Дело: № 2-2872/18г.

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 сентября 2018 года г. Нижний Новгород

Сормовский районный суд города Нижнего Новгорода в составе 

председательствующего судьи Савченко Е.А. 

при секретаре ФИО5

с участием истца ФИО2, представителя истца ФИО6, ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав требований, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3 в котором просит признать недействительным договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Фондом «Жизнь после войны» и ФИО3, указав, что Решением Сормовского районного суда от 27.11.2017г. по делу № с истца в пользу Фонда «Жизнь после войны» взыскано неосновательное обогащение и госпошлина всего в размере 100 289,22 руб. Решение не исполнено. В настоящее время Ответчиком ФИО3 в Сормовский районный суд подано Ходатайство о замене стороны правопреемником по делу №. В качестве основания правопреемства заявителем указан Договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГг., заключенный между Фондом «Жизнь после войны» («Цедент») и ФИО3 («Цессионарий»). Согласно п. 1.1. указанного Договора задолженность ФИО2, взысканная решением Сормовского районного суда от 27.11.2017г., в полном объеме 100 289,22 руб. передана ФИО3. Однако, данный Договор уступки прав требования от ДД.ММ.ГГГГг. является недействительным по следующим основаниям: Договор уступки прав требования заключен 27.03.2018г. В этот период Фонд «Жизнь после войны» был ликвидирован на основании вступившего в законную силу решения суда. Запись о ликвидации внесена в ЕГРЮЛ 28.03.2018г. Решением Советского районного суда от 24.01.2018г. были удовлетворены административные исковые требования Главного управления Минюста России по 

<

адрес> к Фонду "Жизнь после войны" о ликвидации и исключении его из Единого государственного реестра юридических лиц. Решение не обжаловано и вступило в законную силу 26.02.2018г. Директор Фонда «Жизнь после войны» ФИО7 был привлечен в данное дело в качестве заинтересованного лица. Более того, как установлено решением Советского районного суда г.Н.Новгорода от 24.01.2018г.: в адрес Главного управления Министерства юстиции Российской Федерации по 

<

адрес> 14.11.2017г. поступило заявление от руководителя Организации с просьбой ликвидировать Организацию в связи с недостаточностью имущества фонда, необходимого для осуществления его уставных целей и задач, вероятность получения необходимого имущества нереальна. Таким образом, не знать о вынесенном решении Советского районного суда Директор Фонда «Жизнь после войны» ФИО7 не мог.

Истец также является одновременно кредитором Фонда «Жизнь после войны». В ее пользу Сормовским районным судом г.Н.Новгорода взысканы судебные расходы по делу № в размере 10 000 руб. Исполнительный лист выдан ДД.ММ.ГГГГ

<

адрес>, решение суда до настоящего времени не исполнено. Истица предъявляла исполнительный лист ко взысканию, но у Фонда отсутствовали денежные средства. Ликвидируясь, Фонд должен был в первую очередь предпринять действия по погашению кредиторской задолженности. Однако, в нарушение закона, этого сделано не было.

В соответствии с п.3.1. Договора уступки прав требования от 27.03.2018г. стоимость уступленных прав оценена в 100 289,22 руб. п.3.3. Договора предусмотрен порядок оплаты передаваемых прав: на стоимость уступленных прав требования стороны проводят зачет взаимных требования по настоящему соглашению и по оплате задолженности по договору подряда № от 09.01.2018г.

Однако, что это за договор подряда, какие работы выполнялись, с какой целью он заключался и на какую сумму установить из договора цессии невозможно. Истица считает, что данный договор подряда является мнимой сделкой и заключен сторонами с целью создания искусственной кредиторской задолженности Фонда для дальнейшего вывода дебиторской задолженности на физических лиц и получения, как итог, финансовой выгоды конкретных физических лиц.

Как указано выше Решением Советского районного суда г.Н.Новгорода от 24.01.2018г. Фонд «Жизнь после войны» был ликвидирован. Административный иск о его ликвидации был подан Главным управлением Минюста России по 

<

адрес> 05.12.2017г. Заявление Директора Фонда о его ликвидации, в котором он указывает на недостаточность имущества фонда, необходимого для осуществления его уставных целей и задач, и отсутствие вероятности получения необходимого имущества, поступило в Минюст 14.11.2017г.

Таким образом, 09.01.2018г. на момент заключения договора подряда с ФИО3 у ФИО1 отсутствовало имущество и денежные средства. Кроме того, у Фонда не было никакой реальной необходимости в заключении данного Договора подряда, в указанной сделке подряда (заключенной на достаточно крупную сумму) отсутствует экономическая целесообразность.

При этом, из буквального содержания Договора уступки прав требований от 27.03.2018г. и Акта приема-передачи к нему следует, что даже сумма передаваемых прав 100 289,22 руб. совпадает с суммой задолженности Фонда перед ФИО3 по договору подряда от 18.01.2018г., что также ставит под сомнение реальность заключенных договоров.

К участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО7

Истец, представитель истца, в судебном заседание исковые требования поддержали в полном объеме, по доводам изложенным в иске и в письменной позиции по делу. 

Ответчик ФИО3, в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований, представлен письменный отзыв. 

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска.

По делу установлено, что решением Сормовского районного суда от 27.11.2017г. по делу № с истца ФИО2 в пользу Фонда «Жизнь после войны» взыскано неосновательное обогащение и госпошлина всего в размере 100 289,22 руб.

Решением Сормовского районного суда от №. по делу № в пользу истца ФИО2 с Фонда «Жизнь после войны» взысканы расходы на оплату юридических услуг в размере 10 000 руб.

Таким образом, судом установлено, что истица является как должником, так и кредитором Фонда «Жизнь после войны».

Решением Советского районного суда г.Н.Новгорода от ДД.ММ.ГГГГ Фонд «Жизнь после войны» ликвидирован.

ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком ФИО3 и Фондом «Жизнь после войны» заключен договор подряда на сумму 100 000 рублей. 

ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком ФИО3 и Фондом «Жизнь после войны» подписан акт выполненных по договору от ДД.ММ.ГГГГ работ. 

ДД.ММ.ГГГГ между Фондом «Жизнь после войны» и ФИО3 заключен договор уступки права требования, в соответствии с пунктом 1.1 которого Цедент передает, а Цессионарий принимает права (требования) уплаты денежной суммы 100289,22 руб., взысканной по решению Сормовского районного суда от 27.11.2017г. (л.д.7-9)

Обращаясь в суд с настоящим иском истец просит признать данный договор недействительным по тем основаниям, что договор подряда является мнимой сделкой и заключен сторонами с целью создания искусственной кредиторской задолженности Фонда для дальнейшего вывода дебиторской задолженности на физических лиц и получения, как итог, финансовой выгоды конкретных физических лиц, а следовательно никаких работ по договору подряда не производилось, и ничего ФИО3 не уступалось. Кроме того, истец считает, что данный договор уступки требования подписан задним числом, поскольку на момент его подписания Фонд был ликвидирован, прекратив свою деятельность в качестве юридического лица, при этом о предстоящей уступке требования ее в известность не ставили. 

Возражая против удовлетворения иска ФИО3 суду пояснил, что договор подряда между ним и Фондом «Жизнь после войны» был исполнен, работы по акту приема передачи были приняты. Ввиду отсутствия в Фонда денежных средств на оплату услуг по договору, директор Фонда ФИО7 предложил расплатиться с ним исполнительным листом, он согласился, из множества исполнительных листов, был выбран лист на сумму договора, после чего был подписан договор уступки требования. Уведомление о подписании договора направлялась ФИО2 ФИО7 Считает требования необоснованными. 

Третье лицо ФИО7 возражая против предъявленного иска пояснил, что договор подряда между ФИО3 и Фондом « Жизнь после войны» являлся действительным, работы в рамках указанного договора ФИО3 производились, причем на сумму большую чем было определено договором. Принимая во внимание, отсутствие у Фонда денежных средств на оплату договора подряда и наличие большого количества исполнительных листов, ФИО3 было предложено заключить договор цессии на сумму выполненных работ, ФИО3 согласился, в связи с чем спорный договор и был заключен. 

Разрешая заявленные требования с учетом доводов и возражений сторон, суд приходит к следующему: 

Согласно ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1). Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной (п. 3).

В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой сделкой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

В п. 2 ст. 170 ГК РФ установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна.

В обоснование своего иска, истец указывает на то, что договор подряда, и, является мнимым и притворным, никакие работы по договору не производились, а Фонд «Жизнь после войны» не выплачивал и не собирался выплачивать ФИО3 денежные средства в сумме 100289,22 руб., следовательно и заключенный договор уступки права требования от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует действительности

Данные утверждения истца отклоняются судом как несостоятельные, поскольку объективно данные доводы ничем не подтверждены. 

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со статьей 702 Гражданского кодекса РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

В силу пункта 1 статьи 703 Гражданского кодекса РФ договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 Гражданского кодекса РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену.

Согласно пункту 1 статьи 708 Гражданского кодекса РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что стороны сделки не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, при этом сделку фактически не исполняли и исполнять ее не желали, правовые последствия, предусмотренные сделкой, фактически не наступили. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Между тем, как установлено по делу,из пояснений ответчика, третьего лица, работы по вышеуказанныму договору подряда ФИО3 фактически были выполнены, расчет за выполненные работы между сторонами произведен посредством зачета требований, что действующему законодательству не противоречит.

При этом суд обращает внимание, что вопрос о недействительности договора подряда предметом настоящего спора не является, а кроме того, в данном случае ФИО2 не вправе заявлять о недействительности договора подряда, в которых она стороной не является, так как материально-правового интереса в этой сделке последняя не имеет.

Что касается доводов истца о том, что спорный договор цессии заключен после вынесения решения о ликвидации Фонда «Жизнь после войны», следовательно, стороны действовали незаконно, не может быть принят во внимание, поскольку в данном случае, сведения о ликвидации Фонда «Жизнь после войны»" внесены в ЕГРЮЛ ДД.ММ.ГГГГ, в силу п. 2 ст. 49 ГК РФ правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении. Поэтому на момент заключения договора цессии от ДД.ММ.ГГГГ правоспособность юридического лица не была прекращена.

Доводы истца об оформлении договора цессии задним числом ничем не подтверждаются и опровергаются материалами дела.

Согласно ст. 382 ГК РФ, право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п. 1). Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2).

Согласно ст. 383 ГК РФ, переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.

В соответствии со ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (п. 1). Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2).

Оценив представленные доказательства, в соответствие с указанными нормами права, суд считает, что договор уступки права требования был заключен на основании норм гражданского законодательства, регулирующих положения об обязательствах и предусматривающих возможность перемены лиц в обязательстве путем перехода прав кредитора другому лицу.

Личность кредитора по данному обязательству не имеет существенного значения для истца. Согласие истца как должника на заключение договора уступки не требовалось.

При заключении указанного договора произошла лишь смена кредиторов в обязательстве должника, размер обязательств в результате уступки не был изменен в худшую для истца сторону.

Доводы истца об отсутствии уведомления о состоявшейся уступке права требования, на законность оспариваемой сделки не влияют, поскольку учитывая положения ст. 382 ГК РФ, разъяснения, содержащиеся в пп. 19 - 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 54 от 21.12.2017 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 ГК РФ о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" отсутствие доказательств уведомления должника о переходе прав требования к цессионарию не освобождает должника от выполнения обязательств, возникших перед первоначальным кредитором, а влечет для нового кредитора риск такого неблагоприятного последствия, как исполнение должником обязательства первоначальному кредитору (п. 3 ст. 382 ГК Российской Федерации). Доказательства надлежащего исполнения обязательств первоначальному кредитору истцом не представлены.

Согласно ст. ст. 12, 56, 61 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда.

В силу принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или не совершения процессуальных действий.

Вопреки доводам истца оспариваемый договор содержит необходимые сведения о передаваемом праве, его объеме, условиях и основаниях требования, установленных вступившим в законную силу судебным постановлением.

Довод истца о том, что договор цессии от ДД.ММ.ГГГГ заключен с целью уклонения Фонда «Жизнь после войны» от погашения задолженности, которую он имеет перед истцом по иному гражданскому делу, не может служить основанием для признания договора уступки недействительным, и не является подтверждением наличия в действиях ответчика ФИО3 признаков злоупотребления правом.

Достаточных допустимых доказательств, свидетельствующих о притворности совершенной между ФИО3 и Фондом «Жизнь после войны» сделки по уступке права требования истцом не представлено. Достаточные основания полагать, что стороны договора цессии в действительности имели намерение заключить иной договор, в том числе и на безвозмездной основе, судом не установлены.

Таким образом, оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО2 к ФИО3 о признании недействительным договора уступки прав требований от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Фондом « Жизнь после войны» и ФИО3, отказать

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд через Сормовский районный суд г. Н. Новгорода в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме. 

Председательствующий- подпись

Решение не вступило в законную силу 

Подлинник решения находится в материалах дела № 2-2872/2018

Копия верна:

Судья Сормовского районного суда

г.Н.Новгорода Е.А.Савченко