Судья: Рамазанов Э.И. материал № 22к-2060/2025

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Махачкала 13 августа 2025 г.

Верховный Суд Республики Дагестан в составе: председательствующего судьи Курбанова Р.Д., при секретаре судебного заседания Османове М.О., с участием прокурора Бабаханова Т.Ф., потерпевшего ФИО5, представителя потерпевшего – адвоката Черкасова М.К., защитника-адвоката Курбанова Р.И., рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе представителя потерпевшего – адвоката Черкасова М.К. на постановление Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 14 июля 2025 г., которым в отношении 

ФИО1, родившегося 

<

дата> в 

<

адрес>, гражданина Российской Федерации, несудимого, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ, 

избрана мера пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца 00 суток, то есть до 10 августа 2025 г. 

Изучив материалы, заслушав выступления потерпевшего ФИО5 и представителя потерпевшего – адвоката Черкасова М.К., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Бабаханова Т.Ф. и защитника-адвоката Курбанова Р.И., полагавшие апелляционную жалобу подлежащей оставлению без удовлетворения, а постановление суда без изменения, суд 

у с т а н о в и л :

10 июня 2025 г. следователем отдела по расследованию преступлений на обслуживаемой территории № 1 СУ Управления МВД России по г. Махачкале ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ.

11 июня 2025 г. по вышеуказанному уголовному делу в соответствии со ст. 91 и 92 УПК РФ в качестве подозреваемого задержан ФИО1

12 июня 2025 г. следователем отдела ФИО3, принявшим в свое производство уголовное дело на основании постановления от 10 июня 2025 г., в суд направлено ходатайство, согласованное с заместителем начальника отдела об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца 00 суток, т.е. по 10 августа 2025 г. включительно.

Постановлением от 12 июня 2025 г. Советский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан, отказав в ходатайстве следователя, избрал в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца, т.е. до 10 августа 2025 г.

Не согласившись с решением суда первой инстанции, потерпевшим ФИО5 была подана апелляционная жалоба.

Апелляционным постановлением от 2 июля 2025 г. Верховный Суд Республики Дагестан постановление отменил, частично удовлетворив апелляционную жалобу потерпевшего, избрал в отношении ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 14 суток, т.е. до 15 июля 2025 г., направив материал на новое рассмотрение в тот же суд в ином составе.

14 июля 2025 г. Советский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан в ходатайстве следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу отказал, избрав ФИО1 меру пресечения в виде домашнего ареста сроком на 2 месяца 00 суток, т.е. до 10 августа 2025 г.

На указанное постановление представителем потерпевшего – адвокатом Черкасовым М.К. подана апелляционная жалоба, в которой он считает постановление суда незаконным, необоснованным, вынесенным без учета всех обстоятельств заявленного следователем ходатайства.

Утверждает, что судом не учтены данные о том, что родственники ФИО1 высказывают угрозы потерпевшему, в частности они ему лично высказывали «что сожгли машину, сожжём и дом», и иные угрозы уже после задержания ФИО1.

По мнению потерпевшей стороны, родственники ФИО1 высказывают угрозы с целью оказания давления на потерпевшего, чтобы он под страхом угроз перестал осуществлять процессуальную защиту своих интересов, перестал добиваться привлечения ФИО1 к уголовной ответственности.

Обращает внимание на то, что мотивом совершения преступления являются судебные споры между родственниками ФИО1 и потерпевшим о сносе самовольных построек, возведенных родственниками подозреваемого, и данные угрозы потерпевший воспринимает более чем реально.

Вместе с тем утверждает, что пояснения потерпевшего ФИО11, касающиеся высказывания ему угроз родственниками ФИО1, судом в постановлении искажены и им не дана какая-либо оценка.

Отмечает, что не учтено судом и поведение лица после преступления, в совершении которого ФИО1 подозревается. В совершенном преступлении не признался, не раскаялся, материальный вред, причиненный преступлением, не возместил, избрал позицией своей защиты - противодействие следствию, уклонился от дачи признательных показаний, злоупотребил своими правами. 

Обращает внимание, на сколько известно потерпевшей стороне, ФИО1, исполняя меру пресечения в виде домашнего ареста, предпринимает действия, направленные на сокрытие своего имущества, а именно переоформление своего права собственности на объекты недвижимости. В частности, находясь под домашним арестом, он осуществил регистрацию сделки по купле-продаже участка за государственным кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес> Однако, судом данные доводы проверены не были, доказательства, подтверждающие, либо опровергающие указанное, судом запрошены не были.

Избирая подозреваемому меру пресечения в виде домашнего ареста, судом не учтено, что выписка из ЕГРН на квартиру, в которой ФИО1 будет исполнять указанную меру пресечения, датирована 2019 годом, соответственно не является актуальной и не подтверждает право собственности ФИО1 на данное жилое помещение.

Указывает, что судом, при рассмотрении обжалуемого постановления, допущен ряд процессуальных нарушений, таких как не исследование письменных доказательств, не предоставление возможности участникам процесса заявить ходатайства на начальной стадии процесса. В частности представитель потерпевшего вынужден был прервать председательствующего в судебном заседании и уже при рассмотрении другого вопроса заявить ходатайство о допуске его для участия в судебном заседание в качестве представителя потерпевшего.

На основании изложенного просит постановление отменить, удовлетворив ходатайство следователя об избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Проверив представленные материалы, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции не находит оснований для ее удовлетворения.

Постановление о возбуждении ходатайства об избрании меры пресечения в отношении ФИО1 составлено в рамках возбужденного уголовного дела, уполномоченным лицом, с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, представлено в суд с согласия руководителя следственного органа. 

Исходя из положений ч. 1 ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления средней тяжести с применением насилия либо с угрозой его применения, тяжкого или особо тяжкого преступления, если иное не предусмотрено частями первой.1, первой.2 и второй настоящей статьи, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. 

Рассматривая вопросы об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу. 

Как установлено при изучении поступивших материалов дела, отказывая в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд первой инстанции учел, что ФИО1 к уголовной ответственности привлекается впервые, инкриминируемое ему преступление отнесено законом к категории преступлений средней тяжести без применения насилия, что в силу приведенных выше нормативных положений исключает возможность избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу, с учетом того, что ФИО1 ранее не судим, имеет семью и постоянное место жительство, где характеризуется положительно, что в совокупности свидетельствует о наличии у него устойчивых социальных связей по месту производства расследования.

С учетом тяжести и обстоятельств преступления, данных о личности ФИО1, суд первой инстанции пришел к выводу, что избрание в отношении него меры пресечения в виде домашнего ареста является достаточной гарантией того, что он не будет иметь возможность скрыться от органов следствия и воспрепятствовать производству по уголовному делу. 

Суд в должной степени учел положения ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ, привел в обжалуемом постановлении соответствующие аргументы об отсутствии оснований для избрания в отношении ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и о возможности избрания меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Из представленных материалов усматривается, что решение вопроса об избрании меры пресечения ФИО1 проходило в рамках уголовного дела. При этом, имеются достаточные данные об имевших место событии преступления и о возможной причастности к нему ФИО1, которые были исследованы в судебном заседании. 

Судебное заседание, в ходе которого был решен вопрос об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, судом первой инстанции проведено с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, нарушений прав участников процесса, в том числе права на защиту, в ходе судебного заседания не допущено. Председательствующий создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав, вопреки доводам жалобы об обратном. Суд первой инстанции разрешил по существу все заявленные сторонами ходатайства. Данные о необоснованном отклонении ходатайств, заявленных сторонами, в протоколе судебного заседания отсутствуют и судом апелляционной инстанции не установлены. 

Выводы суда о возможности применения в отношении ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста в постановлении судом надлежаще мотивированы и основаны на материалах дела. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что, находясь на свободе ФИО1 может оказать давление не потерпевшего не соответствуют обстоятельствам инкриминируемого обвиняемому преступления и с этими доводам суд апелляционной инстанции согласиться не может, поскольку в материалах ходатайства объективных тому доказательств не имеется. 

Нельзя согласиться и с доводами жалобы о том, что судом при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста по месту фактического проживания не проверено кому принадлежит домовладение, поскольку правоустанавливающие документы на жилое помещение по месту избрания домашнего ареста приобщены к материалам ходатайства, при этом у суда апелляционной инстанции ставить под сомнение подлинность указанных документов, оснований не имеется. 

При указанных выше обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что постановление суда об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста основано на объективных данных, содержащихся в представленных суду материалах, принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок и основания избрания обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста. 

В постановлении суда указаны мотивы принятого решения об избрании ФИО1 меры пресечения в виде домашнего ареста, которые разделяются судом апелляционной инстанции. 

Кроме того, вопреки доводам жалобы, судом первой инстанции исследовались все доводы и обстоятельства, которые в соответствии с требованиями закона необходимы для принятия решения об избрании меры пресечения, в том числе и те, на которые имеются ссылки в апелляционной жалобе. 

Доводы жалобы о том, что судом при принятии решения не учтено то, что ФИО1 вину не признал, ущерб не возместили, не могут быть приняты во внимание, поскольку данные обстоятельства в силу закона не могут влиять на решение вопроса об избрании меры пресечения.

Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, в том числе постановлениях от 20 февраля 1996 года N 5-П, от 25 апреля 2001 года N 6-П, от 27 февраля 2003 года N 1-П и от 29 июня 2004 года N 13-П, сформулировал правовые позиции, согласно которым освобождение лица в соответствии со ст. 51 Конституции РФ от обязанности давать показания против самого себя является одной из важнейших и необходимых предпосылок реального соблюдения прав и свобод человека и гражданина. Указанное конституционное право должно обеспечиваться на любой стадии уголовного судопроизводства, и то обстоятельство, что лицо воспользовалось этим правом, само по себе не может служить основанием ни для признания его виновным в инкриминируемом преступлении, ни для наступления для него каких-либо иных неблагоприятных последствий. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что обжалуемое постановление отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, вынесено с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих разрешение судом вопроса об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста. 

Оснований для удовлетворения апелляционной жалобы по изложенным в нем доводам, как и нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Вместе с тем постановление подлежит изменению, по следующим основаниям.

В описательно-мотивировочной части постановления судом указано, что ходатайство следователя мотивировано тем обстоятельством, что ФИО1 может скрыться от следствия и суда, уничтожить доказательства, окажет давление на свидетелей, либо иным путем воспрепятствует производству по уголовному делу.

Однако, в постановлении следователя о возбуждении перед судом ходатайства об избрании в отношении ФИО1 меры пресечения, указание на то, что по мнению органа следствия подозреваемый может уничтожить доказательства, окажет давление на свидетелей, отсутствует. 

Таким образом, суд, удовлетворяя ходатайство следователя, вышел за пределы заявленного ходатайства и по своей инициативе указал на данные основания (уничтожит доказательства, окажет давление на свидетелей), что является недопустимым. С учетом изложенного, указанные основания подлежат исключению из описательно-мотивировочной части постановления. 

Однако данные обстоятельства не свидетельствуют о незаконности принятого решения об избрании домашнего ареста, тем более, что мотивируя это решение, суд первой инстанции исходили из совокупности обстоятельств, обосновывающих необходимость ее избрания.

Каких-либо иных нарушений норм уголовно - процессуального законодательства РФ, влекущих отмену обжалуемого постановления, в том числе по доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не находит.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 383.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

постановление Советского районного суда г. Махачкалы Республики Дагестан от 14 июля 2025 г. об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части постановления указание на то, что, по мнению органа следствия ФИО1 может уничтожить доказательства, окажет давление на свидетелей.

В остальной части это же постановление оставить без изменения.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 - 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции. При этом обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий