Дело № 2-828/2017

<

данные изъяты>

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль 27 октября 2017 года

Заволжский районный суд города Ярославля в составе

председательствующего судьи Ратехиной В.А., 

при секретаре Сизоненко Д.А. 

с участием прокурора Бурлаковой Е.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Ярославле гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском к ФИО2 В обоснование исковых требований указано, что 24.10.2015 г. стороны находились в помещении правления ГСК «Урожай» по адресу: 

<

...>. Во время пребывания в помещении в рабочее время между председателем кооператива ФИО1 и ФИО2 произошел конфликт, в ходе которого ответчик взяла со стола сотовый телефон, принадлежащий ФИО1, и бросила его в ФИО1, попав в область головы и причинив вред здоровью средней тяжести. В этот же день ФИО1 была доставлена на скорой в приемное отделение ГАУЗ ЯО КБ СМП им. Н.В.Соловьева, по результатам обследования истцу было показана срочная госпитализация. В связи с наличием уважительных причин ФИО1 отказалась от госпитализации и прошла амбулаторное лечение по месту жительства в ГУЗ ЯО «Больница № 7» в течение 6-ти недель. Одновременно 24.10.2015 г. ФИО1 обратилась в ОП «Заволжский» УМВД России по г. Ярославлю с заявлением, в котором просила привлечь ФИО2 к уголовной ответственности. 12.01.2017 г. было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по ст. 112 ч. 2 п. 3, ст. 167 ч. 1 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. В результате противоправных действий ФИО2 истцу причинены физические и нравственные страданий, связанные как с физической болью от полученной травмы непосредственно на месте происшествия, так и с последующими болевыми ощущениями в связи с причинением вреда здоровью, что изменило привычный образ жизни истца. Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просила взыскать с ответчика расходы на лекарственные препараты в сумме 3563,99 руб., транспортные расходы в сумме 504 руб., в счет компенсации морального вреда 200 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины. 

В судебном заседании истец ФИО1 свои исковые требования поддержала, суду изложила обстоятельства, указанные в исковом заявлении.

Ответчик ФИО2 против удовлетворения иска возражала по доводам, изложенным в письменных возражениях (л.д. 56-62), полагала, что все обстоятельства дела были установлены только со слов истца, свидетелей данного конфликта не было. Умысла на причинение вреда здоровью ФИО1 у ответчика не было. Являясь бухгалтером и ранее членом правления кооператива, ответчик заботилась о порядке и финансовой дисциплине, неоднократно просила истца не заряжать сотовый телефон во время работы в кооперативе. Увидев, что телефон находился на зарядке, от досады протянула руку, взяла телефон и бросила его с целью отключения в сторону истца, вместе с тем, не видела, как телефон попал в ФИО1 Поскольку истец нагнулась для того чтобы поднять телефон, она могла удариться головой об угол стула или дверцу стола. Таким образом, отсутствует причинно-следственная связь между действиями ответчика и наступившими для истца последствиями. Кроме того, по мнению ответчика, удар пришелся в височную, а не заушную область головы. Вреда здоровью истца ответчик не причиняла, травмы не было, истец симулировала якобы возникшее заболевание. В части транспортных расходов представила контррасчет, согласно которому размер данных расходов должен составлять 171 руб. (л.д. 130). Одновременно указала на пропуск истцом срока исковой давности, который для заявленных требований установлен в 1 год.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 показал, что является врачом-нейрохирургом ГАУЗ ЯО КБ СМП им. Н.В.Соловьева, подтвердил данное им медицинское заключение от 29.10.2015 г. Показал, что ушиб, кровоподтек мягких тканей височной области справа мог перейти в заушную область.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО8 показал, что является судебно-медицинским экспертом ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», полностью подтвердил выводы, указанные им в заключении № 1525 от 14.07.2016 г. Пояснил, что височная область головы включает в себя заушную, поскольку располагается за ухом. Каких-либо противоречий в локализации ушиба и кровоподтека установлено не было.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 показал, что работал сторожем в кооперативе. 24.10.2015 г. услышал брань, шум, подойдя к кабинету, увидел, что ФИО2 вцепилась в ФИО1 Он был вынужден приподнять ФИО3 и выставить ее в коридор. В дальнейшем ФИО1 показала ему разбитый телефон и гематому у правого уха. Вместе с тем, непосредственно обстоятельств, при которых были причинены телесные повреждения, свидетель не наблюдал.Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом. 

Заслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей ФИО7, ФИО8, ФИО9, исследовав письменные материалы дела, обозрев материалы проверки КУСП № 22469 от 24.10.2015 г., № 22644 от 27.10.2015 г., № 24743 от 23.11.2015 г., № 2219 от 02.02.2016 г., № 22453 от 24.10.2015 г., заключение прокурора, полагавшего исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 2 Конституции РФ человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Конституция Российской Федерации ставит право на жизнь, здоровье в ранг естественных и неотчуждаемых прав личности, что предполагает эффективную охрану и защиту этих прав. Открытый перечень охраняемых законом неимущественных благ приведен в ст.ст. 20-23 Конституции Российской Федерации, части 1 статьи 150 ГК РФ, в том числе, к ним относятся жизнь и здоровье.

Согласно ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или является лицом, в силу закона обязанным возместить вред. 

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы это право не было нарушено (упущенная выгода).

Из материалов дела следует, что 24.10.2015 г. стороны находились в помещении правления ГСК «Урожай» по адресу: 

<

...>. Во время пребывания в помещении в рабочее время между председателем кооператива ФИО1 и бухгалтером ФИО2 произошел конфликт, в ходе которого ответчик взяла со стола сотовый телефон, принадлежащий ФИО1, и бросила его в сторону ФИО1, попав в область головы и причинив вред здоровью средней тяжести. В этот же день ФИО1 была доставлена на скорой в приемное отделение ГАУЗ ЯО КБ СМП им. Н.В.Соловьева. По результатам обследования истцу было показана срочная госпитализация. В связи с наличием уважительных причин ФИО1 отказалась от госпитализации и в дальнейшем прошла амбулаторное лечение по месту жительства в ГУЗ ЯО «Больница № 7». Согласно справке врача-нейрохирурга Н.Н. Тупало от 24.10.2015 г. в отношении ФИО1 был установлен диагноз: 

<

данные изъяты> (л.д. 9). 29.10.2015 г. выдано медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, содержащее аналогичный диагноз (л.д. 143, материалы КУСП).

Согласно заключению № 1525 от 14.07.2016 г. эксперта ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО4 по данным представленной медицинской документации у гр-ки ФИО1 имелась закрытая черепно-мозговая травма: ссадина и кровоподтек в правой заушной области с переходом на заднюю поверхность правой ушной раковины, ушиб головного мозга легкой степени, которая повлекла длительное расстройство здоровья, и по этому признаку причиненный вред здоровью относится к средней тяжести в соответствии с п. 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 г. № 194н. Вышеуказанная 

<

данные изъяты> могла возникнуть от однократного ударного воздействия тупого твердого предмета в срок, указанный в постановлении. С учетом характера травмы и локализации повреждений, входящих в ее состав, нельзя исключить возможности ее причинения при обстоятельствах, указанных ФИО1 в протоколе осмотра места происшествия от 17.06.2016 г., а именно: «Перлович вскочила со стула, схватила со стола телефон ФИО1 и с силой кинула его в Ефимову. ФИО1, чтобы укрыться от телефона, повернулась в правый угол, лицом, поэтому удар телефона пришелся в правую заушную область» (материалы КУСП). 

Постановлением ОП «Заволжский» УМВД России по г. Ярославлю от 12.01.2017 г. в возбуждении уголовного дела по факту причинения 24.10.2015 г. телесных повреждений ФИО1 по адресу: 

<

...> ГСК «Урожай» в отношении ФИО2 отказано за отсутствием в ее действиях состава преступления, предусмотренного п.з ч.2 ст. 112 УК РФ. Согласно собранным материалам по произошедшим событиям ФИО2 не осознавала общественной опасности своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла это осознавать, в связи с чем данное деяние было совершено по небрежности, то есть ответчик не просчитала траекторию полета телефона, а также того момента, что ФИО1 может отвернуться лицом в правый угол помещения, и брошенный ФИО2 телефон попадет ФИО1 в голову. Одновременно ФИО1 было разъяснено ее право обратиться в суд в порядке гражданского судопроизводства с целью возмещения морального вреда и возмещения затрат на лечение, связанное с получением указанной травмы.

Суд приходит к выводу о том, что между действиями ответчика ФИО2 и полученными 24.10.2015 г. телесными повреждениями ФИО1 имеется причинно-следственная связь. При этом доводы ответчика об отсутствии таковой ничем не подтверждены, являются голословными. Доказательств того, что истец могла самостоятельно удариться головой об угол стула или дверцу стола, материалы дела не содержат. Доказательств наличия каких-либо иных обстоятельств, при которых истец могла получить вышеназванные телесные повреждения, ответчик не предоставил. 

Суд считает, что объяснение ответчика относительно того, что она не видела, как и при каких обстоятельствах телефон попал в ФИО1, является занятой позицией и избранной тактикой защиты ответчика по делу, и направлено на искажение действительных обстоятельств. Суд учитывает, что ответчик не отрицает, что действительно бросала в сторону истца телефон. Более того, согласно объяснениям ФИО2 и дополнениям от 12.05.2016 г. (в материалах КУСП), ответчик допускала то обстоятельство, что телефон мог попасть в область головы истца случайно, умысла на причинение телесных повреждений ФИО1 у ФИО2 не было. Помимо заключения № 1525 от 14.07.2016 г. эксперта ГУЗ ЯО «Ярославское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» ФИО8, суд учитывает имеющуюся в материалах КУСП схему места происшествия, на которой зафиксированы размеры помещения, расположение мебели в кабинете и рабочие места истца и ответчика, а также материалы фотофиксации (л.д. 115-119).

В соответствии со ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающие на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причин вред. 

Согласно правовой позиции, предусмотренной п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно п.32 Постановления Пленума ВС РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В связи с изложенным, истец вправе ставить вопрос о взыскании с ответчика компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства причинения телесных повреждений, явившихся результатом конфликта сторон, характер, объем и степень вреда (средней тяжести), причиненного здоровью истца в результате действий ответчика. По данному факту причинения вреда здоровью составлен акт о несчастном случае на производстве № 1 от 28.12.2015 г., проведено его расследование (л.д. 101-106, 134-173). 

Суд учитывает причинение истцу физических страданий, связанных как с физической болью от полученной травмы непосредственно на месте происшествия, так и с последующими болевыми ощущениями в связи с причинением вреда здоровью, что изменило в худшую сторону привычный образ жизни истца, истец была вынуждена пройти лечение, результатом которого явилось выздоровление. Суд также учитывает вину ответчика (неосторожность), период лечения, пенсионный возраст истца и ответчика, материальное положение ответчика (л.д. 131-132). Суд находит обоснованным довод истца о том, что в результате телесных повреждений истец испытал не только физические, но и нравственные страдания, выразившиеся в психологическом потрясении и переживаниях по поводу своей деловой репутации и имиджа руководителя. 

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. С учетом принципа разумности, соразмерности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 75 000 руб. 

Согласно заключению ГУ – Ярославское региональное отделение ФСС РФ (л.д. 133) указанный несчастный случай был квалифицирован как страховой. Согласно отзыву третьего лица, истцу было выплачено пособие по временной нетрудоспособности в сумме 8236,62 руб. за 42 календарных дня. Кроме того, отделением Фонда лечебным учреждениям были оплачены расходы на медицинскую реабилитацию истца за период временной нетрудоспособности в сумме 3169 руб. Согласно справке о заключительном диагнозе последствием несчастного случая на производстве явилось выздоровление истца (л.д. 151).

Из медицинской карты, листков нетрудоспособности ФИО1 следует, что она находилась на амбулаторном лечении с 24.10.2015 г. по 04.12.2015 г. у врача невролога (л.д. 69-95, 98-101), ей было назначено лечение. 

Согласно положениям п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Объем и размер возмещения вреда, причитающегося потерпевшему в соответствии с настоящей статьей, могут быть увеличены законом или договором (п.3 ст. 1085 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в пп. «б» п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно ст. 1085 ГК РФ в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включается: расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из имеющихся в материалах дела кассовых и товарных чеков на оплату лекарственных средств следует, что истец приобрела лекарственные препараты согласно назначениям врача на общую сумму 3563,99 руб. Представленные суду надлежащие письменные доказательства свидетельствуют о том, что истец нуждалась в лекарственных препаратах и не имела права на их бесплатное получение, доказательств обратного суду не предоставлено (л.д. 10-14, 40-53). Также истцом заявлены требования о возмещении транспортных расходов в сумме 504 руб., из них суд находит обоснованными и связанными с произошедшим событием, поездками на приемы к врачу, эксперту, в полицию в общей сумме 162 руб., а именно: 24.10.2015 г. – 72 руб.; 26.10.2015 г. – 18 руб., 02.12.2015 г. – 36 руб.; 25.12.2015 г. – 36 руб. (л.д. 54-55).

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняются, поскольку основаны на неверном понимании положений закона. Согласно п. 1 ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 ГК РФ. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 2 ст. 200 ГК РФ). В силу положений ст. 208 ГК РФ исковая давность, по общему правилу, не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, а также требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. При этом требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска, по общему правилу. В связи с тем, что исковое заявление подано в суд истцом 17.03.2017 г., срок исковой давности по имущественным требованиям истцом не пропущен. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 56, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба 3725,99 руб., в счет компенсации морального вреда 75 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб., а всего взыскать 79 025,99 руб. (Семьдесят девять тысяч двадцать пять рублей 99 копеек). 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Заволжский районный суд города Ярославля.

Судья В.А. Ратехина