№ 2-229/2024

26RS0002-01-2023-007425-72

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 февраля 2024 года город Ставрополь

Ленинский районный суд города Ставрополя Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Романенко Ю.С.,

при секретаре Поповой С.А.,

с участием

представителя истца Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – ФИО1, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по исковому заявлению Министерства сельского хозяйства Российской Федерации к ФИО2, ФИО3, о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

установил:

Министерство сельского хозяйства Российской Федерации обратились в суд с иском к ФИО2, ФИО3, о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

В обоснование иска указано, Буденновским городским судом Ставропольского края рассмотрено уголовное дело № 1-50/2023 в отношении ФИО2 и ФИО3 Приговором от 15.09.2023 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 1 год условно с испытательным сроком один год шесть месяцев. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 6 месяцев. Приговор Буденновского городского суда Ставропольского края от 15.09.2023 не обжаловался и вступил в законную силу 03.10.2023. Судом установлено, что в период времени с 17.12.2020 по 22.12.2020, врио директора ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» ФИО3 и заместитель директора Учреждения по общим вопросам ФИО2, являясь должностными лицами, выполняющими организационно - распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, находясь в здании ФГБУ «УЭКГ и ЧВ», расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, действуя в соучастии, умышленно, из иной личной заинтересованности, выразившейся в избежании негативного отношения к нему со стороны непосредственного руководства, с целью своевременного освоения выделенных бюджетных средств, достоверно зная о том, что работы по контракту 

<

номер обезличен> от 07.12.2020 на проведение противопаводковых мероприятий на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962, Ставропольский край, Арзгирский район» не выполнены в полном объеме, в связи с чем, не могут быть приняты, ФИО3 выполняя роль подстрекателя, не осознавая, что в последующем работы не будут выполнены, путем уговоров ФИО2 подписать документы о выполненных работах, при фактическом их невыполнении, убеждая последнего в том, что в последующем подрядчиком работы на указанном объекте будут выполнены, а ФИО2 выполняя роль исполнителя, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, в нарушение требований п.п. 3.2, 4.9, 5.3, 6.1,6.3, 6.4 Устава ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» ст. 15 Конституции РФ, ч. 1 ст. 711, ч.ч. 1-3 ст. 720, ч. 2 ст. 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 94 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», п.п. 1.2,1.4,4.2,4.3 государственного контракта 

<

номер обезличен> от 07.12.2020 на проведение противопаводковых мероприятий на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962, Ставропольский край, Арзгирский район», 17.12.2020 подписал акт о приемке выполненных работ № 1 от 17.12.2020, по унифицированной форме № КС-2 и справку о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 17.12.2020, по унифицированной форме № КС-3, за отчетный период с 07.12.2020 по 17.12.2020, на сумму 10 463 160,25 рублей, тем самым подтвердил выполнение ООО «Рокон» работ на указанную сумму, когда фактически работы в указанном объеме и стоимости не были выполнены. После чего ФИО2 передал в бухгалтерию ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» счет на оплату № 77 от 17.12.2020 на указанную сумму. На основании данных документов и указания ФИО3 данного ФИО2, платежным поручением № 503179 от 21.12.2020 на сумму 10 463 160,25 рублей на расчетный счет ООО «Рокон» были перечислены денежные средства в сумме 10 463 160, 25 рублей из средств федерального бюджета, на оплату работ фактически не выполненных ООО «Рокон» в указанном объеме и стоимости. 22.12.2020 ФИО2 подписал акт о приемке выполненных работ № 2 от 22.12.2020, по унифицированной форме № КС-2, справку о стоимости выполненных работ и затрат № 2 от 22.12.2020, по унифицированной форме № КС-3, за отчетный период с 18.12.2020 по 22.12.2020, на сумму 6 975 439,75 рублей, а также акты освидетельствования скрытых работ №№ 1-8 от тем самым подтвердил выполнение ООО «Рокон» работ на указанную сумму, когда фактически работы в указанном объеме и стоимости не были выполнены. После чего ФИО2 передал в бухгалтерию ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» счет на оплату № 80 от 22.12.2020 на сумму 6 103 509,75 рублей. На основании данных документов и указания ФИО3 данного ФИО2, с учетом авансового платежа предварительно перечисленного платежным поручением № 371969 от 16.12.2020 по счету на оплату № 72 от 08.12.2020 на расчетный счет ООО «Рокон» в сумме 871 930 рублей, платежным поручением № 611197 от 23.12.2020 на сумму 6 103 509,75 рублей на расчетный счет ООО «Рокон» были перечислены денежные средства в сумме 6 103 509,75 рублей из средств федерального бюджета, на оплату работ фактически не выполненных ООО «Рокон» в указанном объеме и стоимости, а всего на общую сумму 6 975 439,75 рублей. Согласно заключения специалиста от 22.07.2022 следует, что сметная стоимость не выполненных работ по контракту 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> на проведение противопаводковых работ на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962 Ставропольский край, Арзгирский район», составляет 10 043 133,60 рублей. Совместные преступные действия ФИО3 и ФИО2, использовавших свое служебное положение должностного лица, повлекли существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, а именно: в части заключения контракта с единственным поставщиком в обход конкурентных способов, выразившиеся в нарушении норм о конкуренции, принципа эффективности использования бюджетных средств (ст. ст. 8, 34 Конституции РФ, ст. 34 Бюджетного кодекса РФ); в части оплаты невыполненных надлежащим образом работ, предусмотренных контрактом, выразившееся в дискредитации деятельности Министерства сельского хозяйства Российской Федерации в глазах общественности, подрыва его доверия со стороны общества и граждан, в нарушении целей деятельности ФГБУ «УЭКГ и ЧВ», обусловленные безрезультативным расходованием бюджетных средств в сумме 10 043 133 рублей 60 копеек на оплату не оказанных услуг по контракту. Министерство сельского хозяйства Российской Федерации признано потерпевшим по уголовному делу, поскольку преступными действиями ФИО3 и ФИО2 ему причинен материальный ущерб на сумму 10 043 133 рублей 60 копеек. Причиненный преступлением ущерб осужденными возмещен не был. На основании изложенного, просят суд: взыскать с ФИО2, ФИО3 в солидарном порядке сумму ущерба, причиненного преступлением, в размере 10 043 133, 60 рублей.

Представитель истца Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – ФИО1, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддержал и просил суд удовлетворить их в полном объеме.

Ответчик ФИО2, извещенный надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, уважительных причин своей неявки суду не представил.

Ответчик ФИО3, содержится в ФКУ ИК -6 УФСИН России по Ставропольскому краю, и его представитель ФИО4, надлежащим образом были извещены о времени и месте проведения судебного заседания, ходатайств об участии в судебном заседании посредством видеоконференцсвязи в адрес суда не направляли.

Третьи лица ООО «Рокон», ФИО5, извещенные надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, уважительных причин своей неявки суду не представили.

Суд с учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц. 

Выслушав мнение представителя истца Министерства сельского хозяйства Российской Федерации – ФИО1, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с Постановлением Пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» решение суда является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В ст. 2 Конституции РФ указано, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. 

В соответствии со ст. 17 Конституции РФ в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Права и свободы человека и гражданина, согласно ст.18 Конституции РФ, являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Статьей 52 Конституции Российской Федерации гарантировано право потерпевшего от преступления лица на возмещение убытков.

Частью 3 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) закреплено право юридического и физического лица, признанного потерпевшим по уголовному делу, на возмещение имущественного вреда, причиненного непосредственно преступлением.

Согласно п. 10 ч. 1 ст. 299 УПК РФ при постановлении приговора суд должен разрешить вопрос о том, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере. При этом суд вправе признать за гражданским истцом право на удовлетворение иска и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства (в случаях, предусмотренных ч. 2 ст. 309 УПК РФ)

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 2 ст. 1064 ГК РФ лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями

Отсутствие одного из перечисленных условий является основанием для отказа в удовлетворении требования о возмещении ущерб

При этом, на стороне истца лежит бремя доказывания самого факта причинения вреда и величины его возмещения, причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ответчика и наступившими негативными последствиями, а обязанность доказать отсутствие своей вины в причинении вреда лежит на стороне ответчика.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

По смыслу ст. 15 и 1064 ГК РФ, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 8.12.2017 № 39-П также отметил, что привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям статьи 19 (части 1 и 2), 34 (ч. 1), 35 (части 1 - 3), 49 (часть 1), 54 (часть 2) и 55 (часть 3) Конституции РФ.

Часть 4 ст.61 ГПК РФ предусматривает обязательность вступившего в законную силу приговора суда по уголовному делу для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, только в отношении вопросов, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Данная норма не препятствует потерпевшему защищать свои права и законные интересы, отстаивать свою позицию в рамках гражданского судопроизводства в полном объеме на основе принципов состязательности и равноправия сторон.

Судом установлено, что приговором Буденновского районного суда Ставропольского края от 15.09.2023 ФИО2, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год, ФИО3, признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 33, ч.1 ст. 286 УК РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок шесть месяцев с отбыванием наказания в колонии поселении. 

В приговоре Буденновского районного суда Ставропольского края от 15.09.2023 также указано, что гражданский иск, заявленный Министерством сельского хозяйства Российской Федерации о взыскании суммы ущерба в размере 10043133 рублей подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

В определении Конституционного Суда РФ от 11.02.2020 № 297-О по жалобе гражданина К.В. указано, что факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4.07.2017 №1442-О). Тем более это относится к случаям, когда вступившим в законную силу приговором суда размер вреда, причиненного преступлением, установлен в качестве компонента криминального деяния и влияет на его квалификацию по той или иной норме уголовного закона, на оценку его общественной опасности и назначение наказания.

Таким образом, приговор при разрешении вопроса о взыскании ущерба, причиненного преступлением, имеет преюдициальное значение при разрешении вопросов о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом, а размер ущерба подлежит доказыванию в рамках рассмотрения гражданского спора.

Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 №23 «О судебном решении»).

Как установлено приговором Буденновского районного суда Ставропольского края от 15.09.2023 в период времени с 17.12.2020 по 22.12.2020, врио директора ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» ФИО3 и заместитель директора Учреждения по общим вопросам ФИО2, являясь должностными лицами, выполняющими организационно - распорядительные, административно-хозяйственные функции в государственном учреждении, находясь в здании ФГБУ «УЭКГ и ЧВ», расположенном по адресу: 

<

адрес обезличен>, действуя в соучастии, умышленно, из иной личной заинтересованности, выразившейся в избежании негативного отношения к нему со стороны непосредственного руководства, с целью своевременного освоения выделенных бюджетных средств, достоверно зная о том, что работы по контракту № 153 от 07.12.2020 на проведение противопаводковых мероприятий на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962, Ставропольский край, Арзгирский район» не выполнены в полном объеме, в связи с чем, не могут быть приняты, ФИО3 выполняя роль подстрекателя, не осознавая, что в последующем работы не будут выполнены, путем уговоров ФИО2 подписать документы о выполненных работах, при фактическом их невыполнении, убеждая последнего в том, что в последующем подрядчиком работы на указанном объекте будут выполнены, а ФИО2 выполняя роль исполнителя, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, в нарушение требований п.п. 3.2, 4.9, 5.3, 6.1,6.3, 6.4 Устава ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» ст. 15 Конституции РФ, ч. 1 ст. 711, ч.ч. 1-3 ст. 720, ч. 2 ст. 763 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 72 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст. 94 Федерального закона от 05.04.2013 №44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», п.п. 1.2,1.4,4.2,4.3 государственного контракта № 

<

номер обезличен> от 07.12.2020 на проведение противопаводковых мероприятий на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962, Ставропольский край, Арзгирский район», 17.12.2020 подписал акт о приемке выполненных работ № 1 от 17.12.2020, по унифицированной форме № КС-2 и справку о стоимости выполненных работ и затрат № 1 от 17.12.2020, по унифицированной форме № КС-3, за отчетный период с 07.12.2020 по 17.12.2020, на сумму 10 463 160,25 рублей, тем самым подтвердил выполнение ООО «Рокон» работ на указанную сумму, когда фактически работы в указанном объеме и стоимости не были выполнены. После чего ФИО2 передал в бухгалтерию ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» счет на оплату № 77 от 17.12.2020 на указанную сумму. На основании данных документов и указания ФИО3 данного ФИО2, платежным поручением № 503179 от 21.12.2020 на сумму 10 463 160,25 рублей на расчетный счет ООО «Рокон» были перечислены денежные средства в сумме 10 463 160, 25 рублей из средств федерального бюджета, на оплату работ фактически не выполненных ООО «Рокон» в указанном объеме и стоимости. 

22.12.2020 ФИО2 подписал акт о приемке выполненных работ № 2 от 22.12.2020, по унифицированной форме № КС-2, справку о стоимости выполненных работ и затрат № 2 от 22.12.2020, по унифицированной форме № КС-3, за отчетный период с 18.12.2020 по 22.12.2020, на сумму 6 975 439,75 рублей, а также акты освидетельствования скрытых работ №№ 1-8 от тем самым подтвердил выполнение ООО «Рокон» работ на указанную сумму, когда фактически работы в указанном объеме и стоимости не были выполнены. После чего ФИО2 передал в бухгалтерию ФГБУ «УЭКГ и ЧВ» счет на оплату № 80 от 22.12.2020 на сумму 6 103 509,75 рублей. На основании данных документов и указания ФИО3 данного ФИО2, с учетом авансового платежа предварительно перечисленного платежным поручением № 371969 от 16.12.2020 по счету на оплату № 72 от 08.12.2020 на расчетный счет ООО «Рокон» в сумме 871 930 рублей, платежным поручением № 611197 от 23.12.2020 на сумму 6 103 509,75 рублей на расчетный счет ООО «Рокон» были перечислены денежные средства в сумме 6 103 509,75 рублей из средств федерального бюджета, на оплату работ фактически не выполненных ООО «Рокон» в указанном объеме и стоимости, а всего на общую сумму 6 975 439,75 рублей. 

Согласно заключения специалиста от 22.07.2022 следует, что сметная стоимость не выполненных работ по контракту 

<

номер обезличен> от 07.12.2020 на проведение противопаводковых работ на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962 Ставропольский край, Арзгирский район», составляет 10 043 133,60 рублей. 

Указанные вышеописанные тождественные (продолжаемые), совместные преступные действия ФИО3 и ФИО2, использовавших свое служебное положение должностного лица, повлекли существенное нарушение прав и законных интересов организаций, охраняемых законом интересов общества и государства, а именно: 

- в части заключения контракта с единственным поставщиком в обход конкурентных способов, выразившиеся в нарушении норм о конкуренции, принципа эффективности использования бюджетных средств (ст. ст. 8, 34 Конституции РФ, ст. 34 Бюджетного кодекса РФ); 

- в части оплаты невыполненных надлежащим образом работ, предусмотренных контрактом, выразившееся в дискредитации деятельности Министерства сельского хозяйства Российской Федерации в глазах общественности, подрыва его доверия со стороны общества и граждан, в нарушении целей деятельности ФГБУ «УЭКГ и ЧВ», обусловленные безрезультативным расходованием бюджетных средств в сумме 10 043 133 рублей 60 копеек на оплату не оказанных услуг по контракту.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии с ч. 3 названной выше статьи суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 и п.2 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в Определении от 25.05.2017 № 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.

Данные требования корреспондируют обязанности суда полно и всесторонне рассмотреть дело, что невозможно без оценки каждого представленного доказательства и обоснования преимущества одного доказательства над другим.

Согласно ст. 56 ч. 2 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

При этом суд определяет юридически значимые обстоятельства с учетом подлежащих применению норм материального права (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2019).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи или лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (ст. 56 ГПК РФ). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Таким образом, с учетом приведенных положений процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные правоотношения. Каждое доказательство, представленное лицами, участвующими в деле, в обоснование своих выводов или возражений на доводы другой стороны спора, должно быть предметом исследования и оценки суда, в том числе в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами и в соответствии с нормами материального права, подлежащими применению к спорным правоотношениям. Оценка доказательств и отражение ее результатов в судебном решении являются проявлением дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти, что, однако, не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом. В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные ст. 2 ГПК РФ.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а равно нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений (статьи 10 и 118 Конституции Российской Федерации), вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в том же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от 21.12.2011 № 30-П и от 8.06.2015 года № 14-П; определения от 6.06.2014 № 2528-О, от 17.02.2015 года № 271-О и др.).

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4.07.2017 № 1442-О).

Пределы действия преюдициальности судебного решения объективно определяются тем, что установленные судом в рамках его предмета рассмотрения по делу факты в их правовой сущности могут иметь иное значение в качестве элемента предмета доказывания по другому делу, поскольку предметы доказывания в разных видах судопроизводства не совпадают, а суды в их исследовании ограничены своей компетенцией в рамках конкретного вида судопроизводства (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П)

Задачей гражданского судопроизводства - в его конституционном значении (ст. 15, ч. 1; ст. 118, ч. 2; ст. 120, ч. 1, Конституции Российской Федерации) - является разрешение споров о праве и других дел, отнесенных к компетенции судов общей юрисдикции. В соответствии с этим ч.4 ст. 61 ГПК РФ установлено, что вступивший в законную силу приговор по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом. Приведенная норма предусматривает преюдициальное значение приговора по уголовному делу, включая дело, в котором гражданский иск не предъявлялся или не был разрешен, а также в котором он был оставлен без рассмотрения. В указанных случаях отсутствуют препятствия для предъявления гражданским истцом своих требований в порядке гражданского судопроизводства и такие требования рассматриваются с учетом общего преюдициального значения, вступившего в законную силу приговора.

В то же время приговор не может предрешать устанавливаемый в гражданском деле размер возмещения вреда, причиненного преступлением, что обусловлено особенностями гражданско-правовой ответственности. Определяя общие основания ответственности за причинение вреда, ст. 1064 ГК РФ закрепляет, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом размер возмещения подлежит установлению судом в том числе в результате оценки доказательств, представленных сторонами в соответствии с общими правилами доказывания, регламентированными ст. 56 ГПК РФ.

Так, согласно заключения специалиста от 22.07.2022 следует, что сметная стоимость не выполненных работ по контракту 

<

номер обезличен> от 07.12.2020 на проведение противопаводковых работ на объекте: «Кумо-Манычский канал от ПК 875+20 до ПК 962 Ставропольский край, Арзгирский район», составляет 10 043 133,60 рублей. 

При этом, ответчиками не представлено доказательств наличия иного размера причиненного ущерба.

Кроме того, стороной ответчика не было заявлено ходатайств о назначении судебной экспертизы в рамках рассмотрения гражданского иска.

При рассмотрении настоящего дела суд считает необходимым применить положения ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, и считает, что указанный приговор имеет преюдициальное значение при разрешении гражданско-правового спора и данные обстоятельства не подлежат доказыванию вновь по правилам ст. 56 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 71 ГПК РФ приговор суда отнесен к числу письменных доказательств по гражданскому делу, и обстоятельства, установленные приговором, имеют значение для рассмотрения и разрешения настоящего дела.

Соответственно, после вынесения приговора размер ущерба имеет значение при рассмотрении гражданского дела по иску о возмещении ущерба, причиненного преступлением.

Истцом ко взысканию заявлены суммы ущерба в размере 10 043 133,60 рублей причиненного преступлением, установленные заключением от 22.07.2022.

На основании п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 настоящего Кодекса. Лицо, неправомерно завладевшее чужим имуществом, которое в дальнейшем было повреждено или утрачено вследствие действий другого лица, действовавшего независимо от первого лица, отвечает за причиненный вред. Указанное правило не освобождает непосредственного причинителя вреда от возмещения вреда.

В силу ч. 2 ст. 1081 ГК РФ, причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.

В силу положений ст. 32 УК РФ соучастием в преступлении признается умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления

Согласно ч. 1 и 5 ст. 33 УК РФ соучастниками преступления наряду с исполнителем признаются организатор, подстрекатель и пособник. При этом пособником признается лицо, содействовавшее совершению преступления советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления либо устранением препятствий, а также лицо, заранее обещавшее скрыть преступника, средства или орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы, добытые преступным путем, а равно лицо, заранее обещавшее приобрести или сбыть такие предметы.

Таким образом, истец вправе обратиться к лицу, совместно с ним причинившему вред, с иском о возмещении ущерба в порядке регресса применительно к положениям ст. 1081 ГК РФ, взыскание суммы ущерба с соучастников преступления, не противоречит действующему законодательству.

Абзацем первым ст. 1080 ГК РФ предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

В силу п. 1 ст. 323 ГК РФ при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Следовательно, поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится по правилам п. 2 ст. 1081 ГК РФ, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско-правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину (постановления от 15.07.2009 № 13-П и от 7.04.2015 № 7-П; определения от 4.10.2012 № 1833-0, от 15.01.2016 № 4-0, от 19.07.2016 № 1580-0 и др.).

Привлечение физического лица к ответственности за деликт в каждом случае требует установления судом состава гражданского правонарушения, - иное означало бы необоснованное смешение различных видов юридической ответственности, нарушение принципов справедливости, соразмерности и правовой определенности вопреки требованиям ст.19 (части 1 и 2), 34 (ч. 1), 35 (ч. 1 - 3), 49 (ч. 1), 54 (ч. 2) и 55 (ч. 3) Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 8.12.2017 № 39-П).

Часть 1 ст. 1080 ГК РФ, рассматриваемая в нормативном единстве с п. 2 ст. 1081 ГК РФ, не исключает учета степени вины лица в причинении вреда, в частности, при последующих взаимных расчетах между совместными причинителями. Данное положение не лишает лица, исполнившего солидарную обязанность по возмещению совместно причиненного вреда, возможности предъявить регрессное требование к остальным сопричинителям. (Определение Конституционного Суда РФ от 24.06.2021 № 1271-0).

Рассматривая вопрос о возмещении вреда, причиненного преступным деянием, совершенным в соучастии, следует учитывать, что УК РФ признает соучастием в преступлении умышленное совместное участие двух или более лиц в совершении умышленного преступления (ст. 32), различает виды соучастников преступления, выделяя наряду с исполнителем, т.е. лицом, непосредственно совершившим преступление либо непосредственно участвовавшим в его совершении совместно с другими лицами (соисполнителями), также организатора, подстрекателя и пособника (ст. 33), и указывает на необходимость определения характера и степени фактического участия каждого из них в совершении преступления (ч.1 ст. 34). (Определение Конституционного суда РФ от 27.06.2017 № 1369-0).

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных следует учитывать согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

К злоупотреблению правом относятся, в том числе заведомо или очевидно недобросовестное поведение субъекта права, недобросовестные действия участников оборота в обход закона, приводящие к неблагоприятным последствиям для иных лиц, в связи с чем никто не может извлекать выгоды из своего незаконного или недобросовестного поведения.

С учетом, установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу, что стороны по делу должны нести равную ответственность перед истцом за причиненный ущерб с целью достижения преступного умысла в результате хищения чужого имущества путем обмана, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

В соответствии с п. 2 ст. 393 ГК РФ возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.

Согласно п. 3 указанной статьи, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или договором, при определении убытков принимаются во внимание цены, существовавшие в том месте, где обязательство должно было быть исполнено, в день добровольного удовлетворения должником требования кредитора, а если требование добровольно удовлетворено не было, - в день предъявления иска. Исходя из обстоятельств, суд может удовлетворить требование о возмещении убытков, принимая во внимание цены, существующие в день вынесения решения.

По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 2 ст. 1082 ГК РФ причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными.

Кроме того, по смыслу п. 2 ст. 325 ГК РФ, если иное не установлено соглашением между солидарными должниками, предоставившими совместное обеспечение, и не вытекает из отношений между ними, право регрессного требования к остальным должникам в обеспечительном обязательстве имеет не любой исполнивший обязательство, а лишь тот, кто исполнил обязательство в размере, превышающем его долю, и только в приходящейся на каждого из остальных должников части (абзац первый п. 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по ст. 67 ГПК РФ суд исходит из того, что поскольку причиненный действиями ответчика ущерб не был возмещен последними ни в досудебном порядке, ни в порядке уголовного судопроизводства, размер вреда подтвержден судом, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований Министерства сельского хозяйства Российской Федерации к ФИО2, ФИО3 о солидарном взыскании в счет возмещения вреда, причиненного преступлением, в размере 10 043 133 рублей, 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования Министерства сельского хозяйства Российской Федерации к ФИО2, ФИО3, – удовлетворить. 

Взыскать солидарно с ФИО2 (

<

номер обезличен>) и ФИО3 (

<

номер обезличен>) сумму ущерба, причиненного преступлением, в размере 10 043 133 (десять миллионов сорок три тысячи сто тридцать три) рубля 60 (шестьдесят) копеек. 

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи жалобы через Ленинский районный суд г. Ставрополя в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 27.02.2024.

Судья Ю.С. Романенко