РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 октября 2020 г. Кировский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Тимофеевой А.М., при секретаре Оюн Д.О., 

С участием истца ФИО1, представителя ответчиков Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры Иркутской области – ФИО2, представителя ответчиков Министерства финансов РФ, Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области – ФИО3, представителя ответчика Министерства внутренних дел Российской Федерации – ФИО4, действующих на основании доверенностей,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-3190/2020 по иску ФИО1 к государству Российская Федерация в лице Министерства Финансов РФ, Министерства внутренних дел РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству Финансов РФ в лице Федерального казначейства по Вологодской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 евро в рублевом эквиваленте по курсу центрального банка РФ на день рассмотрения иска, указав, что 20.07.2005 в 7 часов утра он был задержан сотрудниками уголовного розыска и ОМОН на КПП по Байкальскому тракту при возвращении в г.Иркутск. После задержания он сразу был доставлен в здание по ул. Байкальская, 129 (г.Иркутск), где располагались органы следствия, уголовного розыска. С момента задержания в его адрес поступали угрозы физической расправы, оскорбления и т.п., с целью принуждения подписания заранее изготовленных протоколов допроса. Ему не разъяснялись права и не допускался адвокат. Протокол задержания был составлен следователем в 17-10час. 20.07.2005, то есть спустя 10 часов после фактического задержания. Тогда же были разъяснены права и допущен адвокат. В замечаниях к протоколу задержания он собственноручно указал, что фактически был задержан в 7 часов утра 20.07.2005. Данные замечания не вызвали возражений со стороны следователя, что свидетельствует о их достоверности. Таким образом, протокол задержания был составлен через 10 часов после задержания в нарушение п.1 ст. 92 УПК РФ. Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд г.Иркутска отложил рассмотрение вопроса об избрании меры пресечения на 72 часа. При этом, суд не указал в постановлении, что задержание признано законным, а также, не продлил срок задержания, в нарушение п. 34.7 ст. 108 УПК РФ. Вопрос о нарушении требований ст. 92 УПК РФ при задержании и составлении протокола судом был проигнорирован. 

Истец указывает, что постановлением от ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд г.Иркутска заключил его под стражу, проигнорировав доводы о нарушении ст. 92 УПК РФ при задержании и ст. 108 УПК РФ при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения ДД.ММ.ГГГГ. В последующем, судебные инстанции при продлении меры пресечения, также, игнорировали доводы об указанных нарушениях закона. 

Также, истец указывает, что при выступлении с последним словом, он вновь обратил внимание суда на допущенные нарушения требований ст. ст. 92, 108 УПК РФ, поскольку вследствие данных нарушений, последующее содержание под стражей было незаконным. Приговором Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ он осужден к пожизненному заключению. Доводы о нарушении требований ст. ст. 92, 108 УПК РФ, в приговоре оценки не получили. В кассационной жалобе на приговор (пункт 10) им вновь было обращено внимание на нарушение требований ст. ст. 92, 108 УПК РФ. В Определении Верховного суда РФ от 28.11.2013, Судебная коллегия уклонилась от оценки этих доводов. 

Истец указывает, что согласно Постановления от 26.06.2018 по делу «ФИО5 и другие против России» (жалоба №7077/06 и 12 других жалоб), Европейский суд установил нарушение п.1, 4, 5 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в связи с незарегистрированным содержанием под стражей, отсутствием судебного пересмотра и выплаты компенсации в связи с таким незарегистрированным содержанием под стражей. В соответствии с указанным решением Европейского суда, имеющим прецедентное значение и в силу равенства всех перед законом и судом, запрета на дискриминацию в любой форме, в отношении него допущено нарушение права, гарантированного п.1,4,5 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (КПЧ), что составляет суть вреда. 

Истец указывает, что 07.04.2020 им был получен Бюллетень Европейского Суда по правам человека №1 (211) 2020, где на стр. 42-55 изложено Постановление Европейского Суда от 26.06.2018 по делу «ФИО5 и другие против России» (жалоба №7077/06 и 12 других жалоб), в связи с чем, был установлен юридически закрепленный факт нарушения его прав. В п.76-87 данного Постановления, Европейский Суд, рассмотрев вопрос о составлении протокола задержания в период от семи до 83 часов после фактического задержания заявителей, пришел к выводу о нарушении п.1 ст. 5 КПЧ, вследствие незарегистрированного содержания заявителей под стражей. Поскольку незарегистрированное содержание под стражей лишает всех гарантий, предусмотренных ст. 5 КПЧ, Европейский Суд не счел необходимым отдельно рассматривать вопрос о нарушении п.4 ст.5 КПЧ. Отсутствие юридически закрепленного права на компенсацию вследствие незарегистрированного содержания под стражей, Европейский Суд признал нарушением п.5 ст. 5 КПЧ. Право на свободу и личную неприкосновенность, право на судебный пересмотр и выплату компенсации вследствие нарушения права на свободу и личную неприкосновенность, гарантированное п.1, 4,5 ст. 5 КПЧ, признается и гарантируется ст. 22, 45, 46, 52 и 53 Конституции РФ. 

Принимая во внимание правовые позиции, изложенные в решении Европейского Суда, имеющего прецедентное значение в силу ст. 15 Конституции РФ и ст. 46 КПЧ, а также, в силу Конституционного (ч. 1 и 2 ст. 19, ст. 14) принципа равенства всех перед законом и судом, запрета на дискриминацию в любой форме, в отношении него допущено нарушение п.1,4,5 ст. 5 КПЧ, ст. 22, 45, 46, 52 и 52 Конституции РФ в связи с незарегистрированным содержанием под стражей в период 10 часов после фактического задержания, отсутствием судебного пересмотра и выплаты компенсации в связи с незарегистрированным содержанием под стражей. 

Согласно п.2 Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 №21 «О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и Протоколов к ней», правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в окончательных постановлениях Суда, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

Истец указывает, что в соответствии правовой позицией Европейского Суда по вопросу отсутствия надлежащей регистрации задержания, отсутствия судебного пересмотра и выплаты компенсации в связи с содержанием под стражей без надлежащей регистрации, ему причинен вред, который выражен в нарушении конституционных и конвенционных охраняемых законом прав и свобод и должен быть компенсирован согласно ст. 52,53 Конституции РФ, ст. 16, 1069-1071 ГК РФ, п.5 ст. 5 КПЧ.

Конституционные и международные нормы в сфере властно-административных правоотношений реализуются путем установления в ГК РФ обязанности государства возместить вред, причиненный государственными органами и их должностными лицами. 

Возмещение вреда, причиненного личности, подразумевает, что понятие вреда анализируется обычно при рассмотрении таких правовых категорий, как правонарушение и ответственность. Всякое правонарушение вредно, поскольку объектом посягательства выступают общественные отношения. Оно причиняет вред, так как вносит дезорганизацию общественных отношений. Общественные отношения, урегулированные нормами права, приобретают характер правоотношений. Правонарушение посягает на эти правоотношения, нормы права их урегулировавшие, субъективные права и правопорядок в целом, что составляет существо вреда. Посягательство на субъективные права влечет умаление фактического объекта правонарушения – неимущественных и имущественных благ. Поэтому фактический вред определяется как умаление того или иного личного блага. Сам факт нарушения его прав является вредом, поскольку он лишен ощущения безопасности, правовой стабильности и верховенства права. Действиями должностных лиц ему причинен моральный вред, который должен быть компенсирован согласно ст. 151 ГК РФ.

Со ссылкой на ст. 151, 1069-1071 ГК РФ, истец указывает, что в силу правовых позиций, изложенных в упомянутом решении Европейского Суда, имеющего обязательное значение, имеет место наличие всех составляющих, свидетельствующих о причинении вреда, поэтому он подлежит возмещению.

При этом, в силу положений ФЗ №494 от 27.12.2019, компенсация за нарушение условий содержаний под стражей не зависит от наличия либо отсутствия вины государственных органов или их должностных лиц.

Презюмируемый моральный вред – это страдания, которые должен испытать «средний», «нормально» реагирующий на совершенное в отношении него противоправное деяние человек. Из официального признания Российской юрисдикции Европейского Суда обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней следует, что Российским судам необходимо учитывать в своей деятельности прецедентную практику Европейского суда. 

Согласно п.9 Постановления Пленума ВС РФ от 27.06.2013 №21, в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права, положениями ст. ст. 1, 34 Концепции в толковании Европейского Суда с целью восстановления нарушенных прав и свобод человека, суду необходимо установить наличие факта нарушения этих прав и свобод, отразив указанное обстоятельство в судебном акте. Причиненные таким нарушением материальный ущерб и (или) моральный вред подлежит возмещению в установленном законом порядке. При определении размера денежной компенсации морального вреда, суды могут применять во внимание размере справедливой компенсации в части взыскания морального вреда, присуждаемой Европейским Судом за аналогичные нарушения.

Согласно Приложения к Постановлению Европейского Суда по делу «ФИО5 и другие против России», за нарушение п. 1,4,5 ст.5 КПЧ, заявителям присуждены различные суммы компенсации, минимальная сумма составляет 1000 Евро, за незарегистрированное содержание под стражей в период от 7 часов после фактического задержания.

При наличии идентичного нарушения: содержание под стражей без составления протокола задержания в течение 10 часов, отсутствие судебного пересмотра и выплаты компенсации в связи с незарегистрированным содержанием под стражей, полагает, что сумма компенсации морального вреда в размере 1 000 Евро, адекватна произошедшему нарушению, способствует восстановлению социальной справедливости, учитывает степень нравственных и физических страданий, основана на оценке степени вины европейским Судом, что доказывает ее разумность, справедливость и адекватность.

Таким образом, сумма компенсации морального вреда составляет 1 000 Евро в рублевом эквиваленте по курсу Центробанка РФ.

Со ссылкой на ст.ст. 16, 151, 1069-1071 ГК РФ, ст. ст. 15, 19, 22, 45, 46, 52 и 53 Конституции РФ, ст. 5, 6, 13, 14 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 29, 57, 131, 155.1, 195 ГПК РФ, просил суд взыскать с Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Вологодской области компенсацию морального вреда в размере 1000 евро в рублевом эквиваленте по курсу центрального банка РФ на день рассмотрения иска.

Определением суда от 16.07.2020 к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел РФ.

Определением суда от 31.07.2020 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Прокуратура Иркутской области, Генеральная прокуратура РФ.

В судебном заседании истец ФИО1, участие которого в судебном заседании обеспечено посредством видеоконференцсвязи, заявленные исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, настаивал на удовлетворении заявленных исковых требований. 

В судебном заседании представитель ответчиков Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры Иркутской области – ФИО2, действующий на основании доверенностей, заявленные исковые требования не признал, полагал их незаконными, необоснованными и неподлежащими удовлетворению, суду пояснил, что в обоснование заявленных требований истец указал, что он незаконно, не зарегистрировано содержался под стражей в течении 10 часов с момента его фактического задержания в 7.00 ДД.ММ.ГГГГ до момента составления протокола задержания в 17.10 ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, действиями сотрудников милиции, производившими его задержание, следователем прокуратуры 

<

адрес>, составившим протокол задержания, ему причинен моральный вред. Доводы истца считает необоснованными, поскольку ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении особо тяжких преступлений предусмотренных ст.ст.105 ч.1, 30 ч.3, 105 ч.2 п. «а» УК РФ в порядке ст.91 УПК РФ задержан истец ФИО1 Постановлением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Приговором Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 осужден по п.«в» ч.2 ст.131, п.«в» ч.2 ст.132, ч.4 ст.223, ч.2 ст.209, ч.1 ст.209, ч.3 ст.222, ч.1 ст.223, ч.1 ст.30 и п.«з» ч.2 ст.105, ч.3 ст.30 и п.«а», «з», «к» ч.2 ст.105, п.«а», «в» ч.3 ст.162, п.«а» ч.4 ст.226, ч.1 ст.223, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.226, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а», «в» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, ч.3 ст.166, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, ч.3 ст.166, ч.1 ст.30 и п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а», «б» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«в» ч.2 ст.132, п.«а», «в» ч.4 ст.162, п.«а», «в» ч.4 ст.162, п.«а», «ж», «з» ч.2 ст.105, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162, п.«в» ч.2 ст.131, п.«а», «б» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.226, п.«а» ч.4 ст.162, ч.3 ст.166, п.«а» ч.4 ст.158, п.«а» ч.4 ст.162, п.«а» ч.4 ст.162 УК РФ к пожизненному лишению свободы. Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ указанный приговор вступил в законную силу. 

Законность задержания ФИО1 являлась предметом судебной проверки (при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, при вынесении приговора по делу). Нарушений уголовно-процессуального законодательства при задержании не установлено. Действия сотрудников милиции незаконными не признаны.

Следователь прокуратуры Иркутской области при производстве предварительного расследования, в частности при принятии решения о задержании ФИО1 руководствовался принципами уголовного судопроизводства, действия следователя направлены на всестороннее и объективное расследование уголовного дела. Протокол задержания составлен следователем в строгом соответствии с законом.

Ответственность за вред, причиненный государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами, по общему правилу наступает при установлении факта неправомерных действий, повлекших причинение вреда, и вины причинителя вреда, в соответствии со статьей 1064 ГК РФ. Согласно статье 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ истец должен доказать те обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований, то есть должен доказать факт нарушения своих прав и законных интересов. В силу общих положений о компенсации морального вреда, истцом должна быть также доказана причинно-следственная связь между неправомерными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями. Факт неправомерных действий, повлекших причинение вреда ФИО1 достоверными доказательствами не подтвержден. В удовлетворении заявленных требований просил отказать в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчиков Министерства финансов РФ, Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Иркутской области – ФИО3, действующий на основании доверенностей, заявленные исковые требования не признал, полагает их не законными, не обоснованными и не подлежащими удовлетворению, суду пояснил, что истцом не доказана предусмотренная законом совокупность обстоятельств, необходимая для возмещения вреда. Просил отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика Министерства внутренних дел РФ – ФИО4, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования полагала не подлежащими удовлетворению, суду пояснила, что истцом не доказана предусмотренная законом совокупность обстоятельств, необходимая для возмещения вреда. Просила отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 52 Конституции Российской Федерации, права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом. Государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

В силу ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1070 ГК РФ, вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом. Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

В соответствии с ч. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В силу ч. 2 указанной статьи, моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя.

Противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. ст. 16, 1069 ГК РФ, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ по подозрению в совершении преступления задержан ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о чем составлен протокол задержания подозреваемого. Из протокола задержания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в графе «замечания к протоколу» ФИО1 указал, что «Он был фактически задержан в 07 часов утра ДД.ММ.ГГГГ.».

Постановлением судьи Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ принятие решения об избрании меры пресечения в отношении подозреваемого ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., отложено на срок 72 часа, то есть до ДД.ММ.ГГГГ 21 часа 45 минут включительно.

Постановлением Октябрьского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в связи с его обвинением в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту разбойного нападения на административное здание ИРГСХА, в ходе которого, был убит сторож ФИО7, и причинен тяжкий вред здоровью ФИО8

Как указано выше, противоправность поведения нарушителя при наступлении гражданско-правовой ответственности, предусмотренной ст. ст. 16, 1069 ГК РФ, выражается в незаконности актов, действий или бездействия органов публичной власти.

Из положений главы 59 ГК РФ следует, что удовлетворение исковых требований о возмещении вреда возможно при наличии совокупности условий деликтной ответственности (внедоговорной ответственности за причинение вреда):

- наступление вреда как негативных имущественных последствий для потерпевшего с обоснованием их размера;

- противоправность поведения причинителя вреда;

- причинная связь между вредом и противоправным поведением причинителя вреда;

- вина причинителя вреда (в случаях, предусмотренных действующим гражданским законодательством, возможно возложение ответственности на причинителя вреда при отсутствии его вины).

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

Бремя доказывания в суде неправомерности действия (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, причинения вреда и наличия причинно-следственной связи между вредом и противоправным поведением возлагается на самого потерпевшего.

Отсутствие хотя бы одного из элементов состава деликтного правоотношения исключает возможность применения ст.ст. 1069, 1100 ГК РФ и удовлетворения исковых требований.

ФИО1 в обоснование заявленных требований о компенсации морального вреда указано на нарушение его конституционных прав, а именно, на незаконное (незарегистрированное) содержание под стражей в течении 10 часов с момента его фактического задержания в 7-00час. ДД.ММ.ГГГГ до момента составления протокола задержания в 17-10час. ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, доказательств нарушения следственными органами процедуры задержания ФИО1, прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации, равно как и прав, предусмотренных УПК РФ, истцом суду в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Суду не представлено доказательств обжалования и признания в установленном законом порядке незаконными действий следственных органов по задержанию ФИО1

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, учитывая, что действия (бездействия) следственных органов и должностных лиц по задержанию ФИО1 в установленном законом порядке не признаны незаконными, суд приходит к выводу об отсутствии оснований ко взысканию с ответчиков в пользу истца ФИО1 компенсации морального вреда, поскольку для наступления деликтной ответственности по данному делу должно быть доказано наличие ряда специальных условий: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда; причинная связь между двумя первыми элементами; вина причинителя вреда.

Вместе с тем, в материалах дела доказательства наличия данных условий отсутствуют. 

Учитывая изложенное, исковые требования ФИО1 к государству Российская Федерация в лице Министерства Финансов РФ, Министерства внутренних дел РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 евро в рублевом эквиваленте по курсу Центрального банка РФ на день рассмотрения иска - заявлены необоснованно и удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к государству Российская Федерация в лице Министерства Финансов РФ, Министерства внутренних дел РФ, Генеральной прокуратуры РФ, Прокуратуры Иркутской области о взыскании компенсации морального вреда в размере 1000 евро в рублевом эквиваленте по курсу Центрального банка РФ на день рассмотрения иска - оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Кировский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.М.Тимофеева

Мотивированный текст решения изготовлен 03.11.2020. Судья.