УИД 74RS0032-01-2024-002125-06

Дело № 2а-1472/2024 

РЕШЕНИЕ

 Именем Российской Федерации

17 июня 2024 г. г. Миасс, Челябинская область 

Миасский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Борозенцовой С.В.,

при секретаре Сафоновой Е.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседание административное дело по административному иску ФИО1 к Управлению социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области о признании решения незаконным, возложении обязанностей,

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с административным иском к Управлению социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области о признании незаконным заключения органа опеки и попечительства, выданное по месту жительства гражданина о невозможности быть приемным родителем от 18 апреля 2024 г. и признании его кандидатов в приемные родители одного ребенка любого пола, оставшегося без попечения родителей. 

В обоснование иска указал, что обратился к ответчику с заявлением о возможности быть приемным родителем, представив все необходимые документы. ДАТА вынесено заключение о невозможности быть приемным родителем. Основанием для принятия оспариваемого решения послужило то обстоятельство, что ранее в 2007 году привлекался к ответственности по ст.116 ч.1 УК РФ. Однако уголовное дело было прекращено за примирением, на основании Федерального закона от 03.07.2016 года № 323-ФЗ деяние декриминализировано.Психологическое заключение носит рекомендательный характер и не является обязательным для органов опеки и попечительства. Истец может создать для приемного ребенка все комфортные условия для проживания, воспитания, физического, психического, духовного и нравственного развития ребенка без риска для жизни и здоровья. Заключение является незаконным.

Определением суда от 21.05.2024 года к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено министерство социальных отношений Челябинской области.

Административный истецФИО1 в судебном заседании иск поддержал, суду пояснил аналогично доводам, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель административного ответчика Управление социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал, представил письменный отзыв, просил рассматривать дело в свое отсутствие, при вынесении решения полагаются на усмотрения суда. 

Представители заинтересованных лиц Министерства социальных отношений Челябинской области, Областного государственного учреждения «Челябинский областной центр социальной защиты «Семья», отдел МВД РФ по г.Миассу Челябинской области при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимали, просят рассматривать в их отсутствие.

Заинтересованное лицо ФИО2 в судебном заседании требования считает обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что 18 апреля 2024 г. рассмотрев заявлениеФИО1 о возможности быть приемным родителем Управлением социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области было выдано заключение органа опеки и попечительства о невозможности быть приемным родителем, согласно которому при наличии обстоятельств указанных в пп.9 и 10 п.1 ст.127 и абз.3 и 4 п.1 ст.146 Семейного кодекса Российской Федерации, с учетом результатов психолого-педагогической диагностики ФИО1 не может быть кандидатом в приемные родители одного ребенка любого пола, оставшегося без попечения родителей с 3 до 6 лет, I-III группы здоровья, без инвалидности (л.д. 72,75-76).

Из содержания указанного заключения следует, что органом опеки и попечительства приняты во внимание, в частности, психологическое заключение от 11.03.2024 г., согласно которому выявлены неблагоприятные факторы психолого-педагогической и эмоциональной готовности кандидатов, решивших принять ребенка на воспитание, а также факт уголовного преследования в отношении ФИО1 по ч.1 ст.116 УК РФ. 

Согласно приговору Миасского городского суда Челябинской области от 02.07.2007 г., приговор мирового судьи судебного участка № 2 г.Миасса Челябинской области от 26.04.2007 года в отношении ФИО1, осужденного за совершения преступления, предусмотренного ст.116 ч.1 УК РФ отменен, уголовное дело в отношении ФИО1, осужденного за совершения преступления, предусмотренного ст.116 ч.1 УК РФ, прекращено за примирением с потерпевшей(л.д.129-132,133).

Согласно психологическому заключению № НОМЕР от ДАТА г., составленному психологом ОГКУ «Челябинский областной центр социальной защиты «Семья» в ходе психодиагностического обследования выявлены неблагоприятные факторы психолого-педагогической и эмоциональной готовности кандидатов, решивших принять ребенка на воспитание: по результатам методики на определение мотивации у Д.А. и Г.И., мотив констатируется как «неопределнный», неэффективные установки в воспитании: Д.А. склонен к гипоопеке, что может проявиться в эмоциональной отстранённости, недостаточном внимании и попустительстве в воспитании ребенка, Г.И. не готова к проявлению равенства в детско-родительских отношениях; Д.А. склонен к вербальной агрессии, эмоциональному выражению своих негативных чувств и эмоций. Г.И. склонна подавлять свои искренние чувства и эмоции, что может привести к неадекватности восприятия себя и окружающего мира, а также негативно отразиться на процессе воспитания и взаимодействия с приемным ребенком; обследуемые демонстрируют рассогласование по одной шкале внутрисемейного взаимодействия и рассогласования в ролевых ожиданиях и притязаниях (реализации семейных ценностей) в двух сферах внутрисемейного взаимодействия. Данные рассогласования могут являться конфликтогенными факторами, дестабилизирующими межличностные отношения.Вопрос анкеты:«Что послужило причинами принять на воспитание ребенка?»,ответ Д.А.: «Одиночество. Мои дети проживают не со мной».Возможно, обследуемый, стремится с помощью приемного ребенка решить свои психологические проблемы. Д.А. и Г.И. не знают особенностей детей, воспитывающихся в условиях государственного учреждения. Возможность возникновения сложностей в совместной жизни с приемным ребенком обследуемые не осознают. Д.А. и Г.И. в своей социограмме, каждый не поместили будущего приемного ребенка, что означает его отсутствие в образе семьи и реального представления совместного с ним проживания. Обследуемые окончательно не определились с полом и возрастом приемного ребенка, что свидетельствует о несформированном мотиве к принятию ребенка в семью и неспособности отграничить свои притязания и ценности. Форма устройства ребенка в семью: обследуемая указала «опека», обследуемый указал «приемная семья», пояснив. «Больше помощи будет от государства». Возможно, обследуемый желает справляться со своими материальными затратами на приемного ребенка, за счет пособий, выделяемых государством. Вопрос анкеты: «Что Вы будете делать, если Вам не удастся взять ребенка на воспитание?». Ответ обследуемых: «Жить, как живём сейчас».Данное высказывание обследуемых демонстрирует низкую мотивацию на принятие ребенка (л.д. 77-80).

В соответствии с ч. 1 ст. 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно статье 145 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) устройство ребенка под опеку или попечительство допускается в соответствии с Федеральным законом «Об опеке и попечительстве» по договору об осуществлении опеки или попечительства, в том числе по договору о приемной семье, либо в случаях, предусмотренных законами субъектов Российской Федерации, по договору о патронатной семье (патронате, патронатном воспитании) (часть 6).

Частью 1 статьи 146 СК РФ, предусмотрены ограничения для лиц, при которых они не могут быть назначены опекунами (попечителями), к которым в частности относятся: 

лица, лишенные родительских прав;

лица, имеющие или имевшие судимость, подвергающиеся или подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности, мира и безопасности человечества;

лица, имеющие неснятую или непогашенную судимость за тяжкие или особо тяжкие преступления;

лица, не прошедшие подготовки в порядке, установленном пунктом 6 статьи 127 настоящего Кодекса (кроме близких родственников детей, а также лиц, которые являются или являлись усыновителями и в отношении которых усыновление не было отменено, и лиц, которые являются или являлись опекунами (попечителями) детей и которые не были отстранены от исполнения возложенных на них обязанностей);

лица, состоящие в союзе, заключенном между лицами одного пола, признанном браком и зарегистрированном в соответствии с законодательством государства, в котором такой брак разрешен, а также лица, являющиеся гражданами указанного государства и не состоящие в браке.

В силу части 2 статьи 146 СК РФ при назначении ребенку опекуна (попечителя) учитываются нравственные и иные личные качества опекуна (попечителя), способность его к выполнению обязанностей опекуна (попечителя), отношения между опекуном (попечителем) и ребенком, отношение к ребенку членов семьи опекуна (попечителя), а также, если это возможно, желание самого ребенка.

Статьей 153 СК РФ предусмотрено, что приемными родителями могут быть супруги, а также отдельные граждане, желающие принять ребенка или детей на воспитание. Лица, не состоящие в браке между собой, не могут быть приемными родителями одного и того же ребенка (часть 1).

Подбор и подготовка приемных родителей осуществляются органами опеки и попечительства при соблюдении требований, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации, Федеральным законом «Об опеке и попечительстве», а также статьей 146 настоящего Кодекса.

Постановлением Правительства РФ от 18.05.2009 N 423 «Об отдельных вопросах осуществления опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних граждан» утверждены Правила подбора, учета и подготовки граждан, выразивших желание стать опекунами или попечителями несовершеннолетних граждан либо принять детей, оставшихся без попечения родителей, в семью на воспитание в иных установленных семейным законодательством Российской Федерации формах (далее – Правила).

Согласно п. 2 указанных Правил подбор, учет и подготовка граждан, выразивших желание стать опекунами, осуществляются органами опеки и попечительства.

В соответствии с п. 4 данных Правил гражданин, выразивший желание стать опекуном, подает в орган опеки и попечительства по месту своего жительства заявление с просьбой о назначении его опекуном (далее - заявление), в котором указываются:

К заявлению прилагаются следующие документы:

краткая автобиография гражданина, выразившего желание стать опекуном;

справка с места работы лица, выразившего желание стать опекуном, с указанием должности и размера средней заработной платы за последние 12 месяцев и (или) иной документ, подтверждающий доход указанного лица, или справка с места работы супруга (супруги) лица, выразившего желание стать опекуном, с указанием должности и размера средней заработной платы за последние 12 месяцев и (или) иной документ, подтверждающий доход супруга (супруги) указанного лица;

заключение о результатах медицинского освидетельствования граждан, намеревающихся усыновить (удочерить), взять под опеку (попечительство), в приемную или патронатную семью детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, оформленное в порядке, установленном Министерством здравоохранения Российской Федерации;

копия свидетельства о браке (если гражданин, выразивший желание стать опекуном, состоит в браке);

письменное согласие совершеннолетних членов семьи с учетом мнения детей, достигших 10-летнего возраста, проживающих совместно с гражданином, выразившим желание стать опекуном, на прием ребенка (детей) в семью;

копия свидетельства о прохождении подготовки лиц, желающих принять на воспитание в свою семью ребенка, оставшегося без попечения родителей, на территории Российской Федерации в порядке, установленном пунктом 6 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации (за исключением близких родственников ребенка, а также лиц, которые являются или являлись усыновителями и в отношении которых усыновление не было отменено, и лиц, которые являются или являлись опекунами (попечителями) детей и которые не были отстранены от исполнения возложенных на них обязанностей). Форма указанного свидетельства утверждается Министерством просвещения Российской Федерации.

В силу п. 9 Правил орган опеки и попечительства в течение 10 рабочих дней со дня подтверждения соответствующими уполномоченными органами сведений, предусмотренных пунктом 4 настоящих Правил, на основании указанных сведений, документов, приложенных гражданами к заявлению, и акта обследования принимает решение о назначении опекуна (решение о возможности гражданина быть опекуном, которое является основанием для постановки его на учет в качестве гражданина, выразившего желание стать опекуном) либо решение об отказе в назначении опекуна (о невозможности гражданина быть опекуном) с указанием причин отказа.

Решение органа опеки и попечительства о назначении опекуна или об отказе в назначении опекуна оформляется в форме акта, предусмотренного законодательством соответствующего субъекта Российской Федерации, а о возможности или о невозможности гражданина быть опекуном - в форме заключения.

В силу п. 10 Правил орган опеки и попечительства на основании заключения о возможности гражданина быть опекуном в течение 3 дней со дня его подписания вносит сведения о гражданине, выразившем желание стать опекуном, в журнал учета граждан, выразивших желание стать опекунами.

После внесения сведений о гражданине, выразившем желание стать опекуном, в журнал учета граждан, выразивших желание стать опекунами, орган опеки и попечительства представляет гражданину информацию о ребенке (детях), нуждающемся в установлении над ним опеки или попечительства, и выдает направление для посещения ребенка (детей) по месту жительства (нахождения) ребенка (детей).

В соответствии с п. 11 Правил заключение о возможности гражданина быть опекуном действительно в течение 2 лет со дня его выдачи и является основанием для обращения гражданина, выразившего желание стать опекуном, в установленном законом порядке в орган опеки и попечительства по месту своего жительства, в другой орган опеки и попечительства по своему выбору или в государственный банк данных о детях, оставшихся без попечения родителей.

Согласно п. 13 Правил гражданин, выразивший желание стать опекуном, снимается с учета:

а) по его заявлению;

б) при получении органом опеки и попечительства сведений об обстоятельствах, препятствующих в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и Семейным кодексом Российской Федерации назначению гражданина опекуном;

в) по истечении 2-летнего срока со дня постановки гражданина на учет в качестве гражданина, выразившего желание стать опекуном.

Как следует из определения Конституционного Суда РФ от 13.05.2014 N 997-О вопрос, касающийся ограничения определенной категории лиц в возможности выступать в качестве усыновителей детей, оставшихся без попечения родителей, ранее исследовался Конституционным Судом Российской Федерации в деле о проверке конституционности абзаца десятого пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации.Рассматриваемая Конституционным Судом Российской Федерации норма закрепляет указанное ограничение для той же категории лиц, для какой оспариваемый абзац третий пункта 1 статьи 146 данного Кодекса закрепляет ограничение на назначение опекуном (попечителем), а именно для лиц, имеющих или имевших судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности.

В Постановлении от 31 января 2014 года N 1-П, вынесенном по данному делу, Конституционный Суд Российской Федерации, руководствуясь принципом соразмерности и исходя из особенностей правового статуса усыновителей, которые, как и родители, имеют право и обязанность воспитывать своих детей, несут ответственность за их воспитание, обязаны заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии (абзацы первый и второй пункта 1статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации), сформулировал правовую позицию относительно допустимых пределов ограничения права на усыновление лицами, имеющими или имевшими судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за совершение преступлений, указанных в абзаце десятом пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации.

Так, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что абзац десятый пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации соответствует Конституции Российской Федерации в той мере, в какой предусмотренный им запрет на установление усыновления детей, как направленный на предотвращение опасности для жизни, здоровья, нравственности несовершеннолетних, распространяется на лиц, имеющих или имевших судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за указанные в данном законоположении преступления, относящиеся к категориям тяжких и особо тяжких преступлений, а также за преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности независимо от степени тяжести; на лиц, имеющих судимость либо подвергающихся уголовному преследованию за иные указанные в данном законоположении преступления; на лиц, имевших судимость либо подвергавшихся уголовному преследованию за иные указанные в данном законоположении преступления, - постольку, поскольку на основе оценки опасности таких лиц для жизни, здоровья и нравственности усыновляемого обеспечивается соразмерность введенного ограничения целям государственной защиты прав несовершеннолетних.

В той же мере, в какой запрет на усыновление детей распространяется на лиц, имевших судимость за указанные в данном законоположении преступления (за исключением относящихся к категориям тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений против половой неприкосновенности и половой свободы личности независимо от степени тяжести), либо лиц, уголовное преследование в отношении которых в связи с преступлениями, не относящимися к категориямтяжких и особо тяжких, а также преступлениями против половой неприкосновенности и половой свободы личности было прекращено по нереабилитирующим основаниям, - постольку, поскольку в силу безусловного характера данного запрета суд при рассмотрении дел об установлении усыновления, в том числе в случаях, когда потенциальный усыновитель (при наличии фактически сложившихся между ним и ребенком отношений и с учетом характера совершенного им или вменявшегося емудеяния) способен обеспечить полноценное физическое, духовное и нравственное развитие усыновляемого ребенка без риска подвергнуть опасности его психику и здоровье, не правомочен принимать во внимание обстоятельства совершенного преступления, срок, прошедший с момента его совершения, форму вины, обстоятельства, характеризующие личность, в том числе поведение лица после совершения преступления, а также иные существенные для дела обстоятельства, Конституционный Суд Российской Федерации признал абзац десятый пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации не соответствующим Конституции Российской Федерации, ее статьям 7 (часть 2), 19 (часть 1), 38 (части 1 и 2), 46 (часть 1) и 55 (часть 3).

Принимая во внимание отличия в правовом статусе усыновителей, приравненных в личных неимущественных и имущественных правах и обязанностях к родителям (пункт 1 статьи 137 Семейного кодекса Российской Федерации), и опекунов (попечителей), назначаемых временно и имеющих возможность быть освобожденными от исполнения своих обязанностей в предусмотренных законом случаях, в том числе по их просьбе (часть 1 статьи 13, статья 29 Федерального закона от24 апреля 2008 года N 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве»), с одной стороны, а с другой - схожие цели институтов усыновления и опеки (попечительства) как форм устройства детей, оставшихся без попечения родителей, а именно обеспечение таким детям надлежащих, в том числе эмоционально-психологических, условий для полноценного развития, а также содержание, воспитание и образование детей, защита их прав и интересов (статья 63, пункт1 статьи 64, пункт 1 статьи 80, пункт 1 статьи 137, пункт 1 статьи 145 Семейного кодекса Российской Федерации), приведенная правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированная применительно к возможности ограничения права на усыновление детей лицами, имеющими или имевшими судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за совершение преступлений, указанных в абзаце десятом пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации, применима и к регулированию, содержащемуся в абзаце третьем пункта 1 статьи 146 Семейного кодекса Российской Федерации.

Формулируя конституционные ориентиры в процессе поиска справедливого баланса конституционных ценностей при осуществлении правового регулирования ограничения лиц, имеющих или имевших судимость, подвергающихся или подвергавшихся уголовному преследованию, в возможности выступать в качестве усыновителей детей, оставшихся без попечения родителей, т.е. лиц, заменяющих родителей, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 января 2014 года N 1-П подчеркнул, что такое ограничение должно распространяться прежде всего на имеющих или имевших судимость либо подвергавшихся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за тяжкие и особо тяжкие преступления из числа указанных в абзаце десятом пункта 1 статьи 127 Семейного кодекса Российской Федерации, а также преступления против половой неприкосновенности и половой свободы личности независимо от степени тяжести, поскольку сам факт их совершения - в силу особенностей объекта посягательства, тяжести их последствий - свидетельствует об опасности этих лиц для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних, которые, как правило, беззащитны перед взрослыми и находятся в зависимом от них положении, притом что каждодневный эффективный контроль за выполнением усыновителями родительских функций практически невозможен.

Исходя из необходимости минимизации рисков для жизни, здоровья и нравственности несовершеннолетних как наиболее беззащитной и уязвимой категории граждан, находящейся под особой охраной Конституции Российской Федерации, ограничение федеральным законом в праве быть опекуном (попечителем) детей, лишенных родительского попечения, лиц, совершивших по крайней мере такие представляющие повышенную общественную опасность деяния, как перечисленные в статье 7.1 УК РСФСР, соответствует критерию соразмерности и конституционные права граждан не нарушает.

Из материалов дела следует, что приговором мирового судьи судебного участка № 2 г. Миасса от 26.04.2007 г. ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ и назначено ему наказание в виде штрафа в размере 2500 руб. (л.д. 129-133).

Приговором Миасского городского суда от 02.07.2007 г. приговор мирового судьи судебного участка № 2 г. Миасса от 26.04.2007 г. в отношении ФИО1, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, отменен. Уголовное дело в отношении ФИО1, осужденного за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, прекращено за примирением с потерпевшей (л.д. 133).

В соответствии с изменениями, внесенными в Уголовный кодекс РФ Федеральным законом от 3 июля 2016 года N 323-ФЗ, деяние, за которое истец осужден по ч. 1 ст. 116 УК РФ, декриминализировано.

В соответствии с положениями ст.10 Уголовного кодекса Российской Федерации уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, то есть распространяется на лиц, совершивших соответствующие деяния до вступления такого закона в силу, в том числе на лиц, отбывающих наказание или отбывших наказание, но имеющих судимость. Уголовный закон, устанавливающий преступность деяния, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Как следует из постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2013 г. N 19-П в силу закрепленных Конституцией Российской Федерации принципов справедливости, юридического равенства (преамбула, ст.19) и конституционной законности (ст.4,15 и120) и основанных на них правовых позиций Конституционного Суда (постановление от 20 апреля 2006 г. N 4-П и др.) правоприменительные органы, в том числе суды, не могут не учитывать волю федерального законодателя, выраженную в новом уголовном законе, устраняющем или смягчающем уголовную ответственность, то есть являющемся актом, который по-новому определяет характер и степень общественной опасности тех или иных преступлений и правовой статус лиц, их совершивших.

Из анализа представленных документов следует, что ФИО1 было совершено преступление небольшой тяжести, с момента привлечения к уголовной ответственности прошло более 17 лет, в связи с принятием Федерального закона от 3 июля 2016 года N 323-ФЗ, совершенное ФИО1 деяние, предусмотренное ч. 1 ст. 116 УК РФ, перестало квалифицироваться в качестве преступления.

Согласно подпункту «в» пункта 14 указанных выше Правил орган опеки и попечительства обязан подготовить гражданина, выразившего желание стать опекуном, в том числе обеспечить психологическое обследование граждан, выразивших желание стать опекунами, с их согласия для оценки их психологической готовности к приему несовершеннолетнего гражданина в семью.

Таким образом, проведение психологического обследования граждан для оценки их психологической готовности к приему несовершеннолетнего гражданина в семью не является обязательным требованием, однако при наличии психологического обследования орган опеки и попечительства рассматривает результаты психологического обследования и учитывает их при принятии решения о возможности или невозможности гражданина быть усыновителем или опекуном (попечителем). Решение принимается с учетом комплексной оценки всех обстоятельств.

Выводы психологических обследований от 11.03.2024 г. носят вероятностный и рекомендательный характер, при этом согласно психологического заключения от 27.05.2024 года в отношении ФИО1 выявлена высокая мотивация на принятие ребенка в семью, т.к. фактически просматривается главный ресурс – опыт в родительстве, образованность клиента, прохождение Школы приемных родителей, знания возрастных особенностей детей, воспитывающихся в условиях государственного учреждения; воспитание одиннадцатилетнего ребенка, что является не менее важным ресурсом, т.к. «социальная адаптация» легче пройдет у принятого ребенка; нереализованный потенциал в родительстве усиливает решение(л.д.121-124).

Оспариваемое решение, содержащее ссылки на выводы психологических обследований, содержащихся в заключениях от 11.03.2024 г., не содержит обоснование вывода о невозможности истца в целом быть кандидатам в опекуны, приемные родители.

Мотивов, подтверждающих наличие конкретных обстоятельств, нравственных или иных личных качеств ФИО1, указывающих на его неспособность быть приемным родителем, ответчиком в обжалуемом решении не приведено.

Из материалов дела видно, что ФИО1 каких-либо ограничений, предусмотренных пп.9-10 частью 1 ст.127, частью 1 статьи 146 СК РФ, при которых он не может быть принят в кандидаты приемного родителя,не имеет.

Указание же в заключении на проживания истца с ФИО2 без официальной регистрации брака, само по себе также не может рассматриваться как безусловное основание для вынесения решения о невозможности гражданина быть приемным родителем.

Орган опеки и попечительства должен принимать решение в каждом случае с учетом комплексной оценки всех известных ему обстоятельств, включая личные качества и мотивы гражданина, способность его к воспитанию ребенка, отношения, сложившиеся между гражданином, членами его семьи и ребенком, а также, если это возможно, желание самого ребенка, исходя из приоритета интересов ребенка.

Вышеуказанные обстоятельства в их совокупности позволяют суду прийти к выводу о том, что заключение НОМЕР органа опеки и попечительства, выданное по месту жительства граждан, о невозможности быть приемным родителем, принятое Управлением социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области 18.04.2024 г. в отношении ФИО1 законными признать нельзя.

С учетом того, что заключение НОМЕР органа опеки и попечительства, выданное по месту жительства граждан, о невозможности быть приемным родителем, принятое Управлением социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области 18.04.2024 г. в отношении ФИО1 признано незаконным, то имеются правовые основания для возложения на административного ответчика обязанности повторно рассмотреть заявления истца, выразившего желание стать опекуном или попечителем несовершеннолетнего гражданина либо принять детей, оставшихся без попечения родителей, в семью на воспитание в иных установленных семейным законодательством формах, в срок, установленный законом, поскольку решение данного вопроса согласно действующему законодательству относится к исключительной компетенции органов опеки и попечительства. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным заключение № НОМЕР органа опеки и попечительства, выданное по месту жительства граждан, о невозможности быть приемным родителем, принятое Управлением социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области 18 апреля 2024 г. в отношении ФИО1.

Возложить на Управление социальной защиты населения администрации Миасского городского округа Челябинской области обязанность повторно рассмотреть заявлениеФИО1, выразившего желание стать приемным родителем, в срок, установленный законом. 

В удовлетворении остальной части требований ФИО1 о признании его кандидатом в приемные родители – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий судья 

Мотивированное решение суда составлено 24 июня 2024 г.