К делу №2-497/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2020 года г. Шахты, Ростовской области 

Шахтинский городской суд в составе судьи Сухова О.А., при секретаре Ефимовой О.В., с участием прокурора Кулинич Н.Ю., адвоката Чепелевич Е.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ОАО «Донуголь» о взыскании компенсации морального вреда, сумм судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением по следующим основаниям: 25.07.2019г. у него установлено профессиональное заболевание – 

<

данные изъяты>. 

Заключением МСЭ от 01.08.2019г. установлено 40% утраты трудоспособности. В угольной промышленности он проработал почти 16 лет, основная профессия - горнорабочий подземный, проходчик подземный. У него постоянно болит спина, тяжело наклоняться, поворачиваться, долго ходить, стоять, тянет правую ногу, немеют руки и ноги, не может выполнять физической работы. Из-за сильных болей в спине не может долго уснуть, мучает бессонница, принимает большое количество лекарств, но стойкого эффекта лечение не дает, вынужден носить корсет, что причиняет дополнительные неудобства, с работы был вынужден уволиться. Материальное положение ухудшилось, в связи с чем чувствует себя неполноценным. Работодателем ему выплачено добровольно сумма компенсации морального вреда в размере 49 760 руб.

На основании вышеизложенного истец просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб. и 15 000 руб. - оплата услуг представителя.

Истец ФИО1 и адвокат Чепелевич Е.П., представляющая интересы истца на основании ордера, в судебное заседание явились, исковые требования поддержали, приведя в обоснование доводы, изложенные в тексте иска. 

Представитель ОАО «Донуголь» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, о чем в материалах дела имеется его подпись, ранее представил письменный отзыв на иск, в котором просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Выслушав явившихся участников процесса, заключение прокурора, полагавшей иск подлежащим удовлетворению, размер компенсации морального вреда и судебных расходов определить судом по своему усмотрению, суд находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что истец в период с 02.03.2010 г. по 02.08.2019г. работал в ОАО «Донуголь» подземным проходчиком 5 разряда с полным подземным рабочим днем. 

24.06.2019г. ГБУ РО «Лечебно-реабилитационный центр № 2» впервые установил истцу заключительный диагноз профессионального заболевания: 

<

данные изъяты>.

25.07.2019г. по результатам расследования обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания в отношении истца был составлен акт о случае профессионального заболевания №28-52/4223. Причиной профессионального заболевания, согласно п.18 вышеназванного акта послужило воздействие на организм физических нагрузок.

Согласно справке серия МСЭ-2017 № от 01.08.2019г. истцу установлена № группа инвалидности со степенью утраты профессиональной трудоспособности 40%.

Из изложенного следует, что работодатель ОАО «Донуголь» - ответчик по настоящему делу, не обеспечил работнику безопасные условия труда, что повлекло за собой причинение вреда здоровью, работавшего в таких условиях истца.

Временем причинения вреда его здоровью является последний день его работы в профессии подземным проходчиком 5 разряда с полным подземным рабочим днем, то есть во время работы во вредных подземных условиях, способствовавших возникновению профессионального заболевания.

Как полагает суд, работа истца у ответчика была связана с воздействием неблагоприятных факторов в виде физических перегрузок, вне зависимости от интенсивности как работы истца, так и от частоты его пребывания в неблагоприятных условиях во время работы у ответчика.

Развитие заболевания, связанного с воздействием (длительным воздействием) неблагоприятных факторов, носит длительный в большинстве случаев период до наступления стойкой утраты профессиональной трудоспособности.

Абзацы 6 и 7 ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ дают разные понятия несчастного случая и профессионального заболевания. Последнее определяется как хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

То есть профессиональное заболевание не имеет конкретной даты, как его начала, так и конкретной даты его наступления, а потому и обнаружение заболевания уже в стадии частичной или полной утраты профессиональной трудоспособности связано с заключением медико-социальной экспертизы, что и является страховым случаем.

Установление конкретно причинителя вреда здоровью при наличии работы во вредных условиях у нескольких работодателей и при работе, связанной с влиянием вредных факторов, практически невозможно.

Именно поэтому законодатель и связывает обязанности по возмещению вреда, причиненного здоровью в результате профессионального заболевания с последним местом работы застрахованного, где имелись вредные факторы, способные повлечь или способствующие развитию профессионального заболевания.

Доводы представителя ответчика в письменных возражениях о том, что истец ранее длительное время работал в подземных условиях на других предприятиях, где мог получить профессиональное заболевание, суд находит несостоятельными, поскольку профессиональное заболевание впервые установлено именно в период работы у ответчика в июне 2019 года.

В связи с вышеизложенным, предприятие, которым причинен вред здоровью истца, является ответчик, то есть ОАО «Донуголь».

В силу ст. 8 ГК РФ основанием возникновения гражданских прав служат юридические факты, с которым закон или иные правовые акты связывают возникновение, изменение или прекращение этих прав.

В соответствии с Федеральным Законом от 24.07.1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под страховым случаем понимается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, который влечет за собой возникновение обязательств страховщика по осуществлению обеспечения по страхованию.

Под фактом повреждения здоровья в виде профессионального заболевания понимается острое или хроническое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Согласно ст. 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью кормильца. Виды, объем, и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральным законом.

С 2000 года ответственность работодателя перед работником за причинение вреда жизни и здоровью подлежит обязательному страхованию в порядке, устанавливаемом Федеральным Законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». Закон устанавливает правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, определяет размер и порядок выплаты возмещения вреда.

Ответственность работодателя наступает при наличии общих оснований наступления ответственности: наличие ущерба (вреда здоровью); подтверждение факта трудового увечья; причинно-следственная связь между повреждением здоровья и трудовым увечьем; наличие вины (кроме случаев причинения вреда здоровью источником повышенной опасности).

Основанием для привлечения работодателя к ответственности является причиненный трудовым увечьем или профессиональным заболеванием вред жизни или здоровью. Степень причинения вреда здоровью определяется как степень утраты профессиональной трудоспособности и устанавливается в процентах. Органы, определяющие степень утраты профессиональной трудоспособности (бюро медико-социальной экспертизы), устанавливают также и наличие или отсутствие причинно-следственной связи между трудовым увечьем и наступившими неблагоприятными последствиями для здоровья работника.

Ответственность работодателя заключается в возмещении работник (а в случае смерти – нетрудоспособным членам его семьи) причиненного вреда путем возмещения заработка (полностью или частично) в зависимости от степени утраты профессиональной трудоспособности; возмещения дополнительных расходов в связи с трудовым увечьем или смертью кормильца; выплаты морального вреда.

С принятием указанного выше Закона об обязательном социальном страховании указанные виды возмещения (кроме выплаты морального вреда) производятся не работодателями (из средств работодателя), а Фондом социального страхования РФ (из средств внебюджетного фонда).

Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.

Соответственно ст. 221 Трудового кодекса РФ установлено, что работодатель обязан возмещать ему такой вред.

Кроме того, статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возмещение морального вреда, причиненного работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, без указания на конкретные виды правонарушений. Это означает, что право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями. 

В соответствии с действующим законодательством, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (абз. 2 п. 3 ст. 8 Федерального Закона от 24.07.1998 г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

На основании ст. 151 Гражданского Кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ч. 2 ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 от 20.12.1994 г. указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействиями), посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага (жизнь, здоровье).

Поскольку в установленном законом порядке медико-социальной экспертизой истцу установлена 40% утрата профессиональной трудоспособности вследствие профессионального заболевания, то суд полагает, что он имеет право на возмещение морального вреда, поскольку работодатель не создал безопасных условий труда и допустил наступление профессионального заболевания.

Как полагает суд, сумма компенсации морального вреда в размере 49 760 руб. в связи с профессиональным заболеванием, исчисленная ответчиком в соответствии с п. 10.1.2 Коллективного договора на 2019 – 2022гг., не компенсирует перенесенные истцом нравственные и физические страдания; кроме того, иск о взыскании компенсации морального вреда истцом заявлен на основании ст.ст. 151, 1100 ГК РФ, поэтому данный иск рассматривается на основе норм ГК РФ.

В связи с изложенным, суд полагает, что требования истца о взыскании денежной компенсации причиненного ему морального вреда частично обоснованны и с учетом характера и объема причиненных ему нравственных страданий, степени вины ответчика, суд находит подлежащей к взысканию с ответчика в пользу истца в компенсацию морального вреда суммы в размере 80 000 руб., в остальной части иска о взыскании компенсации морального вреда полагает отказать.

В силу ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. 

При этом статья 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относит расходы на оплату услуг представителей. Согласно частям 1 и 2 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 данного Кодекса. Это правило относится также к распределению судебных расходов, понесенных сторонами в связи с ведением дела в апелляционной, кассационной и надзорной инстанциях.

В соответствии с п.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлено требование о взыскании суммы судебных расходов за услуги его представителя в размере 15 000 руб., что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру.

В силу п. п. 12, 13 Постановления Пленума 12 Верховного Суда РФ N 1 от 21 января 2016 года "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статья 100 ГПК РФ). Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Разрешая заявленные требования, суд, принимая во внимание объем оказанной представителем истца – адвокатом Чепелевич Е.П. юридической помощи (составление иска, участие при подготовке дела к судебному разбирательству и в одном судебном заседании), степень сложности дела, с учетом принципов разумности и справедливости, полагает, что сумма в размере 10 000 руб. на оплату услуг представителя истца является разумной и достаточной.

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (в том числе, ст. 98 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Следовательно, с ответчика подлежат взысканию расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб. независимо от частичного удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

В связи с тем, что истец при подаче иска в силу закона освобожден от уплаты госпошлины, то в силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 300 руб.

Оценивая полученные судом по настоящему делу доказательства в их совокупности, суд полагает, что они достоверны, соответствует признакам относимости и допустимости доказательств, установленным ст.ст. 59, 60 ГПК РФ, и, вследствие изложенного, устанавливают обстоятельства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела, а также устанавливает обстоятельства, которые могут быть подтверждены только данными средствами доказывания. Помимо изложенного, доводы представителя ответчика не опровергают собранные по делу доказательства, которые также обеспечивают достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с ОАО «Донуголь» в пользу ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере 80 000 руб., сумму судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб., в остальной части иска – отказать.

Взыскать с ОАО «Донуголь» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд в течение месяца через Шахтинский городской суд, начиная с 07.02.2020г.

Судья: