Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

09 января 2019 года с. Кунашак

Кунашакский районный суд Челябинской области, в составе:

председательствующего судьи Кариповой Ю.Ш.

при секретаре Николаевой Ю.А., 

с участием представителя истца Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального района ФИО3

представителя ответчика ФИО4 – ФИО5

представителя ответчиков ФИО6 и ФИО7 – ФИО8

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального района к ФИО4, ФИО6, ФИО7 о признании недействительным брачного договора, признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, применения последствий недействительности сделки, признании недействительным договора дарения квартиры и применения последствий недействительности сделки, признании общим совместным имуществом супругов движимое и недвижимое имущество, разделе имущества супругов, выделе ? доли в совместном нажитом имуществе, обращении взыскания на долю должника в размере 4 997 568 рублей,

и по встречному иску ФИО6 к Управлению имущественных и земельных отношений Администрации Кунашакского района, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей и расходов по оплате государственной пошлины,

У С Т А Н О В И Л :

Управление имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального района обратилось в суд с иском (с учетом дополнений) к ФИО4, ФИО6, ФИО7 о признании недействительным брачного договора от 27 июля 2015 года, заключенного между супругами ФИО4 и ФИО6, удостоверенного нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области; признании недействительным с момента заключения договора дарения жилого дома и земельного участка от 15 августа 2015 года, по которому ФИО4 подарил дочери ФИО7 жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> и земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м, расположенные по адресу 

<

адрес>, применении последствий недействительности сделки путем возвращения сторон в первоначальное положение; признании недействительным с момента заключения договора дарения квартиры от 15 августа 2015 года, по которому ФИО4 подарил дочери ФИО7 квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м в 

<

адрес>, применении последствий недействительности сделки путем возвращения сторон в первоначальное положение; признании общим совместным имуществом супругов ФИО4 и ФИО6 всего движимого и недвижимого имущества, приобретенного в браке, в том числе квартиру в 

<

адрес>, автомобиль Мазда 3, 2007 года выпуска; разделе совместного нажитого имущества ФИО4 и ФИО6; выделе доли должника ФИО4 в каждом из общего совместного имущества супругов, в том числе на квартиру расположенную в 

<

адрес>, зарегистрированной на праве собственности ФИО6, на денежные средства в размере 2 400 000 рублей, находящиеся на р/счете №, открытом в ОАО «Россельхозбанк» на имя ФИО6, обращении взыскании на долю должника ФИО4 в пользу Управления имущественных и земельных отношений в сумме 4 997 568 рублей.

В обоснование иска указано, что решением Кунашакского районного суда, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегией по гражданским делам Челябинского областного суда от 30 июля 2018 года постановлено взыскать с ФИО4 в пользу Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского района расходы за реконструкцию здания МДОУ «Детский сад «Миляш» в сумме 4 997 568 рублей 20 коп. На основании выданного исполнительного листа было возбуждено исполнительное производство в отношении должника ФИО4, решение суда не исполнено. Имущества должника ФИО4 недостаточно для погашения долга по исполнительному документу, судебным приставом-исполнителем совершены действия, направленные на исполнение исполнительного документа – составлены акты о наложении ареста на имущество должника ФИО4 на общую сумму 23 000 рублей. Установлено, что должник ФИО4 и ФИО6 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ года, ДД.ММ.ГГГГ брак между ними расторгнут. В период брака супругами Каримовым было нажито имущество – квартира в 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, квартира в 

<

адрес>, общей площадью 

<

данные изъяты> земельный участок для ведения ЛПХ площадью 

<

данные изъяты> кв.м в 

<

адрес> и расположенный на нем жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, легковой автомобиль ФИО9, 2007 года выпуска. 27 июля 2015 года ФИО4 и ФИО6 заключили брачный договор из которого следует, что в собственность ФИО4 перешло следующее имущество – квартира площадью 

<

данные изъяты> кв. в 

<

адрес>, жилой дом площадью 

<

данные изъяты> кв.м в 

<

адрес> и земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м. по данному же адресу, автомобиль марки Мазда 3, 2007 года выпуска. А в собственность ФИО6 перешло имущество в виде квартиры площадью 

<

данные изъяты> кв. в 

<

адрес>. Супруга должника ФИО6 имеет денежные средства в размере 2 400 000 рублей на счете в АО «Россельхозбанке». Согласно условий брачного договора любое имущество включая движимое и недвижимое, приобретенное супругами до заключения брачного договора или после его заключения будет личной собственностью супруга на имя которого они оформлены. В ходе судебных разбирательств стало известно, что ФИО4 с целью избежания взыскания на их имущество, распорядился вышеуказанным имуществом и совершил отчуждение недвижимого имущества, зарегистрированного на его имя: заключил 15 августа 2015 года с дочерью ФИО7 договор дарения квартиры в 

<

адрес>, а также договор дарения ФИО7 жилого дома и земельного участка в 

<

адрес> Кроме этого 28.04.2018 года заключил договор купли-продажи автомобиля Мазда 3, 2007 г.в., продав автомобиль жене ФИО6 

24.12.2014 г. между УИЗО администрации района и ФИО4 был заключен муниципальный контракт на сумму 19 100 000 рублей на приобретение жилого дома с земельным участком по адресу 

<

адрес> для дальнейшего использования под детский сад. Ответчику ФИО4 было известно, что здание возведено с нарушениями строительных, пожарных норм, т.е. истца ответчик ввел в заблуждение и в результате чего было приобретено помещение не подлежащее эксплуатации. Ранее ФИО4 являлся ответчиком по гражданскому делу № 2-405/ 2015 по иску прокурора Кунашакского района в интересах УИЗО администрации района о признании недействительным вышеуказанной сделки, заключенный с ФИО4 со взысканием с ФИО4 19 100 000 рублей, однако апелляционным определением Челябинского областного суда от 22 сентября 2015 года решение районного суда было отменено с отказом в удовлетворении иска прокурора. В последующем гражданском деле № 2-760/2016 УИЗО был предъявлен иск к ФИО4 об устранении недостатков в указанном помещении детского сада, в иске было отказано и апелляционным определением Челябинского областного суда решение было оставлено в силе. В последующем и был заявлен иск УИЗО к ФИО4 о взыскании затрат на реконструкцию помещения детского сада, которое решением суда от 13.04.2018 года и был удовлетворен со взысканием с ФИО4 суммы 4 997 568 рублей. В связи с изложенным ответчик ФИО4 с 2015 года не имел права отчуждать принадлежащее недвижимое имущество. Ответчики оформлением договоров дарения квартиры и жилого дома с земельным участком и договором купли-продажи автомобиля решили избежать имущественной ответственности перед истцом. Ответчиком совершены мнимые сделки, совершенные для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, которые являются ничтожными. Квартира оформленная на имя супруги ФИО6 является общей совместной собственностью супругов, соответственно можно обратить взыскание на полагающуюся долю имущества ответчика. Ответчики, зная, что истец может обратиться в судебном порядке об обращении взыскания на имеющееся имущество, умышленно для сокрытия имущества заключили фиктивный брачный договор, ФИО4 воспользовался периодом, когда длились судебные тяжбы, совершил отчуждение принадлежавшего ему имущества. Ответчики преследовали цель невозможности удовлетворения требований кредиторов из стоимости недвижимого имущества, что является злоупотреблением правом. На основании норм гражданского и семейного законодательства просят обратить взыскание, учитывая, что кадастровая стоимость имущества достаточна для погашения долговых обязательств ФИО4 перед УИЗО.

Ответчик ФИО6 предъявила встречный иск к Управлению имущественных и земельных отношений Администрации Кунашакского района, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей и расходов по оплате государственной пошлины, указав в обоснование что, в период времени с 2014 года до настоящего времени администрацией Кунашакского района в отношении бывшего мужа ФИО4 инициированы ряд исков, направленных на лишение ФИО6 принадлежащего ей на законных основаниях имущества. Данные действия Администрации Кунашакского района считает злоупотреблением правом. Заявляя необоснованные иски Администрация Кунашакского района причиняет ей нравственные страдания, которые выражаются в переживаниях по поводу указанных событий, постоянном плохом самочувствии, бессоннице, частых болезнях. Данные последствия наступили также и вследствие действий бывшего мужа ФИО4, т.к. вышеуказанные обстоятельства возникли в связи с заключением им муниципального контракта от 24.12.2014 года на приобретение Администрацией Кунашакского района жилого дома с земельным участком. Данный контракт был предметом расследования по уголовному делу и явился поводом для предъявления многочисленных исков Администрацией Кунашакского района. В результате данных событий между ними возникали многочисленные скандалы, вследствие чего сохранение семьи стало невозможным и в результате брак их был расторгнут. Учитывая, что в результате указанных действий ФИО6 может лишиться законно принадлежащего ей имущества, размер компенсации морального вреда ею оценивается в размере 5 000 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 исковые требование поддержала, по встречному иску ФИО6 возразила.

Ответчики ФИО4, ФИО6, ФИО7 в судебном заседание не явились, были извещены надлежаще, в заявлениях ходатайствовали о рассмотрении дела в их отсутствие.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО5 с иском Управления имущественных и земельных отношений не согласен, указывая, что брак между ФИО4 и ФИО6 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ. Договорной режим имущества бывших супругов оформлен заключением брачного договора от 27 июля 2015 года. Обязанность ФИО4 по уплате денежных средств – 4 997 568 рублей - возникла с момента вступления в законную силу решения Кунашакского районного суда – 20 июля 2018 года. На дату заключения брачного договора 27 июля 2015 года права кредитора – УИЗО – подтверждены не были и задолженность ФИО4 перед УИЗО отсутствовала. На дату заключения брачного договора даже не были сформированы и заявлены требования УИЗО ни в претензионном, ни в судебном порядке, поэтому неправомерно требования заявлять по п.1 ст.46 Семейного кодекса. Истец заявляя, что ФИО4 на дату заключения брачного договора знал о том, что здание в 

<

адрес> не соответствует градостроительным, строительным, противопожарным и санитарным нормам, никакими доказательствами не подтвердил, данный факт судебным актом не установлен. Требования истца о недействительности брачного договора не мотивированно, не обоснованно, не содержит указаний на нормы материального права. Условиями брачного договора определен правовой режим имущества как принадлежащего ФИО4, так и ФИО6 

Представитель ответчиков ФИО6, ФИО7 – ФИО8 с требованиями УИЗО администрации Кунашакского района не согласился. Доводы истца о том, что договоры дарения жилого дома и земельного участка от 15.08.2015 года, заключенные между ФИО4 и ФИО7 являются фиктивными и мнимыми – голословны, не подтверждены доказательствами, противоречат фактическим обстоятельствам и материалам дела. Так на момент заключения договоров дарения никакой задолженности у ответчика перед истцом не имелось, напротив в требованиях истца к ФИО4 было отказано. ФИО7 на данный момент реализует полномочия собственника переданного ей имущества, пользуется переданным ей домом, ведет на нем личное подсобное хозяйство, произвела своими силами ремонт в доме, в квартире в 

<

адрес>, фактически проживает сын ФИО7 ФИО7 при заключении договоров дарения не было известно ни о какой другой цели, кроме как реализация прав собственника имущества. Доказательств мнимости договоров дарения истцом не представлено. Кроме этого полагает, что истцом пропущен срок исковой давности и просят применить последствия пропуска срока.

Суд выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Согласно пункту 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Статьей пункта 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

В частности, злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

По делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются: наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий; наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц; наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему;

В соответствии со ст. 421, 422 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу частей 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

На основании статьи 168 Гражданского кодекса РФ, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Как следует из материалов дела, решением Кунашакского районного суда от 13 апреля 2018 года, вступившего в законную силу 30 июля 2018 года с ФИО4 взыскано в пользу Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального района 4 997 568 рублей 20 коп – стоимость работ по приведению здания в работоспособное состояние для использования его под детский сад, расположенного по адресу – 

<

адрес> ранее принадлежавшего на праве собственности ФИО4 и который ответчиком ФИО4 был продан Управлению имущественных и земельных отношений администрации по муниципальному контракту № от 5 декабря 2014 года с такими недостатками в объекте, которые запрещали эксплуатацию здания под размещение детского сада. (л.д.11-25 т.1).

Данные обстоятельства в силу ч.2 ст.61 ГПК ПФ имеют преюдициальное значение (обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица).

В ходе исполнения вышеуказанного решения суда от 13.04.2018 г., в рамках возбужденного в отношении должника ФИО4 исполнительного производства №-ИП от 28 августа 2018 года, судебными приставами произведено списание в размере 8 133 рубля 21 копейка (по состоянию на 20.11.2018 г. – взыскано 18 449,61 рублей), 29 августа 2018 года судебным приставом исполнителем вынесено постановление об удержании с пенсии ФИО4 в размере 50%, направлены были запросы в регистрационные и контролирующие органы для выявления движимого и недвижимого имущества, актом наложен арест на домашнее имущество в сумме 23 000 рублей, постановлением наложен запрет на совершение регистрационных действий в отношении имущества – земельный участок сельскохозяйственного назначения с кадастровым №, ? доля которого принадлежит ФИО4 (л.д.78, 102, 242 т1, л.д. 29-34 т.2).

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра прав на недвижимость от 28.09.2018 г., ФИО4 принадлежало следующее недвижимое имущество: жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м и земельный участок площадью 

<

данные изъяты> кв.м с КН №, на котором расположен жилой дом по адресу 

<

адрес> в период с 15 января 2001 года до 25 августа 2015 года; квартира площадью 

<

данные изъяты> кв.м по адресу 

<

адрес> в период с 24.08.2009 года по 20 августа 2015 года; в настоящее время ФИО4 принадлежит земельный участок сельскохозяйственного назначения с кадастровым № на праве общей долевой собственности в ? доле; а также принадлежал земельный участок и нежилое здание по адресу 

<

адрес> который как было указано выше был продан по муниципальному контракту от 5.12.2014 года (л.д.99-101 т.1).

ФИО6 согласно выписке из Единого государственного реестра прав на недвижимость от 28.09.2018 г., принадлежит следующее имущество: земельный участок сельскохозяйственного назначения с кадастровым № на праве общей долевой собственности в ? доле общей площадью 

<

данные изъяты> га и квартира площадью 

<

данные изъяты> кв.м в 

<

адрес>, зарегистрированная с 31.12.2014 года (л.д.97-98 т.1).

Кроме этого из материалов дела следует, что 24 апреля 2015 года прокурором Кунашакского района в интересах неопределенного круга лиц и муниципального образования Кунашакский муниципальный район» был заявлен иск к ФИО4 и Управлению имущественных и земельных отношений о признании незаконной заключенного между УИЗО и ФИО4 муниципального контракта № от 5 декабря 2014 года в связи с завышением цены муниципального контракта и тем, что приобретенное здание не соответствует требованиям, предъявляемым к дошкольным учреждениям. Решением Кунашакского районного суда от 3 июля 2015 года, требования прокурора были удовлетворены с признанием недействительным аукциона, заключенного муниципального контракта от 5.12.2014 г., с применением последствий недействительности сделок и взыскании с ФИО4 в пользу МО «Кунашакский муниципальный район» 19 100 000 рублей. (л.д.74-81 т.2).

После указанного решения суда, на основании совместного заявления супругов Каримовых от ДД.ММ.ГГГГ, брак между ФИО4 и ФИО6 был расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, составлена актовая запись № от 18.08.2015 г. в отделе ЗАГС администрации Кунашакского района (л.д.105 т.1)

27 июля 2015 года между ФИО4 и ФИО6 был заключен брачный договор, удостоверенный нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа ФИО2 (л.д.106 т.1) В соответствии с условиями брачного договора – стороны договариваются о том, что на все имущество, которое нажито со дня вступления в брак и будет нажито после удостоверения брачного договора, независимо от того на чьи доходы оно было либо будет приобретено, устанавливается режим раздельной собственности супругов, в том числе, но не исключительно, на следующее: квартира по адресу 

<

адрес>, земельный участок площадью 

<

данные изъяты> по адресу 

<

адрес> и расположенный на нем жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., полученный ФИО4 по договору безвозмездной передачи жилого помещения № от 26 декабря 2000 года, зарегистрированный на имя Супруга, будут являться как в период брака, так и в случае его расторжения исключительной собственностью Супруга – ФИО4. Квартира по адресу 

<

адрес>, приобретенная Супругами в период брака и зарегистрированная на имя Супруги будет являться как в период брака так и в случае его расторжения исключительной собственностью супруги ФИО6. Любые транспортные средства, приобретенные супругами во время брака, являются как в период брака, так и в случае его расторжения, собственностью того из супругов, на имя которого оформлен паспорт транспортного средства, в том числе транспортное средство марки Мазда 3, 2007 года выпуска VIN №, регистрационный знак №, приобретенное Супругами в период брака, паспорт транспортного средства на которое оформлен на имя Супруга, будет являться как в период брака, так и в случае расторжения исключительной собственностью Супруга – ФИО4 (л.д. 106-109 т.1). О заключении указанного брачного договора не была уведомлена Администрация Кунашакского муниципального района.

После заключения вышеуказанного брачного договора ФИО4 были совершены следующие сделки: 15 августа 2015 года договор дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу с. Кунашак ул. 

<

данные изъяты> где ФИО4 передал в дар, а ФИО7 (являющаяся дочерью ФИО4) приняла в дар указанную недвижимость (л.д.149-150 т.1). Кроме этого 15 августа 2018 года ФИО4 был заключен договор дарения квартиры, согласно которой он безвозмездно передал в дар дочери ФИО7 квартиру в 

<

адрес> (л.д.151-152 т.1).

Апелляционным определением от 22 сентября 2015 года вышеуказанное решение Кунашакского районного суда от 3 июля 2015 года было отменено с принятием нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований прокурора. В мотивировочной части апелляционного определения указано, что выводы суда первой инстанции о том, что в нарушение статей 22,64 Федерального закона № 44-ФЗ от 5.04.2013 г. к документации об аукционе не прилагается обоснование начальной (максимальной) цены контракта и указание в документации об аукционе неправильной (завышенной) цены контракта является существенным нарушением Закона № 44-ФЗ, основаны на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах. Однако учитывая, что муниципальный контракт от 5.12.2014 г. на день рассмотрения иска исполнен, приведение сторон муниципального контракта в первоначальное положение невозможно в виду отсутствия объекта жилого дома, а также учитывая специфику предмета проведенного аукциона и заключенного контракта в целях реализации программ общего образования, проведение нового аукциона и заключение нового договора в том варианте, который содержится в аукционной документации невозможно, признание недействительным аукциона и заключенного муниципального контракта приведет не к восстановлению, а к нарушению публичных интересов и прав неопределенного круга лиц, так как проведение новых торгов также приведет к увеличению дополнительных расходов и соответственно увеличению финансирования на проведение данных процедур за счет бюджета. (л.д.82-86 т.2)

Далее Управление имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского района предъявил иск к ФИО4 об устранении недостатков в вышеуказанном здании для дальнейшего использования под детский сад. Решением Кунашакского районного суда от 31 августа 2016 года в удовлетворении иска было отказано (л.д.91-95 т.2). Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 26 января 2017 года указанное решение суда было оставлено в силе, однако в мотивированной части апелляционного определения вышестоящая инстанция указала о не согласии с мотивами положенными судом первой инстанции в обоснование отказа в иске. Установлено, что истцу по муниципальному контракту ответчиком ФИО4 было передано здание с недостатками, которые не были оговорены продавцом в муниципальном контракте, здание не соответствовало тому качественному состоянию, которое предполагалось сторонами при заключении сделки, истцом после передачи здания обнаружены были недостатки, объективно лишающие возможности использовать дом по прямому его назначению, эксплуатация здания в качестве детского сада возможна после перепланировки и усилению строительных конструкций. Однако судебная коллегия пришла к выводу об отказе в удовлетворении иска в связи с неправильно выбранным способом защиты, т.к. отсутствуют доказательства, что ФИО4 обладает полномочиями, соответствующими познаниями по проведению строительных работ по реконструкции здания.

В конечном итоге исковое заявление о взыскании с ФИО4 затрат на реконструкцию здания поступило в Кунашакский районный суд 2 июня 2017 года, разрешившийся решением суда от 13.04.2018 года по взысканию с ФИО4 денежной суммы 4 997 568,20 рублей. Т.е. истцом был выбран правильный способ защиты прав.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО4 знал о своих долговых обязательствах перед истцом изначально, когда прокурором заявлялся иск о признании недействительным муниципального контракта Фактические основания иска, а именно не соответствие здания состоянию, позволявшего его эксплуатацию, были во всех исках одни и те же, менялись лишь предмет иска, в первых двух случаях истцом были избраны не правильные способы защиты прав. Действия ФИО4 по заключению брачного договора и последующих сделок по безвозмездному отчуждению своего имущества произошли после состоявшегося решения суда от 3 июля 2015 года. Данные действия были совершены в короткий промежуток времени – июль и август 2015 года.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с частью 1 статьи 44 СК РФ брачный договор может быть признан судом недействительным полностью или частично по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации для недействительности сделок.

Применительно к сделкам, оспариваемым по основанию мнимости Пленум Верховного Суда РФ в абзаце 2 пункта 86 Постановления от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части 1 Гражданского кодекса РФ" разъяснил, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Тем самым, обстоятельством, имеющим значение для дела, при разрешении требований об оспаривании сделки по основанию мнимости, является действительная воля сторон, которая устанавливается с учетом всех обстоятельств, позволяющих выявить указанные обстоятельства, в том числе поведения сторон договора при его заключении, мотивов совершения сделки, принимается во внимание последующее поведение.

Согласно представленных копий похозяйственных книг за 2013-2017 гг. семья ФИО7 значится проживающей постоянно в 

<

адрес>, по этим же похозяйственным книгам за 2013-2017 годы семья ФИО4, в т.ч. ФИО6 значится проживающей в 

<

адрес>. После регистрации перехода права собственности на жилой дом и земельный участок от ФИО4 к дочери ФИО7 по договору дарения от 15 августа 2015 года, указанные семьи так и остались проживать по данным адресам и проживают по настоящее время. Доказательств владения и ведения личного подсобного хозяйства на участке по адресу 

<

адрес> ФИО7 не представлено. Доказательств, что после перехода права собственности по договору дарения квартиры в 

<

адрес>, к ФИО7 с 2015 года в указанной квартире проживал бы сын ФИО7, суду не представлено, при этом согласно записей похозяйственных книг установлено, что старший сын ФИО7 – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, достиг совершеннолетия лишь ДД.ММ.ГГГГ. При этом суд принимает во внимание, что недвижимое имущество ФИО4 передано по безвозмездной сделке близкому родственнику.

Принимая во внимание, что ФИО4 произвел отчуждение всего принадлежащего ему ценного имущества сразу после состоявшегося решения суда от 3.07.2015 года, его действия, повлекшие невозможность в настоящее время исполнить судебное постановление о взыскании суммы ущерба в пользу истца, были явно совершены с целью избежать обращения взыскания на данное имущество в будущем, совершены с нарушением ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются недобросовестными. Поэтому требования истца о признании недействительными сделок подлежат удовлетворению. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Согласно пункту 3 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество, находящееся в его собственности, а также на его долю в общем имуществе супругов, которая причиталась бы ему при разделе этого имущества.

Правила определения долей супругов в общем имуществе при его разделе и порядок такого раздела устанавливаются семейным законодательством (пункт 4 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью (пункт 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации). Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 1 ст. 45 СК Российской Федерации по обязательствам одного из супругов взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга. При недостаточности имущества кредитор вправе требовать выдела доли супруга-должника, которая причиталась бы супругу-должнику при разделе общего имущества супругов, для обращения на нее взыскания.

Таким образом, законодатель предоставил кредитору право требовать выдела доли супруга-должника в целях обращения на нее взыскания для погашения долга.

В судебном заседании установлено, что супругами Каримовыми в период брака приобретено следующее имущество: земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., по адресу 

<

адрес> кадастровой стоимостью 331 448 рублей 25 коп, жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес> кадастровой стоимостью 1 182 572 рубля 51 коп; квартира общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 1 359 144 рубля 40 коп, квартира общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу – 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 4 684 463 рубля 83 коп, земельный участок с видом разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства, кадастровым номером №, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящийся в долевой собственности, кадастровой стоимостью 1 696 480 рублей, автомобиль марки MASDA 3, 2007 года выпуска, VIN №, стоимостью 376 857 рублей14 коп., денежные средства 2 400 000 рублей, находящиеся на расчетном счете №, открытом 02.02.2015 года в ОАО «Россельхозбанк» на имя ФИО6, всего совместно нажитого имущества на сумму 12 030 966 рублей 13 коп.

Учитывая принцип равенства долей супругов, заложенное в ст. 39 СК РФ, доля каждого из супругов Каримовых будет составлять в денежном выражении 6 015 483 рубля.

Суд не может согласиться с требованиями о выделении в каждом имуществе супругов ? доли ФИО4 и обращении взыскании на долю, поскольку данный способ обращения взыскания будет затруднителен при исполнении решения, в отличии от обращения взыскания на конкретное имущество.

Суд полагает соразмерным определить способ взыскания задолженности на недвижимое имущество в виде квартиры общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу – 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 4 684 463 рубля 83 коп, зарегистрированной на праве собственности за ФИО6. При этом суд учитывает, что указанная стоимость квартиры ближе к размеру задолженности должника ФИО4 Кроме этого, из материалов дела следует, что указанная квартира была приобретена после продажи ФИО4 здания по муниципальному контракту от 5.12.2014 года на часть денежных средств полученных по данному контракту.

Таким образом, за супругами Каримовыми будет в максимальном размере сохранено совместно нажитое ими имущество, которое у них имелось до заключения муниципального контракта. При этом, суд не определяет кому из супругов передается другое имущество, поскольку супруги самостоятельно смогут определить порядок раздела между ними имущества, а в случае спора не лишены возможности обратиться с требованиями о разделе совместно нажитого имущества, при этом раздел будет произведен с учетом выделенной доли ФИО4 

Доводы ответчиков о пропуске истцом сроков исковой давности суд находит необоснованными. 

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п.3 ст.166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки. 

В силу статьи 199 ГК РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На основании статьи 200 ГК РФ если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

О спорных сделках должника Управлению имущественных и земельных отношений стало известно лишь после подачи указанного иска в суд в 2018 году после истребования судом сведений о зарегистрированных правах Каримовых ( 8.10.2018 г.), и после предоставления представителем ответчиков брачного договора и договоров дарения недвижимого имущества. Стороной по спорным сделкам истец не является. Иным путем узнать о спорных сделках истец не имел возможности, учитывая, что выписка из ЕГРН о правах отдельного лица на имевшиеся у него объекты недвижимости носят характер сведений ограниченного доступа. 

Требования ФИО6 по встречному иску о взыскании компенсации морального вреда с Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского района и ФИО4 в размере 5 000 000 рублей суд находит необоснованными на основании следующего.

Гражданский кодекс Российской Федерации установил, что моральный вред подлежит денежной компенсации при условии, что он явился результатом действий, нарушающих личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях предусмотренных законом (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Из требований истца ФИО6 следует, что предъявление к бывшему мужу ФИО4 Администрацией Кунашакского района многочисленных исков (изложенных выше) в период с 2014 года носят неправомерный характер, исключительно с намерением причинить другому лицу вред, поскольку направлены на лишение принадлежащего ей на законных основаниях имущества.

В соответствии с действующим законодательством обязательными условиями наступления ответственности за причинение морального вреда являются: вина причинителя вреда; причинная связь между неправомерным решением, действием (бездействием) и моральным вредом; нравственные или физические страдания. Только наличие всех четырех условий в совокупности влечет наступление указанной ответственности (статьи 151, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичный подход отражен в абзаце втором пункта 1 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в котором суду рекомендуется выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим.

Вместе с тем, материалы дела свидетельствуют об отсутствии необходимой совокупности элементов, предусмотренных статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, порождающей обязательства по возмещению морального вреда.

Сам факт предъявления со стороны администрации Кунашакского района и Управления имущественных и земельных отношений исков к ФИО4 в 2015 году и в 2016 года, где в удовлетворении исков было отказано, не является безусловным основанием для привлечения истца (по первоначальному иску) к ответственности и взыскании компенсации морального вреда.

Факта злоупотребления своими процессуальными правами Управлением имущественных и земельных отношений при предъявлении исковых требований к ФИО4 не установлено, поскольку требования по защите прав заявлялись в судебном порядке в соответствии с положениями ст.11 ГК РФ. Факт нарушенных прав истца со стороны ответчика ФИО4 был установлен, в т.ч. и решением Кунашакского районного суда от 13 апреля 2018 года, вступившего в законную силу 30 июля 2018 года. Таким образом, нет оснований говорить, что действия Администрацией Кунашакского района осуществлялись исключительно с намерением причинить вред ФИО6

На основании изложенного при отсутствии вины Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского района требования ФИО6 о компенсации морального вреда подлежат отклонению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального района удовлетворить частично:

Признать недействительным брачный договор от 27 июля 2015 года, удостоверенный нотариусом нотариального округа Челябинского городского округа Челябинской области ФИО2, заключенный между супругами ФИО4 и ФИО6.

Признать недействительной сделку - договор дарения земельного участка с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. и жилого дома, с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенных по адресу: 

<

адрес> заключенный между ФИО4 и ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ. Применить последствия недействительности сделки, возвратив стороны в первоначальное положение: земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м. и жилой дом, с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенные по адресу: 

<

адрес> - вернуть в совместную собственность ФИО4 и ФИО6.

Признать недействительной сделку – договор дарения квартиры общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО7 15 августа 2015 года. Применить последствия недействительности сделки, возвратив стороны в первоначальное положение - квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, вернуть в совместную собственность ФИО4 и ФИО6.

Признать совместно нажитым имуществом супругов ФИО4 и ФИО6 земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., по адресу 

<

адрес> кадастровой стоимостью 331 448 рублей 25 коп, жилой дом с кадастровым номером №, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 1 182 572 рубля 51 коп; квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м, с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 1 359 144 рубля 40 коп, квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу – 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 4 684 463 рубля 83 коп, земельный участок с видом разрешенного использования – для сельскохозяйственного производства, кадастровым номером №, площадью 

<

данные изъяты> кв.м, находящийся в долевой собственности, кадастровой стоимостью 1 696 480 рублей, автомобиль марки MASDA 3, 2007 года выпуска, VIN №, стоимостью 376 857 рублей14 коп., денежные средства 2 400 000 рублей, находящиеся на расчетном счете №, открытом 02.02.2015 года в ОАО «Россельхозбанк» на имя ФИО6, всего совместно нажитого имущества на сумму 12 030 966 рублей 13 коп.

Разделить совместно нажитое имущество супругов ФИО4 и ФИО6, определив доли равными по ? в денежном выражении 6 015 483 рубля. 

Обратить взыскание на квартиру общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м с кадастровым номером №, расположенный по адресу – 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 4 684 463 рубля 83 коп, зарегистрированной на праве собственности за ФИО6 в счет погашения задолженности по исполнительному листу, выданному на основании решения Кунашакского районного суда от 13 апреля 2018 года № 2-2/2018 о взыскании с ФИО4 в пользу Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского района 4 997 568 рублей 20 коп.

В удовлетворении встречного иска ФИО6 к Управлению имущественных и земельных отношений Администрации Кунашакского района, ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 рублей и расходов по оплате государственной пошлины – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в районный суд.

Председательствующий судья: Ю.Ш. Карипова