Дело №

УИД 74RS0№-15

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

30 июля 2020 года с. Долгодеревенское

Сосновский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Дуплякиной А.А., 

с участием прокурора Галицкого М.Ю., 

при секретарях Юнусовой И.А., Пономаревой Е.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 с учетом уточнений о взыскании компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей. 

В обоснование исковых требований указала, что 26 ноября 2017 года ФИО2, управляя автомобилем, совершил наезд на сына истицы – Ш.Р.Н.., в результате чего последний побиг. Постановлением от 23 февраля 2018 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 отказано в связи с отсутствием состава преступления, поскольку пешеходом Ш.Р.Н. допущено нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации. В связи со смертью сына истица испытывает нравственные страдания, сын являлся ее единственным помощником в быту, истица нуждалась в его помощи и уходе, поскольку страдает прогрессирующим офтальмологическим заболеванием. Размер компенсации морального вреда оценивает в 300 000 рублей. 

Истица ФИО1 в судебном заседании участия не принимала, извещена надлежащим образом. Ее представитель ФИО4, принимавший участие в судебном заседании до перерыва, исковые требования поддержал. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. Ранее в судебном заседании требования признал частично. Указал, что пытался загладить моральный вред, передавал родственниками истицы денежные средства в размере 40 000 рублей по похороны погибшего Ш.Р.Н.., оставлял контактный номер телефона для связи с ним, если истице понадобится его помощь. Ссылался на тяжелое материальное положение, поскольку является военнослужащим, имеет на иждивении троих несовершеннолетних детей, кредитные обязательства, супруга истца находится в отпуске по уходу за ребенком. 

Представитель ответчика – ФИО5 в судебном заседании требования не признала. Указала, что в действиях Ш.Р.Н. имеется грубая неосторожность, поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло в темное время суток, пешеход двигался по середине проезжей части, находился в состоянии алкогольного опьянения, согласно заключению автотехнической экспертизы ФИО2 не имел технической возможности избежать наезда на пешехода. Ссылалась на то, что у ответчика на иждивении имеются трое несовершеннолетних детей, кредитные обязательства перед банком, супруга ответчика не работает, поскольку находится в отпуске по уходу за ребенком. Просила учесть, что ответчик добровольно выплатил семье погибшего 40 000 рублей в счет возмещения расходов на погребение. Указала также, что страховая компания выплатила истице страховое возмещение в связи с причинением вреда жизни Ш.Р.Н.

Прокурором дано заключение об обоснованности исковых требований, размер компенсации морального вреда оставлен на усмотрение суда. 

Суд, выслушав представителя ответчика, показания свидетеля, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему. 

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным частями 2 и 3 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации содержит понятие морального вреда, под которым законодатель понимает физические и нравственные страдания, и указывает, что если моральный вред причинен действиями, нарушающими личные неимущественные права, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из материалов дела следует, что 26 ноября 2017 года в 07 часов 40 минут на 2 км. Автодороги «АДРЕС» водитель ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак 

<

данные изъяты>, совершил наезд на пешехода Ш.Р.Н. От полученных травм наступила смерть Ш.Р.Н. (л.д. 13-15). 

Постановлением следователя СО МВД России по Сосновскому району Челябинской области от 23 февраля 2018 года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации отказано в связи с отсутствием в деянии указанного лица става преступления (л.д. 13-15). 

Из данного постановления следует, что согласно проведенной автотехнической экспертизой установлено, что при исходных данных водитель ФИО2 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения. Не соответствие действий водителя требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации с технической точки зрения, не находится в причинной связи с фактом наезда. Установлено также, что в момент дорожно-транспортного происшествия Ш.Р.Н. находился в состоянии алкогольного опьянения. По результатам проверочных мероприятий установлено, что непосредственными причинами дорожно-транспортного происшествия явилось грубое нарушение Ш.Р.Н. Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно пунктов 1.5, 4.1, 4.3, 4.5, 4.6. 

Указанные обстоятельства также подтверждаются справкой о дорожно-транспортном происшествии (л.д. 8), схемой места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 9), свидетельством о смерти Ш.Р.Н. (л.д. 11, 12). 

Согласно свидетельству о рождении Ш.Р.Н.., ДАТА года рождения, приходился сыном ФИО1 (л.д. 10). 

Из показаний свидетеля ФИО6 следует, что Ш.Р.Н. до гибели проживал с ФИО1, являлся для нее помощником в быту, ухаживал за матерью. Смерть сына ФИО1 пережила тяжело. 

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, обстоятельства, установленные постановлением следователя СО МВД России по Сосновскому району Челябинской области от 23 февраля 2018 года, являются обязательными для суда при рассмотрении настоящего дела. 

Учитывая, что смерть сына истицы – Ш.Р.Н. наступила в результате действий ответчика, управлявшего источником повышенной опасности, что повлекло за собой физические и нравственные страдания истицы, суд приходит к выводу, что ФИО2, как причинитель вреда, обязан компенсировать моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд исходит из следующего. 

Статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Гражданский кодекс Российской Федерации предусматривает правовой механизм уменьшения размера возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (пункт статьи 1083), а также при наличии грубой неосторожности самого потерпевшего, которая содействовала возникновению или увеличению вреда (пункт 2 статьи 1083).

Согласно разъяснению, данному в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу названной нормы права, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят. 

В соответствии с пунктом 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам. Пешеходы, перевозящие или переносящие громоздкие предметы, а также лица, передвигающиеся в инвалидных колясках, могут двигаться по краю проезжей части, если их движение по тротуарам или обочинам создает помехи для других пешеходов. При отсутствии тротуаров, пешеходных дорожек, велопешеходных дорожек или обочин, а также в случае невозможности двигаться по ним пешеходы могут двигаться по велосипедной дорожке или идти в один ряд по краю проезжей части (на дорогах с разделительной полосой - по внешнему краю проезжей части). При движении по краю проезжей части пешеходы должны идти навстречу движению транспортных средств. При переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств (пункт 4.1 Правил дорожного движения Российской Федерации).

В силу пункта 4.3 Правил дорожного движения Российской Федерации пешеходы должны переходить дорогу по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии - на перекрестках по линии тротуаров или обочин. При отсутствии в зоне видимости перехода или перекрестка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны.

На нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств. Выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения (пункты 4.5, 4.6 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23 февраля 2018 года, вынесенного в отношении ФИО2, последним были даны объяснения, что 26 ноября 2017 года утром около 07 часов 20 минут, двигаясь со скоростью 60 км/ч он совершил наезд на пешехода, которого не было видно, поскольку пешеход был одет в темную одежду. При это место наезда находится на проезжей части. 

Данным постановлением также установлено, что согласно проведенной автотехнической экспертизе водитель ФИО2 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения. Непосредственными причинами дорожно-транспортного происшествия явилось грубое нарушение Ш.Р.Н. Правил дорожного движения Российской Федерации -пунктов 1.5, 4.1, 4.3, 4.5, 4.6. 

Согласно схеме места дорожно-транспортного происшествия от 26 ноября 2018 года, пешеход Ш.Р.Н. двигался по проезжей части, на расстоянии 1,5 м от обочины (л.д. 9). 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что в наступлении дорожно-транспортного происшествия имела место грубая неосторожность Ш.Р.Н.., который двигался вне населенного пункта по проезжей части, при этом не имея при себе предметы со световозвращающими элементами, и не убедился в отсутствии близко движущегося транспорта, соответственно, должен был предвидеть наступление вредоносных последствий своих действий при движении по проезжей части.

Ответчиком ФИО7 указано на тяжелое материальное положение, в подтверждение чего представлены свидетельство о заключении брака между ФИО2 и ФИО8, свидетельства о рождении Л.К.А.., Л.А.А., Л.С.А.., график платежей и индивидуальные условия договора потребительского кредита, согласно которым ФИО7 предоставлен кредит сроком по 18 октября 2021 года в размере 250 000 рублей, ежемесячный платеж составляет 9 316 рублей 91 копейка, справки о доходах ответчика и его супруги за 2020 год, из которых следует, что за апрель, май 2020 года доход супруги ответчика составил 12 000 рублей, доход ответчика с января-июнь 2020 года – 271 330 рублей 20 копеек, выписка из Единого государственного реестра недвижимости о наличии в собственности ответчика объекта незавершенного строительства, двух земельных участков, сведения из ГИБДД о наличии в собственности ответчика автомобиля ВАЗ 

<

данные изъяты>, прицепа, справка ООО «Равис-птицефабрика Сосновская» о том, что ФИО9 находится в отпуске по уходу за ребенком с 14 апреля 2020 года по 04 августа 2021 года, справки из Пенсионного фонд в Сосновском районе Челябинской области о том, что ФИО9 получателем социальных пенсий не является, ФИО2 получает ежемесячную денежную выплату 3 062 рубля. 

Из материалов дела также следует, что ответчик ФИО2 пытался загладить причиненный вред, согласно расписке от 29 ноября 2017 года ответчик передал 40 000 рублей на похороны Ш.Р.Н. 

Принимая во внимание, что истице причинен непоправимый моральный вред, поскольку она перенесла нравственные страдания, выразившиеся в потере близкого человека, учитывая обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, наличие в действиях Ш.Р.Н. грубой неосторожности, а также отсутствие у водителя ФИО2 технической возможности избежать наезда на пешехода, пенсионный возраст истицы, ее имущественное положение, тот факт, что Ш.Р.Н. проживал совместно с истицей, материальное положение ответчика, поведение ответчика, пытавшегося загладить причиненный вред, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, суд полагает возможным определить размер компенсации морального вреда в сумме 50 000 рублей. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей. 

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать. 

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Челябинский областной суд через Сосновский районный суд Челябинской области в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Дуплякина А.А.