ФИО2 ОБЛАСТНОЙ СУД

31RS0007-01-2025-002361-65 33-724/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

«17» февраля 2026 года г.Белгород

Судебная коллегия по гражданским делам Белгородского областного суда в составе:

- председательствующего Переверзевой Ю.А.,

- судей Фурмановой Л.Г., Украинской О.И.,

- при секретаре Сукач А.Н.,

- с участием помощника прокурора Белгородской области Кирилловой М.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «Комбинат КМАруда» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием

по апелляционной жалобе ФИО1

на решение Губкинского городского суда Белгородской области от 20 ноября 2025 года.

Заслушав судьи Фурмановой Л.Г., выслушав объяснения представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4, заключение помощника прокурора Белгородской области Кирилловой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

на протяжении более 28 лет стороны по делу состоят в трудовых отношениях, ФИО1 работал в АО «Комбинат КМАруда» на различных должностях - монтажник дробильно-размольного оборудования для сортировки и обогащения (с 13.12.1995 г. по 21.01.2000 г.), дорожно-путевой рабочий (с 17.04.2000 г. по 09.07.2000 г.), проходчик с полным рабочим днем под землей (с 10.07.2000 г. по настоящее время). В связи с тем, что в период трудовой деятельности ФИО1 находился в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, у него было диагностировано профессиональное заболевание - 

<

данные изъяты> которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых он работал в АО «Комбинат КМАруда», степень утраты профессиональной трудоспособности составляет 30%.

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением, в котором ссылаясь на то, что полученным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности ему причинены физические и нравственные страдания просил взыскать с ответчика в его пользу в счет компенсации морального вреда 750000 рублей.

Решением Губкинского городского суда Белгородской области от 20.11.2025 г. заявленные ФИО1 исковые требования удовлетворены частично, с АО «Комбинат КМАруда» в его пользу в счет компенсации морального вреда взыскана денежная сумма в размере 450000 рублей, в доход бюджета государственная пошлина в размере 3000 рублей.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда первой инстанции изменить, увеличить сумму компенсации морального вреда до заявленного им в иске размера. В обоснование жалобы указал на то, что суд при рассмотрении дела не в полной мере учел фактические обстоятельства причинения морального вреда, характер причиненных ему физических и нравственных страданий, в том числе длительность воздействия на его организм вредных условий труда по вине ответчика, степень утраты им профессиональной трудоспособности в размере 30%, наличие у него таких заболеваний как 

<

данные изъяты>, которые также, по его мнению, являются причиной воздействия вредных производственных факторов. В связи с длительным периодом нахождения его на листке нетрудоспособности вследствие указанных заболеваний, он был лишен возможности вести полноценный образ жизни, а также значительной части материального дохода. В этой связи он испытывал нравственные переживания, вследствие чего у него появились головные боли, был нарушен сон, что привело к нервному стрессу. При таких обстоятельствах, считает, что заявленный им размер компенсации морального вреда соответствует требованиям разумности и справедливости.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец, будучи надлежащим образом извещенным о дате, месте и времени слушания дела, не явился, о причине неявки суд не уведомил, ходатайств об отложении дела слушанием при наличии на то уважительных причин, не представил.

Направленное в адрес истца судебной извещение возвращено в адрес отправителя с отметкой об истечении срока хранения, что в силу абз.2 п.1 ст.165.1 ГК РФ, ч.2 ст.117 ГПК РФ является надлежащим извещением стороны о времени и месте рассмотрения дела.

При таком положении судебная коллегия в соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ не усматривает процессуальных препятствий для рассмотрения дела в отсутствие истца по делу.

Интересы истца представляет ФИО3, который полностью поддержал доводы апелляционной жалобы своего доверителя по приведенным основаниям, дополнений не имел.

Представитель ответчика ФИО4 указала на необоснованность доводов апелляционной жалобы истца по приведенным в письменных возражениях основаниям, просила решение суда первой инстанции оставить без изменения.

В заключении помощник прокурора Белгородской области Кирилловой М.А. полагала верным вывод суда первой инстанции о наличии причинно-следственной связи между выявленными у истца профессиональными заболеваниями и вредными условиями труда, а также вины ответчика в возникновении у истца профессионального заболевания в связи с необеспечением работодателем безопасных условий труда и причинении ему тем самым морального вреда. Определенный судом первой инстанции размер компенсации морального вреда, считает, соразмерным тяжести причиненного вреда здоровью истца. В связи с чем, указала на законность и обоснованность оспариваемого судебного акта.

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность судебного решения по правилам ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе истца, приходит к следующим выводам.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными законами осуществляется трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из Трудового кодекса Российской Федерации, иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, содержащих нормы трудового права (абз.1, 2 ч.1 ст.5 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей; осуществлять обязательное социальное страхование работниковв порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ч.2 ст.22 ТК РФ).

Согласно ч.1 ст.214 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места (ч.2 ст.214 ТК РФ).

Работодатель обязан обеспечить: соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда (ч.3 ст.214 ТК РФ).

В силу положений абз.4 ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (ч.1 ст.216 ТК РФ).

Частью 8 ст.216.1 ТК РФ предусмотрено, что в случае причинения вреда здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Абзацем 9 ст.219 ТК РФ установлено, что каждый работник имеет право на гарантии и компенсации в связи с работой с вредными и (или) опасными условиями труда, включая медицинское обеспечение, в порядке и размерах не ниже установленных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации либо коллективным договором, трудовым договором.

То есть работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья, исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, работник имеет право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного в результате повреждения здоровья работника (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2025 г. № 32-КГ25-7-К1).

В соответствии с абз.14 ч.1 ст.21 ТК РФ работник имеет право на компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим кодексом и иными федеральными законами.

В свою очередь, работодатель в соответствии с абз.16 ч.2 ст.22 ТК РФ обязан компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами.

Порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз.2 п.3 ст.8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В соответствии с абз.11 ст.3 названного Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием), во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

По смыслу ст.ст.214, 216, 219 ТК РФ, ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции ФИО1 на протяжении более 28 лет работает в АО «Комбинат КМАруда», в период с 13.12.1995 г. по 21.01.2000 г. состоял в должности монтажника дробильно-размольного оборудования для сортировки и обогащения, с 17.04.2000 г. по 09.07.2000 г. работал в должности дорожно-путевого рабочего, с 10.07.2000 г. по настоящее время осуществляет трудовую деятельности в должности проходчика с полным рабочим днем под землей на шахте им.Губкина (л.д.14-16, 38-49, 53, 58-61).

Актом о случае профессионального заболевания № от 03.12.2024 г., утвержденным руководителем Управления Роспотребнадзора по Белгородской области, у ФИО1 было выявлено профессиональное заболевание в виде 

<

данные изъяты> Установлено, что данное профессиональное заболевание возникло в результате длительного воздействия комплекса вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы (общая и локальная вибрация, производственный шум, пыль, параметры микроклимата, наличие вредных производственных факторов по показателям тяжести и напряженности трудового процесса) в течение всей рабочей смены на организм работника. Общая оценка условий труда ФИО1 характеризуется наличием вредных производственных факторов, уровень которых превышает гигиенические нормативы: по содержанию кремния диоксида кристаллического (среднесменное значение) - содержание в пыли (кремний диоксид кристаллический) от 10 до 70%, (гранит, шамот, слюда-сырец, углеродная пыль и др.) в воздухе рабочей зоны - превышение норматива на 0,3 мг/м3, по уровню локальной вибрации - превышение корректированного уровня на 3-15 дБ, по оси Х превышение ПДУ на 2-28,8 дБ, по оси У на 1-12 дБ, по оси Z на 2-15 дБ, по уровню общей вибрации - превышение корректированного уровня шума на 2-15 дБ, эквивалентного корректированного уровня на 6-9 дБ, по оси Х превышение ПДУ на 5,4-22,7 дБ, по оси У на 10-22,7 дБ, по оси Z на 10-16,8 дБ, по уровню шума превышение на 1-35 дБ; по параметрам микроклимата - пониженная температура воздуха; по тяжести трудового процесса - подъем и перемещение тяжестей выше допустимых значений, нахождение в позе стоя до 80% времени смены, наклоны корпуса.

Вина ФИО1 при установлении профессионального заболевания не установлена.

Таким образом, из изложенного следует, что основными обстоятельствами и условиями формирования профессионального заболевания явились: несовершенство технологических процессов, АО «Комбинат КМАруда» в целях ликвидации и предупреждения профессиональных заболеваний или отравлений рекомендовано выполнять комплекс мероприятий по улучшению и оздоровлению условий труда (л.д.17-19).

Из медицинского заключения ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда академика ФИО5» следует, что основное профессиональное заболевание ФИО1 в виде 

<

данные изъяты> связано с физическим функциональным перенапряжением, заболевание является профессиональным. В связи с указанным диагнозом ФИО1 противопоказана работа, связанная с вибрацией, воздействием неблагоприятного микроклимата, тяжестью трудового процесса выше предельно допустимого уровня; рекомендовано медикаментозное лечение, массаж, ЛФК, санаторно-курортное лечение и в целях динамического наблюдения повторный курс лечения в данном Центре через 6-12 месяцев (л.д.9).

Как следует из справки ФКУ «ГБ МСЭ по Белгородской области» Минтруда России по указанному профессиональному заболеванию ФИО1 с 03.03.2025 г. на период до 01.04.2026 г., с датой очередного освидетельствования установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30% (л.д.21).

При изложенных обстоятельствах вывод суда первой инстанции о наличии правовых оснований для взыскания с АО «Комбинат КМАруда» в пользу ФИО1 компенсации морального вреда является правильным, поскольку факт его работы у ответчика в условиях воздействия производственных факторов, причинная связь между этой работой и возникновением профессионального заболевания, то есть ухудшением здоровья истца, а также вина ответчика как работодателя в непринятии всех необходимых мер для обеспечения безопасных условий труда истца подтверждены материалами дела, ответчиком не опровергнуты.

Судебная коллегия соглашается с таким выводом суда, поскольку он соответствует установленным по делу обстоятельствам и не противоречит закону, в частности, ст.237 ТК РФ, ст.151 ГК РФ, п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

Согласно ч.1 ст.1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно п.п.1, 2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст.1101 ГК РФ компенсация морального вред осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физический и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п.1).

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п.2).

В абз.2 п.46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (ч.8 ст.216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно п.3 ст.8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абз.2 п.47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33).

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 26.01.2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст.237 ТК РФ).

Пунктом 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что суд в силу абз.14 ч.1 ст.21 и ст.237 ТК РФ вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя. При этом, размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда в пользу истца в сумме 450000 рублей, суд первой инстанции учел конкретные обстоятельства дела, степень вины ответчика, в том числе отсутствие у него умысла на причинение вреда здоровью истца; период работы истца под воздействием вредных неблагоприятных производственных факторов; индивидуальные особенности истца: его возраст 

<

данные изъяты>, степень утраты профессиональной трудоспособности, не лишающей его возможности трудиться; характер физических и нравственных страданий, которые претерпевает истец в связи с наличием профессионального заболевания; принципы разумности и справедливости

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы истца, суд учел все имеющие значение для правильного разрешения данного вопроса обстоятельства. Приведенная судом в решении мотивация определения размера компенсации морального вреда отвечает критериям разумности и справедливости, вывод суда мотивирован, соответствует содержанию имеющихся в деле доказательств и нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Компенсация морального вреда не подлежит точному денежному подсчету, она не может в полной мере возместить причиненные физическому лицу нравственные и (или) физические страдания, а признана лишь в максимально возможной мере компенсировать последствия понесенных данным лицом нравственных и/или физических страданий.

С учетом приведенных, установленных по делу обстоятельств, судебная коллегия считает, что указанный размер компенсации морального вреда отвечает принципу разумности и справедливости, позволит компенсировать истцу нравственные и физические страдания, вызванные причинением вреда здоровью в связи с получение профессионального заболевания, а также негативные последствия, которые испытывает истец, относительно дальнейшего состояния его здоровья. В связи с чем, оснований для изменения определенного судом размера компенсации морального вреда не имеется.

Доводы истца об ухудшении состояния его здоровья в связи с оказанием побочных эффектов на его организм ввиду нервного перенапряжения, а также вследствие приема лекарственных препаратов, назначаемых ему в связи с полученным профессиональным заболеванием, не могут быть приняты во внимание судебной коллегии, как основание к увеличению размера компенсации морального вреда.

Доказательств подтверждающих данное обстоятельство истцом не представлено. Кроме того, как следует из вышеприведенных нормативных положений, регулирующих вопросы компенсации морального вреда, по общему правилу необходимыми условиями для возложения на работодателя обязанности по компенсации морального вреда работнику являются: наступление вреда, противоправность деяния причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью деяния причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Каких-либо доказательств, которые могли бы послужить основанием для изменения судебной коллегией определенного судом размера компенсации морального вреда ответчиком, не представлено. Оснований для переоценки установленных по делу обстоятельств и определения иного размера компенсации морального вреда, судебная коллегия не усматривает. Определенный судом размер компенсации соразмерен степени перенесенных истцом физических и нравственных страданий, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст.ст.21, 53 Конституции Российской Федерации), обеспечивает баланс прав и законных интересов сторон по делу и отвечает требованиям разумности и справедливости.

По существу доводы апелляционной жалобы повторяют позицию истца, выраженную в обоснование иска в суде первой инстанции, сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела, в связи с чем, не могут служить основанием для отмены решения суда. Обстоятельств, нуждающихся дополнительной проверке, апелляционная жалоба не содержит, приведенные доводы направлены на иное толкование норм материального права и оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами ст.ст.12, 56, 67 ГПК РФ.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что, разрешая спор, суд первой инстанции правильно определил юридически значимые обстоятельства; фактические обстоятельства дела подтверждены исследованными доказательствами, выводы суда соответствуют установленным обстоятельствам; нормы материального права судом применены верно, нарушений положений процессуального закона, судом не допущено.

В связи с чем, оснований для изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы истца, не имеется.

Руководствуясь ст.ст.327.1, 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Губкинского городского суда Белгородской области от 20 ноября 2025 года по делу по иску ФИО1 (СНИЛС №) к акционерному обществу «Комбинат КМАруда» (ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда может быть обжаловано в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы (представления) через Губкинский городской суд Белгородской области.

Мотивированный текст апелляционного определения изготовлен 03.03.2026 г.

Председательствующий

Судьи