Производство№ 2-4962/2020

УИД 28RS0004-01-2020-005853-25

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года г. Благовещенск

Благовещенский городской суд Амурской области, в составе:

Председательствующего судьи Матюхановой Н.Н.,

при секретаре Повагиной Д.В.

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской федерации в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) о признании незаконным решения об отказе в установлении (выплате) пенсии по случаю потери кормильца, понуждении назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца, 

установил:

ФИО1 обратилась в суд с данным иском, указав, что 13 декабря 2019 года обратилась в ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». В качестве доказательств наличия основания для назначения пенсии к заявлению были приложены справка образовательного учреждения о прохождения ею обучения по очной форме, договоры возмездного оказания репетиторских услуг. Решением ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) № 381616/19 от 27 декабря 2019 года ей было отказано в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в связи с отсутствием документального подтверждения факта нахождения на иждивении у умершего кормильца ФИО3 Отказ в назначении страховой пенсии считает незаконным. Ее отец ФИО3 умер 27 октября 2019 года. На момент смерти она являлась совершеннолетней, однако состояла на его иждивении, так как проходила обучение по очной форме в образовательном учреждении ФГАОУ ВО «СПбПУ» по общеобразовательной программе, собственных доходов не имела, в связи с чем проживала на денежные средства, предоставляемые ей ФИО3 Кроме того, ФИО3 производил оплату репетиторских услуг, оказанных ей, посредством заключения договора с ИП ФИО4, осуществлял покупку одежды и продуктов питания для нее. Факт содержания ее отцом, посредством постоянного предоставления денежных средств, подтверждается показаниями свидетелей. Она является нетрудоспособным членом семьи умершего кормильца – ФИО3 и имеет право на назначение ей страховой пенсии по случаю потери кормильца. 

Просит суд признать незаконным решение ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) № 381616/19 от 27 декабря 2019 года об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, обязать ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) назначить страховую пенсию по случаю потери кормильца. 

В судебном заседании истец на требованиях настаивала, пояснила об обстоятельствах, изложенных в иске. Дополнительно пояснила, то ФИО3, умерший 27 октября 2019 года являлся ее отцом. На момент его смерти она обучалась по очной форме обучения в ФГАОУ ВО «СПбПУ». Поскольку собственных средств она не имела, она проживала на денежные средства, предоставляемые ей ФИО3 Он производил оплату репетиторских услуг, покупал ей одежду и продукты питания. С февраля 2019 года по июнь 2019 года он оплачивал репетиторские услуги, оказываемые ей. Также давал денежные средства ее матери в размере 8000-10000 рублей. 

В судебном заседании представитель ответчика, не согласившись с иском, указал, что решение об отказе в назначении страховой пенсии по потери кормильца является законным и обоснованным. Истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт нахождения ее на иждивении ФИО3 

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается свидетельством о рождении I-OT № ***, выданным отделом ЗАГС по г. Благовещенск и Благовещенскому району управления ЗАГС Амурской области, что отцом ФИО1 *** года рождения является ФИО3.

Согласно свидетельству о смерти I-OT № *** от 29 октября 2019 года, выданному отделом ЗАГС по г. Благовещенск и Благовещенскому району управления ЗАГС Амурской области, ФИО3 *** года рождения умер 27 октября 2019 года в г. Благовещенске Амурской области. 

26 ноября 2019 года ФИО1 обратилась в ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца.

Решением ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) № 381616/19 от 27 декабря 2019 года в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» отказано. В качестве причины отказа указано на отсутствие документального подтверждения факта нахождения заявителя на иждивении у умершего кормильца ФИО3 (дата смерти 27 октября 2019 года). Из решения следует, что умерший родитель ФИО3 на дату смерти не работал, получателем пенсии не являлся. 

Не согласившись с данным решением об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, истцом инициирован настоящий иск в суд.

Проверяя обоснованность доводов истца о наличии оснований для назначения ей страховой пенсии по случаю потери кормильца, суд пришел к следующим выводам. 

Частью 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации провозглашено, что каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях установленных законом.

Согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца.

В силу п. 1 ч. 2 ст. 10 названного закона нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей.

Согласно частям 3, 4 указанной статьи члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет.

Следовательно, законодатель под иждивением понимает нахождение лица на полном содержании кормильца или получение от него такой помощи, которая является для него постоянным и основным источником средств существования.

Юридическое значение для решения вопроса об иждивенстве лица имеют следующие обстоятельства: постоянный характер оказываемой помощи и помощь как основной источник существования члена семьи умершего.

Отнесение к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца совершеннолетних детей, обучающихся в образовательных учреждениях обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства: специфика организации учебного процесса в рамках очной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения данной категорией лиц постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности.

Само по себе предоставление детям умершего кормильца, обучающимся в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, возможности получать страховую пенсию по случаю потери кормильца, в том числе после достижения совершеннолетнего возраста, согласуется с положениями Конституции РФ (ч. 2 ст. 7; ч. 1 ст. 39), а также международно-правовых актов в области социального обеспечения, нормы которых предусматривают, что термин «ребенок» может охватывать не только лиц, не достигших возраста окончания обязательного школьного образования, но и перешагнувших данный возрастной рубеж, - при условии, что они проходят курс ученичества или продолжают учебу, в связи с чем, страховая пенсия по случаю потери кормильца, выплачиваемая детям умершего кормильца, обучающимся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, по своей правовой природе представляет собой особую меру государственной поддержки, целью которой является создание благоприятных условий для реализации указанной категорией лиц конституционного права на образование.

При этом возникновение у детей умершего кормильца после достижения ими возраста 18 лет права на получение пенсии по случаю потери кормильца обусловлено не просто самим фактом их обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, а освоением ими исключительно основных образовательных программ и лишь по очной форме обучения.

Согласно правовым позициям, изложенным в судебных актах Конституционного Суда РФ, при освоении лицом образовательной программы в очной форме - в отличие от обучения по очно-заочной (вечерней) и заочной формам - устанавливается максимальный объем аудиторной учебной нагрузки, что предполагает обучение в качестве основного вида деятельности данного лица; исходя из этого, специфика организации учебного процесса в рамках названной формы получения образования существенно ограничивает возможности приобретения детьми умершего кормильца, обучающимися по очной форме обучения в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, постоянного источника средств к существованию за счет самостоятельной трудовой деятельности, а потому отнесение их к числу нетрудоспособных членов семьи умершего кормильца, имеющих право на получение пенсии по случаю потери кормильца, обусловлено тем, что эти дети, лишившись необходимого материального содержания, для завершения процесса обучения нуждаются в поддержке со стороны государства. (Постановление от 27 ноября 2009 года № 18-П, Определение от 17 декабря 2008 года № 1071-О-О).

Из материалов дела следует, и подтверждается справкой Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего образования «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого» № 10-ск от 5 декабря 2019 года, что ФИО1, *** года рождения является студентом 1 курса, форма обучения очная. Нормативный период обучения с 1 сентября 2019 года по 31 августа 2023 года.

Судом установлено, что на момент смерти ФИО3 его дочь ФИО1 достигла возраста 18 лет.

Как следует из иска, пояснений истца в судебном заседании, при жизни ФИО3 она находилась на его иждивении, он покупал ей продукты питания и одежду, оказывал материальную помощь, оплачивал услуги репетитора.

В обоснование факта нахождения на иждивении истцом представлены договоры возмездного оказания услуг от 11 ноября 2018 года, 6 января 2019 года, от 24 февраля 2019 года, от 21 апреля 2019 года, заключенные ФИО3 с ИП ФИО4 («Школа Пифагора»), предметом которого является оказание ФИО1, ученице 11 класса консультационных услуг (репетиторство) по предмету физика.

Представленными счетами на оплату ИП ФИО4 («Школа Пифагора»), подтверждается факт оплаты ФИО3 по договорам за оказанные услуги 12 ноября 2018 года 1000 рублей, 26 ноября 2018 года 2000 рублей, 9 декабря 2018 года 1000 рублей, 10 января 2019 года 3200 рублей, 13 января 2019 года 1000 рублей, 3 февраля 2019 года 2000 рублей, 20 марта 2019 года 5550 рублей, 10 мая 2019 года 8550 рублей, 3 июля 2019 года 1900 рублей.

В судебном заседании по ходатайству истца в качестве свидетелей опрошены ФИО5, ФИО6 

Из показаний свидетеля ФИО5 следует, что она является тетей ФИО1. ФИО3 занимался евроремонтами, регулярно помогал своей дочери ФИО1. Каждый месяц он давал денежные средства в размере от 8000 рублей до 12000 рублей. На выпускной он давал ФИО1 денежные средства на платье. 

Свидетель ФИО6 пояснила, что она является бабушкой истца, ФИО3 является ее сыном. ФИО3 работал на стройке. Каждый месяц он давал денежные средства своей дочери ФИО1, он оплачивал ее занятия в цирковой группе «Котовасия». Когда он заканчивал объект, он давал ФИО1 большие суммы денег, также он оплачивал репетиторские услуги, давал денежные средства на продукты, одежду. 

Оснований не доверять показаниям указанных свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ у суда не имеется, они логичны, последовательны, указывают на одни и те же факты и объективно согласуются с письменными материалами дела, а потому принимаются судом. 

Учитывая приведенные выше нормы материального права, а также установленные судом обстоятельства, принимая во внимание, что умерший ФИО3 оказывал материальную поддержку своей дочери ФИО1, достигшей на момент его смерти возраста 18 лет, обучающейся по очной форме обучения по основной образовательной программе в организации, осуществляющей образовательную деятельность, суд приходит к выводу, что ФИО1 находилась на иждивении умершего отца ФИО3 

Оценивая представленные доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 ГПК РФ, суд приходить к выводу, что на момент обращения к ответчику 26 ноября 2019 года за назначением пенсии истец ФИО1, достигшая возраста 18 лет на момент смерти кормильца, не работающая и представившая сведения о прохождении обучения по очной форме по образовательным программам, имеет право на назначение ей пенсии по случаю потери кормильца в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» на период обучения по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность до окончания такого обучения, но не дольше чем до достижения возраста 23 лет.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что решение Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) об отказе ФИО1 в установлении (выплате) пенсии по случаю потери кормильца от 27 декабря 2019 года № 381616/19 является незаконным и подлежит отмене.

В ч. 1 ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» указано, что страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 данной статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Закона днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем с учетом положений ч. 7 ст. 21 данного закона. 

В п. 3 ч. 5 ст. 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» предусмотрено, что страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается ранее дня обращения с соответствующим заявлением - со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

Согласно п. 3 ч. 10 ст. 22 данного закона страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается на срок, в течение которого соответствующее лицо считается нетрудоспособным, в том числе бессрочно.

Поскольку решение об отказе в установлении (выплате) пенсии № 381616/19 от 27 декабря 2019 года признано судом незаконным и подлежащим отмене, на ответчика ГУ – УПФР в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) следует возложить обязанность назначить ФИО1 страховую пенсию по случаю потери кормильца с даты обращения с соответствующим заявлением о назначении пенсиис 26 ноября 2019 года.

Заявленный иск обоснован и подлежит удовлетворению. 

Руководствуясь ст.ст.194, 199 ГПК РФ, суд,

решил:

Признать незаконным Решение Государственного учреждения - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) об отказе ФИО1 в установлении (выплате) пенсии по случаю потери кормильца от 27 декабря 2019 года № 381616\19.

Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Благовещенске Амурской области (межрайонное) назначить ФИО1 страховую пенсию по случаю потери кормильца с 26 ноября 2019 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Амурский областной суд через Благовещенский городской суд в течение 1 месяца со дня изготовления решения суда, начиная с 3 августа 2020 года.

Судья Н.Н. Матюханова