Дело №10-14/2018

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Махачкала 02 октября 2018 года 

Ленинский районный суд г.Махачкалы РД в составе:

председательствующего судьи Насрутдинова М.А., 

при секретаре судебного заседания Исамагомедовой Г.А.,

с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора Ленинского района г.Махачкалы Гасанова Э.А., 

оправданного ФИО1 ФИО220, 

его защитника адвоката Мамаева Р.Г.,

а также потерпевших Потерпевший №28, Потерпевший №147, Потерпевший №81, ФИО15 и Потерпевший №97, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление старшего помощника прокурора Ленинского района г.Махачкалы Гасанова Э.А. на приговор мирового судьи судебного участка №9 Ленинского района г.Махачкалы от 18.06.2018, которым ФИО1 ФИО221, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, проживающий по адресу: г.Махачкала, 

<

данные изъяты> не судим, оправдан по ч.2 ст.145.1 УК РФ по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в виду отсутствия в его деяниях состава преступления,

изложив содержание обжалуемого приговора и доводы апелляционного представления, выслушав мнение стороны защиты, полагавшей оставить приговор без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Приговором мирового судьи судебного участка №9 Ленинского района г.Махачкалы от 18.06.2018 ФИО2 оправдан по ч.2 ст.145.1 УК РФ, то есть в совершении полной невыплаты свыше двух месяцев академической и социальной стипендии из личной заинтересованности, по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в виду отсутствия в его деяниях состава преступления.

В апелляционном представлении государственный обвинитель старший помощник прокурора Ленинского района г.Махачкалы Гасанов Э.А. считает данный приговор незаконным и необоснованным по следующим основаниям.

Из заключения специалиста от № 42/3-2017, проведенного на досудебной стадии уголовного дела по результатам исследования документов финансово-хозяйственной деятельности колледжа, следует, что за период с 01.04.2016 по 01.10.2016 колледж имел возможность на своевременную выплату стипендий, в случае если денежные средства не были бы израсходованы на хозяйственные и иные нужды.

В тоже время указывает, что мировым судьей оставлены без внимания отраженные в указанном заключении специалиста следующие расходы колледжа, которые также могли бы быть уплачены на выплату стипендии, а именно хозяйственные нужды: приобретение ТМЦ, рекламных услуг - 1 418 459, 30 рублей, сняты наличными - 3 348 600 рублей, профсоюзные взносы - 120 581, 44 рубля. Итого - 4 887 640, 74 рубля.

Следовательно, мировой судья не в полной мере исследовал доказательство вины ФИО3, то есть заключение специалиста №42/3-2017, неверно положил его в основу оправдательного приговора, полагая, что произведенные ФИО2 расходы на оплату коммунальных услуг, текущий ремонт зданий учебного корпуса, командировочные, участие в олимпиаде, реклама в газету, иные платежи (штраф, культмассовые мероприятия, услуги лицензирования, электронные системы гос. финансов), хозяйственные нужды, приобретение ТМЦ, рекламных услуг, снятые наличными, профсоюзные взносы, являются более значимыми, нежели выплата обязательных социальных выплат, гарантированных ч.1 ст.39 Конституции Российской Федерации, закрепленных в статьях 34, 36 Федерального закона «Об образовании в Российской Федерации», Постановлением Правительства РФ от 27.06.2011 № 487, Уставом колледжа, а также иными документами и нормативно-правовыми актами. 

Также в качестве одного из доводов для вынесения оправдательного приговора судом по безосновательным причинам указано «каких-либо доказательств, свидетельствующих о корыстной заинтересованности в несвоевременной выплате стипендии ФИО2, суду не представлено, и в материалах дела нет». Данное обоснование позволяет сделать вывод, что судом ошибочно истолкована суть предъявленного ФИО2 обвинения, так как признак субъективной стороны в виде корыстной заинтересованности органами следствия ему не вменялся, следовательно, отражение вышеуказанного вывода в оправдание ФИО3 не состоятельно.

Между тем, опровергая довод обвинения о том, что преступление совершено ФИО2 из иной личной заинтересованности, суд сослался на п.16 Постановления Пленума Верховного суда РФ №19 от 16.10.2009 «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», в котором в качестве примеров иной личной заинтересованности перечислены- стремление должностного лица извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленное такими побуждениями, как карьеризм, семейственность, желание приукрасить действительное положение, получить взаимную услугу, заручиться поддержкой в решении какого-либо вопроса, скрыть свою некомпетентность и т.п.

Перечень, отраженный в указанном Постановлении Пленума Верховного суда РФ, не является исчерпывающим, а обвинение ФИО2 сформулировано следствием в соответствии заданной Пленумом Верховного суда РФ смысловой нагрузкой понятия иной личной заинтересованности должностного лица. В обвинении отражен обязательный признак субъективной стороны преступления, выразившейся в том, что ФИО2, действуя с прямым умыслом из ложно понятых интересов службы, желая показать видимое развитие и благополучие руководимого им колледжа, создавая имидж квалифицированного руководителя, воспользовавшись своей служебной возможностью распоряжаться денежными средствами, находившимися на балансе колледжа, распорядился этими денежными средствами по своему усмотренную, израсходовав их на проведение ремонтных работ в колледже, приобретение материально-технических ценностей, а также погашение задолженностей по коммунальным услугам.

Мировой судья в приговоре необоснованно сделал вывод, что выплата стипендии не является частью учебного процесса, а обязанность руководителя в своевременной выплате стипендии является менее значимой в сравнении с вышеуказанными действиями ФИО2, выразившимися в расходовании денежных средств на проведение ремонтных работ, приобретение материальных ценностей, а также погашение задолженностей по коммунальным услугам.

Кроме того, в ходе рассмотрения уголовного дела судом фактически не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, не исследована суть предъявленного обвинения. Более того, данные некорректные формулировки суда прямо свидетельствуют о нарушении требований части 1 статьи 88 УПК РФ, предусматривающей, что каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности- достаточности для разрешения уголовного дела. В этой связи следует закономерный вывод о том, что оправдательный приговор необоснован, то есть не соответствует требованиям ст.297 УПК РФ, а также не соответствует требованиям статьи 305 УПК РФ, по смыслу которого описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать только лишь обстоятельства уголовного дела, установленные и понятные суду, в том числе содержать мотивированное отвержение доказательств, представленных стороной обвинения.

Вместе с тем, мировым судьей не приняты во внимание и не дана оценка показаниям свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО20, являющихся сотрудниками колледжа, из которых следует, что ФИО2, заведомо зная о наличии задолженности по выплате стипендий студентам, давал прямые указания сотрудникам бухгалтерии колледжа перечислять денежные средства не на выплату стипендии, а на иные цели.

Кроме того, из показаний главного бухгалтера колледжа ФИО18 следует, что помимо бюджетных денежных средств, на счет колледжа за оказание платных услуг с апреля по ДД.ММ.ГГГГ поступило 11 251 500 рублей, из которых на стипендию, заработную плату и налоги выплачено в общей сумме лишь 3 111 754 рубля, а оставшаяся сумма израсходована на командировочные, услуги связи, приобретение основных средств и материальных ценностей, коммунальные услуги и ремонтные работы. 

Судом также оставлены без внимания показания начальника управления экономики, планирования и бюджетного процесса Министерства образования и науки Республики Дагестан ФИО21, который показал, что к началу сентября 2016 года Министерством образования и науки РД доведены до колледжа денежные средства, которые хватили бы на выплату стипендии на пять месяцев, то есть включительно по май 2016 года. Директор колледжа ФИО2 мог выплатить стипендию, в том числе за счет внебюджетных средств, так как сумма дохода, полученная колледжем от внебюджетной деятельности, составляет около 10 миллионов.

Более того, судом не дана оценка письму министерства образования и науки РД от ДД.ММ.ГГГГ №, из которого следует, что директор колледжа ФИО2 в начале 2016 года предупреждался о недопущении образования заложенности по социально-значимым выплатам, к которым отнесена стипендия.

Следует также отметить, что судом не дана оценка показаниям подозреваемого ФИО2, данным с участием приглашенного им же по соглашению защитника ФИО24, в которых, согласившись по существу имевшегося против подозрения, ФИО2 сообщил следствию обстоятельства совершенного им преступления и с участием того же защитника заявил ходатайство о прекращении уголовного дела в порядке, установленном ст. 25.1 УПК РФ. 

В связи с изложенным, просит суд отменить оправдательный приговор мирового судьи судебного участка №

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 по ч.2 ст.145.1 УК РФ и вынести обвинительный приговор.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения оправдательного приговора мирового судьи судебного участка №

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2

Как следует из протокола судебного заседания, суд первой инстанции исследовал все представленные доказательства, в соответствии с требованиями ст.305 УПК РФ изложил в приговоре установленные им обстоятельства уголовного дела, основания оправдания ФИО2 и доказательства, подтверждающие эти основания, а также мотивы, по которым отверг доказательства, представленные стороной обвинения. 

В ходе судебного заседания суд первой инстанции исследовал и подробно привел в приговоре как доказательства, представленные стороной обвинения, так и доказательства, представленные защитой.

В частности, судом первой инстанции были исследованы показания свидетелей и письменные доказательства по делу. 

В приговоре приведен подробный анализ всех доказательств. Оценив исследованные в судебном заседании доказательства с точки зрения их допустимости, достоверности и относимости, как каждое в отдельности, так и в совокупности, суд пришел к выводу о том, что стороной обвинения не представлено доказательств, что ФИО2 совершил полную невыплату свыше двух месяцев академической и социальной стипендии из личной заинтересованности.

Апелляционная инстанция не может согласиться с доводами апелляционного представления о незаконности и необоснованности приговора, поскольку описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора полностью соответствует требованиям ст.305 УПК РФ, содержит изложение существа предъявленного ФИО2 обвинения, обстоятельства уголовного дела, установленные судом, основания оправдания подсудимого и доказательства, их подтверждающие, а также мотивы, по которым суд отвергает доказательства, представленные стороной обвинения.

Доводы государственного обвинителя, изложенные в апелляционном представлении, суд считает несостоятельными.

Согласно ч.3 ст.80 УПК РФ заключение специалиста- представленное в письменном виде суждение по вопросам, поставленным перед специалистом сторонами.

В соответствии с ч.1 ст. 168 УПК РФ следователь вправе привлечь к участию в следственном действии специалиста в соответствии с требованиями части пятой статьи 164 УПК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 164 УПК РФ следователь, привлекая к участию в следственных действиях участников уголовного судопроизводства, указанных в главах 6-8 настоящего Кодекса, удостоверяется в их личности, разъясняет им права, ответственность, а также порядок производства соответствующего следственного действия. Если в производстве следственного действия участвует потерпевший, свидетель, специалист, эксперт или переводчик, то он также предупреждается об ответственности, предусмотренной статьями 307 и 308 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

В материалах уголовного дела нет доказательств предупреждения специалиста давшего данное заключение об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ.

Согласно п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» исходя из положений статьи 58 и части 3 статьи 80 УПК РФ специалист может привлекаться к участию в судебном разбирательстве для оказания содействия сторонам и суду в осмотре предметов и документов, применении технических средств, для постановки вопросов эксперту, а также разъяснения вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Специалист высказывает свое суждение по заданным ему вопросам как в устном виде, что отражается в протоколе судебного заседания, так и в виде заключения, которое приобщается к материалам дела. При этом заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу.

В рамках данного уголовного дела было проведено более 7 экспертиз, заключения которых имеются в материалах уголовного дела. В частности, заключение эксперта № в томе 11 на л.д. 205-229 отвечает именно на аналогичные финансовые, бухгалтерские, экономические вопросы. 

Кроме того, данное заключение дает специалист ФИО12 М.М., который является сотрудником правоохранительных органов, при этом не предупрежденный об ответственности за дачу ложного заключения.

Соответственно упомянутое заключение специалиста, которое по сути не отвечает требованиям предъявляемым к доказательствам УПК РФ не может быть положено в основу обвинения предъявляемого ФИО2

Довод апелляционного представления о том, что суд необоснованно посчитал расходы на оплату коммунальных услуг, текущий ремонт зданий учебного корпуса, командировочные, хозяйственные нужды более значимыми нежели выплата обязательных социальных выплат, гарантированных ч. 1 ст. 39 Конституции РФ, закрепленных с тс. 34, 36 ФЗ «Об образовании в РФ», Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, Уставом колледжа, а также иными документами и нормативно-правовыми актами является необоснованным.

Суд не рассматривал дело о правильности расходования денежных средств, значимость той или иной части расходов не являлась предметом доказывания по настоящему уголовному делу.

ФИО2 не обвинялся в нецелевом расходовании денежных средств. ФИО2 обвинялся в умышленной из иной личной заинтересованности невыплате стипендии свыше двух месяцев. Факт нецелевого расходования средств, не может влиять на доказанность умышленной невыплаты стипендии. Это совершенно иное преступление.

Вместе с тем, понятие стипендии дано в ч.1 ст.36 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 273-ФЗ "Об образовании в Российской Федерации", стипендией признается денежная выплата, назначаемая обучающимся в целях стимулирования и (или) поддержки освоения ими соответствующих образовательных программ. Цель стипендии- стимулирование освоения образовательной программы. Именно поэтому законодатель при установлении очередности выплат заработную плату поставил в приоритетное положение по отношению стипендии.

Следующий довод апелляционного представления о том, что суд якобы, некорректно истолковал обвинение, и сделал в связи с этим необоснованные выводы является также необоснованным.

Суд первой инстанции верно пришел к выводу о том, что в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие, что ФИО2 ложно понял интересы службы.

Преступление в совершении которого обвинялся ФИО2 может быть совершено только с прямым умыслом.

Согласно ч.2 ст.25 УК РФ преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

ФИО2 действуя с прямым умыслом никак не мог действовать из ложно понятых интересов службы, так как прямой умысел и ложное понимание понятия противоречащие друг другу. Понятие прямого умысла подразумевает, что лицо осознаёт, предвидит и желает. Если лицо же ложно понимает, то это уже не прямой умысел.

Кроме того, в обвинительном заключении указано, что преступление ФИО2 совершено из иной личной заинтересованности, желая показать видимое развитие и благополучие руководимого им колледжа, создавая имидж квалифицированного руководителя.

Под иной личной заинтересованностью понимается заинтересованность привязанная к личности самого виновника в совершении преступления, а благополучие колледжа не коим образом не связано с личной заинтересованностью, т.е. личной выгодой.

Более того, не выплачивая ФИО2 стипендию студентам невозможно создать видимое развитие и благополучие руководимого им колледжа, при этом еще создавая имидж квалифицированного руководителя перед учредителем, то есть Министерством образования и науки РД. 

Из обжалуемого приговора мирового судьи судебного участка №

<

адрес> следует, что все потерпевшие в суде утверждали, что стипендию за апрель 2016 года им выдали в сентябре 2016 года, а за май, июнь, июль и август выдали в октябре 2016 года. 

Из Письма директора ГПОБУ «РПК» ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ Министру образования и науки РД ФИО22 видно, что согласно отчетным данным на ДД.ММ.ГГГГ кредиторская задолженность колледжа составляет 6 981 300 рублей в том числе: отпускные- 1 100 000 рублей, по выплате стипендии студентам за апрель-июнь 2016 года составляет 2 468 500 рублей, за коммунальные услуги 2 711 500 рублей, налоги 406 300 рублей, прочие расходы 295 000 рублей, в связи с чем просит изыскать средства для покрытия необходимых расходов.

Из Письма директора ГПОБУ «РПК» ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ в Министру образования и науки РД ФИО22 видно, что задолженность по стипендии за апрель-сентябрь 2016 года составляет 5 160 000 рублей, в связи с чем просит изыскать средства для покрытия расходов по выплате стипендии студентам колледжа.

Из Письма директора ГПОБУ «РПК» ФИО2 № от ДД.ММ.ГГГГ Министру образования и науки РД ФИО22 видно, что задолженность по стипендии за сентябрь-ноябрь 2016 года составляет 3 234 400 рублей, в связи с чем просит изыскать средства для покрытия расходов по выплате стипендии студентам колледжа.

Таким образом, из вышеуказанных писем усматривается, что ФИО2 неоднократно обращался в Министерство образования и науки РД в связи с недофинансированием колледжа денежными средствами на выплату стипендии студентам в период с апреля по ноябрь 2016 года.

Вместе с тем, из письма и.о. начальника Управления экономики, планирования и бюджетного процесса Министерства образования и науки РД ФИО29 № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что Минобрнауки РД информирует руководителей государственных бюджетных и автономных учреждений, подведомственных Минобрнауки РД о том, что субсидии, перечисленные данным учреждениям 17 и ДД.ММ.ГГГГ в обязательном первоочередном порядке должны быть направлены на выплату заработной платы с начислениями и оплату коммунальных услуг соответственно.

Из письма начальника Управления экономики, планирования и бюджетного процесса Министерства образования и науки РД ФИО21 № от ДД.ММ.ГГГГ видно, что Минобрнауки РД информирует руководителей государственных бюджетных и автономных учреждений, подведомственных Минобрнауки РД о том, что средства, перечисленные данным учреждениям ДД.ММ.ГГГГ в обязательном первоочередном порядке должны быть направлены на выплату заработной платы с начислениями.

Из письма Министра образования и науки РД ФИО22 № от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что руководителям государственных бюджетных и автономных учреждений, подведомственных Минобрнауки РД в срочном порядке в течении одного дня необходимо оплатить долги по коммунальным расходам (электроэнергия и газ) под личную ответственность.

Из вышеуказанных писем Минобрнауки РД видно, что действия ФИО2, выразившиеся в расходовании денежных средств на выплату заработной платы и оплату задолженности по коммунальным услугам были обусловлены исполнением поручений руководства вышестоящего ведомства, то есть Министерства образования и науки РД.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, что какие-либо объективные доказательства, подтверждающие предъявленное ФИО2 обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.145.1 УК РФ в материалах дела отсутствуют и суду не представлены.

В соответствии с ч.4 ст.302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Согласно ч.2,3 ст.14 УПК РФ, обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность, бремя доказывания обвинения лежит на стороне обвинения, а все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в пользу обвиняемого, что соответствует положениям ст.49 Конституции Российской Федерации.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих отмену оправдательного приговора, судом первой инстанции не допущено.

Оснований для удовлетворения апелляционного представления по изложенным в нем доводам не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.14, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Оправдательный приговор мирового судьи судебного участка №9 Ленинского района г.Махачкалы от 18.06.2018 в отношении ФИО1 ФИО222 по ч.2 ст.145.1 УК РФ оставить без изменения, а апелляционное представление старшего помощника прокурора по Ленинскому району г.Махачкалы ФИО16 без удовлетворения.

В соответствии с ч.4 ст.391 УПК РФ постановление суда апелляционной инстанции вступает в законную силу с момента его провозглашения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в вышестоящий суд, в порядке установленном главами 47.1 и 48.1 УПК РФ.

Председательствующий М.А.Насрутдинов