АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22-88/2019

18 ноября 2019 года

г. Чита

2-й Восточный окружной военный суд в составе председательствующего Кулибабы Г.Л., при секретаре судебного заседания Кравченко А.Э., рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе защитника осужденного адвоката Колыванова В.Р. на приговор Барнаульского гарнизонного военного суда от 28 августа 2019 года, согласно которому бывший военнослужащий Пограничного управления ФСБ России по 

<

...> 

<

...> 

ФИО1, родившийся 

<

дата> в 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, 

<

...>, проходивший военную службу по контракту в период с 

<

...>, проживающий по 

<

адрес> 

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, за которое ему назначено ему наказание в виде штрафа в размере 60 000 рублей. 

Изложив содержание обжалуемого приговора и доводы апелляционной жалобы, выслушав выступления осужденного ФИО1, его защитника – адвоката Колыванова В.Р. и защитника Сабикенова В.У. в поддержание доводов апелляционной жалобы, а также прокурора – начальника отдела военной прокуратуры Восточного военного округа полковника юстиции ФИО2, полагавшего апелляционную жалобу оставить без удовлетворения, окружной военный суд 

установил:

Сабикенов признан виновным в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека. 

Данное преступление совершено им при следующих указанных в приговоре обстоятельствах.

Так, 26 ноября 2018 года, около 10 часов 35 минут, Сабикенов, управляя автомобилем марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...>, нарушил требования абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, не избрав скорость его движения, обеспечивающую возможность постоянного контроля за его передвижением исходя из дорожных и метеорологических условий, включая состояние дорожного покрытия, и на участке 681 км + 400 м автомобильной дороги 

<

...>, проходя левый по ходу движения поворот, не справился с управлением и допустил съезд автомобиля на обочину с последующим опрокидыванием за пределы проезжей части, что повлекло по неосторожности причинение пассажиру Р. телесных повреждений, квалифицированных как тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни. 

В апелляционной жалобе защитник Колыванов просит вынесенный по делу приговор отменить и вынести в отношении осужденного оправдательный приговор в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 

При этом он ссылается на то, что приговор суда является необоснованным, поскольку его выводы не соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Ссылаясь на положения п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» и ст. 297 УПК РФ, он считает, что при вынесении приговора суд должен был исходить из того, что осужденный на момент совершения преступления являлся военнослужащим. Далее, приводя положения статей 1 и 2 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Указа Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495 «Об утверждении общевоинских уставов Вооруженных Сил Российской Федерации», приходит к выводу о том, что в случае исполнения командованием воинского формирования, в котором проходил военную службу осужденный, вышеуказанных положений и требований, возможно, было бы избежать данного дорожно-транспортного происшествия, повлекшего уголовное преследование Сабикенова.

Управляя транспортным средством, на котором были установлены шины, не соответствующие предъявленным к ним требованиям, осужденный выполнял приказ начальников о перевозке группы военнослужащих в другой населенный пункт, а также гражданского лица, перевозка которого в приказе о командировании не предусматривалась.

Осужденным было своевременно заявлено начальнику автомобильной службы отдела материально-технического обеспечения пограничного управления ФСБ России по 

<

...> А. о том, что шины на колесах вышеуказанного автомобиля не соответствуют предъявленным к ним требованиям, который, произведя замеры глубины протектора на шинах, и, признав ее достаточной для дальнейшей эксплуатации, дал указание об их дальнейшем использовании. При этом указанное должностное лицо оставило без внимания то, что на одном из колес отсутствовали шипы противоскольжения.

О вышеуказанных недостатках также были осведомлены начальник отдела пограничного управления ФСБ России по 

<

...> в 

<

...>, старший техник данного отдела К., а также старший техник отдела материально-технического обеспечения указанного же отдела М.. Обращения же осужденного о замене шин на колесах автомобиля были оставлены без реализации.

Поэтому указанная поездка Сабикеновым осуществлена во исполнение приказа соответствующего должностного лица, то есть вынуждено, что, как считает автор жалобы, исключает вину осужденном в происшедшем дорожно-транспортном происшествии.

В подтверждение этому автор жалобы ссылается на то, что суд уменьшил объем предъявленного осужденному обвинения.

Не соглашается автор жалобы и с выводом суда о нарушении его подзащитным требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, проанализировав которые, а также вмененные судом осужденному нарушения, пришел к выводу о том, что суд оставил без внимания требования абз. 2 данного пункта указанного нормативного правового акта, ссылаясь на то, что если бы осужденный, управляя автомобилем, в состоянии был бы своевременно обнаружить наличие гололеда на дороге, то, естественно, избрал бы иную скорость движения, позволяющую его дальнейшему следованию. 

При этом автор жалобы не соглашается с выводом суда о совершении осужденным дорожно-транспортного происшествия по легкомыслию, которое, якобы выразилось в том, что виновный не избрал необходимую скорость движения исходя из дорожных и метеорологических условий, не учел состояние дорожного покрытия и, проходя поворот, не справился с управлением, допустив опрокидывание автомобиля за пределами проезжей части.

Однако, вопреки указанному, автор жалобы ссылается на то, что избранная Сабикеновым скорость движения автомобиля обеспечивала возможность постоянного контроля за его движением, о чем показали свидетели И. и Р., находившиеся в салоне автомобиля, и об этом же свидетельствовали данные, содержавшиеся в протоколах осмотра места происшествия и схемах расположения дорожных знаков.

Какие-либо препятствия к управлению автомобилем осужденным со стороны его состояния здоровья и опыта управления отсутствовали.

Содержание протокола осмотра транспортного средства исключает возможность вывода о превышении осужденным скорости движения, что было косвенно, по характеру работы двигателя, подтверждено свидетелями И. и Р..

Также осужденный и указанные свидетели утверждали, что во время движения автомобиля невозможно было обнаружить ледовое покрытие на дорожном полотне, что подтверждается и фототаблицей к протоколу осмотра места происшествия. Данное обстоятельство ставит под сомнение вывод суда о том, что в ходе движения осужденным не было учтено состояние дорожного полотна.

Ставит под сомнение автор жалобы и вывод суда о том, что осужденный в ходе движения, проходя левый поворот, не справился с управление автомобиля, допустил его съезд на обочину с последующим опрокидыванием, поскольку он основан на неверно составленной схеме дорожно-транспортного происшествия. Лицо, составившее данную схему, не могло дать конкретные пояснения относительно наличия поворота на дороге, а имевшиеся материалы дела свидетельствовали об отсутствии такого поворота на месте дорожно-транспортного происшествия.

Указывает автор жалобы и на то, что согласно схеме, приложенной к протоколу осмотра места происшествия, автомобиль двигался со стороны 

<

...> в сторону 

<

...>, а не обратно, как указал суд, что было оставлено без внимания. Поэтому, по мнению автора жалобы, ни органом предварительного следствия, ни судом не было установлено точное место дорожно-транспортного происшествия, что является нарушением УПК РФ.

Исходя из приведенного, автор жалобы приходит к выводу о том, что занос автомобиля был неуправляемым, избежать которого ввиду наличия на колесах автомобиля шин, не соответствующих установленным требованиям, у осужденного не имелось. Причиной этому послужило именно то, что шины колес на задней оси автомобиля не соответствовали предъявленным к ним техническим требованиям, что подтверждено заключением автотехнической экспертизы, протоколом осмотра транспортного средства, показаниями осужденного и свидетелей И. и Р. о характере происшедшего заноса автомобиля.

То есть, считает защитник, при указанных обстоятельствах речь идет о юридическом казусе, поскольку в силу сложившихся для осужденного обстоятельств он не осознавал общественную опасность своих действий, не предвидел и не мог предвидеть возможности наступления общественно опасных последствий, а также предотвратить их. 

Ссылаясь на положения ч. 1 ст. 28 УК РФ, пп. 6 и 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», автор жалобы приходит к выводу об отсутствии причинно-следственной связи между действиями осужденного и наступившими последствиями, что, по его мнению, исключает возможность привлечения Сабикенова к уголовной ответственности и требует прекращения уголовного дела за отсутствием в действиях осужденного состава преступления.

Государственным обвинителем Вершининым на данную апелляционную жалобу поданы возражения, в которых он считает необходимым апелляционную жалобу защитника Колыванова оставить без удовлетворения. 

Рассмотрев материалы дела и проверив доводы, приведенные в апелляционной жалобе, окружной военный суд приходит к следующему.

Так, вопреки утверждениям осужденного и его защитников вывод суда о виновности Сабикенова в инкриминируемом преступлении соответствует фактическим обстоятельствам, установленным судом, и подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, приведенных в приговоре.

Так, потерпевшая Р. показала, что 26 ноября 2018 года, следуя на служебном автомобиле марки 

<

...> под управлением водителя Сабикенова, после дорожно-транспортного происшествия ей была оказана первична медицинская помощь и в дальнейшем она проходила стационарное лечение до 29 ноября в 

<

...> районной больнице, а затем до 11 декабря в 

<

...> больнице. В результате данного дорожно-транспортного происшествия у нее диагностировали переломы ключицы, ребер справа и сотрясение головного мозга. Также в связи с этим она проходила амбулаторное лечение в поликлинике в 

<

...>, а в период с 5 по 11 февраля 2019 года вновь стационарное лечение в 

<

...> районной больнице. 

Свидетель И., являвшийся начальником отдела пограничном управлении ФСБ России по 

<

...> в 

<

...>, показал, что 26 ноября 2018 года, следуя для выполнения служебного задания на служебном автомобиле марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...> под управлением водителя Сабикенова, около 10 часов 30 минут, не доезжая около 5 км до 

<

...>, произошел занос автомобиля, который развернуло на 180 градусов с выездом на встречную полосу движения с последующим опрокидыванием в кювет. В результате дорожно-транспортного происшествия, находившейся в автомобиле потерпевшей Р. были причинены телесные повреждения, в связи с чем она была доставлена в районную больницу. На момент данного происшествия видимость на данном участке была хорошая, осадков не имелось, однако в пути следования на дороге встречались заснеженные участки. 

В ходе проверки показаний данного свидетеля на месте, тот конкретизировал свои показания, указав при этом место происшествия, что следовало из протокола данного следственного действия. 

В свою очередь свидетель Р., являвшийся пассажиром в данном автомобиле, также дал показания об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, в существенных деталях совпадающие с показаниями свидетеля И., и при этом указал, что в ходе движения автомобиля по автомобильной дороге 

<

...> встречались гололедные явления. В месте данного происшествия им на дороге был обнаружен тонкий слой льда. 

В ходе проверки показаний на месте данный свидетель конкретизировал свои показания, также указав при этом место дорожно-транспортного происшествия, что следовало из протокола данного процессуального действия. 

Как показал свидетель Г. – сотрудник ДПС, 26 ноября 2018 года по прибытию на место происшествия было установлено, что оно произошло на 681 км + 400 м трассы 

<

...>, в котором получил повреждения автомобиль марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...>. Пострадавший в результате ДТП пассажир была доставлена в 

<

...> районную больницу. После осмотра автомобиля был составлен соответствующий протокол, с которым был ознакомлен Сабикенов, не высказавший каких-либо замечаний относительно отраженных в нем фактов. Со слов водителя ему было известно, что в ходе движения автомобиля по дороге, после въезда на возвышенность, автомобиль, которым он, Сабикенов, управлял, занесло на противоположную обочину, где и произошло опрокидывание. Также Сабикеновым было указано на то, что в ходе движения им были замечены на дорожном покрытии гололедные явления, однако он продолжил движение на автомобиле со скоростью 70-75 км/ч.

Свидетель Д. – инспектор ДПС показал, что 26 ноября 2018 года, прибыв на место дорожно-транспортного происшествия на трассе 

<

...> в районе 681 км+400 м в составе оперативной группы, он обнаружил поврежденный автомобиль марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...>. Пострадавший в результате происшествия пассажир был увезен автомобилем скорой медицинской помощи, дознаватель Х. и специалист С. произвели осмотр места происшествия и составили схемы места данного происшествия, а Г. осматривал поврежденный автомобиль. 

Согласно показаниям свидетеля Х., 26 ноября 2018 года по прибытию на место дорожно-транспортного происшествия – 681 км+400 м трассы 

<

...> ею был обнаружен автомобиль марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...> с многочисленными повреждениями кузова, после чего был произведен осмотр места происшествия с оформлением соответствующего протокола и составлением схемы данного места. Со слов водителя Сабикенова ей было известно, что в пути следования, в частности, в 

<

...> и 

<

...> районах на трассе встречались гололедные явления. Проехав 

<

...>, он обнаружил гололедные явления на дороге и начал сбавлять скорость, после чего автомобиль занесло на обочину и произошло его опрокидывание. 

Из рапорта инспектора ДПС следовало, что 26 ноября 2018 года на 681 км+400 м автомобильной дороги 

<

...> водитель Сабикенов, управляя служебным автомобилем марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...>, не справившись с управлением на скользкой дороге (гололед, слой льда), допустил съезд с проезжей части дороги в левый кювет с последующим опрокидыванием автомобиля, в результате чего пассажир Р. получила телесные повреждения и была доставлена в 

<

...> районную больницу. 

Протоколом осмотра места происшествия от 26 ноября 2018 года, приложенными к нему схемой дорожно-транспортного происшествия и фототаблицами, подтверждено, что местом данного происшествия является 681 км + 400 м участка автодороги 

<

...> в 

<

...> районе 

<

...>. На дорожном покрытии – асфальте, имеются гололедные явления. На левой обочине имеются боковые следы скольжения, переходящие в кювет и на прилегающую территорию, на которой находится вышеуказанный автомобиль, имеющий множественные повреждения кузова, которые отражены в протоколе осмотра транспортного средства, проведенного 26 ноября 2018 года инспектором ДПС Г. с участием понятых. Также в данном протоколе инспектором Г. отмечен обычный рисунок протектора шин и удовлетворительное состояние их износа.

Как следовало из сообщений директора филиала ФКУ «Управление федеральных автомобильных дорог 

<

...> Федерального дорожного агентства» в городе 

<

...> от 05 апреля 2019 года и заместителя начальника филиала ФГБУ «Западно-Сибирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды» на участке автомобильной дороги 

<

...>, между 680 и 682 км, отсутствуют ямы, выбоины, неровности, а также по данным расположенной в 

<

...> метеорологической станции 26 ноября 2018 года температура воздуха в 10 часов составляла -18,2 °C, какие-либо явления погоды, в том числе и ветер, отсутствовали. 

Согласно заключению экспертов, проводивших дополнительную судебную автотехническую экспертизу, 

<

№>, неисправности тормозной системы и рулевого управления автомобиля «

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...> не выявлены. На передней оси, а также на задней оси автомобиля слева были установлены колеса с покрышками, оснащенными шипами противоскольжения, а на задней оси справа – колесо, покрышка которого такими шипами не оборудована. Высота рисунка протектора на всех четырех покрышках соответствует требованиям, установленным ГОСТ-Р 33997-2016. При данной дорожной ситуации водитель должен был руководствоваться, с учетом исключенных судом нарушений пунктов Правил дорожного движения РФ, положениями п. 10.1 (абз. 1) указанных Правил. 

Пункт 10.1 данных Правил обязывает водителя выбирать такую скорость, которая обеспечит ему возможность принять меры для остановки транспортного средства в случае возникновения опасности для движения, учитывая видимость в направлении движения. Иными словами, исходя из интенсивности движения и видимости в направлении движения, водитель выбирает скорость позволяющую остановить транспортное средство, если в пределах видимости он обнаруживает опасность для движения.

Из заключения дополнительной судебно-медицинской экспертизы 

<

№> следует, что у потерпевшей Р. были обнаружены телесные повреждения: сочетанная травма грудной клетки справа, правого плечевого пояса, головы, включающая в себя закрытые переломы 2, 4, 5, 6, 8-го ребер справа, правой ключицы, правосторонний посттравматический пневмоторакс, а также закрытая черепно-мозговая травма (сотрясение головного мозга, рвано-ушибленную рану височной области справа), которые могли быть причинены одновременно или в короткий промежуток времени одно за другим, возможно деталями салона автомобиля, и могли быть причинены в условиях дорожно-транспортного происшествия 26 ноября 2018 года. Данные повреждения по признаку опасности для жизни относятся к причинившим тяжкий вред здоровью телесным повреждениям.

Вина осужденного в содеянном также подтверждается и иными исследованными судом, приведенными в приговоре доказательствами. 

При этом судом была дана оценка доводам стороны защиты о недопустимости в качестве доказательства заключения дополнительной судебной автотехнической экспертизы (заключение 

<

№>). Они были предметом исследования в судебном заседании, и обоснованно признаны несостоятельными.

Как обосновано было учтено судом, вышеуказанная дополнительная экспертиза проведена главным экспертом отдела специальных экспертиз ЭКЦ МВД по 

<

...> Е., имеющим высшее образование и соответствующие экспертные специальности, а также стаж работы по специальностям с 2005 года, и экспертом данного же отдела Т., имеющим высшее образование (специальность «судебная экспертиза), соответствующие экспертные специальности по исследованию обстоятельств дорожно-транспортных происшествий и исследованию технического состояния деталей и узлов транспортных средств, а также стаж работы по специальности с 2011 года.

Из показаний эксперта Е. следует, что экспертизы проведены экспертом-стажером Т. под руководством главного эксперта Е., что не противоречит п. 9 Инструкции по организации производства судебных экспертиз в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел Российской Федерации, утвержденной Приказом МВД РФ от 29 июня 2005 года № 511, согласно которому, эксперты-стажеры, прошедшие в установленном порядке подготовку по конкретной экспертной специальности, могут участвовать в производстве экспертиз под руководством наставника, имеющего право производства экспертиз по соответствующей специальности, при этом экспертиза, произведенная в указанном порядке, не является комиссионной, а заключение экспертов подписывается наставником и экспертом-стажером. 

При таких обстоятельствах, суд сделал обоснованный вывод о том, что указанная дополнительная экспертиза была произведена компетентными экспертами, само экспертное исследование является полным, научно обоснованным, ясным, объективным, соответствующим материалам дела, не требующим дополнительных разъяснений, а также соответствует требованиям ст. 204 УПК РФ, и сослался на выводы экспертов в приговоре.

Оснований для признания данной экспертизы недопустимым доказательством, предусмотренных ст. 75 УПК РФ, не имелось.

То есть при оценке данного доказательства суд учел разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 декабря 2008 года № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением Правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств», в п. 6 которого разъяснялось, что при анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в условиях темного времени суток или недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил дорожного движения РФ должен выбрать скорость движения, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Также судом непосредственно в приговоре была дана оценка и доводу стороны защиты относительно не установления места дорожно-транспортного происшествия, который был обоснован тем, что перед местом происшествия дорога не имела левого по ходу движения автомобиля, которым управлял осужденный, поворота, на наличие которого было указано судом. Поскольку данный довод опровергается исследованными в суде доказательствами, в частности, схемой места дорожно-транспортного происшествия, а также фототаблицами, приложенными к протоколам проверки показаний на месте с участием свидетеля И. и протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 11 апреля 2019 года, то с данной оценкой соглашается и суд апелляционной инстанции. Кроме того, место дорожно-транспортного происшествия было указано свидетелями И., Р., Г. и Д., что следовало из протоколов их допроса, а также из протокола судебного заседания.

Не вызывает сомнения в своей обоснованности и оценка, данная судом доводам стороны защиты относительно того, что Сабикенов действовал по приказу командования, которое было осведомлено по докладам осужденного об оборудовании колес автомобиля различными покрышками, а также, что тот двигался с разрешенной скоростью и не мог своевременно обнаружить гололедные явления на дороге. При этом данная оценка относительно оборудования колес автомобиля основана на показаниях свидетелей А., И., О., К. и М.. 

Проверив и оценив приведенные доказательства, окружной военный суд соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что для постановления обвинительного приговора в отношении Сабикенова доказательств по делу собрано достаточно и все они, положенные в его обоснование, являются допустимыми. Предусмотренные ст. 73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства, в том числе время, место и способ совершения преступлений, приговором установлены, а сам приговор в полной мере соответствует требованиям ст. ст. 307 – 309 УПК РФ.

Все доказательства по уголовному делу, как в совокупности, так и каждое в отдельности получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. При этом каких-либо нарушений при сборе доказательств, которые могли бы стать основанием для признания их недопустимыми не допущено.

Проанализировав и оценив изложенные доказательства, суд обосновано признал их относимыми, допустимыми и в совокупности – достаточными для принятия решения по делу и для вывода о доказанности вины осужденного в совершенном преступлении.

Таким образом, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, в том числе версию осужденного об обстоятельствах при которых он, управляя автомобилем, совершил дорожно-транспортное происшествие, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенного преступления, обоснованно пришел к выводу о виновности Сабикенова и правильно квалифицировал его действия по ст. 264 ч. 1 УК РФ. 

Что же касается других доводов, приведенных в апелляционной жалобе, то окружной военный суд исходит из следующего.

Так, наличие в автомобиле, которым управлял осужденный, пассажира, не включенного в приказ о перемещении военнослужащих в служебную командировку, не ставит под сомнение законность и обоснованность вынесенного по делу приговора ввиду совершения виновным вышеуказанного преступного деяния и причинения данному пассажиру тяжкого вреда здоровью.

С учетом вышеприведенного беспредметной является и ссылка автора апелляционной жалобы на то, что осужденный не был в состоянии обнаружить во время движения наличие на дорожном покрытии гололеда, поскольку в силу п. 10.1 Правил дорожного движения РФ именно водитель должен выбрать скорость движения, обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований указанных Правил.

Безосновательной является и ссылка защитника на то, что Сабикеновым не был превышен допустимый скоростной режим, поскольку она свидетельствует о неправильном толковании п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, в котором речь идет не о движении с предельно допустимой скоростью, а о выборе скоростного режима исходя из дорожной обстановки и видимости в направлении движения. Водитель понимал или должен был понимать, что при выбранной им скорости движения транспортного средства он не сможет избежать дорожно-транспортного происшествия. 

Правомерным является и вывод суда о том, что водитель Сабикенов, управляя технически исправным автомобилем марки 

<

...> с государственным регистрационным знаком 

<

...>, двигаясь по участку 681 км + 400 м автомобильной дороги 

<

...>, в нарушение п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, не убедившись в безопасности движения, проявляя преступное легкомыслие, неверно оценил дорожную обстановку при выборе скоростного режима, допустил занос автомобиля с последующим выездом на левую обочину по ходу своего движения, съезд в кювет и опрокидывание автомобиля. В результате указанных действий пассажиру данного автомобиля Р. были причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью. Поэтому доводы стороны защиты об обратном являются несостоятельными.

С учетом изложенного является безосновательной и ссылка автора апелляционной жалобы на неуправляемый характер происшедшего заноса автомобиля, которым управлял осужденный непосредственно перед дорожно-транспортным происшествием. 

Наказание осужденному назначено в соответствии с требованиями статей 6, 60 и 61УК РФ с учетом характера и степени тяжести совершенного преступления, данных о личности осужденного, всех обстоятельств, влияющих на наказание, влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, и является справедливым. В соответствии с требованиями ст. 307 п. 4 УПК РФ суд привел мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания. В качестве обстоятельства, смягчающего наказание, на основании ч. 1 ст. 61 УК РФ, судом было признано оказание Сабикеновым помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления. Обстоятельств, отягчающих наказание, не установлено.

С учетом конкретных обстоятельств дела, данных о личности осужденного, характера допущенных нарушений Правил дорожного движения РФ и наступивших последствий, а также положений ч. 6 ст. 53 и ч. 7 ст. 53.1, ст. 54, ч. 1 ст. 56 УК РФ, а также пп. 25 и 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», суд счел возможным назначить Сабикенову наказание в виде штрафа, при определении размера которого учел тяжесть совершенного им преступления, имущественное положение осужденного и его семьи, а также получение им постоянного дохода.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, а также личности виновного, суд не нашел оснований для назначения ему дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Других оснований для изменения приговора в материалах уголовного дела не содержится, не приведены таковые и автором апелляционной жалобы. 

Каких-либо существенных нарушений норм материального и процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену приговора, при рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора в отношении осужденного не допущено.

Учитывая вышеприведенное, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В связи с изложенным и руководствуясь п.1 ч.1 ст. 389.20 и ст. 389.28 УПК РФ, окружной военный суд

постановил:

приговор Барнаульского гарнизонного военного суда от 28 августа 2019 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника-адвоката Колыванова В.Р. – без удовлетворения.

Председательствующий