Судья: Царёва И.В.

дело № 33-2681/2026 (33-48427/2025;)УИД 50RS0029-01-2025-001369-42

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 19 января 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Абдулгалимовой Н.В.,

судей Мироновой Т.В., Родиной Т.Б.,

при ведении протокола секретарем Назаровой В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1849/2025 по исковому заявлению ФИО1 к Российской федерации в лице Министерства внутренних дел РФ о возмещении ущерба,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Наро-Фоминского городского суда Московской области от 16 сентября 2025 г.,

заслушав доклад судьи Мироновой Т.В.,

объяснения явившихся лиц,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1, с учетом уточнений, обратился в суд с иском к ответчику, в котором просил о взыскании с МВД РФ ущерба, причиненного незаконными действиями сотрудников при проведении доследственной проверки и изъятии имущества, в размере 37 040 000 руб., а также расходов по оплате государственной пошлины в сумме 175 120 руб.

В обоснование заявленных требований указал, что ему принадлежит на праве собственности компьютерное оборудование, в составе 68 биткоин-майнинговых устройств марки «Canaan Avalon Miner1246 85Т», которые были переданы им по договору на ответственное хранение ФИО2, и находились по адресу: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> сотрудники ОУР УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. изъяли указанное оборудование в рамках доследственной проверки по заявлению о совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.2 ст.165 УК РФ, а именно по факту безучетного потребления электроэнергии. При этом ФИО2 на территорию земельного участка не пустили, участвовать в изъятии не разрешили, хотя были представлены документы, что оборудование находится у него на ответственном хранении, каких-либо актов изъятия, описи оборудования не было предоставлено. В период с июля 2022 г. по март 2023 г. истец и его представители неоднократно обращались в органы полиции и прокуратуры с целью передачи им оборудования и установления места его нахождения, получали ответы, что оборудование находится якобы на экспертизе. В конце марта 2023 г. поступило сообщение от следователя о возможности получения оборудования. Однако, 

<

данные изъяты> представителям истца, прибывшим в отдел полиции за получением оборудования, попытались вручить 25 единиц компьютерной техники марки «Innosilicon t2t», которое истцу не принадлежало. После отказа принять чужое оборудование и составления соответствующих актов, следователь ФИО3 сообщил, что оборудование истца в 2022 г. было передано на ответственное хранение ИП «ФИО4.», откуда было похищено. По факту хищения 

<

данные изъяты> было возбуждено уголовное дело, в рамках которого истец признан потерпевшим только 

<

данные изъяты>. При этом никаких документов о передаче имущества на ответственное хранение ИП «ФИО4.» составлено не было.

Ссылаясь на то, что в результате ненадлежащих действий сотрудников органов внутренних дел истцу был причинен ущерб, МВД РФ, как главный распорядитель бюджетных средств, отвечает за ущерб, причиненный незаконными действиями сотрудников органов внутренних дел, истец обратился в суд.

Представители истцов в ходе судебного заседания исковые требования поддержали, по доводам, изложенным в иске и приобщенных пояснений, просили иск удовлетворить.

Представитель ответчика с иском не согласился, поддержал письменные возражения, указав, что спорное оборудование было изъято в рамках уголовного дела, признано вещественным доказательством, следователем приняты решения о передачи вещественных доказательств на ответственное хранение, откуда 56 единиц действительно были похищены, возбуждено уголовное дело, в ходе следствия по которому оборудование было найдено, и также как вещественные доказательства находится на ответственном хранении. Кроме того, в ходе следствия была проведена товароведческая экспертиза, согласно заключению стоимость 56 биткоин-майнинговых устройств составила на апрель 2022 г. 2 059 980 руб. 95 коп. Ссылаясь на то, что изъятое оборудование по настоящее время является вещественным доказательством по уголовному делу, судьба которого может быть разрешена только в рамках уголовного дела, фактически ущерб не был причинен, просил в иске отказать.

Представитель третьего лица Управления МВД России по Наро-Фоминского городскому округу в ходе судебного заседания просила в иске отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях, указав, что фиксация изъятия оборудования производилась, оборудование было передано на экспертизу, согласно которой стоимость на 

<

данные изъяты> составила 3 369 848,40 руб., ранее похищенное оборудование в настоящее время найдено, изъято и является вещественным доказательством, в связи с чем, факт ущерба не подтвержден.

Решением Наро-Фоминского городского суда Московской области от 16 сентября 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит отменить решение суда как незаконное и необоснованное, постановленное с нарушением норм материального и процессуального права. Указывает на то, что суд посчитал установленным, что принадлежащее истцу оборудование после кражи было найдено, однако доказательства данного обстоятельства в материалах дела отсутствуют, доступ к оборудованию для установления факта его принадлежности истцу ни в рамках уголовного, ни в рамках гражданского дела предоставлен не был, допустимых доказательств этому в материалы дела представлено не было. Выводы суда первой инстанции о том, что на момент кражи майнингового оборудования оно было признано вещественным доказательством, не соответствует фактическим обстоятельствам дела. Суд незаконно отказал в назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости изъятого майнингового оборудования.

Представителем УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. представлены возражения на апелляционную жалобу, в которых указывается на необоснованность изложенных в жалобе доводов.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представители ФИО1 – ФИО5, ФИО6 доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель МВД России, ГУ МВД России по МО, УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. ФИО7 просила решение первой инстанции оставить без изменения.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностными лицами (статья 53), реализация которого гарантируется конституционной обязанностью государства в случае нарушения органами публичной власти и их должностными лицами прав, охраняемых законом, обеспечивать потерпевшим доступ к правосудию, и компенсацию причиненного ущерба (статья 52), а также государственную, в том числе судебную, защиту прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1; статья 46).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно положений статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По смыслу положений пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекшей последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации (то есть не связанный, в частности, с незаконным привлечением к административной ответственности в виде административного ареста, а в отношении юридического лица - к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности), возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Из материалов дела и пояснений представителей сторон судом установлено, что 

<

данные изъяты> в дежурную часть УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. поступило заявление о том, что по адресу: 

<

данные изъяты> производятся действия по майнингу криптовалюты. В рамках проведения доследственной проверки произведены осмотры места происшествия, отобраны объяснения, в том числе у ФИО2, а также произведено изятие оборудования, находившегося на указанном земельном участке, в виде:

- оборудование для майнинга криптовалюты без идентификационных (серийных) номеров в количестве 79 штук;

- ноутбук Dell модель P66F S/N 4158Z32 1 шт.;

- 4 концентратора для соединения в общую сеть;

- системный блок в открытом корпусе 1 шт. (т.1 л.д.59).

В последующем уточнено, что оборудование для майнинга представляет собой биткоин-майнинговые устройства марки «Canaan Avalon», количество изъятых единиц – 68 штук.

Изъятое оборудование было помещено на склад по адресу: 

<

данные изъяты> принадлежащий ИП «ФИО4.» (т.2 л.д.151 оборот).

<

данные изъяты> СУ УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. возбуждено уголовное дело 

<

данные изъяты> по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.165 УК РФ по факту безучетного потребления электроэнергии.

В рамках указанного уголовного дела изъятое 

<

данные изъяты> оборудование постановлением следователя от 

<

данные изъяты> признано вещественным доказательством.

Установлено, что в период времени с 8 мая по 

<

данные изъяты> со склада по адресу: 

<

данные изъяты> принадлежащего ИП «ФИО4.», было похищено 56 биткоин-майнинговых устройств «Canaan Avalon Miner1246 85Т», переданных на хранение; 12 единиц указанного оборудования остались на складе и были перевезены на склад СУ УМВД России по Наро-Фоминскому г.о. для обеспечения сохранности вещественных доказательств.

По факту хищения имущества 

<

данные изъяты> возбуждено уголовное дело 

<

данные изъяты> по признакам преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, в ходе расследования по которому украденное имущество было обнаружено и 

<

данные изъяты> в ходе осмотра места происшествия изъято 56 единиц оборудования.

<

данные изъяты> 56 единиц оборудования для майнинга криптовалют Canaan Avalon Miner1246 85Т были осмотрены следователем и приобщены к уголовному делу 

<

данные изъяты> в качестве вещественного доказательства. Оборудование передано на хранение в помещение гаража УСМД России по Наро-Фоминскому г.о. (л.д. 25-31 т. 3).

Таким образом, судом установлено, что все ранее изъятое в рамках уголовного дела 

<

данные изъяты> оборудование в настоящее время найдено и находится на хранении как вещественное доказательство по уголовным делам 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>.

Разрешая по существу заявленные требования, изучив материалы дела и представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований, учитывая, что истцом в ходе рассмотрения дела не представлены доказательства наступления вреда, причиненного в результате незаконных действий сотрудников органов внутренних дел, и, соответственно, наличие убытков. При этом суд исходил из того, что спорное майнинговое оборудование признано вещественным доказательством по уголовному делу, производство по которым не окончено, согласно нормам уголовно-процессуального законодательства вопрос о месте хранения вещественных доказательств, возможности возвращения их владельцу разрешается уполномоченным лицом в рамках уголовного дела.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они соответствуют установленным по делу обстоятельствам и сделаны при правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения сторон.

Истец предъявил требования о возмещении стоимости утраченного по вине должностных лиц майнингового оборудования, однако, материалы дела свидетельствуют о том, что спорное имущество имеет место быть в наличии, о чем ответчиком представлены соответствующие документы.

Согласно пункту 1 статьи 81 УПК РФ вещественными доказательствами признаются любые предметы, на которые были направлены преступные действия, в том числе деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления.

В соответствии со статьей 82 УПК РФ вещественные доказательства должны храниться при уголовном деле до вступления приговора в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела и передаваться вместе с уголовным делом, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей. В случае, когда спор о праве на имущество, являющееся вещественным доказательством, подлежит разрешению в порядке гражданского судопроизводства, вещественное доказательство хранится до вступления в силу решения суда.

Согласно пункту 3 статьи 81 УПК РФ при вынесении приговора должен быть решен вопрос о вещественных доказательствах. При этом деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления, и доходы от этого имущества подлежат возвращению законному владельцу.

Частями 1 и 2 статьи 81 УПК РФ предусмотрено, что вещественными доказательствами признаются любые предметы: которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления или сохранили на себе следы преступления; на которые были направлены преступные действия; деньги, ценности и иное имущество, полученные в результате совершения преступления; иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела.

Предметы, указанные в части первой настоящей статьи, осматриваются, признаются вещественными доказательствами и приобщаются к уголовному делу, о чем выносится соответствующее постановление. Порядок хранения вещественных доказательств устанавливается настоящей статьей и статьей 82 настоящего Кодекса.

Денежная компенсация в порядке ст. ст. 1069, 1070 ГК РФ может быть взыскана лишь при доказанности утраты имущества истца или невозможности его истребования в натуре. Материалами дела данные факты не подтверждаются.

Проанализировав совокупность представленных в дело доказательств, приняв во внимание нормативно-правовое регулирование сложившихся правоотношений, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, поскольку из материалов дела следует, что изъятое майнинговое оборудование признано вещественным доказательством по уголовным делам, на момент рассмотрения настоящего спора уголовные дела не прекращены и находятся в производстве у следователя, вопрос о вещественных доказательствах не разрешен, в связи с чем, отсутствуют основания для вывода о нарушении прав истца, как собственника спорного имущества. Соответственно, у суда не имелось и оснований для взыскания денежной компенсации за имущество, признанное вещественным доказательством.

Поскольку доказательства утраты своего имущества по вине органов внутренних дел (их должностных лиц) истец не представил, основания для удовлетворения иска у суда отсутствовали.

Выводы суда по существу дела достаточно мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам, нормам права, и оснований считать их ошибочными не имеется.

Довод апелляционной жалобы о том, что суд не назначил судебную экспертизу для определения рыночной стоимости изъятого майнингового оборудования, то есть, ущерба, причиненного истцу, о нарушении норм процессуального права не свидетельствует, поскольку достаточность доказательств по делу определяется судом.

Согласно части 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд назначает экспертизу при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла.

Исходя из данной правовой нормы, суд назначает экспертизу в связи с невозможностью без специальных знаний установить факт, имеющий значение для разрешения дела, и (или) отсутствием иных доказательств, с достоверностью подтверждающих или опровергающих данное обстоятельство.

С учетом установленных судом конкретных фактических обстоятельств дела, возможности разрешения заявленных требований по представленным доказательствам, суд первой инстанции обоснованно не нашел оснований для назначения по судебной оценочной экспертизы.

Ввиду недоказанности правовых оснований для взыскания убытков, судебной коллегией также отклонено ходатайство ответчика о назначении по делу судебной оценочной экспертизы.

Иные доводы апеллянта, направленные на иную оценку представленных доказательств и иное толкование закона, не могут повлечь отмену судебного решения.

Выводы суда достаточно мотивированы, доводам сторон дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм материального и процессуального права, способных повлечь отмену решения, судом не допущено.

Оснований к отмене решения по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Наро-Фоминского городского суда Московской области от 16 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 2 февраля 2026 г.