УИД 76RS0022-01-2019-000592-58 

Дело № 2-2/2020 

Изг. 06.07.2020 г. 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Ярославль

25 марта 2020 года

Заволжский районный суд города Ярославля в составе:

председательствующего судьи Ратехиной В.А.,

при секретаре Сизоненко Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к 

<

...> о защите трудовых прав, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением к 

<

...> с учетом неоднократного уточнения исковых требований просил взыскать с ответчика (т. 9. л.д. 120-133):

- невыплаченную заработную плату в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 88 956,53 руб. за январь 2018 г., 257 051,21 руб. за март 2018 г., 150 498,3 руб. за май 2018г., 71 821,55 руб. за июнь 2018 г., 219158,81 руб. за ноябрь 2018г.;

- недоначисленные и невыплаченные отпускные с учетом районного коэффициента за 2018 г. 167 927,63 руб. и 225 152 руб. денежной компенсации за непредоставленный отпуск согласно п. 1.8 коллективного договора на 2018 год.;

- недоначисленную и невыплаченную заработную плату за выслугу лет и классность за 2018 год в размере 298 692, 0 руб.

- недоначисленную и невыплаченную заработную плату за невыплату за выслугу лет, классность и за отработанные в районах Севера и (или) приравненных к ним местностях 5 месяцев в 2018 году с учетом невыплаченного районного коэффициента 98 661,6 руб.

- недоначисленную и невыплаченную заработную плату за невыплату за выслугу лет, классность, с учетом невыплаченного районного коэффициента за период с 01 ноября 2014 г. по 31 декабря 2017 год (38 месяцев) 1 533 141,6 руб.;

- невыплаченную заработную плату в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 9927768,38 руб. за период 2012-2017г.г.

- недоначисленные и невыплаченные отпускные за 2012-2017 г. в размере 1 410 112,95 руб., а также за непредоставленные дополнительные отпуска за период 2012-2017 г. – 1 350 912 руб.

- проценты за задержку выплаты заработной платы с 2012-2018 г.г. в размере 8 462 161,70 руб. и далее - по день фактического исполнения;

- выходное пособие, выплачиваемое при увольнении, в сумме 193 271,94 руб.;

- за дни неиспользованного дополнительного отпуска за вредные условия работы денежные средства в сумме 46 174,18 руб. и денежную компенсацию за непредоставленный отпуск за период с 04.09.2018 г. по 31.01.2019 г. в сумме 65 963,10 руб.

- за дни неиспользованного в 2019 г. дополнительного отпуска «за налет» в сумме 85 752,05 руб.

- компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование иска указано на то, что истец был принят в 

<

...> на должность второго пилота авиационного звена авиационной эскадрильи МИ-8 авиационный отряд транспортной авиации № 2, летный комплекс, и состоял в трудовых отношениях с ответчиком с 04.09.2007 г. по 31.01.2019 г. Согласно приказу № 71/л от 24.01.2019 г. трудовой договор с истцом был расторгнут по п.2 ст.81 ТК РФ.

С 14.03.2008 г. на основании заключенного между сторонами трудового договора и дополнительных соглашений к нему от 24.10.2014 г. и 23.08.2018г. истец состоял в должности второго пилота звена вертолетов МИ-8 (МБУ) отдельной авиационной эскадрильи Службы летных стандартов и методического обеспечения полетов отряд транспортной авиации № 2, летный комплекс.

За выполнение трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором, истцу была установлена заработная плата, которая включала в редакции дополнительного соглашения от 23.08.2018 г.: должностной оклад в размере 36040 руб. в редакции дополнительного соглашения от 24.10.2014 г. и 41 900 руб. в редакции дополнительного соглашения от 24.10.2014 г.; доплату за работу во вредных условиях труда - 8% за фактически отработанное во вредных условиях труда время в редакции дополнительного соглашения от 23.08.2018г.; ежемесячную премию до 30% должностного оклада; доплату за выслугу лет 20% от должностного оклада; доплату за классность 40% к окладу; надбавки, установленные Положением в Авиапредприятии; иные стимулирующие и компенсационные выплаты. 

В указанный выше период работа истца протекала в основном в районах Крайнего Севера, истец выполнял производственные задания с выездом (вылетом) в Архангельскую область, Ненецкий автономный округ, Республику Коми и приравненные к ним районы.

В нарушение положений действующего законодательства на фактический месячный заработок истцу не начислялся и не выплачивался с января 2018 г. по январь 2019 г. (год, предшествующий обращению в суд) районный коэффициент за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях (Республика Коми, Архангельская область, Ненецкий автономный округ). 

В январе, марте, мае, июне и ноябре 2018 году истец выполнял свои трудовые обязанности в Ненецком автономном округе в поселке Варандей Ненецкого автономного округа, городах Надым и Новый Уренгой. За январь заработная плата истца (без компенсации за непредоставление бортпитания) составила 127 080,75 руб., за март - 257 051,21 руб., за май - 150 498,3 руб., за июнь – 102 602, 21 руб., за ноябрь - 219158,81 руб. без учета районного коэффициента. Ответчиком не выплачен районный коэффициент: за январь – 88 956,53 руб., за март - 257 051,21 руб., за май 150 498,3 руб., за июнь – 71 821,55 руб., за ноябрь - 219158,81 руб. Итого за 2018 год размер неуплаченного истцу районного коэффициента составляет 787 486,40 руб. 

При этом согласно трудовому договору местом нахождения организации-работодателя является г. Москва, в то же время, место исполнения истцом своих трудовых обязанностей условиями трудового договора не определено. Фактически выполняемая истцом по трудовому договору постоянная работа имела разъездной характер и служебными командировками применительно к положениям ст. 166 ТК РФ не являлась. Истец считает, что именно непосредственное место выполнения трудовой функции работником, а не место нахождения организации должно иметь определяющее значение в целях предоставления и выплаты «северных» компенсаций. 

Кроме того, в июле и августе 2018 года истец находился в очередном оплачиваемом отпуске 40 дней. Истцу по среднему, без учета районного коэффициента произведена выплата отпускных за 2018 год в сумме 207326 руб. из расчета среднего заработка 5183,15 руб. в день. С учетом районного коэффициента заработок для начисления отпускных составляет за последние 12 календарных месяцев (с июля 2017 г. по июнь 2018 г.) 3298479,39 руб./12/29,3=9381,34 руб. среднедневной заработок) х 40 дн. (основной и дополнительные отпуска) = 375 253,63 - 207 326= 167 927,63 руб. 

Согласно п. 1.8. коллективного договора на 2018 г. истцу должен был быть предоставлен дополнительный отпуск 24 календарных дня за работу в районах Крайнего Севера. Данный отпуск истцу за 2018 г. не предоставлялся и в расчетном листке за январь 2019 г. не указан, размер компенсации за указанный отпуск составляет 225 152 руб. 

Ответчиком также в нарушение условий трудового договора не выплачена истцу доплата за выслугу лет 20% и доплата за классность 40% к окладу (п.5.4 и 5.5 трудового договора). Учитывая, что в соответствии с дополнением к трудовому договору от 24.10.2014 г. истцу с 01.11.2014 г. установлен оклад 36040 руб., а в соответствии с дополнением к трудовому договору от 23.08.2018 г. с 01.09.2018 г. установлен оклад 41900 руб., то невыплата за выслугу лет и классность составляет за 2018 год 298 692 руб. (36040 руб.*8 мес. (с 01.01.2018 г. по 31.08.2018 г.)*60% + 41900 руб.*5 мес.. )*60% (с 01.09.2018 г. по 31.01.2019 г.).

С учетом невыплаченного районного коэффициента за отработанные 5 месяцев в 2018 году при выполнении работ в районах Крайнего Севера сумма доплат за выслугу лет и классность составит: 98 661,6 руб. (за январь и июнь 2018 г. 36040 руб.*2*60%*1,7 – 43248 руб. (оплата с учетом 2-х месяцев с 60%) + март и май 2018 г. 36040 руб.*2*60%*2,0 – 43248 руб. + ноябрь 2018 г. 41900 руб.*60%*2,0 – 25140 руб.).

Итого за 2018 год ответчиком истцу недоплачено на момент прекращения трудового договора (31.01.2019 г.) 1 352 767,63 руб. (787 486,40 руб. + 167 927,63 руб. + 298692,0 + 98661,6), без учета отпускных за январь 2019г. с учетом районного коэффициента.

Истцу заработная плата за период с 2014 г. по 2018 г. начислялась с учетом районного коэффициента, но сами указанные выплаты за работу в районах Крайнего Севера ему не производились, это стало известно при получении справки 

<

...> о заработке истца, учитываемом для начисления пенсии в январе 2019 года. На момент предоставления указанной справки истец являлся работником данного предприятия по действующему трудовому договору, не был уволен. Поскольку в соответствии со ст.392 ТК РФ начало отсчета срока на обращение работника в суд определено со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, нарушение в отношении истца, связанное с невыплатой сумм районного коэффициента, носит длящийся характер и обязанность ответчика (работодателя) по выплате работнику сумм начисленного работнику северного коэффициента сохраняется. 

Истцом до обращения в суд (25.03.2019г.), а также при направлении в суд искового заявления указывалось на необходимость предоставления ответчиком документов о трудовой деятельности истца, в частности: приказов и других документов, подтверждающих факт работы ФИО1 в районах Крайнего Севера и приравненных районах, за работу во вредных условиях. Данные документы не были предоставлены истцу. В связи с изложенным истец, основывая свои требования за период 2012-2017 г.г. на имеющихся у него сведениях о командировках в районы Крайнего Севера, просил взыскать за 2012-2017г.г. невыплаченный районный коэффициент в размере 9 927 768,38 руб. 

За период с 01.11.2014 г. по 31.12.2017 г.(38 месяцев) ответчиком не произведена установленная п.п.5.4,5.5. трудового договора от 14.03.2008г. доплата истцу за выслугу лет 20% и за классность 40%, с учетом невыплаченного районного коэффициента, размер недоплаты составляет 1 533 141,6 руб.: 

за период с 01.11.2014 г. (2 мес.): 64 872 руб. (36040 руб.*1 мес.*60%*2,0 +36040 руб.*1 мес.*60%*);

за 2015 год (12 месяцев): 467 078,4 руб. (36040 руб.*9 мес.*60%*2,0 + 36040 руб.* 1 мес.*60%*1,6 + 36040 руб. *2 мес.*60%); 

за 2016 год: (12 месяцев): 497 352 руб. (36040 руб.* 11 мес.*60%*2,0+36040 руб. * 1 мес.*60%); 

за 2017 год: (12 месяцев): 503839,2 руб. (36040 руб.* 11 мес.*60%*2,0+36040 руб.* 1 мес.*60%*1,3).

Ответчику также неверно рассчитаны отпускные выплаты за период с 2012 г.-2017г.: исходя из среднего заработка с учетом районного коэффициента отпускные за 2012 г. составляют 182 304,34 руб., отпускные за 2013 г. составляют 185 408,07 руб., отпускные за 2014 г. составляют 271 489,12 руб., отпускные за 2015 г. составляют 213 558,87 руб., отпускные за 2016 г. составляют 257 632,16 руб.; отпускные за 2017 г. составляют 299 720,39 руб., а всего 1 410 112,95 руб. 

Согласно коллективным договорам за 2012-2017 г.г. истцу должны были быть предоставлены дополнительные отпуска по 24 календарных дня за работу в районах Крайнего Севера. Указанный отпуск истцу не предоставлялся, размер компенсации за указанный отпуск составляет 1 350 912 руб. 

Таким образом, ответчик не выплатил истцу за период 2012-2018г.г. доплату за выслугу лет и доплату за классность, с учетом районного коэффициента в размере 1 533 141,6 руб., районный коэффициент - 9 927 768,38 руб., отпускные - 1 410 112,95 руб., а также 1 350 912 руб. за непредоставленные дополнительные отпуска за 2012-2017 г.г., а всего 14 221 934 руб. 

Размер процентов за задержку выплат истцу районных коэффициентов, доплат за вредность, недоплаченных отпускных составляет 8 462 161,70 руб. 

Кроме того, ответчик был обязан выплатить истцу единовременное выходное пособие при увольнении в размере 193 271,94 руб. (с учетом районного коэффициента). 

Также имеется задолженность по выплате компенсации за неиспользованный ежегодный основной оплачиваемый отпуск (10 дней) при увольнении в размере 65 963,10 руб., при этом в расчет среднего заработка истцом включен районный коэффициент. Кроме того, имеется задолженность по оплате дополнительного отпуска (7 дней) за работу во вредных условиях труда в сумме 46 174,18 руб., по оплате дополнительного отпуска за налет – 85 752,05 руб., при этом в расчет среднего заработка истцом включен районный коэффициент.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 указанные требования уточнила вновь, в том числе протокольно, окончательно просила взыскать с ответчика в пользу истца: 

- невыплаченную заработную плату в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 257 051,21 руб. за март 2018 г., 150 498,3 руб. за май 2018 г., 219158,81 руб. за ноябрь 2018 г.;

- недоначисленные и невыплаченные отпускные с учетом районного коэффициента за 2018 г. 110 568,4 руб.; 190 736,64 руб. в счет денежной компенсации за непредоставленный отпуск согласно п. 1.8 коллективного договора на 2018 г.;

- недоначисленные и невыплаченные доплаты за выслугу лет и классность за 2018 г. в размере 298 692 руб.

- недоначисленные и невыплаченные доплаты за выслугу лет, классность и за отработанные в районах Севера и (или) приравненных к ним местностях 5 месяцев в 2018г. с учетом невыплаченного районного коэффициента в размере 98 661,6 руб.;

- недоначисленные и невыплаченные доплаты за выслугу лет, классность, с учетом невыплаченного районного коэффициента за период с 01.11. 2014 г. по 31.12. 2017 г. (38 месяцев) в размере 1 533 141,6 руб.;

- невыплаченную заработную плату в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 7 420 446,63 руб. за период 2012-2017 г.г. с учетом районного коэффициента заработок для начисления отпускных:

- недоначисленные и невыплаченные отпускные за 2012-2017 г. в размере 449 094,59 руб., а также за непредоставленные дополнительные отпуска за период 2012-2017 г. – 1 144 419,84 руб.

- проценты за задержку выплаты заработной платы с 2012-2018 г.г. в размере 8 462 161,70 руб. и далее по день фактического исполнения;

- выходное пособие, выплачиваемое при увольнении, в сумме 54 754,97 руб.;

- за дни неиспользованного дополнительного отпуска за вредные условия работы денежные средства в сумме 42 973,28 руб. и денежную компенсацию за непредоставленный отпуск за период с 04.09.2018 г. по 31.01.2019 г. в сумме 61 390,4 руб.

- за дни неиспользованного в 2018 г. дополнительного отпуска «за налет» денежные средства в сумме 79 807,52 руб.

- компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

Дополнительно истец, представители истца ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенностей, поддержали требования по доводам, изложенным в письменных объяснениях (т. 8 л.д. 79-91, 163-167, т. 9 л.д. 120-133, 154-161, т. 12 л.д. 219-228 и др.). Указали, что истец направлялся в распоряжение соответствующих филиалов 

<

...> (Ухтинского, Югорского и других) и выполнял свои обязанности исключительно в месте нахождения воздушных судов в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. В данных филиалах истцом осуществлялись полеты по полученным в филиалах оперативным заданиям, то есть выполнялась трудовая функция. При этом работа истца в районах Крайнего Севера носила постоянный характер. Сведений о том, что работа по исполнению своей трудовой функции производилась в иных местах, ответчиком не предоставлено. Работа истца носила разъездной характер, была постоянной в отличие от командировки, носящей временный характер и определенной сроками. Рабочим местом истца являлась кабина вертолета Ми-8. Истец, а также другие члены экипажа, по прибытии на вертолете в соответствующие районы Крайнего Севера, размещались в вахтовом поселке Лукойла, в дальнейшем в течение нескольких дней экипаж вертолета осуществлял перевозки на платформу «Приразломная», находящуюся в море. После выполнения служебного задания истец, как правило, возвращался по месту постоянного жительства в г.Ярославль, где находился до начала очередной командировки. В периоды между командировками истцу начислялась и выплачивалась заработная плата. До 2014 г. истцу выплачивались надбавки за классность и выслугу лет, после 2014 г. в установленном законом порядке данные надбавки не были отменены, вместе с тем, не начислялись и не выплачивались. 

Одновременно истец и его представители ходатайствовали о восстановлении пропущенного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора (т. 8 л.д. 70-73). Указали, что о нарушении своего права истцу стало известно 23.01.2019 г. при выдаче работодателем справки о размере заработка истца, учитываемом при начислении пенсии. Из данной справки следует, что за период с 2014 г. по 2018 г. заработная плата начислялась истцу с учетом районного коэффициента. Таким образом, заработная плата в части районного коэффициента истцу начислялась, но не выплачивалась, отношения сторон носили в данном случае длящийся характер. На протяжении всего периода работы расчетные листки истцу не выдавались, какими-либо сведениями о начислении районного коэффициента истец не располагал. 13.03.2019 г. истец обратился к работодателю с требованием о предоставлении документов, связанных с трудовой деятельностью, документы работодателем не были предоставлены. Кроме того, в феврале 2019 г., марте 2019 г. истец был занят уходом за тяжелобольным родственником (матерью жены), занимался вопросами трудоустройства в 

<

...> проходил обучение в г. Москва. Данные обстоятельства препятствовали истцу своевременно обратиться в суд.

Представители ответчика ФИО4, ФИО5, действующие на основании доверенностей, возражали против удовлетворения иска по доводам, изложенным в письменных возражениях (т. 1 л.д. 45-47, т. 8, л.д. 52-61, 200-202, т. 9 л.д. 172-178, т. 12 л.д. 201-201 и др.). Указали, что согласно условиям трудового договора, основным местом работы истца являлся летный комплекс ООО Авиапредприятие «Газпром авиа», сведений о том, что ФИО1 был принят на работу в иные структурные подразделения работодателя, в трудовом договоре отсутствуют. Приказами работодателя истец направлялся в служебные командировки на о.т. Варандей с 28.02.2018 г. по 23.03.2018 г., с 02.05.2018 г. по 25.05.2018 г., с 07.11.2018 г. по 28.11.2018 г. в Новый Уренгой с 09.06.2018 г. по 22.06.2018 г., а также в АУЦ для прохождения курсов летного состава по программе «Подготовка летного состава» 31.08.2018 г. При этом работник направлялся для выполнения производственных задач, обучения в структурные подразделения работодателя на определенный срок, с последующим возвращением и нахождением на своем постоянном месте в г. Москве. При направлении работника в служебную командировку ему гарантировалось сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных с командировкой.

В 

<

...> для летно-технического предусмотрены более благоприятные по отношению к установленным трудовым законодательством выплатам условия, регулируемые Приложением № 3а к Коллективному договору «Порядок оплаты при командировании работников 

<

...> В соответствии с частью 1 Приложения № 3а к Коллективному договору при командировании работника Авиапредприятия оплата за фактические рабочие дни командировки рассчитывается по среднему заработку. При командировании летного и инженерно-технического состава для выполнения работ вне места постоянного базирования оплата за фактические дни командировки рассчитывается по среднему заработку, в этом случае при выполнении летной работы в данной командировке оплата за налет часов не производится. Согласно второму положению, при командировании летного и инженерно-технического состава для выполнения летной работы фактические дни командировки оплачиваются как рабочие. В этом случае оплата за налет часов производится в установленном порядке. В период одной командировки допускается оплата только одним из указанных способов. Истцу в периоды направления в командировки для выполнения работ вне места постоянного базирования выплачивался заработок с применением как первого из вышеприведенных способов, так и с применением второго, в зависимости от размера, в большую для работника сторону. 

Районный коэффициент не начисляется на средний заработок, выплачиваемый работнику за период нахождения в служебной командировке. В случае если бы истец имел право на получение районного коэффициента, при расчете задолженности не должна учитываться доплата за налет, кроме того, размер должностного оклада должен быть пропорционален времени, отработанному работником в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. 

01.11.2014 г. между истцом и ответчиком было достигнуто соглашение об изменении системы оплаты труда на иную (повременно-индивидуальную), имеющую более высокую окладную часть, но не имеющую дополнительных выплат к окладной части, в частности, надбавки за классность и выслугу лет. Вместе с тем, ни при подписании дополнения к трудовому договору, ни на протяжении работы истца в 

<

...> не установлено несогласие работника с изменениями условий трудового договора - системы оплаты труда. В этой связи требования в соответствующей части также, по мнению ответчика, являются необоснованными. 

Согласно п. 1.1. Приложения № 1 к Коллективному договору «Правила предоставления отпусков работникам 

<

...> ежегодные дополнительные отпуска предоставляются работникам, занятым на работах с вредными условиями труда, работникам, имеющим особый характер работы, работникам с ненормированным рабочим днем, работникам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях. Продолжительность дополнительных отпусков работников ответчика, связанных с выполнением полетов, представлена в разделе 2 Приложения № 1 к Коллективному договору «Правила предоставления отпусков работникам. При этом работникам летного состава воздушных судов продолжительность дополнительных отпусков связана с суммой часов полетного времени за год, в соответствии с таблицей. Из п. 2.2.4 Приложения № 1 к коллективному договору работникам, пользующимся дополнительными отпусками, предоставляемыми за сумму полетного времени за год, дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день, а также за работу с вредными условиями труда не предоставляется. Данные положения коллективного договора улучшают положение работника, дополнительный отпуск за налет установлен за особые условия труда, в том числе за вредность. Поскольку истцу был предоставлен дополнительный оплачиваемый отпуск за налет (расчетные листы за июль, август 2018 г.), требования о взыскании компенсации за непредоставление дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда необоснованно. 

Одновременно ответчиком было заявлено о пропуске истцом установленного ст. 392 ТК РФ срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. 

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Положениями ст. ст. 21, 22, 132 ТК РФ предусматривается право работника на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а также соответствующая обязанность работодателя выплачивать заработную плату в полном размере, что соответствует требованиям норм международного права, изложенных в Международной Конвенции относительно защиты заработной платы от 01.07.1949 года № 95 (ратифицирована Указом Президента ВС СССР № 31 от 31.01.1961 года). 

Согласно ст. 57 ТК РФ условия труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты) относятся к существенным условиям труда, подлежащим обязательному включению в трудовой договор, заключаемый между работником и работодателем. 

Согласно ст. 129 ТК РФ заработная плата (оплата труда работника) - вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты). 

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Условия оплаты труда, определенные трудовым договором, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами. 

Статьей 136 ТК РФ предусматривается обязанность работодателя при выплате заработной платы извещать в письменной форме каждого работника: 

1) о составных частях заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период; 2) о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; 3) о размерах и об основаниях произведенных удержаний;4) об общей денежной сумме, подлежащей выплате. Форма расчетного листка утверждается работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов. Постановлением Госкомстата России от 05 января 2004 года № 1 утверждены унифицированные формы первичной учетной документации по учету труда и его оплаты, среди которых формы расчетно-платежной ведомости, расчетной ведомости, платежной ведомости, журнала регистрации платежных ведомостей. Таким образом, обязанность по своевременному и правильному начислению заработной платы работнику возлагается на работодателя. 

В соответствии со ст. 140 ТК РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. 

В соответствии со ст. 148 ТК РФ оплата труда на работах в местностях с особыми климатическими условиями производится в порядке и размерах не ниже установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В ст. 315 ТК РФ закреплено, что оплата труда в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностям осуществляется с применением районных коэффициентов и процентных надбавок к заработной плате.

Аналогичные положения содержится в Законе РФ от 19 февраля 1993 г. № 4520-1 «О государственных гарантиях и компенсациях для лиц, работающих и проживающих в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях».

Согласно ст. 316 ТК РФ размер районного коэффициента и порядок его применения для расчета заработной платы работников организаций, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, устанавливаются Правительством Российской Федерации. Органы государственной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления вправе за счет средств соответственно бюджетов субъектов Российской Федерации и бюджетов муниципальных образований устанавливать более высокие размеры районных коэффициентов для учреждений, финансируемых соответственно из средств бюджетов субъектов Российской Федерации и муниципальных бюджетов. Нормативным правовым актом субъекта Российской Федерации может быть установлен предельный размер повышения районного коэффициента, устанавливаемого входящими в состав субъекта Российской Федерации муниципальными образованиями. Суммы указанных расходов относятся к расходам на оплату труда в полном размере. 

Исходя из вышеизложенных положений закона следует, что при установлении системы оплаты труда каждым работодателем должны в равной мере соблюдаться как норма, гарантирующая работнику, полностью отработавшему за месяц норму рабочего времени и выполнившему нормы труда, заработную плату не ниже МРОТ, так и правила ст.ст. 2, 130, 132, 135, 146, 148, 315, 316, 317 ТК РФ, в том числе правило об оплате труда, осуществляемого в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, иных районах с неблагоприятными климатическими условиями, в повышенном размере по сравнению с оплатой идентичного труда, выполняемого в нормальным климатических условиях, в этой связи неблагоприятные факторы, связанные с работой в таких условиях, должны быть компенсированы специальными коэффициентами и надбавкой к заработной плате. 

Согласно статье 209 ТК РФ рабочее место – место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находиться под контролем работодателя. 

Из смысла и содержания ч. 2 ст. 57 ТК РФ следует, что под местом работы понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация, ее представительство, филиал, иное обособленное структурное подразделение. В случае расположения организации и ее обособленного структурного подразделения в разных местностях, исходя из части второй ст. 57 ТК РФ, место работы работника уточняется применительно к этому структурному подразделению.

Согласно Обзору практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществлением гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.02.2014 г., по общему правилу труд работника используется по месту работы. Труд отдельных работников организуется вне места нахождения работодателя, его представительства, филиала, иного обособленного структурного подразделения. Если в таких случаях выполнение работником трудовой функции осуществляется в районе Крайнего Севера или местности, приравненной к районам Крайнего Севера, то суды, принимая во внимание фактическое место работы работника, приходят к правильному выводу о начислении к его заработной плате соответствующего коэффициента и процентной надбавки. 

В соответствии с ч. 1 ст. 166 ТК РФ служебная командировка - это поездка по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются.

Согласно ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. 

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается в обоснование своих доводов.

Согласно ст. 61 Воздушного кодекса Российской Федерации под авиационным предприятием понимается юридическое лицо независимо от его организационно-правовой формы и формы собственности, имеющее основными целями своей деятельности осуществление за плату воздушных перевозок пассажиров, багажа, грузов, почты и (или) выполнение авиационных работ. 

Судом установлено, что 04.09.2007 г. ФИО1 был трудоустроен в 

<

...> в должности второго пилота авиационного звена II авиационной эскадрильи III (Ми8) авиационного отряда транспортной авиации № 2 летного комплекса, что подтверждается трудовым договором от 22.08.2007 г. (т. 1 л.д. 48-51). 

06.03.2008 г. переведен на должность второго пилота авиационного звена II отдельной вертолетной авиационной эскадрильи летного комплекса.

01.01.2009 г. переведен на должность второго пилота авиационного звена II отдельной вертолетной авиационной эскадрильи летной службы вертолетов летного комплекса. 

01.05.2011 г. переведен на должность второго пилота авиационного звена II отдельной вертолетной авиационной эскадрильи отдела организации летной эксплуатации и методического обеспечения полетов – вертолеты службы летных стандартов и методического обеспечения полетов летных служб.

11.01.2012 г. переведен на должность второго пилота звена вертолетов Ми8 (МБУ) отдельной вертолетной авиационной эскадрильи отдела организации летной эксплуатации и методического обеспечения полетов – вертолеты службы летных стандартов и методического обеспечения полетов летных служб.

31.01.2019 г. трудовой договор между сторонами был расторгнут по п.2 ст. 81 ТК РФ, сокращение численности или штата работников. 

Данные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой, приказом о приеме на работу № 872/л от 03.09.2007 г., трудовым договором от 22.08.2007 г., от 14.03.2008 г., дополнительными соглашениями к трудовому договору, приказом о расторжении трудового договора № 71/л от 24.01.2019 г. (т. 1, л.д. 8-15, 16-21, 48-58).

Из содержания трудового договора усматривается, что место заключения трудового договора – г. Москва, работа по договору является основным местом работы для работника (т. 1 л.д. 16). 

Вышеназванный трудовой договор, заключенный между ФИО1 и 

<

...> не содержит указания на место его исполнения. Как следует из трудового договора, истец работал в должности второго пилота летного комплекса, в дальнейшем – в должности второго пилота звена вертолетов Ми-8 отдельной вертолетной эскадрильи отдела организации летной эксплуатации и методического обеспечения полетов – вертолеты службы летных стандартов и методического обеспечения полетов. Должность пилота в соответствии со ст. 56 Воздушного кодекса РФ относится к составу летного экипажа воздушного судна. 

Положениями п.6.3. трудового договора с истцом предусмотрено, что время начала и окончания рабочего дня, а также перерыва для отдыха и питания определяется Правилами внутреннего трудового распорядка авиапредприятия и распоряжениями директора. 

Из должностной инструкции второго пилота (т. 8 л.д. 32-43) следует, что основной задачей второго пилота является осуществление безопасного, регулярного и эффективного производства полетов воздушного судна в целях выполнения заданной производственной программы (п. 1.5.) В должностные обязанности истца согласно п. 2 инструкции входили обязанности, связанные с техникой полета, соблюдением предполетного отдыха, подготовкой к полетам. Таким образом, в соответствии с указанными трудовыми обязанностями, фактически трудовая деятельность истца в компании ответчика носила разъездной характер, происходила в пути, и не была привязана к конкретной местности. 

В соответствии с п. 5 Положения об особенностях режима рабочего времени и времени отдыха членов экипажей воздушных судов гражданской авиации Российской Федерации, утвержденного Приказом Минтранса России от 21.11.2005 года № 139, рабочее время члена экипажа воздушного судна состоит из времени полетной смены, времени работы на земле между полетными сменами и времени перемещения в качестве пассажира по заданию (распоряжению) работодателя. Время работы члена экипажа на земле между полетными сменами включает в себя, в том числе, время прохождения предварительных подготовок к полетам, разборы полетов, профессиональную учебу, тренировки на тренажерах, проверку знаний, оформление полетной и другой служебной документации, изучение документов, регламентирующих организацию, обеспечение и выполнение полетов. Согласно подп. «б» п. 14 Положения, во время работы члена экипажа на земле между полетными сменами, в том числе, включается время дежурства и пребывание в резерве. Пунктами 24, 26 Положения установлено, что время, в течение которого член экипажа находится в установленном месте с условиями для отдыха при постоянной готовности к выполнению задания на полет, является нахождением в резерве в месте жительства и засчитывается в рабочее время в размере и оплачивается не менее 25%. Аналогичные правила содержатся в Руководстве по производству полетов АР рег. № 2.В14.34.004 (утв. 28.10.2014 г.) с Положением о системе нормативов полетного и рабочего времени и времени отдыха членов летного и кабинного экипажей воздушного судна (т. 12 л.д. 203-217).

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что с учетом характера осуществляемой истцом трудовой функции рабочее место истца находилось на борту воздушного судна, основная часть рабочего времени пилота проходила за пределами своего постоянного места работы - в воздухе на борту воздушного судна и в аэропортах других городов. 

Факт того, что работа истца в период работы пилотом носила разъездной характер, также подтверждается заданиями на полет за спорный период времени относительно рейсов, совершенных истцом в период работы у ответчика.

Вместе с тем, предусмотренные действующим законодательством районные коэффициенты и надбавки к заработной плате лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, призваны компенсировать неблагоприятное воздействие природных климатических условий, в связи с чем трудовая деятельность в таких регионах должна носить постоянный (стабильный) и продолжительный характер. Доказательств того, что работа истца в районах Крайнего Севера носила постоянный характер, не предоставлено. Из объяснений ответчика, материалов дела следует, что в периоды между командировками истец находился по месту работы в г. Москве, где осуществлял подготовку к полетам, изучение документации. Данные обстоятельства также подтверждаются табелями учета рабочего времени за спорный период времени. За указанные периоды времени истцу начислялась и выплачивалась заработная плата, что не оспаривалось истцом. 

Учитывая фактически выполняемые истцом должностные обязанности в период его работы у ответчика, суд считает, что он не может быть отнесен к лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в связи с чем предусмотренные законодателем государственные гарантии и компенсации для данной категории работников на истца не могут быть распространены. 

Кроме того, из материалов дела следует, что ответчик находится по адресу: г. Москва, поселение Рязановское, аэропорт Остафьево. Из объяснений представителя ответчика, штатных расписаний ответчика следует, что служба летных стандартов и методического обеспечения полетов является структурным подразделением ответчика (см., например, т. 2 л.д.67).

Из материалов дела следует, что прием на работу к ответчику осуществлялся в г. Москва, трудовая книжка истца хранилась в г. Москве, документы, связанные с работой, истец получал в г. Москве, там же находится бухгалтерия. Доказательств того, что истец в период работы у ответчика имел место работы в филиалах, иных структурных подразделениях ответчика, расположенных в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, материалы дела не содержат, сторонами не представлено.

Исходя из должностной инструкции второго пилота (т. 8 л.д. 32-43) второй пилот в своей служебной деятельности руководствуется приказами и распоряжениями генерального директора Авиапредприятия, назначается на должность и освобождается от должности приказом генерального директора Авиапредприятия по представлению командира ОВАЭ, согласованию с начальником службы ЛС и МОП и с заместителем генерального директора по организации летной работы. Второй пилот непосредственно подчиняется командиру воздушного судна и вышестоящим прямым командирам (руководителям) (п. 1.3., 1.6, 1.7). Доказательств того, что вышеназванные должностные лица осуществляли свои обязанности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, материалы дела не содержат, сторонами не представлено, опровергнуто пояснениями истца, указавшего, что по вопросам трудоустройства обращался в офис ответчика в г.Москве, там же хранилась его трудовая книжка, происходило начисление заработной платы, авансовые отчеты по командировкам передавались в г. Москву. Доказательств того, что истец находился в административном подчинении руководителя структурного подразделения, расположенного в районах Крайнего Севера и приравненным к ним местностях, не представлено. 

Таким образом, учитывая фактически выполняемые истцом должностные обязанности в период его работы в Авиапредприятии, он не может быть отнесен к лицам, работающим в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, в связи с чем предусмотренные законодателем государственные гарантии и компенсации для данной категории работников на истца не распространяются. 

При таких обстоятельствах дела, суд приходит к выводу о том, что при исчислении и выплате истцу работодателем заработной платы без начисления вышеуказанного районного коэффициента требования трудового законодательства и локальных нормативных актов ответчика последним не нарушались, правовых оснований для удовлетворения требований истца в части взыскания с ответчика заявленной задолженности по выплате районного коэффициента суд не усматривает, в связи с чем отказывает в их удовлетворении.

Ответчиком вылеты истца в районы Крайнего Севера были оформлены в качестве служебных командировок, что подтверждается приказами о командировании, служебными заданиями для направления в командировку и отчетами об их выполнении, авансовыми отчетами истца. Помимо положений ТК РФ направление работников в командировку регулируется Постановлением Правительства Российской Федерации утвердившим «Положение об особенностях направления работников в служебные командировки». В соответствии с п. 4 Положения, срок командировки определяется работодателем с учетом объема, сложности и других особенностей служебного поручения и не ограничивается сроком. В соответствии со ст. 167 ТК РФ при направлении работника в служебную командировку ему гарантируются сохранение места работы (должности) и среднего заработка, а также возмещение расходов, связанных со служебной командировкой. 

Районный коэффициент учитывается только по месту постоянной работы (подп. «б» п. 2 разъяснения от 11.11.1964 № 15/30, утв. Постановлением Государственного комитета Совета Министров СССР по вопросам труда и заработной платы и Секретариата ВЦСПС от 11.11.1964 № 528/30). Районный коэффициент не начисляется на средний заработок, выплачиваемый работнику за период нахождения в служебной командировке. Данная позиция также нашла свое отражение в «Обзоре практики рассмотрения судами дел, связанных с осуществления гражданами трудовой деятельности в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26 февраля 2014 года. 

Согласно п. 1 Приложения № 3а к Коллективному договору (т. 1 л.д. 136-137) при командировании работника Авиапредприятия оплата за фактические рабочие дни командировки рассчитывается по среднему заработку. При командировании летного и инженерно-технического состава для выполнения работ вне места постоянного базирования оплата за фактические дни командировки рассчитывается по среднему заработку. В этом случае при выполнении летной работы в данной командировке оплата за налет часов не производится. При командировании летного и инженерно-технического состава для выполнения летной работы фактические дни командировки оплачиваются как рабочие. В этом случае оплата за налет часов производится в установленном порядке. В период одной командировки допускается оплата только одним из указанных способов. Как пояснил ответчик, истцу в периоды направления в командировки для выполнения работ вне места постоянного базирования выплачивался заработок с применением как первого из вышеприведенных способов, так и с применением второго, в зависимости от размера, в большую для работника сторону (т. 9 л.д. 173).

На основании изложенного суд считает, что у ответчика не возникло обязанности по оплате труда истца с учетом соответствующих районных коэффициентов, а также по предоставлению дополнительного оплачиваемого отпуска в порядке, предусмотренном статьей 321 ТК РФ и п. 1.8. Приложения № 1 к Коллективному договору на 2018 г. 

На основании изложенного, не подлежат удовлетворению требования истца о взыскании невыплаченной заработной платы в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 257 051,21 руб. за март 2018 г., 150 498,3 руб. за май 2018 г., 219158,81 руб. за ноябрь 2018 г.; а также требования о взыскании недоначисленных и невыплаченных отпускных, рассчитанных с учетом районного коэффициента за 2018 г. - 110 568,4 руб. и 190 736,64 руб. в счет денежной компенсации за непредоставленный отпуск согласно п. 1.8 Правил предоставления отпусков Коллективного договора на 2018 год; недоначисленных и невыплаченных доплат за выслугу лет, классность и за отработанные в районах Севера и (или) приравненных к ним местностях 5 месяцев в 2018 году с учетом невыплаченного районного коэффициента в размере 98 61,6 руб.; недоначисленных и невыплаченных доплат за выслугу лет, классность, с учетом невыплаченного районного коэффициента за период с 01.11. 2014 г. по 31.12.2017 г. (38 месяцев) в размере 1 533 141,6 руб.; невыплаченной заработной платы в виде районного коэффициента за работу в районах Крайнего Севера и (или) приравненных к ним местностях в размере 7 420 446,63 руб. за период 2012 г. -2017 г.г., недоначисленных и невыплаченных отпускных за 2012г.-2017 г. в размере 449 094,59 руб. с учетом районного коэффициента, а также компенсации за непредоставленные дополнительные отпуска по 24 календарных дня за работу в районах Крайнего Севера за период 2012 г. -2017 г. – 1 144 419,84 руб.; выходного пособия, выплачиваемого при увольнении, в сумме 54 754,97 руб. с учетом районного коэффициента.

При этом суд учитывает, что спора относительно начисления и выплаты соответствующих сумм, в расчет которых не включен районный коэффициент, между сторонами не имеется. 

Рассматривая требование истца о взыскании недоначисленных и невыплаченных доплат за выслугу лет и классность за 2018 год в размере 298 692 руб., суд приходит к следующему. 

Согласно условиям трудового договора от 22.08.2007 г. работнику был установлен должностной оклад в размере 9 060 руб., премия до 50% от оклада, надбавка за 1 класс – 40%, надбавка за выслугу лет – 15% (т. 1 л.д. 21, 48-51). 

С 06.03.2008 г. работнику был установлен оклад в размере 9750 руб., премия – до 50% месячного оклада при выполнении показателей премирования с разрешения 

<

...> согласно Положению; надбавка за 1 класс – 40% к окладу согласно «Положению о порядке оплаты труда работников 

<

...> вознаграждение за выслугу лет 20%, а также по итогам работы за год в соответствии с Положениями о порядке назначения и выплаты вознаграждения за выслугу лет работникам 

<

...> и по итогам работы за год. Работнику выплачиваются иные надбавки, компенсируются командировочные расходы, в соответствии с действующими Положениями. 

С 11.01.2012 г. работнику был установлен должностной оклад в размере 13 070 руб., премия до 50% месячного оклада, надбавки за 1 класс линейного пилота в размере 40 %, за выслугу лет – 15% (т. 1 л.д. 55). С 01.11.2014 г. в соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору работнику был установлен должностной оклад в размере 36 040 руб., премия в размере до 30% от месячного оклада. Размеры процентов премий, надбавок, доплат и порядок их выплат стали определяться в соответствии с действующими локальными нормативными правовыми актами работодателя. При этом в связи с введением в действие приказа № 3363 от 08.08.2014 г., ФИО1 был переведен на повременно-индивидуальную систему оплаты труда. 

С 01.09.2018 г. ФИО1 установлен должностной оклад в размере 41900 руб. в месяц, премия – до 30% месячного оклада, надбавка за условия труда (вредность) в размере 8% за фактически отработанное во вредных условиях труда время (т. 1 л.д. 20). 

Таким образом, ежемесячные выплаты надбавки за выслугу лет, надбавки за классность предусматривались до 01.11.2014 г. Вместе с тем, с 01.11.2014 г. в соответствии с условиями дополнительного соглашения от 24.10.2014 г. к трудовому договору работнику устанавливался должностной оклад в размере 36040 руб., премия в размере 30% от месячного оклада. Размеры процентов премий, надбавок, доплат и порядок их выплат определялись в соответствии с действующими в Авиапредприятии локальными нормативными документами. Дополнительное соглашение подписано сторонами трудовых отношений, имеется отметка о получении истцом экземпляра соглашения. За период с ноября 2014 г. по январь 2019 г. со стороны истца возражений относительно изменений определенных сторонами условий трудового договора, в адрес ответчика не поступало. 

В соответствии с условиями коллективного договора между работниками 

<

...> и 

<

...> на 2018 год (т.1. л.д. 77-151), Положения о порядке оплаты труда (приложение № 3 к коллективному договору), повременно-индивидуальная система оплаты труда, на которую был переведен истец с 01.11.2014 г., предусматривает организацию оплаты труда работников на основе должностных окладов, устанавливаемых в соответствии с согласованными 

<

...> схемами должностных окладов с учетом сложности выполняемой работы, квалификации и деловых качеств работников (т. 1 л.д. 96). Таким образом выслуга лет и квалификация учитывались при определении размера должностного оклада. 

П.3.1. Положения о порядке оплаты труда предусмотрены особенности оплаты труда летного состава. Согласно п. 3.1.1. Положения о порядке оплаты труда к летному составу относятся члены экипажей воздушных судов – командир воздушного судна, второй пилот, штурман воздушного судна, бортовой инженер, бортовой механик. Летному составу производится доплата за налет, исходя из часовых расчетных ставок и фактического полетного времени (налета), указанного в задании на полет и заверенном в нем уполномоченным штурманом летной службы (филиала) и руководителем летного подразделения. При этом налетом (полетным временем) является время с момента начала вращения лопастей несущих винтов и до момента их полной остановки для вертолетов (п. 3.1.2). Согласно Приложению № 9 вертолет Ми-8 относится к воздушным судам I категории (т. 1 л.д. 130). Из Приложения № 10 следует, что размер часовой расчетной ставки летного состава – второго пилота вертолета – составляет 854 руб. (т. 1 л.д. 131). 

П. 3.4. Положения о порядке оплаты труда установлено, что за выполнение производственно-экономических показателей руководители, специалисты и другие служащие, оплачиваемые по повременно-индивидуальной системе оплаты труда, могут ежемесячно премироваться в размере до 30% должностного оклада.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении данного требования о взыскании недоначисленных и невыплаченных доплат за выслугу лет и классность за 2018 год в размере 298 692 руб. 

Исковые требования о взыскании компенсации в сумме 42 973,28 руб. за дни неиспользованного дополнительного отпуска (7 дней) за вредные условия работы суд находит не подлежащими удовлетворению ввиду следующего. 

Перечень профессий Авиапредприятия, которым предоставляются гарантии и компенсации за работу с вредными условиями труда, установлен Приложением № 4, т. 4 л.д. 79-140 (п. 7.2 коллективного договора). В указанный перечень включена должность второго пилота звена вертолетов Ми-8 (МБУ), предусмотрена доплата к окладу в размере 8%, а также продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска – 7 дней (т. 4 л.д. 81). 

Согласно п. 5.5. коллективного договора в Авиапредприятии предоставляются дополнительные отпуска сверх установленных законодательством РФ в соответствии с Правилами предоставления дополнительных отпусков работникам Авиапредприятия (приложение № 1 к коллективному договору). В соответствии с п. 7.1 трудового договора работнику устанавливается ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью основной – 28 календарных дней и дополнительный – до 42 календарных дней (в зависимости от налета часов за рабочий год) согласно Правилам предоставления дополнительных отпусков. 

Из п. 2.1 Приложения № 1 к коллективному договору на 2018 г. (т. 4 л.д. 13) следует, что продолжительность дополнительного отпуска, связанного с выполнением полетов, зависит от суммы часов полетного времени за год, работникам летного состава воздушных судов такой отпуск предоставляется при сумме часов полетного времени за рабочий год в соответствии с таблицей 1, при этом при минимальной сумме часов полетного времени (от 50 до 100 часов) предусмотрен дополнительный отпуск продолжительностью 7 календарных дней; при сумме часов полетного времени от 151 до 175 часов – 13 календарных дней. 

В соответствии с п. 2.2.4 приложения № 1 работникам, пользующимся дополнительным отпуском за налет на основании раздела 2.1 настоящих Правил, дополнительный отпуск за ненормированный рабочий день, а также за работу с вредными условиями труда не предоставляется. 

С учетом назначения дополнительного отпуска за налет, который также призван компенсировать воздействие вредных условий труда, принимая во внимание то, что истцу был предоставлен дополнительный оплачиваемый отпуск за налет за спорный период времени, требования о взыскании компенсации за непредоставление дополнительного отпуска за работу во вредных условиях труда необоснованно и не подлежит удовлетворению. 

Заявленные требования о взыскании денежной компенсации за непредоставленный отпуск за период с 04.09.2018 г. по 31.01.2019 г. (10 календарных дней) в сумме 61 390,4 руб. (расчет среднего заработка приведен истцом с учетом районного коэффициента), а также денежной компенсации за дни неиспользованного в 2018 г. дополнительного отпуска за налет (13 календарных дней) в размере 79 807,52 руб. (расчет среднего заработка приведен истцом с учетом районного коэффициента) суд находит не подлежащими удовлетворению. Из графика отпусков на 2018 г., приказов о предоставлении отпусков работнику, записок-расчетов, личной карточки работника, расчетных листков за 2018 -2019 гг. (т. 8 л.д. 8-16, 18-21, 28-29, 102, т. 1 л.д. 22-27) следует, что работнику предоставлялся как ежегодный основной оплачиваемый отпуск, так и дополнительный отпуск за налет. При увольнении истцу была начислена денежная компенсация за неиспользованный отпуск 5 календарных дней в размере 21 900,70 руб. (т. 8 л.д. 102). 

С учетом изложенного не подлежат удовлетворению производные от основных требования истца о взыскании процентов за задержку выплаты заработной платы за период с 2012-2018 г.г. и далее по день фактического исполнения; компенсации морального вреда. 

Согласно ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки. За разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

В п. 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» содержатся разъяснения о том, что при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Вместе с тем, оснований для применения судом разъяснений п. 56 не имеется, поскольку истребуемые спорные суммы истцу не начислялись, что следует из расчетных листков. В том случае, если зарплата не начислялась, срок давности по каждой спорной выплате начинает течь и истекает самостоятельно. Факт продолжения трудовых отношений в таком случае не имеет правового значения. 

Согласно п. 5.9. трудового договора сроки выплаты заработной платы устанавливаются Правилами внутреннего трудового распорядка, выплата заработной платы производится не реже двух раз в месяц путем зачисления денежных средств работника на счета в АБ «Газпромбанк» (ЗАО) и выдачи через банкоматы.

Согласно п. 3.1. Правил внутреннего трудового распорядка (приложение № 7, т. 1 л.д. 138-151) работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату два раза в месяц в следующие сроки: выдача аванса 27 числа, выдача заработной платы за прошедший месяц – 15 числа следующего месяца. В соответствии с п. 5.3. заработная плата выплачивается работникам либо в месте выполнения ими работы либо перечисляется на открываемые ими счета в «Газпромбанке» (АО). При выплате заработной платы работодатель извещает в письменной форме каждого работника о составных частых заработной платы, причитающейся ему за соответствующий период, размерах и основаниях произведенных удержаний, а также об общей сумме, подлежащей выплате, - в форме расчетного листка. 

С исковым заявлением истец обратился 25.03.2019 г., на момент обращения в суд ФИО1 не состоял в трудовых отношениях с 

<

...> Суд приходит к выводу о том, что срок обращения в суд по требованиям о взыскании задолженности по оплате труда, которая подлежала выплате начиная с 27.03.2018 г. (аванс за апрель) и с 15.04.2018 г. (зарплата за март 2018 г.) истцом не пропущен. Относительно требований о взыскании задолженности по оплате труда, которая подлежала выплате до 27.03.2018 г. суд считает, что срок обращения в суд пропущен. Оснований для восстановления пропущенного срока на обращение в суд с заявленными требованиями суд не усматривает, поскольку срок на обращение в суд, установленный законом, пропущен истцом без уважительных причин. Доводы истца о том, что ему стало известно о неполучении истребуемых выплат только при получении справки 

<

...> о заработке истца, учитываемом для начисления пенсии в январе 2019 года, судом не принимается. Так, согласно справке от 2018г., выданной ФИО1 

<

...>, размер заработка, учитываемого при исчислении пенсии за период с 2014 г. по 2018 г. составляет 1 531 776,95 руб., при этом указано, что заработная плата начислена с учетом районного коэффициента (т. 1 л.д. 43). Вместе с тем, из материалов дела следует, что 

<

...> как работодатель ежемесячно извещает работников о размерах начисленной и подлежащей выплате заработной платы, что подтверждается копиями расчетных листков, представленных ФИО1 к исковому заявлению (т. 1, л.д. 22-25). 

Кроме того, подписывая трудовой договор, истец был ознакомлен с его положениями, в том числе и с размером заработной платы, истцу было достоверно известно о том, что районный коэффициент к окладу не был установлен. За весь период работы у ответчика истец не обращался к работодателю с требованием о выдачи ему расчетных листков и (или) разъяснений о составных частях заработной платы, что указывает на открытый характер данных сведений для работника и отсутствие препятствий для ознакомления с ними, доказательств обратного суду не предоставлено. Доводы, изложенные истцом и его представителями в обоснование причин пропуска срока на обращение в суд, суд не признает уважительными, поскольку истец не был лишен права и возможности истребовать информацию о начислениях заработной платы до дня увольнения. 

Кроме того, заявляя о том, что работа истца в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях носила постоянный характер и служебной командировкой являться не могла, истец, по сути, оспаривает приказы о направлении его в командировку. В судебном заседании истец заявил о том, что на протяжении всего периода работы у работодателя он не знал, что работодатель направлял его в служебные командировки в районы Крайнего Севера. Между тем, данный довод истца опровергается материалами дела, поскольку истец был ознакомлен со служебными заданиями для направления в командировку, истцом лично заполнялись авансовые отчеты по командировкам, отчеты о выполнении служебного задания (т. 10 л.д.57-64). Суд считает, что о нарушении своего права истцу было известно в день составления служебного задания для направления в командировку. Следовательно, установленный ст. 392 ТК РФ трехмесячный срок давности по оспариванию приказов о направлении в служебные командировки истек: последний раз истец направлялся в командировку в ноябре 2018 г., приказ о командировке датирован 24.10.2018 г., со служебным заданием для направления в командировку истец ознакомлен 24.10.2018 г. (л.д.60), трехмесячный срок обращения в суд истек 24.01.2019 г.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Заволжский районный суд города Ярославля.

Судья В.А. Ратехина