Дело № 2-592/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Увельский Челябинской области 28 октября 2020 года

Увельский районный суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Гафаровой А.П.,

при секретаре Величко Н.С., 

с участием помощника прокурора Петровой М.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Экология Югры» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Экология Югры» (далее по тексту – ООО «Экология Югры») о взыскании компенсации морального вреда в размере 3000000 рублей в результате несчастного случая на производстве.

В обоснование заявленных требований указано на то, что 23 апреля 2020 года при исполнении трудовых обязанностей в ООО «Экология Югры» с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил 

<

данные изъяты>. По данному факту 22 мая 2020 года работодателем был составлен акт № о несчастном случае на производстве, из которого следует, что ответчик допустил нарушение требований охраны труда, что явилось причиной несчастного случая. Указанные в акте о несчастном случае на производстве телесные повреждения относится к категории тяжелой степени. Истец полагает, что тяжкий вред его здоровью причинен вследствие ненадлежащего исполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда, поскольку ремонт колес не входил в его обязанности как машиниста экскаватора, а по указанию главного механика ФИО2 он был направлен на эту работу. В результате полученных производственных травм он проходил стационарное и амбулаторное лечение длительностью 85 дней. В момент получения травмы и в процессе лечения, истец испытывал физическую боль, перенес ряд медицинских вмешательств, хирургические операции, в связи с чем, состояние здоровья ухудшилось. В результате полученного трудового увечья у него нарушен привычный уклад жизни, лишен возможности продолжить работу по ранее выбранной специальности, находясь в молодом возрасте, лишен возможности вести активный образ жизни. Был вынужден самостоятельно и за собственный счет возвращаться домой, после полученных травм. Работодатель равнодушно отнесся к истцу, никакой помощи и поддержки не оказывал, извинений в его адрес не принес, состоянием его здоровья не интересуется. Истец переживает о том, что в связи с полученными травмами, он потерял выбранную для себя работу, которая для него был перспективной, безопасной и с хорошей заработной платой. Сложившаяся ситуация является для истца психологически очень тяжелой, причиняет сильные нравственные страдания, поведение ответчика в отношении него неожиданное, обидное и унижающее. 

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требованиях настаивал по доводам и основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснил, что из-за полученной травмы у него распалась семья, он также не может продолжать заниматься спортом.

Представитель ответчика ООО «Экология Югры» ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, пояснил, что требования истца о возмещении ущерба не основаны на законе и не доказана прямая причинно-следственная связь между причиненным вредом здоровью и действиями ответчика. Полагает, что истец выполнял работу, которая привела к травме на производстве, по своему желанию, чем отразил личную недисциплинированность, которая привела к нарушению техники безопасности и охраны труда на предприятии, поэтому просит считать неустановленным факт причинения какого-либо вреда здоровью истца по вине ответчика, а вину ответчика – недоказанной (т. 2 л.д. 140-146). 

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора Петровой М.В., полагавшей исковые требования подлежащими удовлетворению в размере, соответствующем требованиями разумности и соразмерности, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 2 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Судом установлено и следует из материалов дела, что 30 ноября 2019 года ФИО1 был принят на работу в ООО «Экология Югры» во вспомогательное подразделение подсобным рабочим производственного участка (т. 1 л.д. 111), затем на основании приказа от 16 декабря 2019 года № был переведен в колонну тракторной техники машинистом экскаватора 5 (пятого) разряда (т.1 л.д. 113). 

Согласно должностной инструкции машиниста экскаватора, утвержденной 12 января 2018 года генеральным директором ООО «Экология Югры», ФИО1 в своей деятельности должен руководствоваться нормативными актами по вопросам выполняемой работы, методическими материалами, касающимися соответствующих вопросов, Уставом организации, Правилами трудового распорядка, приказами и распоряжениями руководителя Общества, непосредственного руководителя, а также, настоящей должностной инструкцией (п. 1.3.). В должностные обязанности ФИО1 входило осуществление следующих функций: 3.1. Управление экскаватором при производстве вскрышных, добычных, переэкскавационных, зачистных, отвальных и погрузочно-разгрузочных работ; 3.2. Разработка горной массы и грунта; 3.3. Перемещение различных материалов на складах, на транспортные средства, в отвал; 3.4. Перемещение грунта на борт карьера или в отвал; 3.5. Планировка забоя, верхней и нижней площадок уступа; перемещение экскаватора в процессе работы; 3.6. Регулирование ходовых механизмов; 3.7. Очистку габарита на приямке; 3.8. Обеспечение технически правильной разработки забоя и эффективного использования экскаватора; 3.9. Послойная разработка грунта; 3.10. Обеспечение выемки грунта по сортам; 3.11. Погрузку грунта в думпкары, на платформы, автомашины и в бункера; 3.12. Укладку породы в выработанном пространстве и на отвале; 3.13. Производство селективной разработки забоя; 3.14. Профилирование трассы экскаватора; 3.15. Очистку от породы транспортных средств и железнодорожных путей; 3.16. Заправку экскаватора горючими и смазочными материалами и водой; 3.17. Наблюдение за показаниями средств измерений, прочностью канатов, креплением двигателей, тормозными устройствами; 3.18. Опробование ходовых механизмов; 3.19. Очистку ковша, ходовой части от налипшего грунта; 3.20. Укладку щитов настила и еланей под экскаватор; 3.21. Ведение установленной технической документации; 3.22. Профилактический осмотр и участие в ремонте экскаватора; 3.23. Обслуживание сменного навесного оборудования экскаватора (погрузочного устройства, кабелепередвижчика и так далее) (т. 2 л.д. 100-103).

Из материалов дела, объяснений истца следует, что 23 апреля 2020 года около 10 часов 25 минут на участке производственной базы ООО «Экология Югры», расположенной по адресу: 

<

адрес> в результате перебортовки и накачки колеса автомобиля марки КАМА 1260, 2019 года произошел взрыв, вследствие чего ФИО1 получил травму.

По факту произошедшего несчастного случая работодателем составлен Акт № о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 22 мая 2020 года (т. 1 л.д. 7-14, 153-160).

Из указанного акта следует, что 23 апреля 2020 года ФИО1 был задействован в установке удлинителя для подкачки колеса автомобиля МАЗ, государственный регистрационный знак №, при этом произошел хлопок и ФИО1 отбросило в сторону. 

Из пояснений ФИО4 – слесаря по ремонту автомобиля - следует, что он поставил колесо от автомобиля на подкачку компрессором и пошел заниматься ремонтом камеры колеса на автомобиль МАЗ, государственный знак № в ремонтную мастерскую. Услышав, что компрессор остановился, ФИО4 вышел из ремонтной мастерской и увидел машиниста экскаватора ФИО1, который сидел сверху на колесе и прикручивал удлинитель для подкачки этого колеса. В этот момент произошел хлопок, в результате которого ФИО1 был отброшен в сторону. Кто давал задание пострадавшему ФИО1 лично не видел.

Из пояснений ФИО5 – водителя автомобиля - следует, что он занимался установкой переднего колеса на автомобиль МАЗ, государственный номер №, совместно со слесарем по автомобилю ФИО6 Услышав хлопок, обернулся и увидел в воздухе машиниста экскаватора ФИО1 Кто давал задание пострадавшему ФИО1 он не видел и не слышал.

Из пояснений ФИО6 – слесаря по ремонту автомобилей - следует, что он занимался установкой переднего колеса на автомобиль МАЗ, государственный регистрационный знак № совместно с водителем автомобиля ФИО5 Он видел, как ФИО1 находился сверху на колесе и поправлял шланг подкачки, поскольку находился в прямой зоне видимости от него. Произошел хлопок, в результате чего ФИО1 был отброшен вверх. Кто давал задание ФИО1 он не видел.

ФИО4, ФИО5, ФИО6 истцу была оказана первая медицинская помощь.

Из пояснений ФИО2 – главного механика - следует, что 23 апреля 2020 года около 10 часов 25 минут ему сообщили о травмировании машиниста экскаватора ФИО1, произошедшем на территории производственной базы ООО «Экология Югры».

Причинами несчастного случая явились: нарушение технологического процесса (код 05), выразившееся в выполнении шиномонтажных работ без использования предназначенных для этого устройств, оборудования, приспособлений и инструмента с обязательным применением специальных ограждений, обеспечивающих безопасность работающих (нарушение п. 4.9. инструкции по охране труда при снятии и установке колес автомобиля ИОТ-В № 2.041-20); использование пострадавшего не по специальности (код 14), выразившееся в допуске к выполнению шиномонтажных работ не обученного персонала; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в отсутствии надлежащего контроля со стороны инженерно-технических работников за организацией безопасного ведения работ в соответствии с требованиями правил и норм безопасности при наличие шин установленных приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 06 февраля 2018 года № 59н «Об утверждении Правил по охране труда на автомобильном транспорте»; Типовой инструкцией № 5 по охране труда для монтировщика шин (ТОИ Р-200-05-95), утвержденной приказом Департамента автомобильного транспорта Минтранса России от 27 февраля 1996 года № 16. 

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, явились: ФИО7 – начальник участка производственной базы ООО «Экология Югры» - допустивший выполнение пострадавшим шиномонтажных работ без использования предназначенных для этого устройств, оборудования, приспособлений и инструмента с обязательным применением специальных ограждений, обеспечивающих безопасность работающих, чем нарушил требования п. 4.9. инструкции по охране труда при снятии и установке колес автомобиля ИОТ-В № 2.041-20, не обеспечил осуществление постоянного контроля за работниками Общества, чем нарушил требования п. 2.8. должностной инструкции начальника участка; ФИО2 – главный механик ООО «Экология Югры» - допустивший не обученного работника (пострадавшего) к выполнению шиномонтажных работ, чем нарушил требования п. 2.18, 2.33, 3.6 должностной инструкции главного механика; ФИО8 – главный инженер ООО «Экология Югры» - не осуществивший надлежащий контроль со стороны инженерно-технических работников ООО «Экология Югры» за обеспечением правильной организации и безопасного ведения работ при накачке шин, чем нарушил требования п. 2.7. должностной инструкции. 

При этом, факт грубой неосторожности пострадавшего ФИО1 комиссия по расследованию несчастного случая на производстве не установила.

В результате несчастного случая на производстве, ФИО1, согласно акту, причинены 

<

данные изъяты>. Согласно «схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» указанное повреждение относится к категории – тяжелых (л.д. 12). 

В связи с произошедшим несчастным случаем ФИО1 в период с 23 апреля 2020 года по 27 апреля 2020 года находился в стационарном лечении в 

<

данные изъяты> отделении Бюджетного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» (л.д. 27).

В дальнейшем ФИО1 проходил амбулаторное лечение с 06 мая 2020 года по 15 июля 2020 года у врача 

<

данные изъяты> ГБУЗ «Районная больница п. Увельский». 

Заключением врачебной комиссии № от 15 июля 2020 года ФИО1 рекомендован труд 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 74).

Согласно записям от 06, 13, 20 мая, 03, 17, 30 июня, 15 июля 2020 года, содержащимся в медицинской карте, истец имеет жалобы 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 75-100). 

28 июля 2020 года ФИО1 проведена консультация рентгенограмм 

<

данные изъяты>. На представленных рентгенограммах определяются 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 100). 

06 октября 2020 года ФИО1 обратился в Медицинскую клинику «Эф Эм Си», ему была проведена рентгенография 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 101). 

По результатам повторного обращения в Медицинскую клинику «Эф Эм Си» 26 октября 2020 года истцу проведена рентгенография 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 102). 

Таким образом, проанализировав представленные истцом доказательства в подтверждение доводов о наличии у него заболеваний, которые существенно ухудшили качество его жизни и привели к значительным материальным затратам на лечение, суд приходит к выводу о том, что у истца действительно имеется ряд заболеваний, при этом из представленных суду медицинских документов очевидно следует, что причиной их возникновения послужило получение травмы на производстве 23 апреля 2020 года.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с требованиями ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; ознакомление работников с требованиями охраны труда.

Согласно ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2 и 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статья 210 Трудового кодекса Российской Федерации определяет основные направления государственной политики в области охраны труда. К ним, в частности, относится защита законных интересов работников, пострадавших от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, а также членов их семей на основе обязательного социального страхования работников от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний предусматривает, в том числе возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору. Данные отношения регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абз. 2 п. 3 ст. 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно ст. 3 данного Федерального закона несчастный случай на производстве – событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В соответствии со ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации, несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя, при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлений иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, подлежат расследованию и учету в соответствии с требованиями трудового законодательства.

Из приведенных нормативных положений следует, что ответственность работодателя за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, наступает при наличии вины работодателя в необеспечении безопасных условий труда, бремя доказывания отсутствия вины в причинении вреда здоровью работника лежит на работодателе.

При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Противоправность действий ООО «Экология Югры» выразилась в не исполнении обязанности по созданию истцу безопасных условий труда, что подтверждается Актом № формы Н-1 от 22 мая 2020 года. Полученная истцом травма подтверждает, что работодатель не выполнил своих обязанностей по обеспечению безопасности истца при осуществлении им трудовых обязанностей, исполняемых не по специальности, выразившаяся в допуске к выполнению шиномонтажных работ не обученного персонала. 

Оспаривая данное обстоятельство, ответчик указывает на то, что истец выполнял иную работу по своему желанию, что явилось личной недисциплинированностью. Кроме того, указывает на то, что отсутствует прямая причинно-следственная связь между действиями (бездействием) работодателя и причинением тяжкого вреда здоровью истца. 

Между тем, Актом № формы Н-1 от 22 мая 2020 года установлен несчастный случай, произошедший на производстве ООО «Экология Югры» оп вине работодателя и применены дисциплинарные взыскания к главному инженеру ФИО8 в виде выговора за нарушение требований охраны труда и п. 2.7. должностной инструкции главного инженера ООО «Экология Югры»; к главному механику ФИО2 в виде выговора за нарушение требований охраны труда и пп. 2.18, 2.33, 3.6 должностной инструкции главного механика ООО «Экология Югры»; к начальнику участка ФИО7 в виде выговора за нарушение требований охраны труда и п. 2.8 должностной инструкции начальника участка ООО «Экология Югры». Факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего, содействовавшей возникновению или увеличению вреда его здоровью, комиссией не установлено. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о наличии вины работодателя в причинении вреда здоровью истцу, в связи с чем полагает, что имеются правовые основания для возложения на ответчика обязанности по компенсации морального вреда истцу.

В силу требований ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Согласно разъяснениям, содержащемся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Из разъяснений, данных в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, в связи с чем потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда должен основываться на характере и объеме причиненных потерпевшему нравственных и физических страданий, с учетом разумности и справедливости.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 пояснила, что ее сына ФИО1 привезли домой в тяжелом состоянии, 

<

данные изъяты>. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 пояснил, что со слов работников, которые находились рядом с ФИО1, ему известно, что они все курили, Геннадий сидел на колесе рядом, остальные работники видели, как хлопнуло колесо. Также свидетель пояснил, что он провел инструктаж, задания он вписывает в журнал заданий. В тот день он дал задание ФИО1 заниматься ремонтом экскаватора, при этом он видел, как тот он ушел в сторону экскаватора. Ему не известно, почему он перестал выполнять свои должностные обязанности, у него есть свои должностные инструкции, предположил, что работник хотел помочь.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства несчастного случая, тяжесть причиненного вреда здоровью истца, последствия травмы, его возраст на момент несчастного случая, периоды нахождения на стационарном и амбулаторном лечении, изменение привычного образа жизни, степень перенесенных физических и нравственных страданий.

При этом суд учитывает, что истец приступил к исполнению работы, не предусмотренной его должностной инструкцией, при этом суду не представлено доказательств того, что истец не имел возможности отказаться от выполнения указанной работы, более того, суд учитывает положения п. 4.2, п. 5.5 должностной инструкции машиниста экскаватора, согласно которым он имел право сообщить непосредственному руководителю о недостатках в деятельности организации, о также нес ответственность за оперативное принятие мер, включая своевременное информирование руководства по пресечению выявленных нарушений правил техники безопасности. Из пояснений истца следует, что он понимал, что его привлекают к осуществлению работ по ремонту колеса, не входящих в его должностные обязанности, что он не проходил инструктаж по технике безопасности по производству именно данных работ, однако не отказался от выполнения данной работы, не сообщил руководству о том, что его привлекают к выполнению данной работы (т. 1 л.д. 213-216).

Доводы истца о том, что данная травма послужила причиной распада его семьи, и о том, что ранее он занимался спортом и в настоящее время лишен такой возможности, что существенно изменило привычный для него уклад жизни, опровергнуты показаниями свидетеля ФИО9 

Вместе с тем, суд не может согласиться с доводами ответчика об отказе в удовлетворении требований истца, поскольку собранными по делу доказательствами, в том числе материалами проверки по факту несчастного случая на производстве установлена вина работодателя. 

Также суд не находит оснований для применения ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку грубой неосторожности потерпевшего, которая бы содействовала возникновению или увеличению вреда не установлено. 

Учитывая изложенное, а также требования разумности и справедливости, соблюдения принципа баланса интересов сторон, суд приходит к выводу, что соответствующей степени перенесенных страданий будет являться сумма в размере 60 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 данного Кодекса.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы – по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, а также смертью кормильца, от уплаты государственной пошлины освобождаются.

Таким образом, если истец был освобожден от уплаты государственной пошлины, она взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, пропорционально удовлетворенной части исковых требований исходя из той суммы, которую должен был уплатить истец, если бы он не был освобожден от уплаты государственной пошлины.

Учитывая изложенное, поскольку требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены частично, в соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ООО «Экология Югры» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 103, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Экология Югры» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Экология Югры» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Экология Югры» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд через Увельский районный суд Челябинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий А.П. Гафарова

Мотивированное решение изготовлено 05 ноября 2020 года.