Решение

именем Российской Федерации

8 октября 2020 года город Улан - Удэ

Улан – Удэнский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего Фомичёва А.Н., при секретаре судебного заседания Ивановой А.Б., с участием административного истца 

<

данные изъяты> ФИО1, представителя административного ответчика 

<

данные изъяты> ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-101/2020 по административному исковому заявлению военнослужащего войсковой части 11111 

<

данные изъяты> ФИО1 об оспаривании действий командира войсковой части 11111 по привлечению к дисциплинарной и материальной ответственности,

установил:

Приказами командира войсковой части 11111 от 1 сентября 2020 года №№ 979 и 980 к 

<

данные изъяты> ФИО1, командиру войсковой части 22222, были применены два дисциплинарных взыскания «выговор», и он был привлечен к ограниченной материальной ответственности в размерах 36063 рубля 70 копеек и 38721 рубль.

Основанием для привлечения к дисциплинарной и материальной ответственности, в каждом случае, явилось бездействие административного истца как командира воинской части, входящей в состав войсковой части 11111, повлекшее причинение государству материального ущерба путем недостачи узлов и агрегатов на автомобилях УАЗ-315109, № шасси 31510060556836 и Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432.

Административный истец, несогласный с изложенными действиями административного ответчика, их оспорил, указав в административном исковом заявлении об отсутствии своей вины в причинении материального ущерба.

В судебном заседании ФИО1 свои требования поддержал и пояснил, что указанный выше автомобиль УАЗ-315109 ранее, в 2012 году, ввиду нарушений порядка его хранения должностными лицами войсковой части 11111, был подожжен неустановленными лицами, в связи с чем пришел в неработоспособное состояние. Разбирательство по указанным обстоятельствам не проводилось, они были скрыты от вышестоящего командования и правоохранительных органов. В 2016 году в составе войсковой части 11111 были сформированы отдельные воинские части, в том числе и войсковая часть 22222. При этом, лицевые счета на материальные средства подчиненных воинских частей в финансовом органе были оформлены на войсковую часть 11111, которая являлась довольствующим органом и имела в своем составе соответствующие службы. Указанный автомобиль в его текущем техническом состоянии был передан в состав войсковой части 22222. В 2016 году автомобиль находился в подотчете командира 2 дорожно – комендантской роты 

<

данные изъяты> Б.П.В. В октябре – ноябре 2018 года, при приеме дел и должности командира указанной роты 

<

данные изъяты> Ц.С.Д.., последний рапортом доложил о некомплектности автомобиля и представил акт его технического состояния. Этот акт был утвержден временно исполнявшим должность командира войсковой части 22222 

<

данные изъяты> Я.С.А., который, однако, административное расследование по факту разукомплектования автомобиля не назначил и ему, ФИО1, об этом не доложил. Сам он, ввиду отсутствия каких – либо докладов Я.С.А. и Ц.С.Д.., полагал, что по данным обстоятельствам решение принято и направлено для реализации командиру войсковой части 11111.

Что же касается автомобиля Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, входящего по штату в состав понтонно – мостовой роты, то в январе 2018 года должность командира этого подразделения принимал 

<

данные изъяты> Е.А.В. у 

<

данные изъяты> Ф.К.В. В ходе приема дел и должности Е.А.В. выявил недостатки на большом количестве автомобилей роты, в том числе и на указанном Урале, о чем подал соответствующий рапорт. Рассмотрев рапорт, он как командир воинской части поставил задачу заместителю командира воинской части – главному инженеру 

<

данные изъяты> К.Е.Н. провести административное расследование. Сам он контролировал ход расследования, оказывая необходимую помощь, однако до его окончания убыл на длительное лечение, освидетельствование военно – врачебной комиссией в связи с предстоящим увольнением с военной службы и отпуска, в связи с чем длительное время отсутствовал на службе. Как ему стало известно в последующем, К.Е.Н. провел административное расследование по всем фактам, отраженным в рапорте Е.А.В., за исключением указанного Урала.

Исходя из изложенного ФИО1 полагал отсутствие со своей стороны как командира воинской части какого – либо бездействия в принятии мер по возмещению причиненных ущербов. Кроме того, проведенные начальником штаба войсковой части 11111 административные расследования, послужившие основанием к последующему изданию оспоренных приказов, являлись формальными, в них оценка действиям лиц, ответственных за данное имущество – 

<

данные изъяты> Ф.К.В., Ц.С.Д.., Е.А.В., а также иных должностных лиц – 

<

данные изъяты> Я.С.А., К.Е.Н. и заместителя командира по вооружению Б.А.А. не давалась. В связи с этим административный истец считал привлечение его к дисциплинарной и материальной ответственности необоснованным и обусловленным личной неприязнью к нему со стороны командования войсковой части 11111.

Представитель административного ответчика – командира войсковой части 11111 

<

данные изъяты> Г.М.Б. требования административного истца не признал и пояснил, что весной 2020 года, в ходе выборочной проверки технического состояния автомобильной техники войсковой части 22222 начальником автомобильной службы войсковой части 11111 была установлена некомплектность автомобилей УАЗ-315109, № шасси 31510060556836 и Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432. Проведенными начальником штаба войсковой части 11111 

<

данные изъяты> Л.Д.И. разбирательствами было установлено, что о данном состоянии дел командир войсковой части 22222 

<

данные изъяты> ФИО1 был осведомлен с 2016 года, а также в 2018 и 2019 годах, однако мер по возмещению виновными лицами причиненного ущерба не принял. В этой связи приказами административного ответчика административный истец был привлечен к дисциплинарной ответственности, а также ограниченной материальной ответственности.

Заслушав объяснения сторон, показания свидетелей Л.Д.И.., Ц.С.Д.., Я.С.А., Е.А.В., К.Е.Н., Б.А.А., Ф.К.В. и Б.А.А.2 и исследовав письменные доказательства, военный суд исходит из следующего.

В соответствии со статьями 93 и 94 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, командир полка, являясь командиром основной тактической и административно-хозяйственной единицы Вооруженных Сил, содержащейся по установленному штату, в мирное и военное время отвечает, помимо иного, за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества полка и обязан, в том числе, принимать меры по сохранению, содержанию в исправном состоянии и правильному использованию вооружения, военной техники и другого военного имущества полка, периодически проверять их наличие, состояние и готовность к применению; проводить не реже двух раз в год смотр вооружения и военной техники, результаты смотра объявлять в приказе.

Выполняя такие обязанности, командир, в соответствии с пунктами 242 и 243 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 3 июня 2014 года № 333, также обязан принимать меры по предотвращению утрат и недостач материальных ценностей, организовывать контроль и устранение выявленных недостатков, привлекать виновных лиц к ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Из приказов командующего войсками Восточного военного округа от 28 апреля 2016 года № и командира войсковой части 11111 от 15 июня 2016 года № следует, что 

<

данные изъяты> ФИО1 был назначен на должность командира отдельного дорожно – комендантского батальона войсковой части 11111, и с 3 июня 2016 года вступил в исполнение должностных обязанностей.

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» командиры, не принявшие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет.

Как следует из приказов командира войсковой части 11111 от 1 сентября 2020 года №№ 979 и 980 

<

данные изъяты> ФИО1, за нарушение требований статей 93 и 94 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации и пунктов 242 и 243 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, был привлечен к дисциплинарной ответственности путем применения к нему двух дисциплинарных взысканий в виде «выговора». Кроме того, в счет возмещения выявленных материальных ущербов с него взысканы денежные суммы в размерах 36063 рубля 70 копеек и 38721 рубль.

Основанием для привлечения к этим видам ответственности, как изложено в приказах, явилось бездействие ФИО1 по принятию мер к возмещению виновными лицами материальных ущербов, выразившихся в недостаче узлов и агрегатов на автомобиле 2 дорожно – комендантской роты УАЗ-315109, № шасси 31510060556836 и автомобиле понтонно – мостовой роты Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432.

В ходе судебного разбирательства установлено, что поводами к изданию вышеприведенных приказов послужили материалы административных расследований, проведенных в период с 27 августа по 1 сентября 2020 года начальником штаба войсковой части 11111 

<

данные изъяты> Л.Д.И., в том числе его заключения.

Оценивая обоснованность привлечения ФИО3 к дисциплинарной и материальной ответственности по обстоятельствам недостачи комплектующих на автомобиле УАЗ-315109, № шасси 31510060556836, в ходе судебного разбирательства установлено следующее.

В соответствии с Актом приема вооружения, военной техники и других материальных ценностей, утвержденных командиром войсковой части 11111 1 марта 2016 года, ранее входивший в состав войсковой части 11111 в качестве подразделения дорожно – комендантский батальон был переформирован в войсковую часть 22222, в связи с чем в его состав, помимо иной техники автомобильной службы, были включены четыре автомобиля УАЗ-3151.

Из акта технического состояния материальных ценностей видно, что комиссия, назначенная приказом командира войсковой части 22222 от 22 марта 2016 года № 7, произвела проверку материальных ценностей, в результате которой установила изменение качественного состояния материальных ценностей – автомобиля УАЗ-3151 (государственный регистрационный знак 

<

***>), № шасси 60556836. В акте указано, что данный автомобиль технически неисправен, полностью выгорел, кузов его заменен, передний мост не прикручен, двигатель разукомплектован, кардан отсутствует, автомобильные сидения и салон пришли в негодность.

Данный акт, согласно исполненной в соответствующем разделе подписи, был утвержден ФИО1 как командиром воинской части. В судебном заседании административный истец свою подпись в данном акте признал и, кроме того, пояснил, что этот акт оформлялся в ходе принятия в 2016 году техники командиром 2 дорожно – комендантской роты 

<

данные изъяты> Б.П.В.

Следовательно, с 2016 года указанный автомобиль, относящийся по документам к 3 категории как эксплуатировавшийся 12 лет из 30 предусмотренных, являлся технически неисправным, о чем административный истец был надлежащим образом уведомлен.

В соответствии с пунктом 102 Руководства по содержанию вооружения и военной техники общевойскового назначения, военно-технического имущества в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 28 декабря 2013 года № 969, образцы вооружения и военной техники, подлежащие ремонту, записываются начальником технической службы воинской части в Книгу учета неисправного вооружения и военной техники с указанием вида ремонта или технического обслуживания.

Данная книга предусмотрена формой № 19 Руководства по учету вооружения, военной, специальной техники и иных материальных ценностей в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 15 апреля 2013 года № 300дсп.

Как пояснил административный истец ФИО1, указанный автомобиль УАЗ в Книгу учета неисправного вооружения и военной техники войсковой части 22222 не вносился по указанию вышестоящего командования.

Отсутствие в данной книге записи об этом автомобиле по настоящее время подтвердил и свидетель Б.А.А.., являющийся заместителем командира войсковой части 22222 по вооружению.

Из рапорта 

<

данные изъяты> Ц.С.Д.. командиру войсковой части 22222 от 19 октября 2018 года и акта технического состояния материальных ценностей, утвержденного 26 ноября 2018 года врио командира войсковой части 22222 

<

данные изъяты> Я.С.А., видно, что в ходе приема – передачи дел и должности командира 2 дорожно – комендантской роты от 

<

данные изъяты> Б.П.В. 

<

данные изъяты> Ц.С.Д.. также было установлено нахождение данного автомобиля в технически неисправном состоянии. 

Конкретный перечень и количество недостающих материальных средств отражен в составленной Ц.С.Д.. карточке некомплектности № 17.

Сопоставить изменение объема недостач узлов и агрегатов на данном автомобиле, выявленных в 2016 и в 2018 году, в ходе судебного разбирательства не представилось возможным ввиду отсутствия карточки некомплектности по состоянию на 2016 год.

Административный истец ФИО1 в этой связи пояснил, что указанный автомобиль в 2012 – 2013 годах неустановленными лицами был приведен в неработоспособное состояние путем поджога, в последующем, до 2016 году восстанавливался, но как при передаче его в войсковую часть 22222 в 2016 году, так и в настоящее время находится в неработоспособном состоянии. При этом, поскольку такое состояние автомобиля возникло до формирования вверенной ему воинской части, он полагал, что решение по нему принято должностными лицами войсковой части 11111.

Свидетель ФИО4, заместитель командира войсковой части 22222 по тылу, показал, что утверждая в ноябре 2018 года акт приема дел и должности Ц.С.Д.. и составленные им акты технического состояния, считал, что о выявленных в ходе приема дел и должности недостатках командир воинской части был осведомлен, а поэтому сам лично никаких решений не принимал и не назначал административное расследование.

Согласно рапорту от 26 августа 2020 года врио начальника автомобильной службы войсковой части 11111 

<

данные изъяты> М.В. при проверке автомобиля УАЗ-315109, № шасси 31510060556836 было выявлено отсутствие узлов и агрегатов, как аналогичным указанным в рапорте 

<

данные изъяты> Ц.С.Д.. от 10 октября 2018 года, так иных, не указанных в акте.

Из составленных указанным должностным лицом справок – расчетов стоимости недостающих материальных средств с использованием сведений об их стоимости в розничной сети на основании счетов от 28 августа 2020 года №№ 140 и 1276 и от 30 августа 2020 года № 931, а также примененных коэффициентов, связанных с износом, видно, что недостача узлов, агрегатов и иных материальных средств на указанном автомобиле УАЗ на момент обнаружения ущерба составляет сумму в 47807 рублей 70 копеек.

При этом, из объяснений Ц.С.Д.. начальнику штаба войсковой части 11111 

<

данные изъяты> ФИО5 и заключения последнего по итогам проведенного им административного расследования следует, что недостача материальных средств на автомобиле УАЗ в сумме 11744 рубля образовалась ввиду ненадлежащих мер по его сохранности со стороны командира роты 

<

данные изъяты> Ц.С.Д.., а материальный ущерб в оставшейся сумме в 36063 рубля 70 копеек возник ввиду ненадлежащего выполнения административным истцом своих обязанностей по принятию решения об его возмещении виновными лицами.

В ходе судебного разбирательства установлено, что факт разукомплектования автомобиля, приведший его в неработоспособное состояние, был с 2016 года известен командиру войсковой части 22222 

<

данные изъяты> ФИО1, однако он не организовал надлежащий прием поступившей техники Б.П.В. путем составления карточки некомплектности, что исключило возможность в настоящее время установить конкретный размер выявленной в 2016 году недостачи.

Более того, ФИО1 свои обязанности по привлечению виновных лиц к возмещению ущерба с 2016 года по настоящее время не принимал, факт неисправности автомобиля скрывал, не внося его в предусмотренные учетные документы. 

Утверждения ФИО1 о том, что он полагал принятым решение по данной недостаче исходя из отсутствии сведений о ней в сличительных ведомостях, оформленных по итогам проведенных в войсковой части 22222 в 2018 – 2019 годах трех инвентаризаций, суд признает надуманными, поскольку в указанных документах отражаются лишь данные о наличии материальных средств, а не их комплектность и качественное состояние. 

Совокупность изложенных доказательств позволяет суду прийти к выводу о нарушении, в данном конкретном случае, административным истцом требований статей 93 и 94 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации и пунктов 242 и 243 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, а поэтому признать действия командира войсковой части 11111 по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности приказом от 1 сентября 2020 года № 979 обоснованными.

Поскольку в настоящее время, ввиду нарушений в оформлении документов по приему техники в 2016 году и истечении трехлетнего срока с момента ее приема 

<

данные изъяты> ФИО6 исчерпаны возможности по установлению лиц, непосредственно виновных в причинении этого материального ущерба, суд признает обоснованным и решение административного ответчика о привлечении ФИО1 к ограниченной материальной ответственности, предусмотренной пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» за непринятие им как командиром воинской части необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба.

Размер взыскиваемой с административного истца суммы, с учетом размера его оклада денежного содержания, подтвержденного сведениями из федерального казенного учреждения «Единый расчетный центр Министерства обороны Российской Федерации», соответствует предусмотренному вышеприведенной статьей Федерального закона.

Следовательно, действия командира войсковой части 11111 по привлечению административного истца к дисциплинарной и материальной ответственности приказом от 1 сентября 2020 года № 979 соответствуют нормативным правовым актам.

При таких обстоятельствах, не установив оснований, предусмотренных в подпункте 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, военный суд отказывает в удовлетворении заявленных требований административного истца в данной части.

Разрешая требования административного истца об оспаривании приказа командира войсковой части 11111 от 1 сентября 2020 года № 980, суд исходит из следующего.

Как видно из Акта приема дел и должности заместителя командира войсковой части 22222 по вооружению – начальника технической части, утвержденного командиром войсковой части 22222 25 декабря 2018 года, в ходе приема соответствующей должности 

<

данные изъяты> ФИО7 на автомобиле Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, была выявлена недостача узлов и агрегатов.

Конкретный перечень недостающих материальных ценностей на данном автомобиле изложен в карточке некомплектности, составленной ответственным за него должностным лицом – 

<

данные изъяты> Ф.К.В.

Из рапорта 

<

данные изъяты> Е.А.В. от 29 января 2019 года командиру войсковой части 22222 следует, что в ходе приема им дел должности командира понтонно – мостовой роты у 

<

данные изъяты> Ф.К.В. были выявлены многочисленные недостатки на технике подразделения, в том числе автомобиле Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432.

Рассмотрев указанный рапорт, командир войсковой части 22222 

<

данные изъяты> ФИО1 резолюцией указал своему заместителю - главному инженеру 

<

данные изъяты> К.Е.Н. провести административное расследование.

Согласно материалам административных расследований, оформленных от имени 

<

данные изъяты> К.Е.Н., и изданных на их основе командиром войсковой части 11111 приказов от 13 марта 2019 года №№ 239 и 240 и от 20 марта 2019 года № 274, лица, виновные в возникновении недостач на указанной технике, были привлечены к материальной ответственности. В то же время, недостача, выявленная на автомобиле Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, предметом административных расследований не была и в приведенных приказах своего отражения не получила.

Допрошенный в суде свидетель 

<

данные изъяты> К.Е.Н. показал, что сам лично никакие из изложенных административных расследований не проводил, а лишь, по указанию командира воинской части, подписывал передаваемые ему документы. Все расследования проводил непосредственно 

<

данные изъяты> ФИО1 

Эти показания свидетеля подтверждаются и показаниями прапорщика Б.А.А.2 и 

<

данные изъяты> Ф.К.В., а также данными ими в ходе административных расследований объяснительными, адресованными, в большинстве своем, командиру войсковой части 22222.

В то же время, само по себе подписание свидетелем документов, оформляемых в ходе административного расследования, как им исполненных свидетельствует, вопреки изложенному в заключении 

<

данные изъяты> Л.Д.И.., об осведомленности К.Е.Н. о данном ему командиром войсковой части 22222 поручении. 

При этом, по обстоятельствам выявленной Е.А.В. недостаче на автомобиле Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, свидетель Ф.К.В. показал, что отсутствие ряда из указанных узлов и агрегатов было установлено им лично в ходе приема этой техники в 2017 году у старшего лейтенанта ФИО8. По итогам приема он, по словам свидетеля, составил соответствующие акты и подал рапорт, которые передал в делопроизводство войсковой части. 

Доказательств, подтверждавших бы наличие в делопроизводстве войсковых частей 11111 и 22222 таких рапортов Ф.К.В., ни лицами, участвующими в деле, ни упомянутым свидетелем суду не представлено.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что автомобиль Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, недостача материальных ценностей на котором была выявлена в декабре 2018 – январе 2019 года, до конца января 2019 года находился на ответственном хранении у 

<

данные изъяты> Ф.К.В.

В то же время, в соответствии со статьей 5 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинен по неосторожности военнослужащим, которому имущество было вверено на основании документа (документов), подтверждающего (подтверждающих) получение им этого имущества для обеспечения хранения.

Допрошенный в судебном заседании свидетель 

<

данные изъяты> Л.Д.И.., начальник штаба войсковой части 11111, показал, что в ходе проводимого им административного расследования он 

<

данные изъяты> Ф.К.В. не опрашивал, документы по приему им этого автомобиля не изучал. 

Это подтверждается сведениями, изложенными в исполненном свидетелем заключении административного расследования. Как указано в его тексте, основной причиной возникновения недостачи явилось ненадлежащее выполнение своих обязанностей по принятию решения о возмещении ущерба 

<

данные изъяты> ФИО1 В то же время, сами обстоятельства возникновения недостачи и лицо, виновное в ее образовании, Л.Д.И. не устанавливалось.

Статья 7 упомянутого Федерального закона предусматривает обязанность командира воинской части при обнаружении ущерба назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. 

Данное административное расследование было назначено командиром войсковой части 11111 на основании рапорта от 26 августа 2020 года врио начальника автомобильной службы войсковой части 11111 

<

данные изъяты> М.В. об обнаружении недостачи на указанном автомобиле Урал.

Следовательно, должностное лицо, назначенное командиром войсковой части 11111 для проведения административного расследования, в данном случае – начальник штаба войсковой части 11111 

<

данные изъяты> Л.Д.И.., был обязан установить все обстоятельства, указанные в вышеприведенной статье 7 упомянутого Федерального закона, в том числе – и лицо, непосредственно виновное в возникновении недостачи, что он, однако, не сделал.

Согласно статье 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине ущерб.

Таким образом, в данном конкретном случае до установления всех обстоятельств возникновения недостачи вывод о наличии вины административного истца является преждевременным.

Более того, как установлено вышеприведенными доказательствами, административный истец был осведомлен о выявленной на автомобилях понтонно – мостовой роты недостаче материальных ценностей рапортом 

<

данные изъяты> Е.А.В. от 29 января 2019 года. Разбирательство по этим обстоятельствам, порученное 

<

данные изъяты> К.Е.Н., проводилось по 20 марта 2019 года – дату издания командиром войсковой части 11111 последнего из изданных на основании этого разбирательства приказа.

В то же время, согласно приказам командира войсковой части 22222: за 2019 год – от 22 марта и 15 мая №№ 52 и 87, от 20 мая и 6 июня №№ 90 и 104, от 7 и 26 июня №№106 и 119, от 27 июня и 1 августа №№ 121 и 147, от 2 и 23 августа №№ 149 и 166, от 24 и 28 августа №№ 167 и 170, от 10 сентября и 3 октября №№ 180 и 198, от 14 и 18 октября №№206 и 212, от 2 декабря № 242; за 2020 год – от 27 февраля и 1 марта №№37 и 39, от 20 и 23 марта №№ 54 и 55, от 27 и 29 апреля №№ 81 и 84, от 18 мая и 20 июля №№ 94 и 137 ФИО1 как командир воинской части с 22 марта 2019 года до конца календарного года по различным причинам – прохождение освидетельствования военно – врачебной комиссией перед увольнением с военной службы, нахождение на лечении, нахождение в отпусках – отсутствовал, фактически непрерывно, на службе 214 дней, в 2020 году – с начала года 81 день.

С учетом изложенного и принимая во внимание, что ни материально – ответственное лицо 

<

данные изъяты> Е.А.В., ни назначенное для проведения разбирательства лицо 

<

данные изъяты> К.Е.Н., ни заместитель командира воинской части по вооружению 

<

данные изъяты> Б.А.А.. административному истцу рапорта о непринятии решения по недостаче материальных ценностей на автомобиле Урал-4320-0611-31, № шасси ХТС43200091356432, не подавали, ФИО1 мог добросовестно заблуждаться относительно исполнения ранее отданного им указания о проведении административного расследования, что исключает наличие в его бездействии вины в какой – либо форме.

В соответствии со статьей 47 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, то есть за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины.

При этом, в силу требований статьи 81 приведенного Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации принятию командиром (начальником) решения о применении к подчиненному военнослужащему дисциплинарного взыскания предшествует разбирательство, проводимое в целях установления виновных лиц, выявления причин и условий, способствовавших совершению дисциплинарного проступка.

Согласно же части 2 статьи 28.3 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» не допускается привлечение военнослужащего к дисциплинарной ответственности если его действие (бездействие) не является виновным.

Как следует из заключения административного разбирательства 

<

данные изъяты> Л.Д.И.., вышеприведенные обстоятельства в нем не отражены и своей оценки не получили.

При таких обстоятельствах военный суд признает действия командира войсковой части 11111 по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности и ограниченной материальной ответственности приказом от 1 сентября 2020 года № 980 не соответствующими статьям 47 и 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации и пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» и нарушающими права ФИО1

В целях восстановления нарушенных прав военный суд обязывает командира войсковой части 11111 в 30-дневный срок со дня вступления данного решения в законную силу отменить изданный им приказ от 1 сентября 2020 года № 980 в части, касающейся ФИО1, о чем в тот же срок внести соответствующие сведения в специальное программное обеспечение «Алушта» и сообщить об исполнении решения в суд и административному истцу.

Поскольку административный иск удовлетворен, хотя и частично, понесенные административным истцом судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в триста рублей, в соответствии с частью 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, подлежат взысканию в пользу ФИО1 с войсковой части 11111 за счёт денежных средств, находящихся на лицевом счёте федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю», выделенных из федерального бюджета для финансирования расходов указанной воинской части.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 175 – 180, 177 и 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации военный суд

решил:

Заявленные административным истцом ФИО1 требования – удовлетворить частично.

Признать действия командира войсковой части 11111 по привлечению ФИО1 к дисциплинарной ответственности и ограниченной материальной ответственности приказом от 1 сентября 2020 года № 980 не соответствующими статьям 47 и 81 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации и пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих».

Обязать командира войсковой части 11111 в 30-дневный срок со дня вступления данного решения в законную силу отменить изданный им приказ от 1 сентября 2020 года № 980 в части, касающейся ФИО1, о чем в тот же срок внести соответствующие сведения в специальное программное обеспечение «Алушта» и сообщить об исполнении решения в суд и административному истцу.

Взыскать в пользу ФИО1 с войсковой части 11111 судебные расходы в сумме триста рублей за счёт денежных средств, находящихся на лицевом счёте федерального казённого учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Забайкальскому краю», выделенных из федерального бюджета для финансирования расходов указанной воинской части.

В остальной части в удовлетворении требований ФИО1 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Улан – Удэнский гарнизонный военный в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

председательствующий А.Н. Фомичёв

мотивированное решение составлено 16 октября 2020 года