№ 2-509/2019

(УИД 56RS 0032-01-2019-000476-85)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

18 июня 2019 года г. Соль-Илецк

Соль-Илецкий районный суд Оренбургской области, в составе:

председательствующего судьи Журавской С.А.,

при секретаре Шевчик Л.Р.,

с участием: представителя истца – ФИО1,

ответчика – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником, 

У С Т А Н О В И Л

ИП ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением, в котором просил взыскать с ФИО2 в счет возмещения ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, - 89 666 руб. 13 коп, расходы по оплате услуг представителя – 5 000 руб., по оплате госпошлины – 2 889 руб. 98 коп.

В обоснование своих требований ссылался на то, что ФИО2 была принята на работу 20 февраля 2008 года на должность продавца магазина «Ассоль-3». 01.11.2017 года - заключен договор о полной коллективной материальной ответственности. 

В период 22 - 24 мая 2018 года проведена ревизия в магазине «Ассоль-3», по результатам которой выявлена недостача в сумме 

<

данные изъяты>. 

26 – 27 июня 2018 года проведена повторная ревизия, по результатам которой недостача составила 

<

данные изъяты>.

Таким образом, ФИО2 причинен ущерб работодателю на сумму 89 666 руб. 13 коп (учтена частичная оплата в размере 57 596 руб.).

Определением суда от 13.05.2019 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, на стороне ответчика привлечены ФИО4, ФИО5, ФИО13 (л.д. 20).

Истец – ИП ФИО3 в судебное заседание не явился. Извещен надлежащим образом.

Его представитель – ФИО1, действующая на основании доверенности (л.д. 11), исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям.

Ответчик – ФИО2 в судебном заседании возражала по заявленным требованиям. В обоснование пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ работала в магазине «Ассоль-3» продавцом. С ноября 2017 года по февраль 2018 года с ними работала продавец ФИО8, после увольнения которой инвентаризация не проводилась, в магазине остались работать: она, продавцы – ФИО4, ФИО13 В период работы ФИО8 была замечена недостача денег в кассе. 22 – 24 мая 2018 года проведена ревизия, в ходе которой обнаружилась недостача в сумме 

<

данные изъяты>., причину объяснить она не может. После чего ФИО13 написала заявление на отпуск без сохранения заработной платы и на ее место в июне 2018 года была принята ФИО5. В этот же период у них работали стажеры ФИО6 и ФИО7

26 – 27 июня 2018 года проведена вторая ревизия, выявлена недостача в сумме 

<

данные изъяты>. Под давлением руководителя она написала заявление об удержании из ее заработной платы 

<

данные изъяты>% в счет погашения недостачи, погасив 57 596 руб. 

С 15 июня 2018 года ФИО4 не вышла на работу, они остались работать с ФИО5. Считает, что работодателем не были созданы условия для сохранения материальных ценностей, поскольку магазин большой, а помимо покупателей они отпускали товар в другие восемь магазинов. 

Третье лицо – ФИО4 в судебное заседание не явилась. Извещена надлежащим образом. Согласно ранее представленному заявлению, просила разрешить дело в ее отсутствие (л.д. 29). 

Третье лицо - ФИО5 в судебное заседание не явилась. Согласно заявлению, просила разрешить дело в ее отсутствие (л.д. 34). Будучи ранее опрошенной в судебном заседании пояснила, что принята на работу в магазин «Ассоль-3» в июне 2018 года. При инвентаризации 26 – 27 июня 2018 года была в магазине. По итогам выявили недостачу, за которую она ответственность не несет. С результатами ревизии согласна, продолжает работать в магазине у ответчика.

Третье лицо - ФИО13 в судебное заседание не явилась. Извещена надлежащим образом. Об отложении рассмотрения дела не просила.

На основании частей 3 и 5 ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным разрешить дело в отсутствие истца, третьих лиц.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. 

В соответствии со ст. 242 ТК РФ, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Случаи полной материальной ответственности предусмотрены ст. 243 ТК РФ, их перечень является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

Должность продавца включена постановлением Минтруда Российской Федерации от 31.12.2002 N 85 в Перечень должностей, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности.

Судом установлено, что 20 февраля 2008 года истцом был заключен трудовой договор с ФИО2, последняя принималась на работу на должность продавца в магазин «Ассоль – 3» по адресу: 

<

адрес> (л.д. 4, 5).

Приказом от 01.11.2017 года ФИО8 принята на работу к ИП ФИО3 в «Ассоль-хоз. № 3» продавцом.

Приказом за № от 31.10.2017 года, при приеме на работу ФИО8 проведена инвентаризация в магазине «Ассоль-3» с 01 по 02.11.2017 года, в ходе которой недостачи не установлено.

01 ноября 2017 года с ФИО2, ФИО4, ФИО13, ФИО8 истцом был заключен договор о полной коллективной (бригадной) материальной ответственности (л.д. 6).

Приказом от 12.02.2018 года ФИО8 уволена по инициативе работника, инвентаризация в магазине после ее увольнения не проводилась.

22 мая 2018 года ИП ФИО3 издан приказ за № о проведении инвентаризации товарно-материальных ценностей в магазине «Ассоль-3» с 22 по 24 мая 2018 года. Ответственные лица - продавцы: ФИО2, ФИО4, ФИО13, ФИО7

Члены комиссии: товаровед ФИО9, бухгалтер ФИО10, ФИО11 Контроль возложен на главного бухгалтера ФИО12

С приказом члены комиссии и материально-ответственные лица ознакомлены под роспись.

Как пояснила ответчик и не оспаривала сторона истца, продавец ФИО7 в инвентаризации не участвовала, поскольку на тот момент только стажировалась, но на работу принята не была. 

По результатам проверки ценностей в период с 22 по 24 мая 2018 года в магазине «Ассоль-3» установлена недостача в сумме 

<

данные изъяты>. Указанная информация доведена до сведения материально-ответственных лиц, о чем они расписались (л.д. 8).

В ходе проведения инвентаризации, в которой принимали участие все члены комиссии, была составлена инвентаризационная опись, имеющая подписи членов комиссии и материально-ответственных лиц на каждом листе, без замечаний.

24.05.2018 года ФИО2 дала объяснение, что не может объяснить причину недостачи, просила удерживать по 

<

данные изъяты>% из зарплаты.

Согласно справке истца, ФИО2 в период с 16 июня по 26 сентября 2018 года погашено в счет недостачи 57 596 руб. (л.д. 16).

ФИО4 также просила удерживать 

<

данные изъяты>% с ее заработной платы в счет оплаты недостачи, выявленной по ревизии 24.05.2018 года. Обязалась вносить ежемесячно по 5 000 руб. в счет погашения ущерба.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании пояснила, что у истца работает бухгалтером с 2007 года. Ревизии обычно проводятся в магазинах по графику. В мае 2018 года был издан приказ об инвентаризации в магазине «Ассоль-3», она входила в состав комиссии, а также бухгалтер ФИО10 и товаровед ФИО9. 22 мая 2018 года они пришли в магазин, ознакомили работников с приказом, закрыли магазин и провели ревизию в несколько дней, выявлена недостача. ФИО8 работала с 01.11.2017 года по 12.02.2018 год, уволилась без инвентаризации, поскольку продавцы не просили об этом. С 25.05.2018 года ФИО13 находилась в отпуске без сохранения заработной платы, при первой ревизии она была. ФИО5 принята с 01.06.2018 года. Вторая ревизия проведена при ФИО4, которая к тому моменту на работу уже не выходила. Продавцы объяснить недостачу не могли, объяснение писали, дали обязательства возместить ущерб, ФИО2 часть погасила. Не отрицала, что до начала обеих ревизий с материально-ответственных лиц расписки о сдаче всех приходных и расходных документов не брались.

Решением Соль-Илецкого районного суда от 14.11.2018 года в иске ИП ФИО3 к ФИО4 о возмещении ущерба, выявленного в ходе инвентаризации от 22 – 24 мая и 26 – 27 июня 2018 года, отказано. Решение вступило в законную силу 06.03.2019 года.

При рассмотрение указанного гражданского дела № судом в качестве третьих лиц были привлечены ФИО2, ФИО5, ФИО13

Учитывая положения ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, суд считает возможным взять за преюдицию обстоятельства, установленные указанным решением.

Так, в период с 01.11.2017 года в магазине «Ассоль-3» ИП ФИО3 работали продавцы: ФИО2, ФИО4, ФИО13, ФИО8, с которыми был заключен договор о полной коллективной материальной ответственности.

На дату трудоустройства продавца ФИО8 недостачи не было.

Уволена ФИО8 приказом от 12.02.2018 года, после чего истцом инвентаризация не проводилась, что является нарушением требований Методических рекомендаций по инвентаризации имущества, утвержденных Приказом Минфина РФ от 13 июня 1995 года N 49.

Исходя из положений статьи 11 Федерального закона от 06 декабря 2011 (ред. от 29.07.2018) N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", в абзаца 4 пункта 22 Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов, утвержденных Приказом Минфина России от 28 декабря 2001 года N 119н (ред. от 24.10.2016), абз. 4 п. 27 Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утвержденного Приказом Минфина Российской Федерации от 29 июля 1998 года N 34н, абз. 4 п. 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденными Приказом Министерства финансов Российской Федерации от 13 июня 1995 года N 49 (ред. от 08.11.2010), при смене материально ответственного лица работодатель должен провести инвентаризацию товарно-материальных ценностей с тем, чтобы установить наличие возможной недостачи.

Изложенное позволяет сделать вывод, что истцом не представлено доказательств с достоверностью подтверждающих факт причинения ответчиком прямого действительного ущерба в виде недостачи товарно-материальных ценностей на заявленную сумму за определенный период времени работы и в результате виновного противоправного поведения.

В материалах дела отсутствуют достоверные доказательства подтверждающие, что объем товарно-материальных ценностей, имевшихся на момент увольнения ФИО8, не изменился до даты проведения ревизии (22-24 мая 2018 года).

При этом, из пояснений ответчика ФИО2 следует, что они попросили ФИО8 уволиться в виду того, что была обнаружена недостача денежных средств в кассе. 

Доводы стороны истца о том, что материально – ответственные лица не просили об инвентаризации суд не может принять во внимание, поскольку соблюдение требований Методических рекомендаций по инвентаризации имущества является обязанностью работодателя.

При этом, доступ в магазин имели стажеры, что подтверждается приказом о назначении инвентаризации, куда включена продавец ФИО7, не принятая на работу, что пояснила ответчик и подтвердила представитель истца.

В отсутствие достаточных доказательств, подтверждающих наличие недостачи, а также вины ответчика в причинении ущерба и причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом, оснований для взыскания суммы недостачи определенной истцом по результатам ревизии от 22 – 24 мая 2018 года, нет.

В период с 25 мая по 31 июля 2018 года продавец ФИО13 находилась в отпуске без сохранения заработной платы.

01.06.2018 года между ИП ФИО3 и ФИО5 был заключен трудовой договор.

01.06.2018 года ИП ФИО3 заключил договор о полной коллективной материальной ответственности с членами коллектива (бригады) магазина «Ассоль-3» г. Соль-Илецк, в лице руководителя коллектива ФИО2, который также подписан членами коллектива – ФИО4, ФИО5 (л.д. 7).

Приказом за № от 25.06.2018 года ИП ФИО3 назначил инвентаризацию товарно-материальных ценностей в магазине «Ассоль-3» в период с 26 по 28 июня 2018 года. Ответственные лица - продавцы: ФИО2, ФИО4, ФИО5, ФИО6

В члены комиссии включены: товаровед ФИО9, бухгалтеры ФИО10, ФИО11 Контроль возложен на главного бухгалтера ФИО12

С приказом члены комиссии и материально-ответственные лица ознакомлены под роспись.

Как пояснила ответчик и не оспаривала сторона истца, продавец ФИО6 в инвентаризации не участвовала, поскольку стажировалась, на работу принята не была.

По результатам проверки ценностей в период с 26 по 27 июня 2018 года в магазине «Ассоль-3» установлена недостача в сумме 

<

данные изъяты>. Указанная информация доведена до сведения материально-ответственных лиц, о чем они расписались (л.д. 9).

28.06.2018 года ФИО4 дала объяснения, что выявленную в ходе ревизии недостачу в сумме 

<

данные изъяты> объяснить не может.

Аналогичные объяснения дала ФИО2 

ФИО5 в своем объяснении указала, что отношение к недостаче не имеет.

В ходе проведения инвентаризации, в которой принимали участие все члены комиссии, была составлена инвентаризационная опись, имеющая подписи членов комиссии и материально-ответственных лиц на каждом листе, без замечаний.

Приказом от 28.06.2018 года ФИО4 уволена с 27.06.2018 года, в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обсуживающим денежные ценности, что дало основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Сведения об увольнении ФИО2 на дату рассмотрения дела в суде не представлены.

Исходя из требований статей 232, 233, 238, 239 ТК РФ, разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 ноября 2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", именно на работодателе лежит обязанность доказать обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником.

Между тем, представленные истцом в обоснование доводов иска доказательства (инвентаризационные описи, акты и т.д.) не подтверждают указанные юридически значимые обстоятельства, ввиду следующего.

В соответствии с ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 06 декабря 2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" размер ущерба устанавливается в ходе инвентаризации путем выявления расхождений между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета.

Приказом Министерства финансов РФ от 13 июня 1995 года N 49 утверждены Методические указания по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, которые устанавливают порядок проведения инвентаризации имущества и финансовых обязательств организации и оформления ее результатов.

Несоблюдение указанных требований при проведении инвентаризации является основанием для признания итогов инвентаризации недействительными.

Вместе с тем, работодателем были нарушены требования п. 2.4 вышеуказанных Методических указаний, поскольку от ФИО2 и других членов коллектива (бригады) не истребованы расписки о том, что к началу инвентаризации все расходные и приходные документы на имущество сданы в бухгалтерию или переданы комиссии и все ценности, поступившие на их ответственность, оприходованы, а выбывшие списаны в расход.

При этом, доступ в магазин имели место стажеры, что подтверждается приказом о назначении инвентаризации, куда включены продавец ФИО6 и ФИО7, не принятые на работу, что пояснила ответчик и оспаривала представитель истца.

Согласно п. 4 Постановления Пленума ВС РФ от 16.11.2006 N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником работодатель обязан доказать отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вину работника в причинении ущерба; причинную связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.

По мнению суда, истцом не доказано наличие у ответчика недостачи вверенного имущества.

Само по себе отсутствие возражений ФИО2 по результатам инвентаризации от 22 – 24 мая и 26 – 27 июня 2018 года, частичное погашение задолженности, не является основанием для привлечения ее к материальной ответственности, поскольку работодателем вследствие нарушения порядка и процедуры проведения инвентаризаций, не доказан факт причинения ущерба именно действиями ответчика.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что истцом не представлены бесспорные доказательства, подтверждающие факт причинения ему ущерба и его размера, вины ответчика в причинении данного ущерба, нарушен установленный ст. 247 ТК РФ порядок определения размера ущерба и причин его возникновения, в связи с чем, в удовлетворении требований о возмещении ущерба должно быть отказано.

Поскольку истцу отказано в удовлетворении исковых требований, то не подлежат возмещению расходы, связанные с оплатой представителя в сумме 5 000 руб., и с оплатой госпошлины, в силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л

Индивидуальному предпринимателю ФИО3 в удовлетворении исковых требований к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником, отказать.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд, через Соль-Илецкий районный суд, в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Журавская С.А.

Мотивированный текст решения изготовлен 24 июня 2019 года.