Дело №2-981/2024

УИД 34RS0038-01-2024-001177-40

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 октября 2024года г.Краснослободск

Среднеахтубинского района

Волгоградской области 

Среднеахтубинский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Сукочевой Л.А.,

при секретаре судебного заседания Пробичевой Е.С.,

с участием представителя истца ФИО1, действующей п на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ., сроком действия на два года, 

представителя ответчиков - ФИО2, действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ. и доверенности № № от ДД.ММ.ГГГГ. сроком действия сроком на пять лет, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительными договоров дарения квартиры, применении последствия недействительности сделки, прекращении права собственности, 

У С Т А Н О В И Л:

Первоначально ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО4 о признании недействительным договора дарения квартиры, применении последствия недействительности сделки, прекращении права собственности, указав в обоснование своих требований, что ДД.ММ.ГГГГ. будучи в пожилом возрасте, находясь под влиянием заблуждения, подписал договор дарения ФИО4, с которой проживал фактически, но не состоял в зарегистрированном браке, принадлежащей ему квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, общей площадью 50,1кв.м, рассчитывая на сохранение за ним права пожизненного пользования данным жилым помещением поскольку в договоре дарения, оформленном в простой письменной форме, отсутствовало указание на безвозмездный характер сделки, не разъяснялись правовые последствия дара, в связи с чем ФИО3 не знал и не мог знать, что не вправе требовать от дарителя какого-либо встречного представления, в том числе, права на дальнейшее проживание в отчуждаемой квартире, и не осознавал, что, тем самым, лишает себя единственного жилья, в связи с чем его действительное волеизъявление не было направлено на наступление правовых последствий, связанных с утратой права пользования жилым помещением, иначе данной сделки ФИО3 не совершал бы вообще. Кроме того, в отчуждаемой квартире истец самовольно произвел реконструкцию, заключающуюся в присоединении к ней подсобного помещения, относящегося к общему имуществу собственников многоквартирного дома, используемого ими для удовлетворения общих нужд, без получения на это разрешительных документов и в отсутствие согласия всех собственников помещений многоквартирного дома, уменьшив, тем самым, объем общедомового имущества и увеличив общую площадь своей квартиры с 40,9кв.м до 50,1кв.м. Однако зная об отсутствии законных оснований для увеличения площади квартиры за счет общего имущества собственников помещений многоквартирного дома ФИО3, тем не менее, действуя в обход закона, допустил совершение сделки, ничтожной изначально с даты ее совершения. В свою очередь, ответчик ФИО4, получив от истца квартиру в дар и не имея намерения в ней постоянно проживать, выехала из данной квартиры в другое принадлежащее ей на праве собственности жилое помещение, забрав личные вещи и отказавшись от исполнения обязанностей собственника по содержанию своего имущества, тогда как ФИО3, продолжая в течении всего последующего времени пользоваться и владеть спорной квартирой как ее фактический собственник, ошибочно полагал, что произведя отчуждение права собственности в пользу ФИО4 не утратил права пользования данным жилым помещением. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 потребовала от ФИО3 освободить квартиру и сняться с регистрационного учета в связи с ее продажей без предоставления ему для проживания другого жилья. Но, поскольку, ФИО3 препятствовал доступу в жилое помещение иных лиц ФИО4 намеренно с целью формального изменения правообладателя квартиры подарила ее своему сыну ФИО5, который узнав, что ФИО3 обратился в суд за оспариванием договора дарения квартиры, заключенного с ФИО4, заявил в суд исковые требования об утрате ФИО3 права пользования спорным жилым помещением и снятии его с регистрационного учета. 

Протокольным определением ФИО5 привлечен в качестве соответчика по делу.

В свою очередь, ФИО3 уточнил ранее заявленные требования требованием о признании недействительным договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ., заключенного между ФИО4 и ФИО5, поскольку в связи с применением последствий недействительности сделки дарения, совершенной между ФИО3 и ФИО4, право собственности ФИО3 подлежит восстановлению, в связи с чем, ФИО5 обратился в суд за осуществлением права на судебную защиту в противоречии с назначением заявленного им иска. Поскольку истец ФИО3 не знал и не мог знать о безвозмездности сделки дарения квартиры, совершенной между ним и ФИО4, ввиду отсутствия указания об этом в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ., последствия совершаемой им сделки не были прописаны в тексте договора и никем ему не разъяснялись при его подписании, в связи с чем, ФИО3 заблуждался относительно последствий сделки дарения и не знал, что лишает себя единственного жилья, а также учитывая, что он увеличил общую площадь отчуждаемой квартиры за счет части общего имущества собственников помещений многоквартирного дома без законных на то оснований, что исключает возможность свободного участия такого объекта в гражданском обороте, принимая во внимание, что квартира предоставлялась ФИО3 органом местного самоуправления в порядке мены за изъятое у него аварийное жилье, ФИО3 не обеспечен другим жильем, находится в преклонном возрасте (

<

.....>).

Истец просит суд признать недействительными договор дарения квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО3 и ФИО4, договор дарения, заключенный ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО6 и ФИО5, с применением последствий недействительности сделки путем возврата сторон в первоначальное положение.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 исковые требования поддержала и на их удовлетворении настаивала.

Истец ФИО3, ответчики ФИО4, ФИО5 о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, причины неявки суду неизвестны.

Представитель ответчиков ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, мотивируя тем, что договор дарения, заключенный между ФИО7 и ФИО4, оформлен и подписан в порядке, установленном законом, содержит все существенные условия сделки, сведения об измененной площади отчуждаемого объекта внесены в кадастр недвижимости в упрощенном порядке по декларации, при этом не отрицая того, что общая площадь подаренной истцом квартиры увеличилась за счет площади подсобного помещения, относящегося к общему имуществу собственников помещений многоквартирного дома, но, сославшись на то, что одаряемая ФИО4 не знала об отсутствии у дарителя ФИО3 разрешительных документов на проведение реконструкции с присоединением части общедомового имущества, при этом полагая, что для совершения сделки дарения квартиры, находящейся в реконструированном состоянии, достаточно проведения государственной регистрации изменений объекта в части его площади, что позволило ей впоследствии реализовать правомочия собственника по распоряжению своим имуществом и подарить квартиру сыну ФИО5 Просит применить к исковым требованиям последствия пропуска срока исковой давности. Кроме того, представитель ответчика утверждает, что ФИО3 был здоров на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ., в обоснование своей позиции представляет Удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ., удостоверение частного охранника № от ДД.ММ.ГГГГ. с разрешением ношения служебного оружия при наличии специального разрешения серии РСЛА, свидетельство № от 27.03.2014г. о том, что ФИО3 прошел учебную программу по подготовке лиц в целях изучения правил безопасности обращения с оружием и приобретения навыков безопасного обращения с оружием, поэтому ссылка на состояние здоровья истца при разрешении спора не должна учитываться судом.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, администрация 

<

адрес>, администрация городского поселения 

<

адрес>, Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес>, Волгоградский филиал ППК «Роскадастр» Волгоградский центр технической инвентаризации и кадастровых работ 

<

адрес> производственный участок Волжского отделения 

<

адрес>, Филиал ФГБУ «ФКП Росреестра» по 

<

адрес>, ООО УК «СЖХ», Краснослободский филиал ЦМБТИ, Комитет по обеспечению безопасности жизнедеятельности населения 

<

адрес> в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, причины неявки неизвестны.

Суд, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав явившихся в судебное заседание лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно п.1 ст.420 Гражданского кодекса РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с п.4 ст.421 Гражданского кодекса РФ, условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В силу ст.422 Гражданского кодекса РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Исходя из п.2 ст.209 Гражданского кодекса РФ, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Как следует из п.2 ст.218 Гражданского кодекса РФ, право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст.432 Гражданского кодекса РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии со ст.572 Гражданского кодекса РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность, либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом. 

При наличии встречной передачи вещи или права, либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 170 настоящего Кодекса.

Исходя из п.2 ст.170 Гражданского кодекса РФ, притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. 

В силу п.1 ст.166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно п.п.1,2 ст.178 Гражданского кодекса РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

При этом, в силу п.3 ст.178 Гражданского кодекса РФ заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (п.6 ст.178 Гражданского кодекса РФ).

Согласно п.п.1 и 2 ст.167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Между тем, в силу п.2 ст.222 Гражданского кодекса РФ лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. Использование самовольной постройки не допускается. 

В пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 12.12.2023) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" №10/22 разъяснено, что положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

Следуя положениям п.1 ст.222 Гражданского кодекса РФ, одним из оснований для признания реконструкции самовольной является ее выполнение без получения на это необходимых в силу закона согласований и разрешений. 

Исходя из частей 1–3 статьи 36, части 2 статьи 40, пункта 1 части 2 статьи 44 Жилищного кодекса Российской Федерации (далее – ЖК РФ) для проведения реконструкции жилого помещения в многоквартирном доме, влекущей уменьшение размера общего имущества. обязательным условием является согласие всех собственников помещений в многоквартирном доме. В его отсутствие нельзя признать такую реконструкцию проведенной в соответствии с требованиями закона. Надлежащим подтверждением наличия согласия всех собственников на реконструкцию жилого помещения в многоквартирном доме является соответствующее решение общего собрания собственников помещений многоквартирного дома.

В разделе 5 Обзора судебной практики по делам, связанными с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16.11.2020г., указано, что реконструкция жилого помещения в многоквартирном доме, влекущая уменьшение размера общего имущества, проведенная в отсутствие согласия всех собственников помещений в таком доме, является самовольной. 

В п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.12.2023г. №44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке» разъяснено, что проведение реконструкции многоквартирного дома, в результате которой произойдет уменьшение размера общего имущества (например, частичного использования внешней стены дома (ограждающей несущей конструкции) и части придомовой территории для оборудования отдельного входа в помещение), требует согласия всех собственников помещений и машино-мест в многоквартирном доме (части 1 - 3 статьи 36, часть 2 статьи 40, пункт 1 части 2 статьи 44 ЖК РФ). Такое решение или согласие является необходимым основанием для выдачи соответствующего разрешения на строительство (пункт 6.2 части 7 статьи 51 ГрК РФ). Осуществление реконструкции многоквартирного дома в отсутствие соответствующего решения или согласия, а равно в отсутствие разрешения на строительство является основанием для признания ее самовольной.

В соответствии с ч.1 ст.55 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте положений части 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

Как следует из материалов гражданского дела и установлено судом, ФИО3 являлся собственником двухкомнатной квартиры общей площадью 40,9кв.м, расположенной по адресу 

<

адрес>, предоставленной ему на основании договора мены жилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ. администрацией городского поселения 

<

адрес> в рамках долгосрочной целевой программы «Переселение граждан из аварийного жилищного фонда на территории городского поселения 

<

адрес>» взамен изъятого в соответствии с постановлением администрации Среднеахтубинского муниципального района 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ. аварийного жилого помещения квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, которая принадлежала ему в порядке приватизации по договору передачи квартиры в собственность граждан № от ДД.ММ.ГГГГ.

Право собственности на двухкомнатную квартиру общей площадью 40,9 кв.м, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано за ФИО3 в Едином государственном реестре недвижимости в соответствии с записью № от ДД.ММ.ГГГГ., что подтверждается материалами кадастрового дела, истребованными по запросу суда.

В техническом паспорте на двухэтажный жилой 

<

адрес>, подготовленном ВО ГУП «Волгоградоблтехинвентаризация» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ., отражено проектное положение 

<

адрес> до проведения в ней реконструкции, согласно которому жилое помещение квартиры, расположенной на первом этаже многоквартирного дома, состоит из двух жилых комнат площадью 11,7 кв.м, 12,6кв.м, коридора площадью 5,6кв.м, кухни площадью 8,5кв.м, санузла площадью 3,6кв.м, образующих общую площадь в размере 42,0кв.м, жилую площадь в размере 24,3кв.м. Исходя из поэтажного плана здания жилого дома к капитальной стене, ограждающей пространство 

<

адрес>, примыкает подсобное помещение VII площадью 9,2кв.м, относящееся к помещениям общего пользования, которое сообщается с общим коридором III площадью 9,7кв.м путем устройства дверного проема, граничит с трансформаторной V площадью 4,9кв.м, подсобным помещением VI площадью 9,2кв.м и обособлено от них внутренними перегородками.

Данными первичной технической инвентаризации жилого помещения квартиры, содержащими в материалах представленного суду кадастрового дела, также подтверждается первоначальный набор помещений 

<

адрес> в составе двух жилых комнат площадью 11,4 кв.м., 12,3 кв.м, коридора площадью 5,6кв., кухни площадью 8,5 кв.м, санузла площадью 3,2кв.м, общей площадью 40,9кв.м, уточненной в результате внутреннего обмера. 

Имеющаяся в деле схема газовых стояков, установленных на первом этаже многоквартирного 

<

адрес>, размещение инженерного газового оборудования спроектировано в пределах общей площади двухкомнатной 

<

адрес>.

Между тем, в соответствии с кадастровым паспортом № от ДД.ММ.ГГГГ., общая площадь квартиры изменилась и составляет 50,1 кв.м, при этом, согласно внесенной в кадастровый паспорт особой отметки общая площадь квартиры увеличилась на 9,2 кв.м в результате реконструкции и включения площади комнаты, образованной из помещения для общедомовых нужд.

Из технического плана квартиры, приведенного в составе вышеуказанного кадастрового паспорта, а также содержащегося в материалах представленного суду кадастрового дела, следует, что границы жилого помещения 

<

адрес> общей площадью 40,9кв.м в 

<

адрес> изменились в результате произведенной реконструкции квартиры, заключающейся в присоединении к квартире подсобного помещения VII площадью 9,2кв.м с образованием в нем жилой комнаты площадью 9,2кв.м, организации в межквартирной капитальной стене дверного проема с устройством дверного блока, заделке существующего дверного проема в перегородке между присоединенным подсобным помещением VII и общим коридором в подъезд многоквартирного дома, в связи с чем ограждающей квартиру конструкцией является не капитальная стена, как предусмотрено техническим паспортом здания, а перегородка, ранее служившая для обособления подсобного помещения VII площадью 9,2кв.м от других помещений общего пользования. 

В свою очередь, технический паспорт по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. также подтверждает, что планировочная организация 

<

адрес>, расположенной в 

<

адрес>, изменилась за счет площади присоединенного к ней подсобного помещения, находившегося за пределами квартиры, реконструированное жилое помещение представляет собой уже трехкомнатную квартиру общей площадью 50,1кв.м, состоящую из жилых комнат площадью 11,4кв.м, 12,3кв.м, 9,2кв, коридора площадью 5,6кв.м, кухни площадью 8,5кв.м, санузла площадью 3,2кв.м, в которой между вновь образованной жилой комнатой площадью 9,2кв.м и жилой комнатой площадью 12,3кв.м организовано межкомнатное сообщение посредством устройства дверного проема с дверным блоком в капитальной межквартирной стене, в перегородке ранее существовавшего подсобного помещения заделан дверной проем для выхода в общий коридор и подъезд многоквартирного дома. 

Согласно информации, представленной суду администрацией городского поселения 

<

адрес>, Волгоградского филиала ППК «Роскадастра», общая площадь квартиры по правоустанавливающим документам составляет 40,9кв.м, увеличение общей площади на 9,2кв.м произошло в результате реконструкции в связи с включением в нее площади комнаты, образованной из помещения для общедомовых нужд, разрешительных документов на проведение реконструкции органом местного самоуправления не выдавалось и не предъявлялось.

В материалах представленного суду кадастрового дела содержится декларация об учете изменений характеристик квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, в части общей площади, а, именно, с 40,9кв.м до 50,1кв.м, составленная ФИО3 в целях регистрации изменений площади квартиры в Едином государственном реестре недвижимости, при этом, отсутствует разрешение органа местного самоуправления и согласия собственников помещений многоквартирного дома, оформленного в виде протокола общего собрания, подтверждающих легитимность реконструкции и законность оснований возникновения у ФИО3 права собственности на объект, изменившийся за счет уменьшения части общего имущества.

Исходя из содержания оспариваемого истцом договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ., совершенного в простой письменной форме, одаряемая ФИО4 принимает в дар у дарителя ФИО3, а даритель ФИО3 дарит квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 50,1кв.м (пункты 1 и 2 договора).

Однако, в качестве правоустанавливающего документа указан договор мены жилых помещений от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому за ФИО3 зарегистрировано право собственности на 

<

адрес> общей площадью 40,9кв.м, документов, служащих основанием для узаконивания произведенной в квартире реконструкции и уменьшения общего имущества собственников помещений многоквартирного дома, и как, следствие наличия у ФИО3 права на обладание квартирой общей площадью 50,1кв.м, в договоре не указано (пункт 3 договора). 

Как следует из договора дарения от 21.01.2015г. в нем отсутствуют сведения о сохранении или не сохранении права ФИО3 на проживание в указанной квартире после прекращения его права собственности на данное жилое помещение.

Вместе с тем судом установлено, что истец ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ), находится в пожилом возрасте, имеет ряд хронических заболеваний (двухсторонняя сенсоневральная тугоухость второй степени, выражающаяся в неспособности слышать тихие и средние по громкости звуки; атеросклероз сетчатки глаз, сопровождающийся рассеянной неврологической симптоматикой, появлением темной пелены, закрывающей поле зрения; нарушение функций головного мозга; острое нарушение мозгового кровообращения; острый ишемический инсульт; гипертоническая болезнь 3 стадии в тяжелой патологической форме; артериальная гипертензия третьей степени риска, характеризующаяся повышенным артериальным давлением и текущими осложнениями; постинфарктный кардиосклероз; ишемическая болезнь сердца; сахарный диабет второго типа; стенокардия; атеросклероз второй фазы развития; гипертония.

Также судом установлено, что на момент заключения договора дарения ФИО3 было 61 год, какого-либо другого жилья ни в собственности, ни по договору социального найма не имел, также как и не имеет в настоящее время, согласно имеющейся в деле адресной справке № от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ. по настоящее время зарегистрирован по месту постоянного проживания в 

<

адрес>, тогда как ответчик ФИО4 обладает на праве собственности несколькими жилыми помещениями как на праве единоличной собственности, так и общей долевой собственности, после заключения договора дарения и по настоящее время ФИО3 продолжает нести расходы по содержанию квартиры, оплачивает коммунальные услуги с учетом одного зарегистрированного и проживающего в квартире лица, то есть самого истца.

Исходя из справки 

<

адрес>, выданной ДД.ММ.ГГГГ. отделом ЗАГС администрации 

<

адрес>, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, в брачных отношениях не состоял, факт расторжения брака между ФИО3 и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ, (однофамилец с ответчиком по делу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ) подтверждается повторным свидетельством о расторжении брака № от ДД.ММ.ГГГГ., согласно которому брак был прекращен ДД.ММ.ГГГГ, из чего следует вывод о том, что истец ФИО3 и ответчик ФИО4 являются посторонними друг для друга людьми.

Как следует из иска ФИО3 при заключении договора дарения понимал, что взамен отчуждаемого права собственности на квартиру ему будет предоставлено право пожизненного в ней проживания, в связи с чем, был уверен, что без жилья не остается. Также указав в иске, что на выполнение в квартире реконструкции с присоединением к ней части общедомового имущества за получением разрешения в орган местного самоуправления не обращался и согласия на уменьшение общего имущества собственниками помещений многоквартирного дома ему не выдавалось. Находясь в момент заключения договора в пожилом возрасте и не понимая всех последствий совершаемой сделки, поскольку их ФИО3 никто не разъяснял, имел заболевания органов зрения и другие хронические заболевания, полностью доверился ФИО4, поддержавшей его в трудной жизненной ситуации и обещавшей ему, что он продолжит проживание в квартире, истец, тем самым, не намеревался отказываться от своего права собственности на квартиру безвозмездно, в связи с чем, договор дарения совершил без намерения создать соответствующие ему правовые последствия.

В свою очередь, отсутствие в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ. указания на безвозмездность отчуждения дарителем квартиры в пользу одаряемого подтверждает, что ФИО3 рассчитывал на получение от ФИО4 встречного предоставления, что исключает безвозмездность дарения.

Исходя из обстоятельств дела юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими выяснению, являются вопросы об установлении действительной воли истца на совершение какой сделки его воля была направлена, о понимании истцом сущности сделки дарения недвижимого имущества и условий договора, существенности заблуждения относительно характера такой сделки. При решении вопросов о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в п.1 ст.178 ГК РФ, необходимо исходить из существенности данного обстоятельств для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

Как видно из материалов дела истец ФИО3, страдающий различными заболеваниями, в силу преклонного возраста (на момент сделки полных 61 год) и состояния здоровья, позволявшими ему заблуждаться относительно природы сделки, ее условий, значения своих действий по отчуждению единственного жилья, не выражал своей воли о безвозмездной передаче ответчику прав на квартиру, следовательно, полагал, что при заключении оспариваемой сделки без жилья не останется и взамен переданного ответчику права собственности на квартиру ему будет предоставлена право проживания в ней пожизненно.

Довод представителя ответчиков, что ФИО3 был здоров на момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. в обосновании которого представлены Удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ., удостоверение частного охранника № от ДД.ММ.ГГГГ. с разрешением ношения служебного оружия при наличии специального разрешения серии №, свидетельство № от ДД.ММ.ГГГГ. о том, что ФИО3 прошел учебную программу по подготовке лиц в целях изучения правил безопасности обращения с оружием и приобретения навыков безопасного обращения с оружием, и поэтому ссылка на состояние здоровья истца при разрешении спора не должна учитываться суд считает несостоятельным, так как вышеперечисленные документы не являются медицинскими. 

Разрешая спор относительно намерения ФИО3 подарить единственное жилье постороннему лицу, проанализировав установленные обстоятельства, оценив предоставленные доказательства, руководствуясь вышеназванными нормами материального права, суд пришел к выводу о том, что у истца не было волеизъявления на безвозмездную передачу квартиры в собственность ответчика ФИО4, при заключении оспариваемого договора ФИО3 действовал под влиянием заблуждения, будучи уверенным в том, что взамен отчужденного права собственности ему будет предоставлено право пожизненного пользования подаренной квартирой. 

Также установив, что истец без получения разрешения произвел реконструкцию квартиры, изменив ее параметры и уменьшив объем общего имущества собственников помещений многоквартирного дома, тогда как доказательств обратному ответчиками суду не представлено, а, именно то, что истцом было получено разрешение на реконструкцию от органа местного самоуправления, согласие всех собственников помещений многоквартирного дома на присоединение к квартире части общедомового имущества, полученное от них на общем собрании, а также учитывая, что сама по себе поданная истцом декларация об учете изменений объекта без предварительного получения разрешения на реконструкцию и согласия собственников помещений многоквартирного дома не узаконивает реконструкцию и не порождает у ФИО3 права собственности на квартиру в реконструированном состоянии, а, значит, реконструкция жилого помещения в многоквартирном доме, влекущая уменьшение размера общего имущества, проведенная в отсутствие согласия всех собственников помещений в таком доме, а равно и отсутствие разрешения, является самовольной, суд считает, что при таких обстоятельствах не имеется оснований для вывода о том, что истец ФИО3 имел право распоряжаться квартирой и ее дарить в нарушение прав и законных интересов других собственников помещений многоквартирного дома, в связи с чем, договор дарения квартиры, заключенный 21.01.2015г. между ФИО3 и ФИО4, судом признается недействительным.

Как разъяснено в пунктах 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского Кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, в зависимости от обстоятельств дела, такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ). 

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которым она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ. 

В обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №1, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015г., установлено, что если злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный статьей 10 Гражданского кодекса РФ, такая сделка признается недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса РФ. 

В редакции Федерального закона №302-ФЗ от 30.12.2012г. «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», действовавшего на момент совершения оспариваемой сделки дарения от 21.01.2015г., статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что как злоупотребление правом может быть квалифицировано любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. 

Поскольку договор дарения квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ. между дарителем ФИО3 и одаряемой ФИО4, признается недействительным судом применяются последствия недействительности сделки, при которых стороны по делу подлежат возврату в первоначальное положение и квартира принадлежит на праве собственности ФИО3 Следовательно, для удовлетворения требований истца о признании недействительным договора дарения спорной квартиры, заключенного ДД.ММ.ГГГГ. между дарителем ФИО4 и одаряемым ФИО5, основания также имеются.

Представителем ответчиков в судебном заседании было заявлено о применении по делу срока исковой давности.

При разрешении ходатайства ответчиков суд учитывает, что собственникам помещений в многоквартирном доме по смыслу ст. 36 Жилищного кодекса РФ и Правил содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 13.08.2006г. №491, принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование, находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения.

Согласно ч.3 ст.36 Жилищного кодекса РФ, уменьшение размера общего имущества в многоквартирном доме возможно только с согласия всех собственников помещений в данном доме путем его реконструкции.

Из представленных суду документов следует, что истцом ФИО3 в жилом помещении квартиры произведены работы по устройству дверного проема в ограждающей ненесущей конструкции с присоединением помещения, входящего в состав общего имущества собственников помещений многоквартирного дома, что привело к его уменьшению и разрушению части межквартирной внутренней стены многоквартирного дома, являющейся ограждающей ненесущей конструкцией, что повлекло изменение отдельных элементов имущества, находящегося в соответствии со ст.36 Жилищного кодекса РФ в общей долевой собственности собственников помещений в этом доме.

Разрешая спор по существу с учетом доказательств, свидетельствующих о том, что произведенные истцом работы привели к изменению объекта недвижимости, а также к уменьшению общего имущества собственников помещений и изменению его характеристик, что запрещало истцу распоряжаться жилым помещением и его дарить, однако принимая во внимание, что в связи с обращением ФИО3 в суд с иском о признании недействительным договора дарения квартиры нарушенные права собственников помещений многоквартирного жилого дома на владение отчужденной истцом частью общего имущества могут быть восстановлены, суд считает, что поскольку реализация своего права на судебную защиту осуществлена истцом способом, не противоречащим закону, на требования ФИО3 исковая давность не распространяется, в связи с чем, не усматривается оснований для применения к требованиям ФИО3 исковой давности.

Таким образом, судом проверены и учтены все факты, имеющие юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, которые влияют на его обоснованность и законность. Дав оценку всем представленным сторонами доказательствам в соответствии со ст.ст.56, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, оценивая доказательства исходя из их совокупности, находит исковые требования ФИО3 обоснованными и подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194 - 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о признании недействительными договоров дарения квартиры, применении последствия недействительности сделки, прекращении права собственности удовлетворить. 

Признать договор дарения квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 50,1кв.м, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4, недействительным с даты его заключения.

Применить последствия недействительности сделки, признав прекращенным право собственности ФИО4 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, зарегистрированное Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> за номером № от ДД.ММ.ГГГГ.

Признать недействительным договор дарения квартиры с кадастровым номером №, расположенной по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 50,1кв.м, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделок, признав прекращенным право собственности ФИО5 на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Среднеахтубинский районный суд Волгоградской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Мотивированный текст решения, в соответствии с ч.3 ст.107 ГПК РФ (с учетом выходных дней 26-27 октября 2024), изготовлен 02 ноября 2024 года. 

Судья: Сукочева Л.А.