2 зарегистрировано 03.10.2016, т.е. через непродолжительное время после пожара.

Следовательно, суд приходит к выводу, что нести материальную ответственность перед истцом должна именно она.

Оснований для взыскания с ответчиков солидарно материального ущерба, причинённого истцу, суд не усматривает.

То обстоятельство, что ФИО3 получила страховое возмещение от пожара, являясь собственником сгоревшего 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д. 98-110, 151-167 том 3), не исключает материальной ответственности ФИО2 перед истцом, учитывая, что ею допущено нарушение правил пожарной безопасности при эксплуатации печного оборудования в бане (без наличия искрогасителя).

В соответствии со ст.ст. 151 и 1099 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Однако материалами дела не подтверждается причинение ФИО1 какого-либо вреда здоровью в результате пожара.

Так, им в материалы дела представлен листок нетрудоспособности, подтверждающий, что он проходил амбулаторное лечение с 24 по 28 октября 2010 г. в ГБУ «Кетовская ЦРБ» (л.д. 214 том 1) и амбулаторная карта (л.д. 220-221 том 1), из которой следует, что он с 24 по 28 октября 2016 г. проходил лечение по поводу диагноза: Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки.

Вместе с тем, что доказательств того, что данное заболевание стало следствием переживаний от пережитого пожара или получено им в результате пожара, материалы дела не содержат.

Таким образом, учитывая, что доказательств причинения вреда здоровью не представлено, а законом при причинении имущественного ущерба в данном случае не предусмотрена компенсация морального вреда, в связи с чем правовые основания для удовлетворения данного требования отсутствуют.

В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Истец, при подаче искового заявления уплатил госпошлину в размере 2 500 руб. (л.д. 5 том 1).

Учитывая объём удовлетворённых требований, суд полагает необходимым взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 возврат госпошлины в указанном выше размере.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении материального ущерба от пожара, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в возмещение материального ущерба от пожара 454500 (четыреста пятьдесят четыре тысячи пятьсот) рублей и возврат госпошлины в размере 2500 (две тысячи пятьсот) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3, отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в срок 1 месяц с момента вынесения полного текста решения путём подачи апелляционной жалобы через Кетовский районный суд.

Мотивированное решение вынесено 13 июня 2018 г. 

Судья Т.В.Тренихина