Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 апреля 2017г. г.Черняховск

Черняховский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи С.В. Ткачевой,

при секретаре Е.И. Григорьевой, 

с участием истца ФИО7, 

представителя истца по устному ходатайству ФИО8, 

представителя третьего лица - управления социальной защиты населения администрации МО «Черняховский городской округ» по доверенности ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО7 к Министерству социальной политики Калининградской области, Правительству Калининградской области с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора управления социальной защиты населения администрации МО «Черняховский городской округ» об обязании включить в список детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, из числа сирот и детей оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Калининградской области, обязании обеспечения жилым помещением специализированного жилищного фонда, не ниже установленных социальных норм, за счёт средств бюджета Калининградской области,

У С Т А Н О В И Л:

и.о. прокурора города Черняховска Калининградской области обратился в суд с иском в интересах ФИО7 к администрации МО «Черняховский городской округ», Министерству социальной политики Калининградской области, Правительству Калининградской области, с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора управления социальной защиты населения администрации МО «Черняховский городской округ» о признании незаконным и подлежащим отмене пункта 2 постановления главы МО «Черняховский городской округ» от ДД.ММ.ГГГГ № «Об установлении опеки над Жигайтисом А.», обязании Министерство социальной политики Калининградской области включить ФИО7 в список детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда Калининградской области (далее Список), обязании Правительства Калининградской области обеспечить ФИО7 жилым помещением специализированного жилищного фонда, не ниже установленных социальных норм, за счёт средств бюджета Калининградской области. 

В обоснование заявленных требований указал, что в ходе проведения проверки по обращению ФИО7 о нарушении его жилищных прав прокуратурой города Черняховска были выявлены нарушения в части обеспечения ФИО7 жилым помещением.

Решением Черняховского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ родители ФИО7 - ФИО1 и ФИО2 лишены родительских прав в отношении сына.

Пунктом 2 постановления главы Черняховского муниципального образования № от ДД.ММ.ГГГГ за ФИО7 закреплено жилое помещение по адресу: ДД.ММ.ГГГГ (в настоящее время дом №), указанное жилое помещение принадлежит на праве совместной собственности ФИО3, ФИО4., ФИО2

Полагает, что поскольку из действующего законодательства усматривается, что не подлежит сохранению право пользования жилым помещением за детьми—сиротами идетьми, оставшимися без попечения родителей, если они проживали (или проживают) в жилом помещении, которое принадлежит на праве собственности другим лицам, то закрепление указанного жилого помещения за ФИО7, находящимся в собственности других лиц, нарушает его право на получение жилого помещения в соответствии с законом, в связи с чем п. 2 постановления главы Черняховского муниципального образования № от ДД.ММ.ГГГГ является незаконным и подлежит отмене.

Согласно информации Министерства социальной политики Калининградской области ФИО7 отказано во включении в список, поскольку он обратился по вопросу предоставления жилья после достижения двадцатитрёхлетнего возраста.

Считает данный отказ неправомерным, вынесенным с нарушением закона и ограничивающим конституционное право Жигайтиса на получение жилья.

За ФИО7 закреплено жилое помещение, находящееся в собственности иных лиц, что препятствует его вселению и проживанию в жилом помещении. Закрепление указанного жилья является незаконным и подлежит отмене. Органы местного самоуправления фактически нарушили право на получение жилого помещения ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ года, в связи с чем отказ Министерства социальной политики Калининградской области также является необоснованным.

По итогам материалов проверки, прокурор в соответствии с ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ, вынужден был обратиться в суд в интересах ФИО7 в целях восстановления его нарушенного жилищного права.

В ходе рассмотрения дела прокурор и ФИО7 отказались от требований к администрации МО «Черняховский городской округ» о признании п. 2 постановления главы МО «Черняховский городской округ» от ДД.ММ.ГГГГ № незаконным и подлежащим отмене, определением суда отказ от части требований принят судом, производство по делу в указанной части прекращено; прокурор также отказался от иска, поданного в интересах ФИО7, мотивируя тем обстоятельством, что в ходе рассмотрения дела пришёл к выводу об отсутствии нарушенного права Жигайтиса, отказ также принят судом, производство по делу продолжено в связи с настоянием истца.

В судебном заседании истец и его представитель по устному ходатайству поддержали требования к Министерству социальной политики Калининградской области и Правительству Калининградской области, пояснив при этом, что Жигайтис с рождения проживал в доме бабушки, которая после лишения родительских прав матери, являлась его опекуном. После достижения возраста 21 года переехал проживать к ФИО6., с которой они сожительствуют по настоящее время. О том, что ему положено жилое помещение он не знал, ФИО6 ранее обращалась в устной форме в орган опеки, где ей пояснили, что жильё не положено. Однако, после того, как его сестру ФИО5 признали нуждающейся в жилье, собрали пакет документов, который они должны представить в Министерство социальной политики для постановки на учёт, он также собрал пакет документов и представил их в Министерство социальной политики Калининградской области откуда получил отказ, который считает незаконным. Полагает, что имеет право на обеспечение жильём и это не его вина, что органы опеки ему своевременно не разъяснили его права.

Представитель ответчика Министерства социальной политики Калининградской области в судебное заседание не явился, от представителя по доверенности ФИО9, поступило ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. В отзыве на исковое заявление требования истца не признала, возражала против удовлетворения иска, указав при этом, что обеспечение жильём указанной категории граждан ранее носило заявительный характер, а признание детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в жилых помещениях, осуществлялось в соответствии с положениями Жилищного кодекса РФ. При этом в Жилищном кодексе РФ отсутствие закреплённого жилого помещения не было зафиксировано в качестве обязательного условия для признания детей – сирот, оставшихся без попечения родителей, нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями. С ДД.ММ.ГГГГ в связи с изменениями законодательства наличие постановления о закреплении жилого помещения не влияло на возможность обращения Жигайтиса в уполномоченные органы исполнительной власти Калининградской области по вопросу предоставления ему жилого помещения специализированного жилищного фонда Калининградской области и на возможность реализации его прав. Однако, заявление ФИО7 о включении в список поступило в Министерство социальной политики Калининградской области только ДД.ММ.ГГГГ, при том, что Жигайтис достиг возраста 23 лет ДД.ММ.ГГГГ. на момент обращения в Министерство социальной политики Калининградской области Жигайтис не относился к льготным категориям граждан, установленным ст. 1 Федерального закона от 21.12.1996 № 159 – ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей». Уважительных причин пропуска, установленного указанным законом срока для обращения по вопросу предоставления жилого помещения истцом не представлено. Документы, подтверждающие неоднократное обращение Жигайтиса до достижения возраста 23 лет в органы местного самоуправления с заявлением о постановке на учёт граждан, нуждающихся в жилых помещениях, истцом не предоставлены. На этом основании полагает, что основания для включения Министерством социальной политики Калининградской области ФИО7 в список отсутствуют.

Считает, что поскольку действующим законодательством не предусмотрено немедленное обеспечение жилыми помещениями детей – сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые подлежат обеспечению жилыми помещениями специализированного жилищного фонда в соответствии с поступившими заявлениями о включении в список, а судебные акты подлежат немедленному исполнению, то вынесение решения суда в пользу Жигайтиса вне учёта прав лиц, обратившихся с соответствующими заявлениями ранее истца, фактически переместит заявление истца наверх списка, что будет являться нарушением положений закона.

Правительство Калининградской области, извещённое надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание представителя не направило, не ходатайствовало о рассмотрении дела в отсутствие представителя.

Представитель третьего лица по доверенности требования истца поддержала, пояснила, что истец и его сестра ФИО5 относятся к категории детей, оставшихся без попечения родителей, истцу не смогли предоставить своевременно жилое помещение поскольку ранее за ним было закреплено жильё, а когда законодательство изменилось ему никто не сообщил о его правах. Полагает, что ситуация возникла вследствие ненадлежащего исполнения органом опеки своих обязанностей. Однако, письменно истец в орган опеки никогда не обращался, не признавался нуждающимся в улучшении жилищных условий. 

В соответствии с ч.3 ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие не явившихся лиц.

Суд, выслушав истца, его представителя, представителя ответчика, третьего лица, принимая во внимание возражение не явившегося представителя ответчика, исследовав и оценив представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее - Закон № 159-ФЗ) определены общие принципы, содержание и меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Согласно статье 1 абзаца 4 Закона № 159-ФЗ к лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, отнесены лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей и имеют в соответствии с настоящим Федеральным законом право на дополнительные гарантии по социальной поддержке.

По смыслу указанных положений гарантированная данным лицам социальная поддержка, в том числе обеспечение жилым помещением из специализированного жилищного фонда, должна предоставляться до достижения ими возраста 23 лет, пропуск данного срока влечет прекращение права требования предоставления социальной гарантии в соответствии с Законом № 159-ФЗ.

Таким образом, гражданин, в прошлом относившийся к числу детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не может претендовать на получение жилого помещения, если он обратился с соответствующим заявлением после того, как достиг возраста 23 лет.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной им в Определении от 24 января 2013 года № 120-О, такое правовое регулирование осуществлено в интересах названных лиц с целью предоставления им дополнительной социальной поддержки с учетом имевшегося у них ранее статуса детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права тех граждан, на которых действие данного Федерального закона не распространяется, в том числе тех, кто к моменту вступления в силу данного Федерального закона достиг возраста 23 лет.

Решением 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ родители ФИО7 – мать ФИО1 и ФИО2 лишены родительских прав в отношении сына. Органом опеки и попечительства ФИО7 принят на учёт как ребёнок, оставшийся без попечения родителей, постановлением главы муниципального образования «Черняховский городской округ» от ДД.ММ.ГГГГ № над Жигайтисом установлена опека, опекуном назначена бабушка ФИО3., за ним закреплено жильё, расположенное по адресу: 

<

адрес> (согласно постановлению об изменении нумерации домов, дому присвоен №, улице название 

<

данные изъяты>»).

Из договора приватизации жилья от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что жилой дом 

<

адрес> был передан в собственность ФИО3 ФИО4., ФИО1 с учётом членов семьи в составе шести человек, в том числе и ФИО7

Согласно части 2 статьи 53 ЖК РСФСР, действовавшей на момент приватизации спорного жилого дома, к членам семьи нанимателя относятся супруг нанимателя, их дети и родители. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, а в исключительных случаях и иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя, если они проживают совместно с нанимателем и ведут с ним общее хозяйство.

В силу статьи 54 ЖК РСФСР наниматель вправе в установленном законом порядке вселить в занимаемое им жилое помещение своего супруга, детей, родителей, других родственников, нетрудоспособных иждивенцев и иных лиц, получив на это письменное согласие всех совершеннолетних членов своей семьи.

Граждане, вселенные нанимателем в соответствии с правилами настоящей статьи, приобретают равное с нанимателем и остальными членами семьи право пользования жилым помещением, если эти граждане являются или признаются членами его семьи (статья 53) и если при вселении между этими гражданами, нанимателем и проживающими с ним членами его семьи не было иного соглашения о порядке пользования жилым помещением. Аналогичные положения содержатся в статье 69 ЖК РФ.

Частью 2 статьи 60 ЖК РФ определено, что договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия.

Таким образом, право пользования жилым помещением по договору социального найма как для нанимателя, так и для членов его семьи каким-либо сроком не ограничено.

В соответствии со ст. 2 Закон РСФСР от 04.07.1991 № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в РСФСР» (в редакции, действовавшей на момент заключения оспариваемого договора передачи от 22.10.1992), граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи приобрести эти помещения в собственность, в том числе совместную, долевую, на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами РСФСР и республик в составе РСФСР.

Из разъяснений п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 24.08.1993 «О некоторых вопросах применения судами Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» следует, что поскольку несовершеннолетние лица, проживающие совместно с нанимателем и являющиеся членами его семьи либо бывшими членами семьи, согласно ст. 53 ЖК РФ РСФСР имеют равные права, вытекающие из договора найма, они в случае бесплатной приватизации занимаемого помещения наравне с совершеннолетними пользователями вправе стать участниками общей собственности на это помещение.

ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был вселен в спорное жилое помещение в соответствии с установленными требованиями (статьи 53, 54 ЖК РСФСР), был в нём зарегистрирован, обладал правом пользования жилым помещением, равным с правами нанимателя, и, не принимая участие в приватизации жилья, вправе был рассчитывать на сохранение за ним после перехода квартиры в собственность матери и дедушки с бабушкой права постоянного пользования жилым помещением.

При таких обстоятельствах действия администрации «Черняховский городской округ» о закреплении жилья за Жигайтисом обоснованы. 

Судом достоверно установлено, что истец с рождения и до достижения им 21 года (ДД.ММ.ГГГГ) постоянно проживал в указанном жилом доме, вёл совместное хозяйство с членами семьи, только после знакомства с ФИО6 переехал к ней на постоянное место жительство в целях создания семьи, у которой он и проживает до настоящего времени. При этом, он не был признан нуждающимся в улучшении жилищных условий, невозможность проживания в занимаемом ранее жилье не устанавливалась. В Министерство социальной политики Калининградской области с заявлением о включении его в список истец обратился ДД.ММ.ГГГГ.

Из сообщения Министерства от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что ФИО7 отказано во включении в список, по тем основаниям, что на момент обращения он уже достиг 23-х лет, по вопросу предоставления жилого помещения до достижения указанного возраста в органы местного самоуправления, органы исполнительной власти Калининградской области он не обращался; на учёте граждан, нуждающихся, в жилых помещениях, не состоит.

Не согласившись с указанным ответом, Жигайтис обратился с жалобой к прокурору 

<

адрес>, по результатам проведённой проверки прокурор обратился в суд с исковым заявлением в интересах истца, однако в ходе рассмотрения дела отказался от иска.

Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ № постановление главы администрации МО «Черняховский городской округ» от ДД.ММ.ГГГГ № «Об установлении опеки над Жигайтисом А.» признано утратившим силу.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что ФИО7 относился к числу детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не состоит на учете в качестве нуждающегося в жилом помещении, на момент обращения в Министерство социальной политики Калининградской области с заявлением о включении его в список, ему исполнилось 23 года 11 месяцев 25 дней, то есть практически 24 года.

Поскольку истец до достижения им 23-летнего возраста не ставил вопрос о предоставлении указанной меры социальной поддержки, на него в настоящее время не распространяется действие Закона № 159-ФЗ и пункт 2 части 2 статьи 57 ЖК РФ (в ред. действующей до 01.01.2013).

Довод о том, что бездействие органов опеки и попечительства послужило препятствием для постановки истца на учет нуждающихся в жилье до достижения возраста 23 лет, отклоняется судом. Обстоятельства, свидетельствующие о бездействии и непринятии мер органами опеки и попечительства к постановке истца на учет в возрасте до 23 лет или необоснованном отказе в предоставлении жилья, судом не установлены.

Как следует из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, изложенных в Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилыми помещениями, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 ноября 2013 года, предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, носит заявительный характер и возможно при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Жилищное законодательство Российской Федерации в части, касающейся предоставления жилых помещений, также базируется на заявительном характере учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Факт такого учета означает констатацию уполномоченным на то органом наличия предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, иным федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации оснований для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении и, как следствие, последующую реализацию права на предоставление жилого помещения.

Обязанности по защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лежат на органе опеки и попечительства только до достижения такими детьми совершеннолетия. После достижения совершеннолетия право на приобретение жилья сохраняется, но только в том случае, если это право было реализовано в течение 5 лет (от 18 до 23 лет) путем подачи заявления самим лицом, оставленным без попечения родителей, о постановке на учет в качестве нуждающихся в предоставлении жилья.

Доказательств, того, что истец, имеющий право на жилое помещение, в установленном порядке признан нуждающимся в его предоставлении, в период с 18 до 23 лет обращался в органы, уполномоченные производить постановку детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, на жилищный учет, с заявлением о постановке на учет и ему в этом было отказано; обращался с заявлением о включении его в список в органы местного самоуправления, а также доказательств, свидетельствующих о наличии препятствий к такому обращению, истцом суду не представлено (статья 56 ГПК РФ), истец достиг возраста 24 лет и в настоящее время не относится к числу детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», доказательств уважительности причин пропуска установленного законом срока не представил.

Довод истца, что поскольку постановлением администрации МО «Черняховский городской округ» от ДД.ММ.ГГГГ № его сестру ФИО5 признали нуждающейся в улучшении жилищных условий и разъяснили, что ей положено жилое помещение, а потому и он должен быть включён в список, отклоняется судом так как основан на неверном толковании материального права.

Таким образом, правовых оснований для удовлетворения иска суд не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО7 оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Черняховский городской суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда.

Судья С.В. Ткачева

Мотивированное решение суда изготовлено 22 апреля 2017 года.

Судья С.В. Ткачева