Судья Иванова Д.А. Дело № УК-22-1241/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Калуга 16 октября 2023 года

Калужский областной суд в составе

председательствующего судьи Коротковой И.Д.,

при помощнике судьи Исмагиловой Е.М.,

с участием прокурора Богинской Г.А., 

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Исаева Д.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя по делу – помощника прокурора 

<

адрес> Рябчиковой М.Е. на приговор Калужского районного суда Калужской области от 24 августа 2023 года, по которому

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес>, ранее не судимый,

осужден:

- по ч.1 ст.159.3 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 20 000 рублей;

- по ч.2 ст.160 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 35 000 рублей.

На основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде штрафа в размере 50 000 рублей.

На основании ч.5 ст.72 УК РФ ФИО1 учтен срок содержания под стражей с 27 марта 2023 года по 24 августа 2023 года, и он полностью освобожден от отбывания назначенного наказания.

Мера пресечения в отношении ФИО1 отменена, он по настоящему делу освобожден из-под стражи в зале суда.

Приговором решен вопрос о вещественных доказательствах.

Заслушав прокурора Богинскую Г.А., поддержавшую приведенные в апелляционном представлении доводы, объяснения защитника осужденного ФИО1 – адвоката Исаева Д.В., возражавшего против удовлетворения апелляционного представления, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признан виновным в совершении мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана с использованием электронных средств платежа; присвоения, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину.

Согласно приговору преступления ФИО1 совершены в периоды с 00 часов 01 минуты по 16 часов 06 минут 10 марта 2023 года и с 00 часов 01 минуты 11 марта 2023 года по 16 часов 45 минут 15 марта 2023 года в 

<

адрес>.

В апелляционном представлении государственный обвинитель по делу – помощник прокурора 

<

адрес> Рябчикова М.Е. ставит вопрос об изменении приговора в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре по второму эпизоду преступления, фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов апелляционного представления, ссылаясь на разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», полагает необоснованной переквалификацию судом действий ФИО1 по второму эпизоду с п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ на ч.2 ст.160 УК РФ, поскольку из предъявленного ФИО1 обвинения по данному эпизоду следует, что потерпевший ФИО5, передав свой мобильный телефон ФИО1, не разрешал последнему пользоваться им в его (ФИО1) целях, в связи с чем ФИО1 полномочиями, в том числе по распоряжению мобильным телефоном не обладал, в связи с чем действия ФИО1 подлежат квалификации как кража. Просит приговор изменить, квалифицировать действия ФИО1 по второму эпизоду по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ.

В возражениях на апелляционное представление защитник осужденного ФИО1 – адвокат Исаев Д.В. находит приговор законным и обоснованным, а апелляционное представление не подлежащим удовлетворению.

Проверив материалы уголовного дела, доводы, изложенные в апелляционном представлении и приведенные участниками апелляционного разбирательства в судебном заседании, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Из материалов уголовного дела следует, что органом предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.159.3, п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ.

Обжалуемый приговор в отношении ФИО1 постановлен в особом порядке принятия судебного решения в соответствии с главой 40 УПК РФ без исследования и оценки собранных по делу доказательств.

В силу положений ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона. 

Обвинительный приговор не должен содержать противоречий между описанием установленных судом обстоятельств совершенного преступления и данной юридической квалификацией действий осуждаемого лица. 

В соответствии с ч.7 ст.316 УПК РФ и правовой позицией, изложенной в п.2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года №60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел», правильное применение уголовного закона как одно из условий законности приговора, предусмотренное ст.297 УПК РФ, распространяется и на приговор, постановленный в особом порядке.

При этом согласие подсудимого с предъявленным обвинением, его ходатайство о постановлении приговора в особом порядке без проведения судебного разбирательства и соблюдение иных условий особого порядка принятия судебного решения не освобождают суд от обязанности правильного применения уголовного закона.

Указанные требования закона по данному уголовному делу выполнены не были.

Из предъявленного ФИО1 обвинения по второму эпизоду преступления следует, что он в период с 00 часов 01 минуты 11 марта 2023 года по 16 часов 45 минут 15 марта 2023 года находился в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес> с ранее знакомым ФИО5, где после передачи ему ФИО5 с целью оплаты продуктов питания мобильного телефона марки «

<

данные изъяты>» серии «

<

данные изъяты>» модели «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>) в чехле-книжке с защитным стеклом и SIM-картой оператора ПАО «

<

данные изъяты>» с абонентским номером №, у него (ФИО1) возник преступный умысел, направленный на тайное хищение указанного выше мобильного телефона стоимостью 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек в чехле-книжке с защитным стеклом и SIM-картой, не представляющими для ФИО5 материальной ценности, с причинением последнему значительного ущерба.

Далее ФИО1, реализуя свой преступный умысел, убедившись, что за его действиями никто не наблюдает, тайно похитил принадлежащий ФИО5 мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» серии «

<

данные изъяты>» модели «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>) в чехле-книжке с защитным стеклом и SIM-картой, распорядившись похищенным по своему усмотрению, причинив ФИО5 материальный ущерб в значительном размере на сумму 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек.

Действия ФИО1 органом предварительного следствия были квалифицированы по п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину.

Из изложенного в приговоре описания преступного деяния ФИО1 по второму эпизоду следует, что ФИО1 в период с 00 часов 01 минуты 11 марта 2023 года по 16 часов 45 минут 15 марта 2023 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения в 

<

адрес> с ФИО5, где последний передал ФИО1 мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» с целью оплаты продуктов питания, действуя из корыстных побуждений, присвоил указанный мобильный телефон стоимостью 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, совершив хищение вверенного ему ФИО5 имущества, после чего распорядился этим телефоном по своему усмотрению, причинив ФИО5 материальный ущерб на указанную сумму.

Суд первой инстанции пришел к выводу о совершении ФИО1 присвоения, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, с причинением значительного ущерба гражданину и переквалифицировал его действия с п.«в» ч.2 ст.158 УК РФ на ч.2 ст.160 УК РФ, при этом мотивировав свои выводы указанием на то обстоятельство, что из предъявленного обвинения следует, что потерпевший ФИО5 самостоятельно передал мобильный телефон «

<

данные изъяты>» ФИО1 и подсудимый в дальнейшем из корыстных побуждений совершил безвозмездное противоправное обращение вверенного ему потерпевшим мобильного телефона в свою пользу против воли собственника.

Однако судом первой инстанции оставлены без внимания разъяснения, данные в п.23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», согласно которым противоправное, безвозмездное обращение имущества, вверенного лицу, в свою пользу или пользу других лиц, причинившее ущерб собственнику или иному законному владельцу этого имущества, должно квалифицироваться судами как присвоение или растрата при условии, что похищенное имущество находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества. Решая вопрос об отграничении составов присвоения или растраты от кражи, суды должны установить наличие у лица вышеуказанных полномочий. Совершение тайного хищения чужого имущества лицом, не обладающим такими полномочиями, но имеющим доступ к похищенному имуществу в силу выполняемой работы или иных обстоятельств, должно быть квалифицировано как кража.

Более того, из предъявленного ФИО1 обвинения и изложенных в обвинительном заключении доказательств следует, что похищенный ФИО1 сотовый телефон в чехле-книжке с защитным стеклом и SIM-картой не был ему вверен потерпевшим ФИО5 в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения, потерпевший ФИО5 лишь предоставил ФИО1 временную возможность пользоваться его сотовым телефоном для осуществления оплаты продуктов питания, то есть обеспечил доступ к похищенному в дальнейшем имуществу.

При изложенных выше обстоятельствах квалификация судом действий осужденного ФИО1 по ч.2 ст.160 УК РФ вызывает сомнения.

Кроме того, из предъявленного ФИО1 обвинения по первому эпизоду и описания в описательно-мотивировочной части приговора преступного деяния, признанного судом доказанным, следует, что ФИО1 в период с 00 часов 01 минуты по 16 часов 06 минут 10 марта 2023 года, находясь в состоянии алкогольного опьянения вблизи 

<

адрес>, имея в своем временном пользовании принадлежащий ФИО5 мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» серии «

<

данные изъяты>» модели «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>), с помощью электронного средства платежа - приложения «

<

данные изъяты>», решил совершить хищение денежных средств путем обмана ПАО «

<

данные изъяты>», а именно оформления потребительского банковского кредита на имя ФИО5, не имея намерений возврата денежных средств ПАО «

<

данные изъяты>».

ФИО1, реализуя задуманное, в вышеуказанный период времени, находясь по названному адресу, действуя из корыстных побуждений, через установленное на мобильном телефоне марки «

<

данные изъяты>» серии «

<

данные изъяты>» модели «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>) приложение «

<

данные изъяты>», зашел в личный кабинет указанного приложения и, действуя от имени ФИО5, используя его персональные данные, отправил заявку на получение кредита и заключил с ПАО «

<

данные изъяты>» от имени ФИО5 кредитный договор на сумму 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек. После поступления указанной суммы на расчетный счет № банковской карты ФИО5 ФИО1, используя систему бесконтактной оплаты «

<

данные изъяты>», совершил обналичивание денежных средств в банкомате ПАО «

<

данные изъяты>» АТМ №, расположенном по адресу: 

<

адрес>, на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей, которым впоследствии распорядился по своему усмотрению. 

В результате преступных действий ФИО1 ПАО «

<

данные изъяты>» был причинен материальный ущерб на сумму 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек. 

Действия ФИО1 по данному эпизоду были квалифицированы как органом предварительного следствия, так и судом по ч.1 ст.159.3 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана с использованием электронных средств платежа.

Вместе с тем статьей 159.3 УК РФ предусмотрена уголовная ответственность за мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием с использованием электронных средств платежа.

По смыслу уголовного закона хищение денежных средств, совершенное с использованием виновным электронного средства платежа, образует состав данного преступления в тех случаях, когда изъятие денежных средств было осуществлено путем обмана или злоупотребления доверием их владельца или иного лица.

Согласно разъяснениям, данным в п.17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничества, присвоении и растрате», в случаях, когда лицо похитило безналичные денежные средства, воспользовавшись необходимой для получения доступа к ним конфиденциальной информацией держателя платежной карты (например, персональными данными владельца, данными платежной карты, контрольной информацией, паролями), переданной злоумышленнику самим держателем платежной карты под воздействием обмана или злоупотребления доверием, действия виновного квалифицируются как кража.

Из п.21 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации также следует, что в тех случаях, когда хищение совершается путем использования учетных данных собственника или иного владельца имущества независимо от способа получения доступа к таким данным (тайно либо путем обмана воспользовался телефоном потерпевшего, подключенным к услуге «мобильный банк», авторизовался в системе интернет-платежей под известными ему данными другого лица и т.п.), такие действия подлежат квалификации как кража, если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети.

Поскольку судом установлено, что ФИО1, имея во временном пользовании принадлежащий ФИО5 мобильный телефон марки «

<

данные изъяты>» серии «

<

данные изъяты>» модели «

<

данные изъяты>» (

<

данные изъяты>), посредством установленного на нем приложения «

<

данные изъяты>», действуя от имени ФИО5 в личном кабинете указанного приложения, используя его персональные данные, отправил заявку на получение кредита, заключил с ПАО «

<

данные изъяты>» от имени ФИО5 кредитный договор на сумму 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек и после поступления указанной суммы на расчетный счет № банковской карты ФИО5, используя систему бесконтактной оплаты «

<

данные изъяты>», снял в банкомате ПАО «

<

данные изъяты>» денежные средства на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей, распорядившись ими по своему усмотрению, обоснованность квалификации действий ФИО1 по ч.1 ст.159.3 УК РФ вызывает сомнения.

Изложенное свидетельствует о том, что суд, принимая решение о постановлении приговора в отношении ФИО1 в порядке особого судопроизводства, надлежащим образом не убедился в обоснованности и квалификации инкриминированного преступления, предусмотренного ч.1 ст.159.3 УК РФ, формально рассмотрев дело в особом порядке.

При выявленных обстоятельствах, вызывающих сомнения в законности и обоснованности обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.159.3 УК РФ, суду в соответствии с положениями ч.7 ст.316 УПК РФ, п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года №55 «О судебном приговоре» надлежало рассмотреть вопрос о необходимости рассмотрения дела в общем порядке для устранения возникших сомнений, независимо от того, что подсудимый с данным обвинением согласился.

Приведенные выше нарушения требований уголовного и уголовно-процессуального законов, допущенные судом первой инстанции по настоящему делу, суд апелляционной инстанции считает существенными, повлиявшими на исход дела, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, и невосполнимыми при апелляционном рассмотрении дела, в связи с чем приговор подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

При новом судебном разбирательстве суду надлежит учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно исследовать все обстоятельства дела, дать надлежащую оценку всем доказательствам, разрешить в соответствии с требованиями закона гражданские иски и принять по делу законное, обоснованное, надлежащим образом мотивированное и справедливое решение. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Калужского районного суда Калужской области от 24 августа 2023 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Настоящее апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в суд кассационной инстанции.

Председательствующий