Дело № 2-231/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Первомайский районный суд города Омска

в составе председательствующего судьи Кириенко И.С.,

при секретаре Топоровой Л.Р.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске

14 февраля 2018 года

гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Сибирский государственный автомобильно- дорожный университет» о признании незаконным и отмене приказа об отстранении от работы, допуске к работе, взыскании заработной платы за дни вынужденного прогула, возложении обязанности по передаче документов в Фонд социального страхования РФ для оплаты времени нетрудоспособности, внесении изменений в табель учета рабочего времени, начислении и оплате заработной платы за рабочие дни, внесении дополнения в приказ в части допуска к прохождению обязательного периодического медицинского осмотра, взыскании компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с названным иском, свои требования мотивирует тем, что с ДД.ММ.ГГГГ он работает в должности профессора кафедры «Организация и технология строительства» ФГБОУ ВО «Сибирский государственный автомобильно-дорожный университет (СибАДИ)». ДД.ММ.ГГГГ в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления ч. 4 ст. 160 УК РФ. На основании решения Центрального суда г. Омска он был помещен в ФКУ СИЗО-1 г. Омска, где находился под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ по 11.09.2017г. он участвовал в следственных действиях. ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе, о чем им было написано заявление с указанием причины отсутствия на работе с приложением подтверждающих документов и передано работодателю. А так же им было написано заявление с просьбой предоставить очередной отпуск за 2016-2017 учебный год с 20.09.2017г. Его заявление об отпуске было удовлетворено, но не с ДД.ММ.ГГГГ, а с 18.09.2017г. по 13.11.2017г. Таким образом он находился в очередном отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В период отпуска он заболел и находился на больничном с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ после закрытия больничного листа он приехал на работу в управление кадров СибАДИ и сдал больничный лист, а так же написал заявление на продление отпуска в связи с болезнью. Тут же ему предъявили для ознакомления приказ П-17-122/К от 20.06.2017г. об отстранении от работы с ДД.ММ.ГГГГ и об отказе в выплате заработной платы на весь период следствия и до вступления решения суда в законную силу. Основанием для издания этого приказа послужила ст. 331.1 ТК РФ. Однако в период нахождения на работе с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его никто должным образом в установленные сроки не ознакомил с этим приказом под роспись, в связи с чем полагает, что такого приказа не было. Так как копию приказа ему на руки ему выдали он вынужден был написать соответствующее заявление. Незаконные действия администрации университета привели к тому, что он заболел и находился на больничном с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При сдаче больничного листа 07.12.2017г. в управление кадров университета ему объявили, что больничный оплачиваться не будет. Со ссылкой на положения ст.ст. 76, 331.1 ТК РФ, ст.ст. 16, 17, 20, 24, 29 УК РФ полагал свое отстранение считает незаконным поскольку статья, по которой ему предъявлено обвинение относится к гл. 21 УК РФ и не попадает под действия статьи 331.1 ТК РФ. В связи с незаконностью своего отстранения считает, что ФГБОУ ВО «СибАДИ» должен выплатить ему заработную плату за все время вынужденного прогула со дня увольнения до дня восстановления на работе из расчета среднемесячного заработка и оплатить ему больничные листы. Незаконные действия ректора ФГБОУ ВО «СибАДИ» причинили ему нравственные страдания, которые должны быть компенсированы в соответствии со ст. ст. 237 и 391 ТК РФ. Моральный вред оценивается им в сумме 150 000 рублей. 

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 237, 391 ТК РФ, просил обязать ФГБОУ ВО «СибАДИ» отменить приказ № П-17-122/К от 20.06.2017г. и допустить его к работе в должности профессора кафедры «Организация и технология строительства» ФГБОУ ВО «СибАДИ», взыскать с ФГБОУ ВО «СибАДИ» в его пользу заработную плату за дни вынужденного прогула, взыскать с ФГБОУ ВО «СибАДИ» в его пользу компенсацию за причиненный моральный вред в размере 150 000 рублей, оплатить больничные листы за время вынужденного прогула.

В последующем исковые требования были уточнены, с учетом уточнений истец просил признать приказ № П-17-122/К от 20.06.2017г. об отстранении от работы незаконным и отменить данный приказ, допустить его к работе в должности профессора кафедры «Организация и технология строительства» к работе. Взыскать с ФГБОУ ВО «СибАДИ» в его пользу заработную плату за дни вынужденного прогула в размере 33 217,13 рублей, компенсацию за причиненный моральный вред в размере 150 000 рублей. Обязать ФГБОУ ВО «СибАДИ» передать данные в Фонд социального страхования для оплаты больничных листов №, №, № за время вынужденного прогула. Внести изменения в табель учета рабочего времени за сентябрь 2017г, указав в отношении него рабочими днями 7 и ДД.ММ.ГГГГ, а бухгалтерии университета принять к исполнению изменения в табеле, начислить и оплатить ему рабочие дни за 7 и 11 сентября 2017 года. Внести дополнение в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № в части допуска его к прохождению обязательного периодического медицинского осмотра.

В судебном заседании уточненный иск поддержал по изложенным в иске доводам. Суду пояснил, что в отношении него действительно возбуждено уголовное дело, однако полагал, что оснований для отстранения его от исполнения трудовых обязанностей не имелось, поскольку ТК РФ не предусматривает обязанности работодателя отстранения от исполнения трудовых обязанностей работника, подвергшемуся уголовному преследованию по той статье, которая вменяется ему. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился в СИЗО, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в УФСБ, соответственно на работе не находился, трудовую деятельность не осуществлял. После окончания следственных действий, он прибыл на работу и написал заявление с указанием причин отсутствия на рабочем месте, его допустили к работе. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял трудовую деятельность, находясь на рабочем месте. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился в отпуске, в период нахождения в отпуске им был оформлен больничный лист с 10.11.по ДД.ММ.ГГГГ, по прибытию в отдел кадров для предоставления больничного его поставили в известность об его отстранении от выполнения должностных обязанностей. В сентябре 2017г. ответчик указанные дни его работы указал в табеле как рабочие дни и оплатил их. Больничные листы он предоставлял в отдел кадров. Полагал, что приказ об отстранении его от работы является незаконным, по выходу на работу его с указанным приказом своевременно не ознакомили, для ознакомления с приказом в отдел кадров его никто не приглашал, высказал предположение, что приказ был изготовлен ответчиком задним числом в период его нахождения в очередном оплачиваемом отпуске. В связи с незаконным отстранением от работы полагал необходимым взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула, а так же полагал необходимым возложить на ФГБОУ ВО «СибАДИ» обязанность по передаче данных в Фонд социального страхования для оплаты больничных листов, поскольку больничные листы так же подлежат оплате в полном объеме. Так же полагал, что он должен быть включен в график прохождениям медицинских осмотров.

Представитель ответчика по доверенности ФИО2 в судебном с предъявленными исковыми требованиями не согласилась, так же указала, что отстраняя ФИО1 от работы, ответчик руководствовался положениями абз. 4 ст. 331.1. ТК РФ, поскольку истец подвергся уголовному преследованию по ч. 4 ст. 160 УК РФ, которая отнесена к разряду тяжких преступлений, он был отстранен от осуществления преподавательской деятельности. С ДД.ММ.ГГГГ истец появился на работе, на кафедре по 

<

адрес>. Зав.кафедрой ФИО3 устно уведомила истца о необходимости явится в отдел кадров для ознакомления с приказом, однако в отдел кадров по 

<

адрес> в сентябре 2017 года истец не явился, ДД.ММ.ГГГГ был составлен акт о неявке работника для ознакомления с приказом. ДД.ММ.ГГГГ истец был отстранен от исполнения должностных обязанностей, однако, поскольку истец находился в СИЗО, ни в СИЗО, ни на домашний адрес копию приказа ему не направлялась. 13,14 сентября истец находился на рабочем месте, однако к занятиям допущен он не был, находился в кабинете. Полагала законным отстранение истца от исполнения трудовых обязанностей. Так же указала, что оплату первых трех дней больничного ФГБОУ ВО «СибАДИ» произвело, остальные дни больничных листов оплате не подлежат. Вопрос о прохождении истцом медицинского осмотра полагала не относящимся к предмету судебного разбирательства, и подлежащим рассмотрению в рамках другого процесса. 

Представитель 3-го лица по доверенности ФИО4 в судебном заседании иск полагал не подлежащим удовлетворению по требованиям относительно оплаты больничных листов. Пояснил, что по результатам проверки ФСС РФ было установлено, что работник получил нетрудоспособность за 4 дня ежегодного оплачиваемого отпуска, в связи с чем, три дня больничного были оплачены за счет работодателя, один день был оплачен Фондом. Больничный оплачивается Фондом социального страхования в случае начисления заработной платы, в связи с тем, что заработная плата истцу ответчиком не начисляется отсутствуют основания для возложения обязанности на работодателя по передаче документов в Фонд на истца. 

Изучив материалы дела, выслушав участвующих в деле лиц, свидетелей, суд полагает, что исковые требования не подлежат удовлетворению и исходит при этом из следующего.

Статья 37 Конституции Российской Федерации, закрепляя свободу труда, право каждого свободно выбирать род деятельности и профессию, а также право работника и работодателя по своему соглашению решать вопросы, связанные, в том числе, с возникновением, прекращением трудовых отношений, в то же время не препятствует установлению в федеральных законах особых условий для замещения отдельных должностей и ограничений прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите (ч. 3 ст. 3 Трудового кодекса РФ).

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 является работником ФГБОУ ВО «СибАДИ» в должности профессора кафедры «Организация и технология строительства» ФГБОУ ВО «Сибирский государственный автомобильно-дорожный университет (СибАДИ)» на 0,5 ставки по внутреннему совместительству на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ заключенному на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно трудовому договору № от 31.08.2016г., ФИО1 установлен режим работы: понедельник, среда, четверг с 8.00 до 14.30 час. 

В соответствии с номенклатурой должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, должность профессора кафедры отнесена к категории педагогических работников.

Из ответа на запрос УФСБ России по Омской области № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ следственным отделением УФСБ России по Омской области в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 160 УК РФ. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был задержан в порядке ст. 91 УПК РФ. 

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления судьи Центрального суда г. Омска ФИО1 была избрана мера процессуального пресечения в виде заключения под стражу до ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Указанный ответ на запрос получен ФГБОУ ВО «СибАДИ» ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно приказу ректора ФГБОУ ВО «СибАДИ» № П-17-122/К от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей профессора кафедры «Организация и технология строительства» с ДД.ММ.ГГГГ на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда. Согласно приказу начисление заработная плата ФИО1 в период отстранения приостановлено. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения в особо крупном размере).

Полагая, что отстранение от выполнения должностных обязанностей является неправомерным, поскольку статья по которой предъявлено обвинение относится к гл. 21 УК РФ и не попадает под действие статьи 331.1 ТК РФ, а приказ об отстранении от работы является незаконным, поскольку отстранение от выполнения должностных обязанностей произведено с нарушением норм трудового законодательства, истец обратился с обозначенным иском.

Оценивая правомерность заявленных истцом требований суд приходит к следующему. 

В силу ст. 76 ТК РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника: появившегося на работе в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда; не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; по требованию органов или должностных лиц, уполномоченных федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; в других случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими федеральными законами. В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии с положениями статьи 331.1 ТК РФ, определяющей особенности отстранения от работы педагогических работников, наряду с указанными в статье 76 настоящего Кодекса случаями работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) педагогического работника при получении от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за преступления, указанные в абзацах третьем и четвертом части 2 статьи 331 настоящего Кодекса. Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) педагогического работника на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

Согласно абз. 3,4 ч. 2 ст. 331 ТК РФ к педагогической деятельности не допускаются лица:

имеющие или имевшие судимость, подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконной госпитализации в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, и клеветы), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, основ конституционного строя и безопасности государства, мира и безопасности человечества, а также против общественной безопасности, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи;

имеющие неснятую или непогашенную судимость за иные умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления, не указанные в абзаце третьем настоящей части.

Статьей 15 УК РФ определены категории преступлений. В зависимости от характера и степени общественной опасности деяния, предусмотренные настоящим Кодексом, подразделяются на преступления небольшой тяжести, преступления средней тяжести, тяжкие преступления и особо тяжкие преступления. Тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное настоящим Кодексом, не превышает десяти лет лишения свободы. Особо тяжкими преступлениями признаются умышленные деяния, за совершение которых настоящим Кодексом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет или более строгое наказание (ч.1, 4, 5 ст. 15 УК РФ).

За преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 160 УК РФ предусмотрено наказание - лишением свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет либо без такового.

Из приведенного правового регулирования следует, что работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) педагогического работника помимо случаев, названных в ст. 76 ТК РФ, а также в случае получения от правоохранительных органов сведений о том, что данный работник подвергается уголовному преследованию за умышленные тяжкие и особо тяжкие преступления, в том числе за умышленные преступления категорий, не названных в абз. 3,4 ч. 2 ст. 331 ТК РФ, на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, являющегося педагогическим работником, было возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 160 УК РФ. Поскольку максимальное наказание за умышленное деяние, предусмотренное ч. 4 ст. 160 УК РФ, установлено в виде лишения свободы на срок до десяти лет, то согласно ч. 4 ст. 15 УК РФ преступление, по подозрению в совершении которого ФИО1 подвергся уголовному преследованию, относится к умышленным тяжким преступлениям.

В связи с тем, что в силу положений ст. 331.1 ТК РФ работодатель при получении ДД.ММ.ГГГГ от правоохранительных органов сведений о том, что данный педагогический работник подвергается уголовному преследованию за совершение умышленного тяжкого преступления, обязан был отстранить ФИО1 от работы на весь период производства по уголовному делу до его прекращения либо до вступления в силу приговора суда.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что ФИО1, являясь педагогическим работником подвергся уголовному преследованию за преступление, предусмотренное ч. 4 ст. 160 УК РФ, которое в соответствии со ст. 15 УК РФ относится к категории тяжких преступлений и, следовательно, подпадает под категории преступлений, указанные в абз 4 ч. 2 ст. 331 ТК РФ, суд приходит к выводу, что у работодателя - ФГБОУ ВО «СибАДИ» имелись правовые основания для отстранения ФИО1 от работы.

В обоснование своих доводов о незаконности приказа об отстранении от работы является истец указывает на нарушение работодателем норм трудового законодательства, в частности на несвоевременное ознакомления его с данным приказом, а так же на изготовление данного приказа «задним числом».

Между тем, из представленной в материалы дела справки № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ФИО1 находился под стражей в ФКУ СИЗО-1 г. Омска с ДД.ММ.ГГГГ по 06.09.2017г., освобожден из-под стражи на основании Постановления об изменении меры пресечения в виде заключения под стражей на подписку о невыезде и надлежащем поведении СО УФСБ России по Омской области от ДД.ММ.ГГГГ. 

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 участвовал в следственных действиях, на рабочем месте не присутствовал, трудовые обязанности не исполнял.

С ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 приступил к работе.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился в очередном отпуске с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В период отпуска истец находился на больничном с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ после закрытия больничного листа он приехал в управление кадров СибАДИ, где был ознакомлен с приказом П-17-122/К от 20.06.2017г. об отстранении от работы с ДД.ММ.ГГГГ.

Из пояснений свидетеля ФИО5, допрошенной в ходе судебного разбирательства, между тем следует, что после поступления уведомления из УФСБ о том, что истец привлечен к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 160 УК РФ, ДД.ММ.ГГГГ был издан приказ об его отстранения от работы. С ДД.ММ.ГГГГ истец находился в следственном изоляторе, возможности ознакомить его с приказом не было. ДД.ММ.ГГГГ она от и.о. заведующей кафедры узнала о том, что истец вышел на работы, она напомнила, что истец не должен быть допущен к работе, а так же она позвонила на кафедру и в личном разговоре с истцом предложила ему приехать в управление по кадрам для ознакомления с приказом от отстранении. ДД.ММ.ГГГГ истец не приехал, ДД.ММ.ГГГГ у истца был выходной, с ДД.ММ.ГГГГ истец находился в отпуске. 

Не представлено суду доказательств и того, что приказ об отстранении был изготовлен «задним числом», при том, что в ходе судебного разбирательства истцу было разъяснено права заявить ходатайство о назначении судебной экспертизы для определения давности составления приказа, от назначения и проведения которой истец отказался. В связи с чем, все доводы о том, что вышеуказанный приказ был изготовлен в другое время подлежат отклонению, как не состоятельные. С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что доводы истца о несвоевременном ознакомлении с приказом об отстранении не могут свидетельствовать о незаконность оспариваемого приказа и повлечь его отмену, поскольку у работодателя имелись основания для отстранения ФИО1 от исполнения должностных обязанностей на основании ст. 331 ТК РФ, в силу которой отстранение работника не зависит от усмотрения работодателя, а является установленной законом обязанностью.

В силу требований ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих доводов и возражений.

Проанализировав фактические обстоятельства по делу, доводы сторон и пояснения свидетелей, суд не усматривает каких-либо дискриминационных действий ответчика в отношении истца.

Таким образом, поскольку у работодателя - ФГБОУ ВО «СибАДИ» имелись правовые основания для отстранения ФИО1 от работы и процедура отстранения от исполнения должностных обязанностей работодателем не нарушена, обжалуемый истцом приказ об отстранении не может быть признан незаконным, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании незаконным и отмене приказа об отстранении его от работы, допуске к работе в должности профессора кафедры, внесении дополнения в приказ от ДД.ММ.ГГГГ №П-17-522/ОД в части допуска истца к прохождению обязательного периодического медицинского осмотра.

В силу ч. 3 ст. 76 ТК РФ в период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами, в связи с чем требования ФИО1 о взыскании заработной платы за период отстранения от работы так же удовлетворению не подлежат.

Требования истца о возложении обязанности на ФГБОУ ВО «СибАДИ» передать данные в Фонд социального страхования для оплаты больничных листов так же удовлетворению не подлежат ввиду следующего.

Согласно п. 1 ч. 2 ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности в случаях, указанных в пункте 1 части 1 статьи 5 настоящего Федерального закона, выплачивается застрахованным лицам (за исключением застрахованных лиц, добровольно вступивших в правоотношения по обязательному социальному страхованию на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством в соответствии со статьей 4.5 настоящего Федерального закона) за первые три дня временной нетрудоспособности за счет средств страхователя, а за остальной период начиная с 4-го дня временной нетрудоспособности за счет средств бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации.

В силу пп.1 п.1 ст.9 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности не назначается застрахованному лицу за период освобождения от работы с полным или частичным сохранением заработной платы или без оплаты в соответствии с законодательством Российской Федерации, за исключением случаев утраты трудоспособности работником вследствие заболевания или травмы в период ежегодного оплачиваемого отпуска.

Кроме того, согласно пи.2 п.1 ст.9 Федерального Закона № 255-ФЗ пособие по временной нетрудоспособности не назначается застрахованному лицу за период отстранения от работы в соответствии с законодательством Российской Федерации, если за этот период не начисляется заработная плата.

Как установлено в ходе судебного разбирательства, и усматривается из представленных в материалы дела документов, в частности из заявления, приказа № П-17-196/К от ДД.ММ.ГГГГ, табеля учета рабочего времени ФИО1 предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск на 56 календарных дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В бухгалтерию ФГБОУ ВО «СибАДИ» ФИО1 были представлены два листка нетрудоспособности и написаны заявления на оплату листков нетрудоспособности: № от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, № (дубликат) от ДД.ММ.ГГГГ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в дальнейшем был предъявлен также третий листок нетрудоспособности.

ФИО1 написано заявление на продление ежегодного оплачиваемого отпуска с ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, поскольку, первые 4 календарные дня нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ приходились на период нахождения ФИО1 в ежегодном оплачиваемом отпуске, а именно с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, согласно пп. 1 п. 1 ст. 9 Федерального закона № 255-ФЗ первые три календарных дня должны были быть оплачены из средств работодателя, один календарный день за счет средств Фонда социального страхования. 

Согласно представленных в материалы дела расчетного листка за январь 2018 года, ФИО1 начислено пособие по временной нетрудоспособности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ за счет работодателя в сумме 5 704 рубля 11 копеек.

Факт оплаты пособия по нетрудоспособности за 4 дня за счет ФГБОУ ВО «СибАДИ» и Фонда социального страхования истцом в судебном заседании не отрицался. 

В связи с тем, что согласно табелю учета рабочего времени Кирпичный В.Ю. отстранен от работы и начисление заработной платы за иной период работодателем не производилось, иные периоды нетрудоспособности истца в силу пп. 2 п.1 ст. 9 Федерального закона №255-ФЗ оплате не подлежит, суд не усматривает также оснований для удовлетворения исковых требований истца о возложении обязанности по передаче документов в Фонд социального страхования РФ для оплаты времени нетрудоспособности.

Касаемо заявленного истцом требования о внесении изменений в табель учета рабочего времени кафедры «Организация и технология строительства» за сентябрь 2017, проставив рабочими днями 1 и ДД.ММ.ГГГГ, а бухгалтерии университета принять к исполнению изменения в табеле, начислить и оплатить рабочие дни, суд также не усматривает оснований для удовлетворения указанных требований. 

В силу ч. 1 ст. 91 ТК РФ рабочим временем признается время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Как установлено судом в судебном заседании и не оспаривалось сторонами, истец с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 участвовал в следственных действиях, доказательств нахождения на рабочем месте и исполнения им своих трудовых обязанностей, либо осуществления каких-либо действий в интересах работодателя либо по его поручению суду не представлено. Ввиду отстранения истца о работы ответчиком оснований считать 07 и ДД.ММ.ГГГГ рабочим временем у суда не имеется, в связи с чем указанные дня работодателем обоснованно не были оплачены истцу. 

В связи с отказом в удовлетворении требований истца о признании приказа об отстранении от работы незаконным, у суда так же отсутствуют основания для удовлетворения требований о взыскании с ответчика морального вреда, поскольку действий, нарушающих личные неимущественные права истца либо посягающих на принадлежащие ему другие нематериальные блага, а также случаев, предусмотренных законом, судом не установлено.

Рассматривая дело, суд определив обстоятельства, имеющие значение для дела, и в соответствии с требованиями закона, регулирующего данные правоотношения, приходит к выводу об отсутствии оснований, предусмотренных законом, для удовлетворения заявленных истцом исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Сибирский государственный автомобильно- дорожный университет» о признании незаконным и отмене приказа об отстранении от работы, допуске к работе, взыскании заработной платы за дни вынужденного прогула, возложении обязанности по передаче документов в Фонд социального страхования РФ для оплаты времени нетрудоспособности, внесении изменений в табель учета рабочего времени, начислении и оплате заработной платы за рабочие дни, внесении дополнения в приказ в части допуска к прохождению обязательного периодического медицинского осмотра, взыскании компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Первомайский районный суд г. Омска в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 19.02.2018.