Дело № 2-418/2020

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 июля 2020 года г. Николаевск-на-Амуре

Николаевский-на-Амуре городской суд Хабаровского края в составе:

председательствующего судьи Федоренко Н.В., 

с участием истца ФИО2, ее представителя ФИО3, 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Евдокимовой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Росбанк» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, расходов на оплату услуг представителя, обязании предоставить рабочее место,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением к ПАО Росбанк о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за причиненный вред, обязании предоставить рабочее место.

В обоснование требований истец указала, что с 01.12.2014 она трудоустроена в ПАО Росбанк, что подтверждается копиями документов: трудовым договором от 01.12.2014 № 14093-2, приказом (распоряжением) о приеме работника на работу от 01.12.2014 № 7272-кл. 21.09.2018 она родила сына ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ ее сыну ФИО1 исполнилось 1,5 года. 22.03.2020 ею оформлено заявление о выходе на работу из отпуска по уходу за ребенком до трех лет, обратившись по адресу: 

<

...>. Отделения № 4625 ПАО Росбанк по указанному адресу она не обнаружила. 17.04.2020 указанное заявление она направила Почтой России в ПАО Росбанк, повторно 24.04.2020. ПАО Росбанк так и не направил для ознакомления приказ о выходе на работу из отпуска по уходу за ребенком до трех лет, рабочее место не предоставил, выплаты заработной платы не производит. В качестве размера среднего заработка ею взяты данные на основе расчетов, производимых ответчиком до ее ухода в отпуск по уходу за ребенком. Размер среднемесячной заработной платы по ее расчетам составляет 38256 руб. до вычета налога на доходы физических лиц. Таким образом, сумма компенсации за вынужденный прогул по ее расчетам составляет 89263,97 руб. Моральный вред был вызван следующим: она сильно переживала, нервничала, в голову приходили нехорошие мысли относительно ее дальнейших действий. Ведя регулярную переписку с представителями банка, ей никто не дал конкретного ответа, что ей делать. С одной стороны, она не уволена, и как работник обязана явиться на работу, но приходить некуда. Заработную плату она не получает. Кроме заработной платы иных источников трудовых доходов не имеет. Приказа о выходе на работу так и не получила. Оставшись более двух месяцев без средств к существованию, она испытывала тревогу, ограничивала себя в значительной степени в элементарных вещах размер морального вреда она оценивает в размере 30000 руб. Истец просила суд взыскать с ответчика в ее пользу заработную плату за вынужденные прогулы с 23.03.2020; компенсацию за причиненный вред с 23.03.2020; предоставить ей рабочее место в ПАО Росбанк.

21.07.2020 от истца ФИО2 поступило заявление об уточнении исковых требований, из которого следует, что после подачи ее искового заявления 29.05.2020 31.05.2020 ею обнаружено поступление денежных средств. Вместе с тем, от кого поступили данные денежные средства ей было неизвестно, так как в самом сообщении и онлайн программе данный перевод значился как прочие поступления. Копия приказа о досрочном выходе от 24.04.2020 № 482/1-ко и дополнительное соглашение от 23.03.2020 вручено ей курьером 19.06.2020. Копия приказа о досрочном выходе от 24.04.2020 № 482/1-ко выслано ей 30.06.2020, что подтверждается отметкой Почты России на описи вложения, вместе с приказом об объявлении простоя от 29.06.2020 № 520-КЛ, дополнительное соглашение от 23.03.2020, уведомление об увольнении по ликвидации. Данные документы получены ею 16.07.2020. Вместе с тем, несмотря на изданный приказ от 24.04.2020 № 482/1-ко о выходе на работу и о том, что ей необходимо приступить к работе с 22.03.2020, рабочее место ей ответчиком не предоставлено. Вместо этого приказом от 29.06.2020 ей сообщено об объявлении простоя на неопределенный срок в связи с закрытием операционного офиса. С приказом от 24.04.2020 № 482/1-ко о выходе на работу она ознакомлена 19.06.2020. Таким образом, предъявленные ею исковые требования, предъявлены до исполнения их ответчиком. Ею предпринимались неоднократные попытки досудебного урегулирования данного спора, а именно на протяжении не менее двух месяцев ею в адрес ответчика направлялись заявления, письма, велась переписка, что подтверждается материалами дела. Учитывая тот факт, что в июне 2020 года истекал трехмесячный срок за обращением в суд защитой нарушенных ответчиком ее прав, сор дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, она была вынуждена обратиться в суд с соответствующим исковым заявлением. Однако, никаких действий по урегулированию спора ответчик до подачи ею иска не принял, напротив из переписки с должностными лицами банка она сделал вывод, что ответчик оплату вынужденного прогула производить не собирается, допустить ее работе и предоставите рабочее место отказывается. Данные обстоятельства привели к тому, что ею было принято решение об обращении за защитой нарушенных трудовых прав в суд. По ее убеждению приказ о выходе на работу был сделан не 24.04.2020, а гораздо позднее, так как ничто не мешало ответчику известить ее о принятии такого приказа, ведь с момента якобы составления приказа 24.04.2020 до ее обращения в суд прошло более месяца, а фактические она его получила 19.06.2020 курьером. Таким образом, ответчиком добровольно частично исполнены ее требования, изложенные в исковом заявлении, а именно, осуществлена оплата вынужденного прогула за период с 23.03.2020 по 31.05.2020 и издан приказ о досрочном выходе из отпуска 24.04.2020, с которым она ознакомлена 19.06.2020. Расчет вынужденного прогула, заявленный ею в исковом заявлении в размере 89263,97 (до вычета НДФЛ) частично оплачен ответчиком суммой в размере 70553,76 руб., ввиду чего считает требования в данной части частично удовлетворенными после подачи ею иска. Согласно протоколу расчета ответчика среднедневной заработок до ухода в отпуск составил 1899,6793 руб. Ею для расчета вынужденного прогула рассчитан среднедневной заработок в сумме 1821,71 руб. Таким образом, с учетом разницы ответчиком ей не доплачена сумма в размере 7105,05 руб. (подлежащая уплате ей до удержания НДФЛ 89263,97 руб. – 13 % = 77658,81 руб. (сумма за удержанием НДФЛ) – 70553,76 руб. (фактические уплачена ответчиком с удержанным НДФЛ)) = 7105,05 руб. с учетом удержанного НДФЛ. В части предоставления ей рабочего места ответчик свои обязанности фактически не исполнил. Согласно абзацу 4 статьи 256 Трудового кодекса РФ на период отпуска по уходу за ребенком за работником сохраняется место работы (должность). В силу абзаца 1 статьи 261 Трудового кодекса РФ расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной не допускается, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем. В соответствии с абзацем 2 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.01.2014 № «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних» следует иметь в виду, что в случае прекращения деятельности филиала, представительства или иного обособленного структурного подразделения организации, расположенного в другой местности, расторжение трудового договора с беременной женщиной этого подразделения производится по правилам, предусмотренным для случаев ликвидации организации (часть четвертая статьи 81 ТК РФ), если иное не предусмотрено коллективным договором, соглашением, трудовым договором. В нарушение данных положений и норм ответчик при ликвидации подразделения в г. Николаевске-на-Амуре Хабаровского края ее в установленном порядке не уволил (путем сокращения), уведомления о сокращении ее должности до ее досрочного выхода из отпуска и до подачи иска в суд в ее адрес не направлял. Законодатель не связывает право на сохраненное за ней место работы и предоставление ей ее рабочего места с действиями ответчика по ликвидации подразделения. Единственным основанием уволить ее с не предоставлением ей рабочего места является сокращение ее должности в связи с ликвидацией подразделения в порядке, установленном трудовым кодексом. Вместе с тем порядок сокращения ее должности ответчиком не соблюден. Таким образом, оснований не предоставить ей ее рабочее место у ответчика нет, так как это будет противоречить абзацу 4 статьи 256 Трудового кодекса РФ, ввиду чего доводы ответчика, изложенные в возражениях на иск не основаны на законе, а указание на невозможность предоставить ей фактические рабочее место в г. Николаевске-на-Амуре является несостоятельным. Согласно пункту 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при прекращении производства по делу ввиду отказа истца от иска в связи с добровольным удовлетворением его требований ответчиком после обращения истца в суд судебные издержки взыскиваются с ответчика (часть 1 статьи 101 ГПК РФ, часть 1 статьи 113 КАС РФ, статья 110 АПК РФ). При этом следует иметь в виду, что отказ от иска является правом, а не обязанностью истца, поэтому возмещение судебных издержек истцу при указанных обстоятельствах не может быть поставлено в зависимость от заявления им отказа от иска. Следовательно, в случае добровольного удовлетворения исковых требований ответчиком после обращения истца в суд и принятия судебного решения по такому делу судебные издержки также подлежат взысканию с ответчика. Учитывая изложенное, а также необходимость разрешить вопрос о судебных издержках, считает необходимым заявить о необходимости взыскания судебных расходов, понесенных ею в связи с судебным разбирательством по делу, в размере 30000 руб. Истец просила суд взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула за период с 23.03.2020 по 31.05.2020 в размере 7105,05 руб., компенсацию морального вреда в размере 30000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб., обязать ответчика фактически предоставить ей ее рабочее место – руководителя группы продаж и обслуживания клиентов в г. Николаевске-на-Амуре Хабаровского края.

В судебном заседании истец ФИО2 уточненные исковые требования поддержала, по основаниям, изложенным в заявлениях. Пояснила, что Требования, заявленных ранее в исковом требовании, в части взыскания заработной платы за время вынужденного прогула в размере 89293,97 руб. ею были уменьшены до 7105,05 руб. в связи добровольным удовлетворением ПАО Росбанк данных требований частично после подачи иска. Рабочее место ей до настоящего времени не предоставлено. Изначально о выходе на работу она вела переговоры со специалистом по кадрам, которая ей пояснила, что она не сможет выйти на работу, так как у нее написано заявление на отпуск до 3-х лет ребенку. Ей пришлось идти на консультацию к юристу, там написали заявление, но оно не было получено в г. Владивостоке. После того как ее заявление было получено ответчиком ей никто ничего не предложил ни иную вакансию, ни о ее рабочем месте не сообщили. Она переживала, что осталась без средств к существованию, трудовой книжки у нее не было для трудоустройства в другое место, не знала, где ее рабочее место. Приказы она получила только по почте 16.07.2020. 

В судебном заседании представитель истца ФИО3 уточненные исковые требования поддержал, пояснил, что полает, что должность истца должна быть восстановлкна с 23 марта. В соответсвии с положегниями статьи 256 Трудового кодекса РФ за истцом должно было быть сохранено рабочее место. Однако работодателем эта процедура не соблюдена. В соответствии с положениями статьи 155 Трудового кодекса РФ истцу должна быть выплачена заработная плата исходя из среднего заработка. Моральный вред выражается в том, что истец осталась без средств к существованию, денежные средства были выплачены только в конце мая; часть марта, апрель истец не знала о своем статусе, трудовой книжки не было, на работу устроиться она не могла.

В судебном заседании ответчик ПАО Росбанк своего представителя не направил, о времени и месте судебного заседания извещались надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили. Представитель ответчика ФИО4 предоставила возражения относительно исковых требований, из которых следует, что считает заявленные требования незаконными и необоснованными в связи со следующим. На основании заявления истца с 26.12.2018 работнику был предоставлен отпуск по уходу за ребёнком до достижения им возраста трех лет. 24.04.2020 в банк поступило заявление истца о досрочном выходе из отпуска по уходу за ребёнком с 22.03.2020. Таким образом, банку стало известно о воле истца выйти досрочно из отпуска по уходу за ребёнком только 24.04.2020. 24.04.2020 был издан приказ № 482/1-ко о досрочном выходе из отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста трех лет. 23.03.2020 в соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору № 14093-2 от 01.12.2014 истцу был увеличен должностной оклад до 13 000 руб. в месяц. Решение об увеличении оклада было принято банком после получения заявления от ФИО2 о досрочном выходе из отпуска по уходу за ребёнком до достижения им возраста трех лет. 29.05.2020 ФИО2 были выплачены предусмотренные трудовым договором оклад и административная премия за март, апрель, май, районный коэффициент, а также премия по КПЭ за апрель, что подтверждается выпиской из платёжной ведомости № 105 от 29.05.2020. Обращает внимание суда на то, что истцу не полагалась премия за выполнение плановых показателей в апреле, однако ответчик принял решение её оплатить, так как хотел поддержать работника в период COVID-19. Данную выплату можно зачесть в счёт уплаты процентов за просрочку по статье 236 Трудового кодекса РФ. 15.06.2020 в день выплаты заработной платы за первую половину июня 2020 года ФИО2 была начислена и выплачена заработная плата в размере 9 880 руб. (аванс), что подтверждается выпиской из платёжной ведомости № 117 от 15.06.2020. Статья 21 Трудового кодекса РФ гарантирует работнику своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии с квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы. В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами. Таким образом, у ответчика нет задолженности перед истцом по заработной плате. Напротив, ответчик выплатил больше, чем установлено трудовым договором от 01.12.2014 № 14093-2. Требование истца предоставить рабочее место является неисполнимым, так как в 2018 году банк закрыл отделение № 4625 в г. Николаевске-на-Амуре, в котором работала ФИО2, что подтверждается приказом от 21.12.2018 № 1219 и уведомлением банка в МИФНС о снятии с учёта российской организации в налоговом органе. Согласно пункту 35 Постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами РФ Трудового кодекса РФ» необходимо иметь в виду, что если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 ТК РФ рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. В соответствии со статьей 209 Трудового кодекса РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Согласно статье 72.1 Трудового кодекса РФ перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса. В связи с тем, что ответчик не имеет отделений в г. Николаевске-на-Амуре, для перевода истца в другую местность необходимо согласие самого работника. Таким образом, сформулированное в исковом заявлении требование предоставить рабочее место является неисполнимым. Учитывая то, что нарушений трудовых прав истца со стороны работодателя допущено не было, оснований для взыскания по правилам статьи 237 Трудового кодекса РФ компенсации морального вреда, а также процентов за нарушение сроков выплаты в порядке статьи 236 Трудового кодекса РФ не имеется. Просила в удовлетворении исковых требований истца отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что с 01.12.2014 ФИО2 Ю.С. состоит в трудовых отношения с ПАО Росбанк (ранее АКБ «Росбанк), с 03.04.2017 в должности руководителя группы, группа продаж и обслуживания клиентов, операционный офис № 4625, что подтверждается трудовым договором, приказом о приеме работника на работу от 01.12.2014, приказом о переводе от 03.04.2017. 

Согласно трудовому договору основным местом работы истца является операционный офис № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк.

05.10.2018 ФИО2 обратилась к работодателю с заявлением о предоставлении ей отпуска по уходу за первым ребенком с 26.12.2018 по 21.09.2021.

Приказом начальника отдела кадрового администрирования и охраны труда Восточного центра по работе с персоналом Дальневосточного филиала ПАО Росбанк от 10.10.2018 № 1238-ко ФИО2, руководителю группы продаж и обслуживания клиентов Операционного офиса № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк предоставлен отпуск по уходу за ребенком (до достижения возраста трех лет) на 1001 календарный день с 26.12.2018 по 21.09.2021.

Приказом председателя правления ПАО Росбанк от 21.12.2018 № 1219 о внесении изменений в приказ от 21.11.2018 № 1069 «О проведении мероприятий по закрытию операционного офиса № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк» постановлено операционный офис № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк, расположенный по адресу: 

<

...>, закрыть 26.12.2018, считать последним днем совершения банковских операций и сделок в операционном офисе № 4625 Дальневосточного филиала Банка 24.12.2018.

Согласно уведомлению о снятии с учета российской организации в налоговом органе операционный офис № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк, расположенный по адресу: 

<

...>, снят с учета 17.01.2019 в связи с прекращением деятельности (закрытии) обособленного подразделения. 

17.04.2020 ФИО2 направила в адрес ответчика заявление, из которого следует, что она прерывает отпуск по уходу за ребенком. 22.03.2020, то есть после исполнения ее ребенку полутора лет, она пришла по адресу: 

<

...>, с заявлением о выходе на работу из отпуска по уходу за ребенком до трех лет. Офиса Росбанка по указанному адресу не обнаружила. После чего стала связываться с отделом кадров, а именно с ведущим специалистом по кадровому администрированию и охране труда, ей сообщили, что выход нецелесообразен, нет офиса в г. Николаевске-на-Амуре. В связи с этим требовала предоставить ей рабочее место в соответствии с трудовым договором в связи с выходом из отпуска по уходу за ребенком до трех лет с начислением положенной ей заработной платы. Днем выхода из отпуска за ребенком до трех лет просила считать 22.03.2020. Указанное заявление ответчиком получено 24.04.2020.

Приказом начальника отдела кадрового администрирования и охраны труда Восточного центра по работе с персоналом ПАО Росбанк от 24.04.2020 № 482/1-ко постановлено считать датой окончания отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет ФИО2, руководителя группы продаж и обслуживания клиентов Операционного офиса № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк, 21.03.2020; считать ФИО2 приступившей к работе с 22.03.2020. Подпись ФИО2 об ознакомлении в данном приказе отсутствует, имеется отметка ведущего менеджера по кадровому администрированию и охране труда о том, что ознакомить работника с приказом не представляется возможным. 

ПАО Росбанк издано дополнительное соглашение к трудовому договору от 23.03.2020, согласно которому ФИО2 обязуется выполнять обязанности по должности руководитель группы, группа продаж и обслуживания клиентов, Операционный офис № 4625, Дальневосточный филиал ПАО Росбанк, с должностным окладом 13000 руб. в месяц. Подпись ФИО2 в данном дополнительном соглашении отсутствует.

На основании указанного дополнительного соглашения ответчиком издан приказ от 23.03.2020 № 308/1-кл, которым установлен должностной оклад истца 13000 руб. Подпись ФИО2 об ознакомлении в данном приказе отсутствует, имеется отметка ведущего менеджера по кадровому администрированию и охране труда о том, что ознакомить работника с приказом не представляется возможным. 

Приказом ПАО Росбанк от 29.06.2020 № 520-кл в связи с закрытием на основании приказа от 21.11.2018 Операционного офиса № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк обвялено о приостановлении работы (простое) ФИО2 на период с 02.07.2020 по 30.09.2020.

30.06.2020 истцу было направлено по почте уведомление о закрытии Операционного офиса № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк на основании приказа от 21.11.2018 и предстоящем в связи с этим расторжении трудового договора по пункту 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ по истечении двух месяцев со дня получения уведомления. Также истец была уведомлена о том, что с ее согласия трудовой договор может быть расторгнут досрочно до истечении двухмесячного срока со дня увольнения с выплатой дополнительной компенсации. 

Приказ о досрочном выходе из отпуска от 24.04.2020 истцом был получен 19.06.2020, приказ об объявлении простоя от 29.06.2020, уведомление об увольнении были направлены ответчиком в адрес истца почтой 30.06.2020, получены истцом 16.07.2020. 

Согласно справке от 22.06.2020, выданной ПАО Росбанк, 29.05.2020 в день выплаты заработной платы за май 2020 года ФИО2 была начислена сумма в размере 81109,76 руб. (оклад за отработанное время с 01.03.2020 по 31.03.2020 (7 дней) 4333,33 руб., с 01.04.2020 по 30.04.2020 (22 дня) 13000 руб., с 01.05.2020 по 31.05.2020 (17 дней) 13000 руб., административная премия за период с 01.03.2020 по 31.03.2020 930 руб., с 01.04.2020 по 30.04.2020 2790 руб., с 01.05.2020 по 31.05.2020 2790 руб., премия по КПЭ за прель 5894,74 руб., районный коэффициент 17068,78 руб., процентная надбавка 21369,04 руб., вычтена компенсация материям до 3 –х лет за март 16,13 руб., за прель 50 руб.). 

Согласно платежной ведомости от 29.05.2020 ФИО2 переведены денежные средства в сумме 70533,76 руб. 

Из справки и платежной ведомости следует, что 15.06.2020 истцу была выплачена заработная плата за первую половину июня в размере 9880 руб. 

В силу статьи 135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Согласно статье 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

На основании статье 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с частью 1 статьи 155 Трудового кодекса РФ при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени.

В судебном заседании установлено, что работодателем истцу заработная плата за спорный период, указанный в исковом заявлении, с 22.03.2020 по 31.05.2020 была выплачена в полном объеме с учетом районного коэффициента и процентной надбавки 29.05.2020. В связи с чем суд полагает права истца в части выплаты заработной плате ненарушенными. 

Требований о взыскании компенсации за задержку выплаты заработной платы, предусмотренной статьей 236 Трудового кодекса РФ, истец не заявляла. 

Принимая во внимание, что за спорный период истцу была произведена оплата в размере оклада, установленного в соответствии с трудовым договором, а также поощрительные выплаты, определенные работодателем в соответствии с действующими на предприятии локальными нормативными актами, с учетом районного коэффициента и процентной надбавки, суд считает, что оснований для исчисления заработной платы истцу в соответствии с положениями статьи 155 Трудового кодекса РФ не имеется. 

Поскольку на момент рассмотрения данного дела по существу работодателем истцу заработная плата выплачена в полном объеме, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания с ответчика в пользу истца заработной платы за время вынужденного прогула в размере 7105,05 руб. исходя из средней заработной платы.

Сам по себе факт отсутствия в г. Николаевске-на-Амуре рабочего места истца не свидетельствует о том, что за спорный период истцу подлежит выплате заработная плата исходя из средней заработной платы в соответствии с требованиями статьи 155 Трудового кодекса РФ. 

Оснований считать, что за работником в указанный период сохранялся средний заработок или это время оплачивалось в ином размере, не имеется.

Разрешая требования истца в части обязания ответчика фактически предоставить ей рабочее место руководителя группы продаж и обслуживания клиентов в г. Николаевске-на-Амуре, суд исходит из следующего. 

В силу статьи 209 Трудового кодекса РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Согласно статье 72.1 Трудового кодекса РФ перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса (часть 1).

Не требует согласия работника перемещение его у того же работодателя на другое рабочее место, в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, поручение ему работы на другом механизме или агрегате, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора (часть 3).

Учитывая, что Операционный офис № 4625 Дальневосточного филиала ПАО Росбанк, расположенный в г. Николаевске-на-Амуре, закрыт в связи с прекращением деятельности обособленного подразделения, иных отделений ПАО Росбанк в г. Николаевске-на-Амуре не имеется, согласия для перевода в другую местность истец не давала, 16.07.2020 истец была уведомлена о расторжении трудового договора на основании пункта 1 части 1 статьи 81 Трудового кодекса РФ по истечении двух месяцев со дня получения уведомления, суд приходит к выводу о том, что данное требование является неисполнимым и удовлетворению не подлежит. 

Согласно статье 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что материалами дела подтвержден факт нарушения работодателем срока выплаты истцу заработной платы за спорный период, а также принимая во внимание тот факт, что истец по вине работодателя длительное время находилась в неведении относительно своего статуса как работника структурного подразделения, которое было закрыто во время нахождения истца в отпуске по уходу за ребенком, с приказом о досрочном выходе из отпуска от 24.04.2020 истец была ознакомлена 19.06.2020, с уведомлением о закрытии операционного офиса № 4625, который являлся рабочим местом истца, предстоящем расторжении трудового договора, истец была ознакомлена лишь 16.07.2020, суд приходит к выводу о том, что действиями ответчику истцу был причинен моральный вред. 

С учетом степени нравственных страданий истца, исходя из принципа разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда 15 000 руб.

В силу части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1).

Из материалов дела следует, что 10.04.2020 между истцом и ООО Юридической компанией «Фемида» заключен договор возмездного оказания юридических услуг №1-ФЛ/Р/Ю/2020, согласно которому заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать заказчику юридические услуги: досудебное и судебное правовое сопровождение в рамках трудовых правоотношений трудового спора с ПАО Росбанк на предмет допуска к работе в связи с выходом из отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет (пункт 1.1). В рамках данного договора исполнитель обязуется осуществлять устные консультации; подготавливать заявления к работодателю заказчика относительно допуска к работе (предоставления рабочего места по выходу из отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет) по месту работы ПАО Росбанк в г. Николаевске-на-Амуре; осуществлять анализ и правовую консультацию действий заказчика относительно действий работодателя заказчика; осуществить подготовку проекта искового заявления в суд, при не разрешении трудового спора с работодателем заказчика; осуществлять представление интересов заказчика во всех судебных заседаниях суда первой инстанции (Николаевский-на-Амуре городской суд) по делу, связанному с предоставлением рабочего места и сопутствующим требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, связанных с предоставлением рабочего места и оплаты труда (пункт 1.2). Пунктом 3 данного договора предусмотрено, что общая стоимость услуг по договору составляет 30000 руб.

В подтверждение данных расходов представлены: договор возмездного оказания юридических услуг №1-ФЛ/Р/Ю/2020 от 10.04.2020, квитанция от 02.06.2020 на 30000 руб.; отчет о проделанной работе от 21.07.2020. 

Представитель истца ФИО5 участвовал в подготовке дела к судебному разбирательству 29.06.2020, в судебных заседаниях 23.07.2020, 28.07.2020, знакомился с материалами дела 29.06.2020, осуществлял досудебную консультацию истца, оказал помощь в написании искового заявления, уточненных требований, а также осуществлял иные действия, связанные с защитой трудовых прав истца в рамках данного спора, указанные отчет о проделанной работе от 21.07.2020. 

Принимая во внимание фактический объем оказанных представителем юридических услуг, сложность спора, количество судебных заседаний, в которых участвовал представитель, документальное подтверждение заявленных расходов, и с учетом принципа разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы на оплату услуг представителя в заявленном размере - в размере 30 000 руб.

В силу части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку исковые требования ФИО2 удовлетворены в части взыскания компенсации морального вреда, то с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к Публичному акционерному обществу «Росбанк» о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, расходов на оплату услуг представителя, обязании предоставить рабочее место удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Росбанк» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Росбанк» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Николаевский-на-Амуре городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 03.08.2020. 

Судья Н.В. Федоренко