2-1310/2017 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

06.09.2017 г.

Чайковский городской суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Казакова Р.А.

при секретаре Ворончихиной А.М.,

с участием прокурора Суслова А.А., 

представителя истца адвоката Безносова С.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Чайковский гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю, Отделу Министерства внутренних дел России по Чайковскому району Пермского края, Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пермскому краю, Отделу Министерства внутренних дел России по Чайковскому району Пермского края, Министерству финансов Российской Федерации, указывая, что в периоды с 08.03.2017 г. по 16.03.2017 г., с 30.03.2017 г. по 06.04.2017 г., с 20.04.2017 г. по 25.04.2017 г., с 02.05.2017 г. по 05.05.2017 г. он, обладая статусом лица, в отношении которого применена предусмотренная уголовно-процессуальным законодательством мера пресечения в виде заключения под стражу, содержался в изоляторе временного содержания г. Чайковского Отдела МВД России по Чайковскому району Пермского края (далее - ИВС). В указанные периоды условия содержания в ИВС не отвечали установленным требованиям, в результате было унижено его человеческое достоинство, возникла угроза для здоровья истца. В частности, в камерах отсутствовали индивидуальные спальные места, только деревянные сплошные нары, не было раковин, устройство санузлов не обеспечивало необходимой приватности. В ИВС отсутствовал прогулочный дворик, санпропускник, душ, вентиляция, при этом оконные проемы были закрыты наглухо. Истец содержался в переполненных камерах совместно с ВИЧ-инфицированными, больными туберкулезом, педикулезом, ему не выдавались индивидуальные средства гигиены, книги, газеты, настольные игры. Постельные принадлежности находились в ненадлежащем состоянии, были рваными, либо отсутствовали вовсе. Этапирование истца из следственного изолятора в ИВС осуществлялось на протяжении 5 и более часов с использованием неисправного транспортного средства КАМАЗ, в котором отсутствовал биотуалет, вентиляция, имела место повышенная задымленность. Истец заявляет, что совокупность указанных обстоятельств причинила ему психические и физические страдания, предопределила осложнение имеющегося хронического заболевания. В порядке компенсации морального вреда, причиненного в результате несоблюдения в отношении него установленных норм и требований, истец просит взыскать в свою пользу в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 500 000 рублей.

В последующем, в ходе рассмотрения дела стороной истца было заявлено о привлечении к участию в нем в статусе соответчика по заявленным требованиям Министерства внутренних дел Российской Федерации.

Истец ФИО1 извещен судом по месту нахождения – ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Пермскому краю, в рассмотрении судом дела не участвовал.

Представитель истца – адвокат Безносов С.Н. доводы и требования доверителя поддержал, по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика Отдела МВД России по Чайковскому району, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения заявленных требований, не явился. Суду в ходе рассмотрения дела должностными лицами данного ответчика была подтверждена достоверность доводов истца о периодах содержания в ИВС, представлена информация о частичном несоответствии условий содержания в ИВС установленным требованиям. Пояснено, что с 29.05.2017 г. ИВС закрыт на капитальный ремонт. Предложено в иске ФИО1 отказать ввиду недоказанности факта несения нравственных страданий. Кроме того, заявлено о наличии у Отдела МВД России статуса ненадлежащего ответчика.

Представитель ответчиков - МВД Российской Федерации, ГУ МВД России по Пермскому краю, извещенных надлежащим образом, в судебное заседание не явился, ранее представил отзыв о несогласии с иском ФИО1, основанный на доводах об отсутствии доказательств как незаконности действий сотрудников органов внутренних дел, нарушающих права и интересы истца, так и факта реального возникновения неблагоприятных для него последствий в нравственной сфере. Указано на наличие у ГУ МВД России по Пермскому краю статуса ненадлежащего ответчика

Представитель ответчика – Министерства Финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Пермскому краю просил дело рассмотреть в его отсутствие, в иске ФИО1 отказать, поскольку им не представлено доказательств его состоятельности. Кроме того, привел доводы о том, что в силу ч. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ надлежащим ответчиком по заявленным истцом требованиям является МВД России.

Прокурор Суслов А.А. изложил мнение о наличии оснований к частичному удовлетворению исковых требований ФИО1 

Оценив содержание заявленных сторонами доводов, исследовав представленные доказательства, суд удовлетворяет иск ФИО1 в части.

В силу статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04 ноября 1950 года никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно статье 18 Конституции Российской Федерации, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

В соответствии со статьей 2, частью 1 статьи 45 и статьи 53 Конституции Российской Федерации государство обязано признавать, соблюдать и защищать права и свободы, создавая при этом эффективные правовые механизмы устранения любых нарушений, в том числе допущенных его органами и должностными лицами при осуществлении уголовного судопроизводства.

В силу п.п. 1, 2 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности … иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсации морального вреда является самостоятельным способом защиты нарушенных прав.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" при разрешении дела о компенсации морального вреда суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в абзацах первом и втором п. 2 вышеназванного Постановления дал разъяснение о том, что следует понимать под моральным вредом и нарушение каких прав человека может повлечь его компенсацию: "Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина".

В абзаце втором п. 2 Постановления Пленум разъяснил, в чем может заключаться моральный вред: "Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.".

Право на компенсацию морального вреда возникает по общим основаниям наступления ответственности за причинение вреда. Из изложенного следует, что для наступления ответственности за причинение вреда необходимо наличие состава правонарушения, включающего факт причинения вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя первыми элементами и вину причинителя вреда.

В силу ст. 1 Федерального закона от Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", настоящий Федеральный закон регулирует порядок и определяет условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом РФ задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ, содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией РФ, принципами и нормами международного права, а также международными договорами РФ и не должны сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел отнесены к местам содержания под стражей, являются подразделениями полиции и финансируются за счет средств федерального бюджета по смете федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере внутренних дел (ст.ст. 7, 9 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ).

Согласно ст. 13 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в следственных изоляторах, могут переводиться в изоляторы временного содержания в случаях, когда это необходимо для выполнения следственных действий, судебного рассмотрения дел за пределами населенных пунктов, где находятся следственные изоляторы, из которых ежедневная доставка их невозможна, на время выполнения указанных действий и судебного процесса, но не более чем на десять суток в течение месяца.

В силу ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со ст. 16 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ в целях обеспечения режима в местах содержания под стражей утверждаются Правила внутреннего распорядка в местах содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, которыми, в том числе, устанавливается порядок: материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых; медико-санитарного обеспечения подозреваемых и обвиняемых; проведения ежедневных прогулок подозреваемых и обвиняемых.

Согласно п. п. 9, 11 ст. 17 указанного выше Закона подозреваемые и обвиняемые имеют право: получать бесплатное питание, материально-бытовое и медико-санитарное обеспечение, в том числе в период участия их в следственных действиях и судебных заседаниях; пользоваться ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа.

Из анализа ст. 23 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ следует, что подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности; предоставляется индивидуальное спальное место; бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Приказом МВД России от 22.11.2005 N 950 (ред. от 18.10.2012) утверждены Правила внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел" (далее - Правила).

Согласно п. 14 Правил в течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере.

Размещение подозреваемых и обвиняемых в камерах ИВС производится с учетом их личности и психологической совместимости. Курящие по возможности помещаются отдельно от некурящих (п. 21 Правил).

Подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом. Подозреваемые и обвиняемые, содержащиеся в ИВС, обеспечиваются ежедневно бесплатным трехразовым горячим питанием по нормам, определяемым Правительством Российской Федерации (п. 42 Правил).

Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование (п. 43 Правил).

Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды (п. 45 Правил).

Согласно п. 47 Правил не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе.

Подозреваемые и обвиняемые пользуются ежедневной прогулкой продолжительностью не менее одного часа (п. 130 Правил).

Судом из представленных документов – протокола задержания (л.д. 105-107), технического паспорта здания, в котором размещен ИВС (л.д. 71-83), копии книги учета лиц, содержащихся в ИВС (л.д. 70-73), камерной карточки (л.д. 150), пояснений, изложенных в письменных отзывах представителей Отдела МВД России по Чайковскому району (л.д. 31-36, 149) установлено, что истец ФИО1 08.03.2017 г. в 14 час. 25 мин. был задержан по подозрению в совершении преступления. 

В этот же день в 15 час. 30 мин. ФИО1 был водворен в изолятор временного содержания Отдела МВД России по Чайковскому району (ИВС), в последующем судом в отношении него была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. 16.03.2017 г. ФИО1 был этапирован из ИВС в СИ-4 г. Кудымкар. В указанный период времени продолжительностью 9 дней, истец содержался в камере №1 ИВС общей площадью 10, 4 кв.м., максимальное количество лиц, одновременно содержавшихся в указанной камере в обозначенный период, составляло 4 человека.

30.03.2017 г. истец был этапирован из СИ-4 г. Кудымкар в ИВС, помещен в ту же камеру №1. Истец убыл из ИВС в СИ-4 г. Кудымкар 06.04.2017 г., в данный период времени продолжительностью 8 дней максимальное количество лиц, одновременно содержавшихся в указанной камере, составляло 4 человека.

20.04.2017 г. истец прибыл из СИ-4 г. Кудымкар в ИВС, был помещен в камеру №3, общей площадью 15, 4 кв.м. 25.04.2017 г. истец был этапирован из ИВС в следственный изолятор. В данный период времени продолжительностью 6 дней максимальное количество лиц, одновременно содержавшихся в указанной камере, составляло 4 человека.

02.05.2017 г. истец был этапирован из следственного изолятора в ИВС, помещен в камеру №3, убыл 05.05.2017 г. В данный период времени продолжительностью 4 дня максимальное количество лиц, одновременно содержавшихся в указанной камере, составляло 4 человека.

Из камерной карточки (л.д. 150) следует, что при водворении в ИВС ФИО1 были выданы средства гигиены, посуда, постельные принадлежности, о чем имеется его личная подпись, зафиксирован факт отсутствия претензий по условиям содержания, о чем также поставлена подпись. В разделе камерной карточки «Отметка о проведении санобработки» какие либо записи отсутствуют.

Из письменных пояснений начальника ИВС (л.д. 149) установлено, что в ИВС имеется ряд несоответствий требованиям законодательства, в частности: отсутствует прогулочный двор, дезинфекционная камера, санпропускник, душевая, в 6 из 9 камер установлены нары, в 5 из 9 камер стены оштукатурены под «шубу», на окнах установлены решетки типа «реснички». С 29.05.2017 г. ИВС закрыт на капитальный ремонт.

По ходатайству представителя истца в судебном заседании был исследован приобщенный к материалам гражданского дела №, находившегося в производстве Чайковского городского суда, Протокол (Акт) Южного филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Пермском крае» от 19.09.2012 г., составленный по результатам санитарно-эпидемиологического обследования ИВС. Согласно указанного Протокола (Акта):

- в ИВС имеется 9 камер для подследственных, 8 из которых не оборудованы двухъярусными кроватями, спальное место оборудовано на скамьях-нарах;

- во всех камерах отсутствуют столы и скамейки, вешалки для верхней одежды, настенные шкафы и прикроватные тумбочки, бачок с питьевой водой и кружкой, что не соответствует п. 17.13 СП 12-95 «Свод правил инструкция по проектированию объектов органов внутренних дел (милиции) МВД России»;

- во всех камерах предусмотрен санитарный узел, представленный чашей Генуя (напольный унитаз). Санитарный узел не отгорожен от основного помещения камеры перегородкой, что не соответствует п. 17.16 СП 12-95 «Свод правил инструкция по проектированию объектов органов внутренних дел (милиции) МВД России», раковины отсутствуют, слив осуществляется в чашу Генуя, панель из глазурованной плитки на стене за унитазом отсутствует, что не соответствует п.п. 18.4, 19.5 того же ведомственного акта;

- в камерах в нарушение п. 17.11 СП 12-95 отсутствует естественное освещение;

- все камеры оборудованы вытяжной вентиляцией.

Из исследованных в судебном заседании материалов гражданского дела №, находившегося в производстве Чайковского городского суда, следует что обозначенные в Протоколе (Акте) Южного филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Пермском крае» от 19.09.2012 г. нарушения не были устранены по состоянию на май 2015 г. Истец заявляет об актуальности обозначенных нарушений в течении всех периодов его содержания в ИВС в 2017 г. Оценивая представленные доказательства в совокупности, учитывая отсутствие возражений на этот счет со стороны Отдела МВД России по Чайковскому району, суд приходит к выводам о частичной состоятельности фактических оснований иска ФИО1 А именно, считает установленными следующие допущенные должностными лицами органа внутренних дел нарушения приведенных в решении нормативных предписаний в отношении истца:

- нарушены нормы санитарной площади при его содержании в камерах ИВС; 

- истцу не были обеспечены ежедневные прогулки, индивидуальное спальное место, надлежащая санитарная обработка при поступлении в ИВС, как его лично, так и иных лиц - в течение всех периодов содержания;

- истец не был обеспечен в периоды с 08.03.2017 г. по 16.03.2017 г. (9 дней) и с 30.03.2017 г. по 06.04.2017 г. (8 дней) – возможностью помывки в душе; 

- в течение всех периодов содержания в ИВС истцу не были обеспечены бытовые условия, отвечающие санитарно эпидемиологическим требованиям, а также требованиям гигиены и приватности, что выразилось в частности, в отсутствии перегородок, отделяющих санитарный узел от основного помещения камеры, отсутствии раковин, отсутствии естественного освещения;

В то же время, исследованными в судебном заседании доказательствами не подтверждены факты отсутствия в ИВС надлежащей вентиляции, факты содержания истца в камерах ИВС совместно с лицами, больными различного рода инфекциями, факты отказа ему в выдаче постельного белья, индивидуальных средств гигиены, настольных игр, книг и журналов. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что при нахождении в условиях ИВС истец не был обеспечен надлежащей медицинской помощью, судом не установлено. Из представленных в дело доказательств следует, что ФИО1 обращался с жалобами на состояние здоровья однократно - 24.04.2017 г. Ему была вызвана скорая медицинская помощь, сотрудники которой по результатам осмотра рекомендовали получить консультацию у врача специалиста ЛОР (л.д. 109-110). Обстоятельств, свидетельствующих о том, что указанная рекомендация во-первых, не была выполнена, а во-вторых, не была выполнена по вине должностных лиц ИВС, судом не установлено. Заявленные Истцом доводы о том, что именно в результате допущенных нарушений при его содержании ухудшилось его состояние здоровья, обострилось имеющееся хроническое заболевание – гайморит, суд расценивает в качестве бездоказательных. Надлежащими средствами доказывания данные обстоятельства не подтверждены, свидетельские показания матери истца ФИО2 в качестве таковых приняты быть не могут.

Оценивая доводы истца о нарушениях, допущенных при его конвоировании с использованием спецтранспорта из ИВС в СИ-4 и обратно, суд учитывает следующее. Согласно пунктам 4.3, 4.5, 5.4, 5.8, 5.9, 5.10 стандарта отрасли ПР 78.01.0024-2010 "Автомобили оперативно-служебные для перевозки подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", принятого и введенного в действие 14 октября 2010 г. (взамен ОСТ 78.01.0002-99 от 1 июня 1999 г.), специальные автомобили для перевозки осужденных и лиц, содержащихся под стражей, специальные железнодорожные вагоны относятся к транспортным средствам, которые используются учреждениями уголовно-исполнительной системы для перемещения осужденных и лиц, содержащихся под стражей, при конвоировании. Спецавтомобили изготавливаются на базе грузовых, легковых автомобилей, автофургонов, автобусов; предназначены для перевозки только сидящих людей, оборудованы системой отопления, вентиляцией, освещением, биотуалетами (более 7 человек спецконтингента); имеют одну или две общих камеры и одиночные камеры, оборудованные сиденьями, длина многоместных сидений определяется из расчета не менее 45 см на одного человека, одноместного - не менее 42 см, минимальный размер одиночной камеры для спецконтингента составляет 50 x 65 см. Во всех случаях количество лиц, содержащихся под стражей и лиц личного состава, перевозимых в спецавтомобиле, не должно превышать норм, установленных для данного транспортного средства техническими характеристиками.

В результате исследования представленных суду доказательств, в частности Акта комиссионного обследования от 10.10.2016 г. спецавтомобиля КАМАЗ, имеющего 31 посадочное место для спецконтингента (л.д. 84) подтвержден заявленный истцом факт неисправности смонтированного в нем биотуалета. Установлено, что органом внутренних дел предприняты определенные меры к решению вопроса с выводом в туалет конвоируемого спецконтингента – с использованием режимного помещения ИВС ОМВД России по Карагайскому району. Вместе с тем, суд отмечает, что основной маршрут движения согласно Решения на охрану, содержание и конвоирование подозреваемых и обвиняемых в Отделе МВД России по Чайковскому району от 09.01.2017 г. (л.д. 68) не предусматривает движение через населенный пункт Карагай.

Установленные судом обстоятельства подтверждают заявленные истцом доводы о том, что от 10.10.2016 г. что при его содержании в периоды с 08.03.2017 г. по 16.03.2017 г., с 30.03.2017 г. по 06.04.2017 г., с 20.04.2017 г. по 25.04.2017 г., с 02.05.2017 г. по 05.05.2017 г. в условиях ИВС ОМВД России по Чайковскому району были нарушены такие основные принципы содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, как принципы гуманизма, уважения человеческого достоинства. Выявленные факты несоблюдения требований приведенных в решении нормативных предписаний, безусловно, повлекли нарушение прав истца, гарантированных законом, и сами по себе являются достаточными для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии со ст. 12, 151, 1069 ГК РФ является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда обоснованными.

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

При определении стоимостной оценки компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, суд принимает во внимание данные о личности истца, который, как установлено в ходе рассмотрения дела, ранее в местах лишения свободы не содержался, характер и степень нарушений, допущенных при его содержании в условиях ИВС, продолжительность периодов его нахождения в условиях, унижающих человеческое достоинство – в совокупности 27 дней. Наряду с указанным, суд учитывает отсутствие доказательств наступления каких-либо вредных необратимых негативных последствий для истца. Руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая баланс интересов сторон анализируемых правоотношений, суд определяет денежную компенсацию морального вреда, причиненного истцу в результате нарушения его нематериальных благ в размере 8000 рублей. Данная сумма, по мнению суда, в полной мере будет способствовать восстановлению нарушенных прав истца, оснований для установления денежной компенсации причиненного морального вреда в большем размере суд не усматривает.

В соответствии с положениями ст. ст. 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ причиненный истцу моральный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от имени которой выступает соответствующий финансовый орган, если в соответствии с частью 3 статьи 125 Гражданского кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

На основании п. 1 ч. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности.

В силу п. 12.1 ч. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В соответствии с п. 63 ст. 12 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 01 марта 2011 года N 248 "Вопросы Министерства внутренних дел Российской Федерации" и действовавшего до 21 декабря 2016 года, МВД России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание МВД России и реализацию возложенных на него задач, является получателем средств федерального бюджета, а также главным администратором (администратором) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Подпунктом 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21 декабря 2016 года N 699, действующего в настоящее время, также предусмотрено, что МВД России осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

Таким образом, по смыслу п. 1 ст. 125 и ст. 1071 Гражданского кодекса РФ, пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств.

Таким образом, на Министерство внутренних дел РФ, как на надлежащего ответчика, за счет казны Российской Федерации должна быть возложена обязанность по возмещению причиненного истцу вреда, в удовлетворении исковых требований, предъявленных к остальным ответчикам – надлежит отказать.

Руководствуясь ст.ст. 193-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 8 000 рублей.

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Чайковский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: