Дело № 2-115/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2019 года село Варна

Варненский районный суд Челябинской области в составе

председательствующего судьи Поздеевой Ю.А., 

при секретаре судебного заседания Файзулиной Г.И.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО3, ФИО4, прокурора- помощника прокурора Варненского района Караванской А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница с. Варна» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница с. Варна» (далее ГБУЗ «Районная больница с. Варна» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

В обоснование исковых требований указал, что он с 14 марта 2011 года работал в ГБУЗ «Районная больница с. Варна» в хирургическом отделении в должности врача-хирурга. Приказом №/лу от 03 октября 2018 года он освобожден от занимаемой должности в связи с расторжением трудового договора по инициативе работника. Увольнение считает незаконным, по следующим основаниям. Он приехал в РФ из Киргизии в 2011 году и устроился на работу в ГБУЗ «Районная больница с. Варна», где проработал в должности врача-хирурга по день увольнения. За период работы со стороны ответчика к нему не было каких-либо претензий. В Киргизии у него остались близкие родственники, один из которых тяжело заболел и нуждался в профессиональном уходе. В связи с этим он обратился к работодателю с заявлением о предоставлении ему отпуска без сохранения заработной платы. Указанное заявление он направил работодателю 13 сентября 2018 года, который 20 сентября 2018 года отказал ему в предоставлении отпуска. Он несколько раз обращался к руководителю в устном порядке с аналогичной просьбой, но ему было отказано без объяснения причин. Поэтому он был вынужден 03 октября 2018 года подать заявление об увольнении. Считает, что заявление об увольнении по собственному желанию не было его добровольным волеизъявлением, а было вызвано неправомерными и незаконными действиями ответчика. Просит признать увольнение незаконным и восстановить его на работе в должности врача-хирурга, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске. Просили восстановить срок для обращения в суд, поскольку он пропущен по уважительный причине, так как ФИО1 находился в период с 06 октября 2018 года по 28 января 2019 года за пределами Российской Федерации и не мог обратиться в суд в установленном порядке.

Истец ФИО1 в судебном заседании показал, что 14 марта 2011 года устроился на работу в МУЗ «Варненская ЦРБ» на должность хирурга в хирургическом отделении. В настоящее время он является пенсионером по выслуге лет. В 2018 году очередной оплачиваемый отпуск продолжительностью 37 дней он использовал в полном объеме. Также им использовался отпуск без сохранения заработной платы 12 календарных дней для прохождения санаторно-курортного лечения. В сентябре 2018 года, когда ему была предоставлена часть неиспользованного отпуска, он поехал к родственникам в Киргизскую республику, так как отец его зятя сильно болел, и ему нужна была медицинская помощь. Уезжая, он написал заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы на имя работодателя, просил предоставить ему отпуск с 1 по 31 октября 2018 года, которое передал врачу психиатру ФИО7 и попросил в случае необходимости передать это заявление в отдел кадров. Находясь в Киргизии, учитывая, что его родственнику нужен был постоянный профессиональный уход, он позвонил ФИО7 и попросил передать заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы в отдел кадров. Также он позвонил заведующему хирургическим отделением ФИО8 и попросил его согласовать заявление на отпуск без содержания, на что ему сказали, что необходимо выйти на работу, главный врач не согласовал предоставление отпуска без содержания. Он приехал и вышел на работу 01 октября 2018 года, с 01 по 03 октября 2018 года ему предоставили отпуск без сохранения заработной платы, а с 03 октября 2018 года уволили на основании его заявления, выплатили заработную плату и выдали трудовую книжку. Лично к главному врачу с заявлением о предоставлении отпуска без содержания он не обращался. 06 октября 2018 года он снова уехал в Киргизию. 11 октября 2018 года его родственник умер. После этого он находился на территории Киргизии по 27 января 2018 года, поскольку проводили поминки 40 дней, а также он сам лечился. Перед Новым годом он звонил ФИО8, поздравлял его с наступающими праздниками. При этом претензий по поводу увольнения не высказывал. По возращению он обратился к работодателю с заявлением принять его на должность врача-хирурга, однако ему отказали из-за отсутствия вакансии. Предложили должность врача травматолога-ортопеда и детского хирурга, однако у него нет соответствующих сертификатов. Считает свое увольнение не законным, поскольку он вынужден был написать заявление об увольнении, так как его не отпустили в отпуск без содержания, который ему был необходим для ухода за больным родственником, просит восстановить его на работе.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, представила письменное ходатайство (л.д.33), просила отказать в удовлетворении иска в связи с пропуском срока на обращение в суд. Кроме того, указала, что истец в 2018 году использовал основной оплачиваемый отпуск в количестве 37 календарных дней и отпуск без сохранения заработной платы в количестве 15 календарных дней. Поскольку была производственная необходимость, в отпуск без сохранения заработной платы в октябре 2018 года истца не отпустили, и это право работодателя. Увольняться истца никто не просил. Более того, с заявлением о предоставлении отпуска без содержания лично к работодателю ФИО1 не обращался. 

Представитель ответчика главный врач ГБУЗ «Районная больница с. Варна ФИО4 исковые требования ФИО1 не признал. Пояснил, что в сентябре 2018 года от врача ФИО7 в отдел кадров поступило заявление ФИО1 о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 01 по 31 октября 2018 года и заявление об увольнении по собственному желанию с 01 ноября 2018 года. Поскольку на тот период времени у них готовился уволиться врач-хирург поликлиники ФИО5, в связи с производственной необходимостью в предоставлении отпуска без сохранения заработной платы ФИО1 было отказано. 03 октября 2018 года от ФИО1 поступило заявление об увольнении в тот же день в связи с выходом на пенсию. Поскольку ФИО1 является пенсионером по выслуге лет, его заявление было удовлетворено и в то же день трудовой договор с ним был расторгнут, выплачен расчет и выдана трудовая книжка. Никаких мер к вынужденному увольнению ФИО1 администрация больницы не предпринимала. Сам лично ФИО1 к нему с заявлением о предоставлении отпуска и увольнении не обращался и причин необходимости такого отпуска не объяснял. Если бы ФИО1 обратился лично и сообщил, что у него тяжело болеет родственник, он уверен, что выход из ситуации они бы нашли. С момента увольнения ФИО1 по поводу незаконности увольнения претензий не предъявлял. В феврале 2019 года ФИО1 обратился к нему с заявлением о приеме на работу врачом-хирургом поликлиники, однако ему в трудоустройстве было отказано, поскольку отсутствовала вакансия. ФИО1 были предложены должности врача-ортопеда-травматолога и детского-хирурга, от которых истец отказался. 

Заслушав истца, его представителя, представителей ответчика, свидетеля, заключение прокурора, возражавшего против исковых требований истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии с пунктом 3 части первой статья 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ)основаниями прекращения трудового договора являются расторжение трудового договора по инициативе работника.

Согласно статьи 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

В случаях, когда заявление работника об увольнении по его инициативе (по собственному желанию) обусловлено невозможностью продолжения им работы (зачисление в образовательную организацию, выход на пенсию и другие случаи), а также в случаях установленного нарушения работодателем трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, локальных нормативных актов, условий коллективного договора, соглашения или трудового договора работодатель обязан расторгнуть трудовой договор в срок, указанный в заявлении работника.

В силу пункта 1 и 2 статьи 128 ТК РФ по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.

Работодатель обязан на основании письменного заявления работника предоставить отпуск без сохранения заработной платы: работающим пенсионерам по старости (по возрасту) - до 14 календарных дней в году.

Судом установлено, что 11 марта 2011 года ФИО1 был принят в Муниципальное учреждение здравоохранения Варненская центральная районная больница на должность врача-хирурга в хирургическое отделение по основному месту работу на 1 ставку на неопределенный срок (л.д.34-37).

10 мая 2018 года Муниципальное учреждение здравоохранения Варненская центральная районная больница переименовано в Государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Районная больница с. Варна» (л.д.08).

В соответствии с личными заявлениями истца на основании приказов работодателя в 2018 году ФИО1 был предоставлен основной оплачиваемый отпуск с 16 по 29 апреля 2018 продолжительностью 14 календарных дней и с 30 апреля по 24 мая 2018 года продолжительностью 23 календарных дня (л.д.62-65).

Находясь в очередном оплачиваемом отпуске, ФИО1 проходил лечение у врача-невролога и ему был выдан листок нетрудоспособности с 12 по 25 мая 2018 года (л.д.66). В связи с чем, истцом было подано заявление об отзыве его из очередного оплачиваемого отпуска с 25 мая 2018 года с предоставлением его неиспользованной части в августе 2018 года (л.д.68,69).

Неиспользованные дни отпуска были предоставлены ФИО1 на основании его заявления с 17 по 29 сентября 2018 года (л.д.70,71).

Кроме того, истцу по его заявлению был предоставлен отпуск без сохранения заработной платы для прохождения санаторно–курортного лечения продолжительностью 12 календарных дней (л.д.60-61).

01 октября 2018 года врач-психиатр ФИО6 передала в отдел кадров по просьбе ФИО1 его заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 01 по 31 октября 2018 года (л.д.13). 

В предоставлении отпуска без сохранения заработка ФИО1 на указанный срок было отказано.

Также ФИО1 подал работодателю заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 01 по 03 октября 2018 года.

Указанный отпуск истцу был предоставлен (л.д.73).

03 октября 2018 года от ФИО1 поступило заявление об увольнении с работы в связи с выходом на пенсию с 03 октября 2018 года (л.д.74).

Приказом №/лу 03 октября 2018 года истец был уволен с работы по пункту 3 части первой статьи 77 ТК РФ (л.д.75-76), в тот же день истцу выплачен расчет и выдана трудовая книжка (л.д.86).

Свидетель ФИО8, заведующий хирургическим отделением ГБУЗ «Районная больница с. Варна» суду пояснил, что ФИО1 работал врачом-хирургом стационара на протяжении 6-7 лет. За время работы нареканий по поводу работы ФИО1 не было. В сентябре 2018 года ФИО1 ушел в отпуск. Через неделю-полторы врач-психиатр ФИО7 принесла заявление от ФИО1 о предоставлении отпуска без содержания с 01 по 31 октября 2018 года и второе заявление об увольнении с ноября 2018 года. Он пытался дозвониться до ФИО1, но телефон не отвечал. ФИО1 должен был выйти из отпуска 29 сентября 2018 года, но он вышел позже. В какой точно день не знает, но увидел ФИО1 утром на пятиминутке, он сказал, что работать больше не будет и написал заявление. О том, что у него болеет родственник и ему нужен отпуск без содержания, ФИО1 не говорил. Прием, увольнение и отпуск он (свидетель) не согласовывает. Эти вопросы решает главный врач. Об увольнении ФИО1 он (свидетель) сожалеет, поскольку на тот момент было известно, что уволиться еще один хирург. ФИО1 действительно звонил ему по телефону перед тем, как уволиться, но что он объяснял, он (свидетель) не понял. Место ФИО1 было вакантным до конца ноября 2018 года. Никаких претензий ФИО1 по поводу увольнения не предъявлял.

Таким образом, судом установлено, что в 2018 году истец полностью использовал очередной оплачиваемый отпуск, а также отпуск без сохранения заработной платы в количестве 15 календарных дней.

С заявлением о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с 01 по 31 октября 2018 года лично к работодателю истец не обращался, причина в заявлении истцом указана не была.

В отпуске без сохранения заработной платы с 01 по 31 октября 2018 года истцу было отказано в связи с производственной необходимостью.

Заявление об увольнении ФИО1 подал добровольно, настаивал на своем увольнении 03 октября 2018 года, в связи с чем истца уволили в тот же день, выплатили расчет и выдали трудовую книжку. 

Порядок увольнения ФИО1 работодателем соблюден.

В силу части 1 статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

ФИО1 обратился в суд с иском о восстановлении на работе 13 февраля 2019 года, одновременно просит восстановить ему срок на обращение в суд, поскольку он пропущен по уважительной причине.

Истец обосновывает причину пропуска обращения в суд необходимостью ухода за больным родственником, нахождением за пределами Российской Федерации с 06 октября 2018 года по 27 января 2019 года.

Судом установлено, что согласно справке Центра Семейной медицины г. Тогмок ФИО1 осуществлял уход за ФИО11 в период с 17 сентября 2018 года по 10 октября 2018 года (л.д.23).

11 октября 2018 года ФИО11 умер (л.д.15).

Нахождение истца на территории иностранного государства в оставшийся период с 12 октября 2018 года по 27 января 2019 года уважительными причинами для восстановления срока на обращение в суд не является, лечение истца в указанный период документально не обосновано.

Судом установлено, что место хирурга стационара хирургического отделения ГБУЗ «Районная больница с. Варна» было вакантным до конца ноября 2018 года.

Никаких препятствий после похорон родственника у истца для восстановления на работе после 11 октября 2018 года не было.

При указанных обстоятельствах, причину пропуска срока на обращение в суд ФИО1 нельзя признать уважительной.

Учитывая вышеперечисленные обстоятельства, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 о восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула суд не находит.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница с. Варна» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путём подачи жалобы в Варненский районный суд.

Председательствующий: Ю.А. Поздеева