Гражданское дело №2-6927/2023

УИД: 66RS0001-01-2023-003419-85

Мотивированное 

решение

 изготовлено 31 октября 2023 года 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 11 октября 2023 года

Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе председательствующего судьи Ардашевой Е.С., 

при секретаре судебного заседания Крючеве И.А.,

с участием истца ФИО1, ответчиков ФИО2, ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – 

<

ФИО>5, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, неустойки, 

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с указанным исковым заявлением, в котором с учетом дополнений, принятых к производству суда, просил взыскать в свою пользу:

- с ФИО3 сумму неосновательного обогащения в размере 1 830 185 руб., проценты, предусмотренные положениями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 108 281,76 руб., с продолжением начисления суммы процентов до момента исполнения обязательств; 

- с ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 395 000 руб., проценты, предусмотренные положениями ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере в размере 23 369,93 руб., с продолжением начисления суммы процентов до момента исполнения обязательств. 

Истец в судебном заседании исковые требования с учетом дополнений поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить. Дополнительно пояснил, что никаких договоров между истцом и ответчиками не было. Имела место быть устная договоренность о создании ответчиками сайта. Истец объяснил, какой результат он желает видеть по итогу выполненных ответчиками работ, однако каким образом этот продукт будет передан ответчиками истцу, оговорено не было. Вместе с тем, ответчики не передали результат достигнутых договоренностей, отсутствовало встречное исполнение ответчиками обязательств, при том, что факт получения от истца денежных средств (в заявленном ко взысканию размере) ответчики не оспаривали. 

Ответчики ФИО2, ФИО3, его представитель, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении иска отказать. Ответчики настаивали на том, что между ними и истцом имели место быть трудовые отношения. Истец поручил ответчикам выполнение трудовой функции по созданию сайта, ставил задачи, устанавливал сроки, контролировал процесс, вносил изменения в первоначальный вариант работ. Результат работ был переда истцу. Денежные средства в истребуемом истцом размере (в рамках настоящего гражданского дела) ответчики получили. 

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 59, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы, суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 307 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как-то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства возникают из договора, вследствие причинения вреда и из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе.

Судом установлено, что в период с июня 2022 года по ноябрь 2022 года истцом были совершены переводы на карты ФИО2 в ПАО Уральский Банк «Сбербанка России» на сумму 80 000 руб., в АО «Тинькофф Банк» на сумму 126 000 руб., также были переданы лично наличные денежные средства в размере 189 000 руб., всего 395 000 руб. 

Кроме того, в период с марта 2021 года по ноябрь 2022 года истцом были совершены переводы на карты ФИО3 в ПАО Уральский Банк «Сбербанка России» на сумму 93 785 руб., в АО «Тинькофф Банк» на сумму 942 900 руб., также были переданы лично наличные денежные средства в размере 816 500 руб., всего 1 853 185 руб.

Из искового заявления, а также пояснений истца, данных им в судебном заседании, следует, что ФИО1 производил платежи в адрес ответчиков под влиянием обмана за несуществующую услугу. Указанные сведения известны ответчикам, однако никаких действий по возврату денежных средств ими предпринято не было. 

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте положений п.3 ст. 123Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Согласно п. 7 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают, в том числе вследствие неосновательного обогащения.

Принципом главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации «Обязательства вследствие неосновательного обогащения» является следующее: никто не должен получить имущественную выгоду без надлежащего правового основания.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Согласно п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Из содержания указанной нормы права следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: обогащение одного лица за счет другого и приобретение или сбережение имущества без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований. При этом, наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся с соответствующими исковыми требованиями.

В предмет доказывания по рассматриваемым отношениям входят следующие обстоятельства: факт получения ответчиком имущества, принадлежащего истцу; факт пользования ответчиком этим имуществом; размер переданного имущества; период пользования спорным имуществом в целях определения размера неосновательного обогащения.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исходя из смысла положений вышеуказанной статьи, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, то есть увеличения стоимости собственного имущества приобретателя, присоединение к нему новых ценностей или сохранение того имущества, которое по всем законным основаниям неминуемо должно было выйти из состава его имущества; приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, а также отсутствие правовых оснований приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

Иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны: факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

Юридически значимыми и подлежащими установлению по данному делу являются обстоятельства, касающиеся того, в счет исполнения каких обязательств в обладание ответчика поступили указанные денежные средства, имелось ли такое обязательство, мог ли истец не нести указанные расходы и осведомленность истца об отсутствии обязательства по передаче названной суммы.

В обоснование доводов о применении к сложившимся правоотношениям положений о неосновательном обогащении истец ссылался на то, что из имеющихся в деле банковских документов (чеков по операциям ПАО Сбербанк, банковским квитанциям АО «Тинькофф Банк») следует, что при перечислении денежных средств истец не указывал назначение платежа, при этом, поскольку платеж осуществлен без указания на его назначение, фактически был принят получателями, последние несут риски, связанные с доказыванием права на обращения платежа в свою пользу либо предоставления доказательств равного встречного исполнения. Истец настаивал на том, что получив денежные средства, ответчики не исполнили имеющиеся между ними устные договоренности по выполнению и предоставлению определенного результата по созданию сайта. 

Возражая против удовлетворения заявленных исковых требований ответчики, представитель ответчика ФИО3 ссылались на то, что данные выплаты были произведены на карточные счета ответчиков, а также переданы лично ответчикам в счет выплаты заработной платы за выполнение ФИО2 и ФИО3 трудовой функции в интересах и по поручению ООО «

<

иные данные>», директором которого является ФИО1 

В подтверждение указанных доводов ответчик ФИО2, ответчик ФИО3 и его представитель, представили в материалы дела переписку, в том числе по электронной почте, месенджере «Телеграмм», скриншоты из системы контроля версий, с участием истца и ответчиков, а также расписку о передаче ключей от офисного помещения (г. 

<

адрес>), арендованного ООО «

<

иные данные>», договором на оказание услуг по содержанию вышеуказанного здания, помещения, предоставлению коммунальных услуг, Актами по содержанию здания помещения, подписанного от имени ООО «

<

иные данные>

Вместе с тем, из представленных в материалы дела доказательств, в частности, сведений о состоянии индивидуального лицевого счета застрахованного лица (в отношении ответчиков) следует, что ни ФИО3, ни ФИО2, в трудовых отношениях с ООО 

<

иные данные>», не состояли. 

Разрешая спор по существу, суд, исследовав представленные сторонами по делу доказательства и оценив их в совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что перечисление истцом денежных средств ответчикам осуществлялась добровольно во исполнение несуществующего обязательства, о чем истцу было достоверно известно, в связи с чем, указанные денежные суммы не подлежат возврату. 

Как ранее было указанно юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся того в счет исполнения каких обязательств истцом осуществлялись перечисления денежных средств ответчикам, произведен ли возврат ответчиками данных средств, имело ли место отсутствие у сторон каких-либо взаимных обязательств. 

При этом именно на приобретателе имущества (денежных средств) лежит бремя доказывания того, что лицо, требующее возврата, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности (либо в дар).

Суд приходит к выводу о том, что перечисление, а также передача наличных денежных средств истцом в отсутствие доказательств наличия между сторонами по делу договорных отношений (при том, что обязанность доказать наличие таковых отношений по общему правилу распределения бремени доказывания возложена на сторону истца) не подлежат взысканию в качестве неосновательного обогащения.

Иной подход противоречил бы характеру перечисления и передачи наличных денежных средств (неоднократно, в течение длительного времени, что не оспаривалось ни истцом. ни ответчиками) и означал бы возможность для приобретения имущественных выгод истцом, на протяжении длительного времени осуществлявшим финансовую поддержку ответной стороны при том положении, что обстоятельств наличия каких-либо взаимных обязательств либо договорных отношений между сторонами не установлено.

Разрешая заявленные истцом требования по указанному основанию, суд приходит к выводу, что истцом не подтвержден факт наличия обогащения ответчиков, то есть получения ими имущественной выгоды от истца и обогащения за его счет, о чем свидетельствует, в том числе, характер перечисления и передачи наличных денежных средств истцом (неоднократно в течение длительного периода были осуществлены переводы и передача наличных денежных средств не единожды), а также правовая природа указанных перечислений. 

Факт наличия каких-либо договорных обязательств между истцом и ответчиками, в ходе рассмотрения дела не установлено, в связи с чем, суд приходит к выводу, что заявленная истцом сумма в силу п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит взысканию с ответчиков.

Принимая во внимание положения вышеназванной нормы права суд также считает необходимым указать, что лицо, целенаправленно и последовательно перечислявшее ответчикам денежные средства, а также передававшее наличные денежные средства, бесспорно, полагало полученные ответчиками денежные средства, неосновательным обогащением, в отсутствие какого-либо обязательства, то есть знало об этом в момент перевода денежных средств, предоставляя имущество во исполнение заведомо длящего несуществующего обязательства.

Таким образом, истцом не представлено относимых и допустимых доказательств возникновения неосновательного обогащения ответчиков за счет истца, в связи с чем, его исковые требования в части взыскания неосновательного обогащения подлежат оставлению без удовлетворения.

Достоверных и достаточных доказательств, опровергающих вышеуказанные выводы суда, в материалы дела представлено не было. 

Согласно ч. 1 ст. 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 37 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», проценты, предусмотренные п. 1 ст. 395Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства (договора, других сделок, причинения вреда, неосновательного обогащения или иных оснований, указанных в ГК РФ).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая вышеназванные нормы права, суд приходит к выводу о необходимости отказать в удовлетворении требований истца в части взыскания с ответчиков процентов за пользование чужими денежными средствами (неустойки), до момента фактического исполнения обязательств, как сопутствующего требования, учитывая, что основное требование истца о взыскании с ответчиков суммы неосновательного обогащения, оставлено судом без удовлетворения.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

При подаче иска истцом заявлено ходатайство об отсрочке уплаты государственной пошлины.

Апелляционным определением Свердловского областного суда от 30.06.2023, отменив определение Верх-Исетского районного суда города Екатеринбурга от 02.05.2023, истцу ФИО1 предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины при подаче настоящего искового заявления до разрешения спора по существу. 

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. При отказе в иске издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, взыскиваются с истца, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены.

Принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, а также то, что в удовлетворении иска ФИО1 судом отказано, руководствуясь положениями ст. 333.19 Налогового кодекса российской Федерации, суд взыскивает с истца в доход местного бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 19 984,18 руб. (пропорционально размеру заявленных исковых требований, в удовлетворении которых истцу было отказано). 

Иных требований, равно как и требований по иным основаниям на рассмотрение суда сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме, с подачей жалобы через Верх-Исетский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья Е.С. Ардашева