РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 января 2019 года г. Усть-Илимск

Усть-Илимский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Балаганской И.В., при секретаре судебного заседания Загоскиной Е.А.,

с участием старшего помощника Усть-Илимского межрайонного прокурора Тукмаковой О.В.,

истца ФИО1, 

представителя истца ФИО2, действующей на основании устного заявления, с ограниченным объемом процессуальных прав,

представителя ответчика ООО «Илим Тимбер Индастри» ФИО3, действующей на основании доверенности № 20 от 26.02.2018, с полным объемом процессуальных прав, сроком действия до 31.12.2019, 

в отсутствии представителя ответчика филиала ООО «Илим Тимбер Индастри»,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-81/2019 по иску ФИО1 к филиалу Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри», Обществу с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, 

УСТАНОВИЛ:

В обоснование иска истец указал, что 16.09.1997 он был принят станочником распиловщиком в цех сушки и ОДП на ЛДЗ, 15.07.1998 переведен машинистом рубительной машины в цех сушки и ОДП, 25.01.2002 переведен оператором установок и линий обработки пиломатериалов, 01.01.2006 переведен в производство готовой продукции оператором установок и линий обработки пиломатериалов, 05.03.2009 переведен в производство пиломатериалов оператором установок и линий обработки пиломатериалов, 01.05.2013 переведен оператором установок и линий обработки пиломатериалов, 29.06.2016 ОАО ЛДЗ реорганизовано путем присоединения к ООО «Илим Тимбер Индастри». Согласно акта о случае профессионального заболевания от 07.07.2018 его стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 33 года 07 месяцев. Непосредственной причиной профессионального заболевания послужило: длительный стаж работы в условиях воздействия факторов (шума), превышающего ПДУ. Наличие вины работника не установлено. По заключению учреждения МСЭ от 30.07.2018 ему установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности на срок с 30.07.2018 по 01.08.2019. 03.09.2018 трудовой договор расторгнут в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Профессиональное заболевание причиняет ему огромные физические и нравственные страдания, ему трудно общаться с окружающими людьми, он вынужден постоянно переспрашивать, т.к. с трудом воспринимает чужую речь, что очень угнетает его нервную систему, не может вести прежний активный образ жизни, чувствует себя неполноценным человеком, у него постоянный громкий шум в ушах, что вызывает сильный дискомфорт. Все свои нравственные и физические страдания он оценивает в 500000 рублей. Просит взыскать с филиала ООО «Илим Тимбер» в г. Усть-Илимске в его пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 18500 рублей.

Определением суда от 30.11.2018 к участию в деле в качестве соответчика привлечен ООО «Илим Тимбер Индастри».

В судебном заседании истец, представитель истца заявленные требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала согласно письменным возражениям. Дополнительно суду пояснила, что ответчик свою обязанность по выплате компенсации морального вреда работнику исполнил. Взыскание повторной компенсации морального вреда действующим законодательством не предусмотрено.

В судебное заседание представитель ответчика филиала ООО «Илим Тимбер Индастри» не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки суду не известны.

Заслушав пояснения сторон, показания свидетелей, заключение прокурора, исследовав и оценив с учетом положений статей 67,68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) представленные сторонами доказательства, суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Разрешая требования о компенсации морального вреда, наступившего в результате профессионального заболевания, суд исходит из следующего.

В силу статей 20, 41 Конституции РФ, статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ч. 2 ст. 7 Конституции РФ в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей. Право граждан на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, закреплено в ч. 2 ст. 37 Конституции РФ. Этому праву работников корреспондирует обязанность работодателя создавать такие условия труда (ст. 212 ТК РФ).

В силу статьи 220 ТК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в соответствии с федеральным законом.

Ответственность за причиненный гражданину моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, предусмотрена ст. 151 Гражданского кодекса РФ. 

По смыслу части 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Согласно части 1 статьи 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с абзацем вторым статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст. 5 ТК РФ трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

На основании статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

Коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению (часть 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами (часть 1 статьи 21 ТК РФ).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей (часть 1 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективный договор может заключаться в организации в целом, в ее филиалах, представительствах и иных обособленных структурных подразделениях (часть 4 статьи 40 Трудового кодекса Российской Федерации).

Содержание и структура коллективного договора определяются сторонами (часть 1 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации). В коллективный договор могут включаться обязательства работников и работодателя, в том числе по выплате пособий и компенсаций, экологической безопасности и охране здоровья работников на производстве, другие вопросы, определенные сторонами (часть 2 статьи 41 Трудового кодекса Российской Федерации).

Коллективный договор заключается на срок не более трех лет и вступает в силу со дня подписания его сторонами либо со дня, установленного коллективным договором. Стороны имеют право продлевать действие коллективного договора на срок не более трех лет. Действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения (части 1, 2 и 3 статьи 43 Трудового кодекса Российской Федерации).

Вступление коллективного договора, соглашения в силу не зависит от факта их уведомительной регистрации (часть 2 статьи 50 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия коллективного договора, соглашения, ухудшающие положение работников, недействительны и не подлежат применению (часть 3 статьи 50 Трудового кодекса Российской Федерации).

Исходя приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений осуществляется не только трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, но и в договорном порядке путем заключения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений. По смыслу изложенных норм Трудового кодекса Российской Федерации, коллективные договоры, соглашения регулируют трудовые отношения наравне с Трудовым кодексом Российской Федерации.

В силу части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ), абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

В ходе судебного заседания установлено, что стороны истец ФИО1 и ООО «Илим Тимбер Индастри» находились в трудовых отношениях с 16.09.1997 по 03.09.2018, что подтверждается трудовой книжкой АТ–II № 1830069, приказом о прекращении трудового договора от 03.09.2018.

Из представленных документов усматривается, что истец ФИО1 осуществлял трудовую деятельность у ответчика в должности оператора установок и линий обработки пиломатериалов 6 разряда. 03.09.2018 уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (отсутствие у работодателя соответствующей работы, перевод на которую необходим работнику в соответствии с медицинским заключением).

В судебном заседании установлено, что ОАО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод» прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «Илим Тимбер Индастри». Установленные судом обстоятельства подтверждаются выпиской из единого государственного реестра юридических лиц, свидетельством о государственной регистрации юридического лица, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе. При таких обстоятельствах ООО «Илим Тимбер Индастри» является правопреемником всех обязательств ОАО «Усть-Илимский лесопильно-деревообрабатывающий завод».

Доводы истца о наличии у него профессионального заболевания, а также наличии оснований для компенсации морального вреда нашли подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Наличие у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, профессионального заболевания подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 07.06.2018, согласно которому стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составил 33 года 07 месяцев. Актом установлено, что заболевание является профессиональным, возникло в результате длительной работы в условиях воздействия вредных производственных факторов производственного шума, превышающего ПДУ. Наличие вины пострадавшего не установлено.

Установленный ФИО1 диагноз подтверждается медицинским заключением № 1046 Клиники НИИ медицины труда и экологии человека, г. Ангарск. 

ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % с 30.07.2018 до 01.08.2019, что подтверждается справкой МСЭ-2017 № 0042072 от 30.07.2018, кроме того, данный факт подтверждается также исследованным в ходе судебного разбирательства подлинным делом освидетельствования во МСЭ на имя ФИО1 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что представленными суду доказательствами подтверждается наличие у истца ФИО1 профессионального заболевания. 

Стороны в судебном заседании не возражали по обстоятельствам возникновения профессионального заболевания.

Допрошенные в судебном заседании свидетели М.Л.Н., Б.Р.А., Т.А.Е. показали, что после получения ФИО1 профессионального заболевания последний испытывает трудности в быту, поскольку ему приходится по нескольку раз переспрашивать собеседника, что приносит ему дискомфорт. 

Суд принимает во внимание показания свидетелей, поскольку не усматривает их заинтересованности в исходе дела, их показания не противоречат пояснениям истца и письменным доказательствам.

Медицинскими документами подтверждаются факты обращения истца за медицинской помощью по поводу снижения слуха. 

Возражая против удовлетворения исковых требований, представитель ответчика в судебном заседании пояснила, что работодатель в добровольном порядке выплатил истцу компенсацию морального вреда в размере 66 923 рублей.

Доводы представителя ответчика подтверждаются коллективным договором на 2016-2019гг., в соответствии с которым согласно пункту 2.6.1.14 возмещение вреда, причиненного работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а так же компенсация морального вреда работникам в случае установления впервые работнику утраты профессиональной трудоспособности в следствие производственной травмы или профессиональных заболеваний. В счет возмещения морального вреда работнику работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 10% среднемесячного заработка за последний год работы за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда Социального Страхования РФ), но не более 100 000 рублей. В случае установления работнику профессиональных заболеваний при отсутствии утраты профессиональной трудоспособности работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации в размере не более 50 000 рублей. При расчете единовременной выплаты компенсации морального вреда количество профессиональных заболеваний не влияет на сумму компенсации. Выплата единовременной компенсации производится в случае отсутствия вины работника при получении профессионального заболевания, на основании приказа работодателя.

В данном случае порядок выплаты работникам ООО «Илим Тимбер Индастри» компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием и ее конкретный размер определены в Коллективном договоре. Таким образом, стороны трудовых отношений, исходя из условий п. 2.6.1.14 Коллективного договора, пришли к соглашению о компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 профессиональным заболеванием на производстве, и определили размер такой компенсации, что соответствует правовому регулированию возмещения морального вреда работнику, установленному как нормами Трудового кодекса Российской Федерации, так и Коллективным договором, являющимся правовым актом, действие которого распространяется на всех работников филиала ООО «Илим Тимбер» в г.Усть-Илимске.

В соответствии с приказом № 099 от 19.06.2018 ФИО1 в счет возмещения морального вреда, связанного с установлением профессионального заболевания работодателем принято решение о выплате единовременную компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, с удержанием налога на доходы физических лиц.

Платежным поручением № 6182 от 19.12.2018 подтверждается зачисление на счет ФИО1 в счет компенсации морального вреда суммы в размере 43 500 рублей, с учетом удержания налога на доходы физических лиц.

Выплата указанной суммы была произведена работодателем без учета степени утраты трудоспособности.

Учитывая произведенную выплату единовременной компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, справку о степени утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%, сумму единовременного пособия, выплаченного из фонда социального страхования РФ, приказом № 171 от 09.11.2018 работодателем принято решение о дополнительной выплате ФИО1 в счет возмещения морального вреда, связанного с установлением профессионального заболевания единовременную компенсацию в размере 26 923,24 рублей, с удержанием налога на доходы физических лиц.

Платежным поручением № 5567 от 13.11.2018 подтверждается зачисление на счет ФИО1 в счет компенсации морального вреда суммы в размере 23 423,24 рублей, с учетом удержания налога на доходы физических лиц.

Итого в счет компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием ФИО1 ответчиком выплачена сумма в размере 66 923,24 рублей. Факт получения истцом указанной суммы не оспаривается истцом. 

Совокупный анализ объяснений сторон, письменных материалов дела позволяет суду сделать вывод о том, что у ФИО1 установлено профессиональное заболевание, с утратой профессиональной трудоспособности в размере 30%. При этом, в порядке, установленном Коллективным договором, ФИО1 реализовано право на компенсацию морального вреда, предусмотренное частью 1 статьи 21 ТК РФ, а работодателем выполнена обязанность по выплате компенсации морального вреда работнику, установленная частью 2 статьи 22 ТК РФ. 

Довод истца о том, что ему не известно назначение платежей, зачисляемых на его счет суд отвергает, поскольку факт неосведомленности истца о полученных им денежных средствах, не умаляет факт исполнения работодателем своей обязанности по перечислению денежных средств в счет компенсации морального вреда. 

Из пояснений истца следует, что после получения им сумм компенсации морального вреда, выплаченных ему ответчиком по пункту 2.6.1.14 Коллективного договора, он не оспаривал в суде условия Коллективного договора, определяющие расчет размера компенсации морального вреда при получении работником профессионального заболевания на производстве, или другие его условия, относящиеся к компенсации морального вреда.

В силу статьи 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Суд принимает во внимание, изложенную позицию в третьем абзаце пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" которым разъяснено, что в соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Соответственно, суд не вправе в отсутствие спора о размере выплаченной работодателем работнику на основании коллективного договора о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья определять работнику размер компенсации морального вреда, отличный от размера такой компенсации, предусмотренного коллективным договором.

Удовлетворение требований истца приведет к повторному взысканию компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено.

Довод представителя истца о том, что выплаты ответчиком произведены после его увольнения и с момента увольнения положения коллективного договора на истца не распространяются, суд находит необоснованным, поскольку приказ о выплате истцу единовременной компенсации морального вреда с учетом положений коллективного договора, утвержденного на 2016-2019 годы, издан работодателем в отношении истца в период его трудовых отношений с ответчиком.

Таким образом, законных оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда у суда не имеется, следовательно, в удовлетворении исковых требований ФИО1 должно быть отказано. 

В силу положений статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Принимая во внимание, что в удовлетворении исковых требований истца о компенсации морального вреда отказано, производное требование о взыскании расходов на оплату услуг представителя в размере 18500 рублей, удовлетворению также не подлежит. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к филиалу Общества с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри», Обществу с ограниченной ответственностью «Илим Тимбер Индастри» о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием, отказать в полном объеме.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Усть-Илимский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья И.В. Балаганская