Cудья Харимаева Н.Б. Дело № 22-1654

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Улан-Удэ 5 сентября 2023 года

Верховный суд Республики Бурятия в составе:

председательствующего судьи Гомбоева В.Д.,

судей Гошиновой Э.И., Двоеглазова Д.В.,

при секретаре Будаевой Э.В.,

с участием прокурора Уголовно-судебного управления прокуратуры Республики Бурятия Саранова Б.С.,

осужденной ФИО1,

адвоката Илюшко Е.В., представившей удостоверение ... и ордер ...,

законного представителя осужденной ФИО1 - В, действующей на основании доверенности ... от ...,

рассмотрел в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя помощника прокурора 

<

...> Республики Бурятия Н на приговор Бичурского районного суда Республики Бурятия от ..., которым

ФИО1, ... года рождения, уроженка 

<

...> 

<

...>, не судимая,

- осуждена по ч. 1 ст. 114 УК РФ к 1 году ограничения свободы.

Осужденной ФИО1 установлены следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов до 06 часов каждого дня, не выезжать за пределы территории МО «

<

...>», не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы по месту жительства.

Возложена на осужденную ФИО1 обязанность один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы по месту жительства, для регистрации.

Наряду с назначенным наказанием в виде ограничения свободы назначена ФИО1 принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания. 

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставлена без изменения, после вступления приговора в законную силу подлежит отмене.

Освобождена ФИО1 от уплаты процессуальных издержек по оплате услуг адвоката Илюшко Е.В., осуществлявшей защиту её прав и законных интересов в ходе предварительного следствия и в суде.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Гошиновой Э.И., мнение прокурора Саранова Б.С., поддержавшего доводы апелляционного представления, объяснения осужденной ФИО1, мнения адвоката Илюшко Е.В., законного представителя В, полагавших приговор суда оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л :

Приговором суда ФИО1 признана виновной в том, что ... в период времени с 3 часов до 3 часов 25 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения в доме, расположенном по адресу: 

<

...>, в ходе ссоры с А, после нанесения последним ударов кулаком по левой щеке и волосистой части головы слева ФИО1, высказываний в её адрес угрозы убийством, замахнулся кулаком на последнюю, ФИО1, восприняв угрозу убийством реально, испугавшись и защищаясь от противоправных действий А, предвидя возможность наступления тяжкого вреда и желая этого, превышая пределы необходимой обороны, с целью причинения тяжкого вреда здоровью А, умышленно нанесла 1 удар ножом в область живота А, причинив последнему проникающее колото-резаное ранение брюшной полости с краевым ранением петли тонкой кишки, сосудов брыжейки тонкой кишки с кровоизлиянием в брюшную полость и в проекции корня брыжейки, осложнённую массивным кровотечением в брюшную полость, гемоперитонеумом до 1700 мл, разлитым фибриозно-гнойным перитонитом, геморрагическим шоком, малокровием внутренних органов, расценивающееся как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, в данном случае приведшее к смерти А 

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель помощник прокурора 

<

...> Республики Бурятия Н выражает несогласие с приговором суда, указывает, что в соответствии с ч. 2 ст. 303 УПК РФ приговор должен быть составлен в полном объёме. Государственным обвинителем в ходе судебного следствия заявлено ходатайство об оглашении показаний свидетеля П, данных в ходе предварительного следствия ..., в виду существенных противоречий. Судом в приговоре показания П отражены не в полном объёме. Так, не отражены имеющие значения для дела показания: «По этому поводу я разговаривала с А, говорила ему: «Зачем бьёшь ФИО1?», на что он пояснил, что она сама по пьяни лезет, нечего лезть по пьяни». Из чего следует, что ранее между ФИО1 и А происходили конфликты, инициатором которых выступала ФИО1 Показания свидетеля П, содержащие характеризующие семью ФИО1 и А сведения, данные им в ходе судебного следствия, судом в приговоре не отражены. В ходе судебного следствия государственным обвинителем заявлено ходатайство об оглашении показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия 30 марта и ..., в виду существенных противоречий. Судом в приговоре показания ФИО1 отражены не в полном объёме. Так, не отражена вопросно-ответная часть протокола допроса от ..., из которого следует, что ФИО1 проснулась от того, что А просил у неё сигареты, на что последняя ответила, что сигарет нет, после чего А ударил ФИО1 ладонью по лицу. ФИО1, разозлившись на А, взяв со стола кухонный нож, нанесла один ему удар в область живота. Не отражён протокол допроса ФИО1 от ..., в котором она поясняет, что о наносимых А побоях она никому не рассказывала, всё держала в себе, у неё «начала накапливаться усталость от постоянного насилия А». Из чего следует о нарастающей личной неприязни ФИО1 к А Кроме того, при оглашении показаний ФИО1 судом дана ссылка на ч. 3 ст. 276 УПК РФ, в то время как оглашение показаний подсудимой в виду существенных противоречий предусмотрено п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ. В приговоре судом допущены существенные противоречия. Так, судом действия ФИО1 квалифицированы по ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны. Вместе с тем, при изложении выводов указано, что «ФИО1 не имела прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью и смерти А» (л. 11 абз. 5). Судом не в полной мере исследованы доказательства по уголовному делу, дана неправильная их квалификация, суд ошибочно и необоснованно пришёл к выводу о переквалификации действий ФИО1 на ч. 1 ст. 114 УК РФ. Действия ФИО1 необходимо квалифицировать по ч. 4 ст. 111 УК РФ, поскольку ситуации, связанной с превышением пределов необходимой обороны, не имелось, противоправное поведение А не угрожало жизни и здоровью ФИО1, конфликты между ними происходили часто. Действия А вызывали у ФИО1 личную неприязнь. На основании имеющихся доказательств действия ФИО1 были направлены не на оборону, а на причинение тяжкого вреда здоровью А Назначенное ФИО1 наказание подлежит усилению. Просит приговор суда отменить, вынести новый приговор, признать ФИО1 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя помощника прокурора 

<

...> Республики Бурятия Н адвокат Илюшко Е.В. в интересах осужденной ФИО1 просит апелляционное представление оставить без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таковым он признаётся, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Данным требованиям закона приговор суда не отвечает. 

Суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства, дал им правильную оценку, верно установил фактические обстоятельства дела и пришёл к обоснованному выводу о том, что действия ФИО1 следует квалифицировать по ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны.

Совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, характеризуется умышленной формой вины. 

Между тем, в описательно-мотивировочной части приговора суд сделал вывод о том, что ФИО1 не имела прямого умысла на причинение тяжкого вреда здоровью и смерти потерпевшего А

Таким образом, в приговоре судом допущены существенные противоречия, несоответствие выводов, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным в ходе судебного разбирательства, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, неправильное применение уголовного закона, что в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ является основанием отмены судебного решения в апелляционном порядке. 

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор суда первой инстанции и выносит новое судебное решение. 

Суд апелляционной инстанции установил: 

... в период времени с 3 часов до 3 часов 25 минут между ФИО1 и А, находившимися в состоянии алкогольного опьянения в доме, расположенном по адресу: 

<

...>, произошла ссора, в ходе которой А ударил кулаком по левой щеке и кулаком по волосистой части головы слева ФИО1, высказывая в её адрес угрозу убийством: «Когда ты уйдёшь отсюда или я тебя убью!», замахнулся кулаком на ФИО1 ФИО1 восприняла угрозу убийством реально, испугавшись и защищаясь от противоправных действий А, осознавая, что её действия явно не соответствуют характеру и степени опасности посягательства со стороны А, поскольку сопряжено с насилием, не опасным для её жизни, предвидя возможность наступления тяжкого вреда и желая этого, превышая пределы необходимой обороны, взяла со стола нож, используя его в качестве орудия преступления, с целью причинения тяжкого вреда здоровью А, умышленно нанесла 1 удар ножом в область расположения жизненно-важного органа - живота, причинив последнему телесное повреждение: проникающее колото-резаное ранение брюшной полости с краевым ранением петли тонкой кишки, сосудов брыжейки тонкой кишки с кровоизлиянием в брюшную полость и в проекции корня брыжейки, расценивающееся как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека, в данном случае приведшее к наступлению смерти А Смерть А наступила ... во время госпитализации в ГБУЗ «

<

...>» в результате прижизненного проникающего колото-резаного ранения брюшной полости с краевым ранением петли тонкой кишки, сосудов брыжейки тонкой кишки с кровоизлиянием брюшную полость и в проекции корня брыжейки, осложнённую массивным кровотечением в брюшную полость, гемоперитонеумом до 1700 мл, разлитым фибриозно-гнойным перитонитом, геморрагическим шоком, малокровием внутренних органов. 

Судом исследованы следующие доказательства.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не признала, показала, что защищалась от посягательства А, умысла на причинение ему смерти у неё не было. Она сожительствовала с А на протяжении девяти лет, между ними возникали скандалы, А в состоянии алкогольного опьянения становился агрессивным, неуправляемым, периодически наносил ей побои, разбивал о её голову бутылку, за что был судим. ... в вечернее время дома с А и её матерью П распивали спиртное. После чего они с матерью легли спать, А продолжил распивать алкоголь. Ночью она проснулась от того, что А начал кричать, будить её, беспричинно выкрикивая в её адрес слова угрозы: «Убью тебя!», выражался в её адрес нецензурной бранью. Она присела на диван, А кинул в неё табурет, который пролетел мимо неё, ударившись об стену. После чего А нанёс ей удар по лицу в челюсть слева, второй удар нанёс по волосистой части головы. Она пересела за стол, видя, что А не успокаивается, продолжает выражаться в её адрес нецензурной бранью, вновь замахнулся на неё кулаком, испугавшись за свою жизнь, восприняла слова А и его поведение как реальную угрозу убийством, схватила со стола нож и, чтобы предотвратить удар А, нанесла один удар по его телу, не целясь. В момент нанесения ей ударов А находился в ярости, как никогда, глаза у него были бешенные, убежать от него у неё возможности не было, поскольку он был физически сильнее её. После удара ножом А вышел на крыльцо, лёг, она сразу вызвала скорую помощь. Через непродолжительное время приехала скорая помощь, во время осмотра фельдшер спросила у А, сможет ли он самостоятельно пройти в машину, но он не встал, тогда фельдшер вернулась к машине за носилками. В это время А встал, прошёл в дом и лёг на диван. Затем фельдшер вернулась, обработала его рану, сказала, что необходимо проехать в больницу, на что А отказался, написав отказ от госпитализации. После отъезда скорой помощи, прибыли сотрудники полиции, которые опросили её по обстоятельствам произошедшего, предложили А проехать в больницу, на что он отказался. Днём А не вставал, она сварила ему бульон, аппетита у него не было, пил только воду, два раза она выводила его на улицу, его тошнило, рвало, она хотела вызвать скорую помощь, но он у неё забрал телефон, не хотел ехать в больницу. К вечеру ему стало хуже, она вызвала скорую помощь, его увезли в больницу, где А умер.

Из оглашённых в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных ею в ходе предварительного следствия, следует, что ... около 18 часов она с А и матерью П дома выпили одну бутылку водки, объёмом 0,7 литра, ссор и конфликтов между ними не было. Она легла спать на диван, мать на кровать, А смотрел телевизор. Около 3 часов ... она проснулась от того, что А крикнул: «Вставай, давай, замучила спать!», она присела и ей сразу же прилетели два удара кулаком по лицу, в левую щёку, от чего ощутила боль, в глазах помутнело. Затем она села за стол в комнате. А продолжил вести себя агрессивно, говорил, чтобы она от него уходила, оскорблял её нецензурной бранью, подошёл к ней и сказал: «Ты когда-нибудь уйдёшь отсюда, сама улетишь или я тебя убью!», угрозу она восприняла реально, сильно испугалась, она понимала, что он ещё нанесёт ей удар, замахнулся на неё кулаком. Она резко повернула голову на стол, увидела лежащий нож, схватила его в правую руку и нанесла ему один удар в область живота, специально не целилась, при этом повода для избиения не было. После чего она положила нож на стол. На тот момент не поняла, что серьёзно его ранила, на ноже и на нём крови не видела. После удара А вышел с дома и лёг на крыльцо, в этот момент она испугалась, что серьёзная рана, позвонила в скорую и сообщила, что ножом ударила сожителя. Спустя непродолжительное время приехала скорая, фельдшер осмотрела рану А, сказала, что надо ехать в больницу, порез не глубокий и надо сделать всего два шва, на что А отказывался. Затем фельдшер обработала рану А, наложила пластырь, он написал отказ от госпитализации и сказал, что писать заявление на неё не будет, чтобы её не осудили, так как сам виноват. Позже приехали сотрудники полиции, им он тоже пояснил, что заявление писать не будет: «Я сам бы её не тронул, и ножа бы не было». Затем сотрудники опросили её, изъяли нож, которым она нанесла удар, крови на ноже не было, она его не вытирала и не мыла. Мать проснулась, когда приехали сотрудники полиции. После все легли спать. Утром она осознала, что нанесла ножевое ранение А, он сказал, что заявление писать не будет: «Не бойся, я претензий не имею, о ребёнке думай». Весь день просил пить, она сварила суп, выводила его на улицу. После чего ему стало хуже, не смог сходить в туалет, жаловался на почки, его тошнило, от вызова скорой отказывался. Около 21 часа ... она вызвала скорую, его погрузили в машину скорой помощи, он был в сознании, смотрел на неё, держал её руку, просил у неё прощения, говорил, что выкарабкается, чтобы она не плакала. Спустя время она позвонила в скорую, ей сообщили, что он скончался. По поводу причинения ей А побоев она в больницу, полицию не обращалась. У неё начала накапливаться усталость от постоянного насилия А, всё держала в себе (т. 2 л.д. 9-14, 15-19).

Оглашённые показания подсудимая ФИО1 подтвердила частично, пояснила, что А высказывал в её адрес угрозу убийством, которую она восприняла реально, боялась, что может забить её до смерти, нанёс ей удар кулаком в область челюсти слева и удар в волосистую часть головы слева. 

На вопрос государственного обвинителя о том, почему в ходе допроса она не давала показания о том, что А перед нанесением ей ударов кинул в неё табурет, который пролетел мимо неё, ФИО1 пояснила, что у неё никто про это не спрашивал. В остальной части оглашённые показания подтвердила, данные показания даны ею добровольно, в присутствии защитника, в содеянном раскаивается, считает, что она действовала в пределах необходимой обороны. 

Вина ФИО1 в совершении преступления подтверждается следующими исследованными судом доказательствами.

Потерпевший А2 суду показал, что А его родной брат, с ФИО1 сожительствовал около шести лет, совместно употребляли спиртные напитки, в состоянии опьянения ссорились между собой, дрались. Брат в состоянии алкогольного опьянения мог вспылить, ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения не видел. О смерти брата узнал от знакомого А, который сообщил, что Александр умер в больнице от ножевого ранения. Позже от ФИО1 узнал, что она нанесла ему удар ножом, от госпитализации брат отказывался. 

Свидетель Я суду показала, что работает фельдшером скорой помощи. ... в четвёртом часу ночи на станцию скорой медицинской помощи поступил вызов о нанесении ножевого ранения мужчине по адресу: 

<

...>. Они прибыли на адрес, их встретила ФИО1, на их вопрос о том, что произошло, пояснила, что нанесла удар ножом сожителю, когда тот «налетел» на неё с табуретом. На крыльце дома она обнаружила лежащего мужчину, рана была внизу живота слева, крови не было, рана была чистая. Обработав рану, она наложила повязку, сделала обезболивающий укол, предложила пройти в машину, мужчина пояснил, что не может встать, тогда она пошла к машине за носилками, вернувшись, с водителем обнаружили, что мужчины на крыльце нет, пройдя в дом, увидели его лежащим на диване. Она измерила ему давление, сатурацию и пульс, все показатели были в норме. Несмотря на это, А необходимо было госпитализировать, однако он категорически отказался. Она сообщила в полицию о произошедшем, отобрала от А письменный отказ от госпитализации и они уехали. Если бы он был вовремя госпитализирован, то угрозы его жизни не было бы, при вовремя оказанной медицинской помощи от такой раны смерть не наступает. 

Свидетель З суду показала, что её соседи ФИО1 и А выпивали, между ними часто возникали конфликты, о гибели А узнала от соседей, сказали, что ФИО1 в ходе драки ткнула его ножом.

Свидетель К суду показала, что ... около 20 часов поступил вызов на станцию скорой помощи о том, что у мужчины боли в животе, тошнота, рвота, нарушение пищеварительной системы, о ножевом ранении не сообщили. По приезду на адрес, мужчина находился в крайне тяжёлом состоянии, давление было низким, рана кровоточила, подробности произошедшего она не выясняла, так как не было на это времени. Мужчину сразу увезли в «

<

...>», где в реанимационном отделении он умер. Были ли у ФИО1 повреждения на лице, не заметила, так как всё внимание было на мужчину, которому необходимо было оказать помощь. Впоследствии она узнала, что он отказался от госпитализации. При своевременном оказании медицинской помощи в условиях стационара мужчина был бы жив. 

Свидетель П суду показала, что в марте 2023 года с дочерью ФИО1 и её сожителем А распивали спиртное. После чего она легла спать и проснулась от того, что в доме были врачи скорой помощи. Со слов дочери ей известно, что А кинул в неё табурет, табурет пролетел мимо неё, ударился об стену, затем он нанёс три удара по лицу дочери, когда он замахнулся на неё в очередной раз, она ткнула его ножом. Фельдшер скорой помощи уговаривала А проехать в больницу, однако от госпитализации он категорически отказался. На протяжении совместного проживания А периодически бил дочь, хватался за ножи, порезал ей (П) руку, когда она защищала дочь. Наутро дочь хотела вызвать скорую помощь, однако он запретил ей, забрал у неё телефон, синяков на лице дочери не было, щека была красной и припухшей. В большинстве случаев дочь никуда не обращалась за помощью, но было, когда А привлекали к уголовной ответственности за избиение её дочери. Она спрашивала А, зачем он бьёт ФИО1, он ответил, что она сама по пьяни лезет, нечего лезть по пьяни.

Из оглашённых в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля П, данных ею в ходе предварительного следствия, следует, что около 18 часов ... она пришла в гости к ФИО1 по адресу: 

<

...>. А начал предлагать распивать спиртное, она согласилась. А уже был пьян, ФИО1 была более-менее трезвая. Они начали выпивать водку, от выпитого ФИО1 сильно опьянела, она, выпив две рюмки водки, пошла спать, ФИО1 с А продолжили распивать спиртное. Около 4 часов ... она проснулась от того, что в доме находились врачи скорой помощи и сотрудники полиции. ФИО1 рассказала, что около 3 часов А разбудил её и ударил по лицу, она пересела за стол, А подошёл к ней, замахнулся на неё, и она ударила его ножом в область живота. Сама она не видела момент нанесения удара, поскольку спала. Когда А пьяный, дочь боится его, он физически сильнее её (т. 1 л.д. 166 -173). 

Оглашённые показания свидетель П подтвердила в полном объёме. 

Из оглашённых в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ показаний свидетеля С, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что ... в 20 часов заступил на дежурство на станции скорой медицинской помощи. В 3 часа 24 минуты ... поступил телефонный звонок о том, что по адресу: 

<

...>, у А ножевое ранение. По прибытии по указанному адресу, фельдшер Я зашла в дом, он остался в машине. Минут через 10-15 минут Я вернулась за носилками. Они взяли носилки и прошли в дом, где он увидел мужчину, лежащего на кровати, в состоянии сильного алкогольного опьянения. Рядом на стуле сидела женщина в состоянии опьянения. Женщина пояснила, что она нанесла ножевое ранение, подробности не поясняла. В этой же комнате спала бабушка. Крови в доме он не видел. Я настаивала на госпитализации, объясняла А, что в больнице сделают операцию, зашьют рану, однако, несмотря на уговоры, А отказался ехать, подписал отказ от госпитализации (т. 1 л.д. 184-187). 

Из оглашённых в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ аналогичных показаний свидетелей С1 и Н, данных ими в ходе предварительного следствия, следует, что ... в 3 часа 41 минуту в дежурную часть ОМВД России по 

<

...> от фельдшера СМП ГБУЗ «

<

...>» Я поступило сообщение, что по адресу: 

<

...>, ФИО1 нанесла ножевое ранение сожителю А Они выехали на место происшествия, по пути заехали на станцию скорой помощи. Фельдшер пояснила, что она осмотрела А, у которого было ножевое ранение, однако от медицинской помощи тот отказался. По прибытии на место происшествия ФИО1, которая проходила потерпевшей по уголовному делу по факту нанесения ей побоев А, пояснила, что после распития спиртного с А она уснула, проснулась от того, что А ударил её два раза по лицу. Спустя некоторое время, когда она сидела за столом в зале, А снова хотел её ударить, в этот момент она взяла нож и ударила его в область живота. Н провёл осмотр дома, следов крови не увидел, в зале на диване лежал А, в этой же комнате спала мать ФИО1 - П Они начали спрашивать у А, что произошло, тот ответил, что ничего объяснять и подписывать не будет. П пояснить о событиях произошедшего ничего не могла, момент нанесения ранения не видела, поскольку спала, сказала, что ФИО1 и А постоянно ругаются, дерутся. Н заполнил протокол осмотра места происшествия, в ходе осмотра ФИО1 указала на нож, которым нанесла ранение А Данный нож находился на столе в зале, был изъят, упакован в бумажный свёрток, опечатан пояснительной биркой, заверен подписью Н и ФИО1 После осмотра они уехали (т. 1 л.д. 200-203, 204-206).

Свидетель С1 после оглашения его показаний суду показал, что ... в дежурную часть ОМВД по 

<

...> поступило сообщение от фельдшера скорой помощи о ножевом ранении по адресу: 

<

...>. Они выехали, проезжая мимо больницы, заехали, спросили у фельдшера подробности выезда. Фельдшер пояснила, что в ходе ссоры сожительница нанесла А ножевое ранение, тот от госпитализации отказался. На месте ФИО1 пояснила, что А два раза ударил её по лицу, пошёл на неё и она нанесла ему удар ножом. Были на её лице синяки или нет, пояснить не может. Потерпевший был пьяный, пояснил, что спит, заявление писать отказался, от госпитализации также отказался.

Свидетель Н после оглашения его показаний суду показал, что точную дату не помнит, заступил на дежурство в ОМВД вместе с С1 В ночное время поступило сообщение о том, что ФИО1 нанесла ножевое ранение сожителю. По пути они заехали на станцию скорой помощи, где фельдшер пояснила, что потерпевший от медицинской помощи отказался. По прибытии в дом ФИО1 пояснила, что сожитель ударил её кулаком два раза, спустя некоторое время вновь замахнулся на неё, хотел ударить, в этот момент она схватила нож и ударила его. На лицо ФИО1 он не обратил внимания, из-за тусклого освещения плохо было видно. Он оформил протокол осмотра места происшествия, в доме следов крови не было, от госпитализации А отказался. Ему известно, что ранее между ФИО1 и А возникали скандалы.

Свидетель П суду показал, что состоит в соседских отношениях с ФИО1 и А, работает вахтовым методом, дома почти не бывает. Конфликтов между ними не слышал, они употребляют спиртные напитки. А характеризует как работящего. О произошедшем узнал на следующий день, утром позвонили соседи и сообщили, что ФИО1 нанесла ножевое ранение А, позже он умер. Он участвовал в качестве понятого на следствии, там узнал обстоятельства произошедшего.

В показаниях указанных лиц каких-либо противоречий не имеется, их показания устанавливают одни и те же обстоятельства дела, дополняют друг друга, согласуются между собой и с письменными доказательствами по делу:

- рапортом следователя Кяхтинского МСО СУ СК РФ по РБ Б от ..., согласно которому в 22 часа 46 минут от оперативного дежурного ОМВД по 

<

...> поступило телефонное сообщение о том, что в ГБУЗ «

<

...>» госпитализирован А с диагнозом открытая колото-резаная рана брюшной полости. Во время госпитализации констатирована смерть последнего (т. 1 л.д.7); 

- рапортом оперативного дежурного ОМВД России по 

<

...> Б1 от ..., согласно которому ФИО1 нанесла ножевое ранение А (т. 1 л.д. 11); 

- рапортом оперативного дежурного ОМВД России по 

<

...> Г от ..., согласно которому в ГБУЗ «

<

...>» от ножевого ранения скончался А (т. 1 л.д. 30); 

- протоколами двух осмотров места происшествия от ... и ..., согласно которым осмотрен жилой дом по адресу: 

<

...>, где ФИО1 пояснила, что нанесла один удар ножом в область живота своему сожителю А В ходе осмотров изъяты нож с деревянной рукояткой, марлевый тампон с фрагментом ткани (т. 1 л.д. 22-28, 36-42); 

- протоколом осмотра места происшествия от ... - помещения хирургического отделения ГБУЗ «

<

...>», расположенного по адресу: 

<

...>. В ходе осмотра изъяты вещи А: трико, трусы, джинсы, одна пара носков, футболка (т. 1 л.д. 43-51); 

- протоколом осмотра от ..., согласно которому осмотрен труп А В ходе осмотра изъят кожный лоскут и образец крови А (т. 1 л.д. 52-57); 

- протоколом выемки от ... у подозреваемой ФИО1 брюк, тапочек и кофты (т. 1 л.д. 59-62); 

- протоколом осмотра от ..., согласно которому осмотрены: нож, покрывало серого цвета в чёрную полоску, трико чёрного цвета, трусы чёрного цвета, джинсы синего цвета, пара носков чёрного цвета, футболка бежевого цвета, кофта синего цвета, брюки, тапочки, кофта, марлевый тампон с фрагментом (т. 1 л.д. 67-77); 

- заключением эксперта (экспертиза трупа) ... от ..., согласно которому смерть А наступила в результате проникающего колото-резанного ранения брюшной полости с краевым ранением петли тонкой кишки, сосудов брыжейки тонкой кишки с кровоизлиянием в брюшную полость, гемоперитонеумом до 1700 мл; разлитым фибриозно-гнойным перитонитом; геморрагическим шоком, малокровием внутренних органов. Между полученным телесным повреждением и причиной смерти имеется прямая причинная связь. Указанное прижизненное ранение является колото-резанным, причинено острым предметом с односторонней заточкой клинка, о чём свидетельствуют прямолинейная форма раны, преобладание длины раневого канала, ровные края, отсутствие по краям кровоизлияний в подлежащих мягких тканях, наличие острого и закруглённого концов входного отверстия раны. Прямолинейная форма раны, форма раневого канала свидетельствуют о том, что они причинены остриём и режущей кромкой клинка острого, плоского, продолговатого предмета. Ширина клинка была не более 2,0 см, на что указывает максимальная длина раны, на имевшихся глубинах погружения (до 10 см). Указанные характеристики могут указывать на то, что орудием, причинившим повреждения, является нож. Местом приложения травмирующей силы была кожа боковой поверхности брюшной стенки слева (подвздошная область слева), на что указывает локализация раны. Видом травмирующего воздействия был удар, на что указывает односторонняя локализация места приложения травмирующей силы, центростремительное их направление, а также проникающий характер повреждения. Рана образовалась прижизненно, о чём свидетельствуют наличие кровоизлияний в подлежащих мягких тканях со стороны обушка (закругленного конца ран) и по ходу раневых каналов, наличие массивного гемоперитонеума из субстратов крови. Рана образовалась в результате 1 удара (наличие 1 входного отверстия и 1 раневого канала). Данное повреждение расценивается, как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека. А в момент причинения ему ранения находился, вероятнее всего, левой передне-боковой поверхностью туловища к направлению удара клинком ножа. А после причинения ему ранения мог совершать определённые активные действия (вставать, ходить) в течение определённого промежутка времени (часы). Время причинения повреждения А, с учётом состояния внутренних органов, значительного количества изменённых субстратов крови, наличия перитонита, может составлять 48-72 часов ко времени исследования трупа в морге. Время наступления смерти А с учётом состояния трупных пятен, трупного окоченения, отсутствия идиомускулярной опухоли, может составлять 24-48 часов ко времени исследования трупа в морге (т. 1 л.д. 81-83); 

- заключением эксперта ... от ..., согласно которому на кожном препарате от трупа А имеется 1 повреждение, образовавшееся в результате 1-го поступательно-возвратного воздействия плоского клинкового колюще-режущего объекта (имевшего острие, одну острую кромку (лезвие) и противоположную тупую кромку (обушок), каковым мог быть нож с шириной погружавшейся части клинка 20 мм., достаточно острым лезвием и остриём. Форма и размеры, наличие осаднения конца раны с признаками воздействия тупой кромки могут свидетельствовать о том, что обушок клинка воздействовавшего орудия имел П-образное сечение и его толщина была не менее или около 1.8 мм. Выявленное сходство групповых признаков представленного орудия (конструктивных, технологических, эксплуатационных) и групповых признаков травмирующего предмета, отобразившихся в повреждении, позволяет высказаться о том, что образование колото-резаного повреждения на кожном препарате от трупа А от воздействия ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия от ..., представленного на экспертизу, не исключается (т. 1 л.д. 87-92); 

- заключением эксперта ... от ..., согласно которому на представленных: трико, трусах, кофте спереди в верхней части имеется по одному сквозному колото-резаному повреждению, которые образованы ножом с однолезвийным клинком; на футболке спереди в нижней части, а также на оборотной стороне футболки в передней части имеется по одному сквозному колото-резаному повреждению, которые образованы ножом с однолезвийным клинком; повреждения на трико, трусах, футболке и кофте, изъятых ... в ГБУЗ «

<

...>», могли быть образованы клинком ножа, изъятого ... в ходе осмотра места происшествия, в равной мере, как и любым другим ножом, имеющим сходные форму и размеры клинка (т. 1 л.д. 96-102); 

- заключениями эксперта ... и ... от ..., согласно которым А имеет группу крови АВ. У подозреваемой ФИО1 группа крови ОаВ. На представленных ноже, трусах, джинсах, трико, футболке, покрывале, фрагменте тканного материала имеется кровь человека АВ группы, что не исключает происхождения от А, имеющего такую же группу крови. От ФИО1 кровь произойти не могла. На кофте, носках, тапочках, кофте, брюках следов крови не обнаружено (т. 1 л.д. 109-111, 116-117); 

- справкой об исследовании ... от ..., согласно которой нож, изъятый в ходе ОМП по адресу: 

<

...>, является нескладным хозяйственно-бытовым ножом, изготовленным самодельным способом, и к холодному оружию не относится (т. 1 л.д. 105); 

- протоколом проверки показаний на месте от ..., согласно которому ФИО1 продемонстрировала, как А нанёс ей два удара кулаком по лицу, как она, сидя за столом, нанесла 1 удар ножом в область живота А (т. 2 л.д. 20-25).

Согласно заключению комиссии экспертов ... от ..., в момент совершения инкриминируемого ей деяния ФИО1 

<

...> 

По заключению психолога: в состоянии аффекта, равно как и любого другого эмоционального состояния, способного оказать существенное влияние на её сознание и деятельность, не находилась. Об этом свидетельствуют отсутствие в поведении ФИО1 специфической для аффекта динамики развития эмоционального состояния с признаками эмоционально-волевой, психофизической, психомоторной и вегетативной деформации организма. Для ФИО1 характерны такие индивидуально-психологические особенности, обусловленные её психическим расстройством, как интеллектуальное недоразвитие, тенденция к продуцированию поверхностных решений, опирающихся на ситуативные малосущественные признаки предметов и явлений, необходимость дополнительной стимулирующей и корригирующей поддержки, облегчённость в принятии решений, так и эмоционально-волевые нарушения в виде аффективной обусловленности поведения, непосредственности и неустойчивости побуждений, склонности к необдуманным поступкам. Указанные особенности личностного реагирования ФИО1 нашли отражение в её поведении в исследуемой криминальной ситуации, ограничивали её способность к произвольной саморегуляции и оказали существенное влияние на её сознание и деятельность в этот период (т. 1 л.д. 122-124).

Наличие такой совокупности доказательств, отвечающих критериям относимости и допустимости, достаточно для вывода о виновности ФИО1 в совершении указанного преступления при установленных фактических обстоятельствах.

На основании представленных суду доказательств мотивом совершения ФИО1 преступления явилось стремление защитить себя от общественно опасного посягательства со стороны А, выразившегося в нанесении потерпевшим ФИО1 ударов кулаком по лицу и голове, высказывании угроз в её адрес, которые она восприняла реально, намерении потерпевшего вновь ударить её. 

Вопреки доводам апелляционного представления, совершение ФИО1 преступления на почве личной неприязни к потерпевшему доказательствами не подтверждёно.

Оснований не доверять признательным показаниям осужденной ФИО1 об обстоятельствах совершения преступления при превышении ею пределов необходимой обороны у суда не имеется. 

Данные выводы суда основаны на стабильных, последовательных показаниях ФИО1, как в ходе предварительного следствия при всех произведённых её допросах, при проверке её показаний на месте, так и в судебном заседании, из которых следует, что потерпевший А в состоянии алкогольного опьянения стал беспричинно кричать на спящую ФИО1, выражаться нецензурной бранью в её адрес, разбудив её таким способом, нанёс удары кулаком по лицу и голове, кинул в её сторону табурет, стал высказывать ей угрозы убийством, которые в силу сложившейся ситуации ФИО1 восприняла реально, испугавшись за свою жизнь, затем замахнулся на ФИО1 кулаком. Вследствие чего, с учётом агрессивного поведения А, находившегося в состоянии алкогольного опьянения, обстановки совершения преступления в ночное время, физического состояния А и ФИО1, его превосходства в силе, отсутствия у неё возможности уйти из дома, у ФИО1 имелись все основания полагать, что А намерен продолжить общественно опасное посягательство в отношении неё, в результате чего она нанесла ему удар ножом, не целясь. 

Кроме того, из материалов уголовного дела в данных о личности А установлено, что он злоупотреблял спиртными напитками, состоял на учёте в 

<

...>. Кроме того, А ... привлекался к административной ответственности по ст. 6.1.1 КРФ об АП за нанесение побоев ФИО1, ... судом прекращено уголовное дело в связи с примирением сторон в отношении А за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, за нанесение ФИО1 лопатой ударов по голове, высказывание в её адрес угроз убийством, осужден ... за совершение двух преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116.1 УК РФ, в отношении ФИО1 за нанесение ей телесных повреждений металлической клюкой и кулаками по голове и телу. 

Из показаний фельдшера Я следует, что ФИО1 ей пояснила, что нанесла удар ножом А, когда тот налетел на неё с табуретом. А от госпитализации отказался сам.

Из показаний сотрудников полиции С1 и Н следует, что им известна ФИО1 как потерпевшая по уголовному делу в отношении А по факту нанесения ей побоев. ФИО1 им пояснила, что проснулась от того, что А ударил её два раза по лицу. Спустя некоторое время, когда она сидела за столом в зале, А снова хотел её ударить, в этот момент она взяла нож и ударила его в область живота. А писать заявление, что-либо объяснять и подписывать по поводу ножевого ранения отказался, от госпитализации также отказался, был пьян. К ФИО1 они не приглядывались, освещение в доме было тусклое, были ли на её лице синяки, пояснить не могут. 

Из показаний свидетеля П следует, что слов дочери, А кинул в неё табурет, который пролетел мимо, затем нанёс ей удары по лицу, когда замахнулся на неё в очередной раз, она ткнула его ножом. Синяков на лице у дочери не было, только щека была красной и припухшей. На протяжении совместного проживания А постоянно избивал дочь, в большинстве случаев дочь никуда не обращалась за помощью, но были случаи, когда А привлекали к уголовной ответственности за избиение ФИО1 

Показания ФИО1 об обстоятельствах нанесения ею удара ножом потерпевшему после того, как А разбудил, закричав на неё, нанёс удары кулаками по лицу и голове, кинул в её сторону табурет, угрожал убийством, замахнулся кулаком для нанесения следующего удара, подтверждены показаниями незаинтересованных в исходе дела свидетелей – фельдшера, сотрудников полиции, поскольку такие же пояснения она дала им непосредственно в ночь произошедшего, до наступления смерти потерпевшего. 

Таким образом, показания указанных лиц также подтверждают показания ФИО1 об обстоятельствах, при которых ею совершено преступление при превышении пределов необходимой обороны. 

То обстоятельство, что после нанесения А ударов кулаком по лицу и голове у ФИО1 не имелось видимых телесных повреждений, не опровергает её доводы о нанесении ей потерпевшим указанных ударов. Сама ФИО1 на наличие у неё телесных повреждений от действий А не указывала. 

Вопреки доводам апелляционного представления, показания свидетеля П о том, что на её вопрос, зачем он бьёт ФИО1, А пояснил, что она сама по пьяни лезет, никоим образом не подтверждают, что инициатором всех их конфликтов выступала ФИО1 Данный довод прокурора несостоятелен, поскольку высказывания А не служат поводом для нанесения побоев ФИО1 

Кроме того, показания ФИО1 о том, что о наносимых А побоях она никому не рассказывала, всё держала в себе, у ней начала накапливаться усталость от его постоянного насилия, не могут достоверно свидетельствовать о нарастающей у ФИО1 личной неприязни к А, поскольку, несмотря на неоднократное нанесение им ей побоев, они продолжали проживать совместно длительное время, после нанесённых А побоев они примирялись, несмотря на осуждение А приговором суда от ..., также проживали вместе. Судом установлено, что в рассматриваемые события ФИО1 нанесла удар ножом потерпевшему в целях своей защиты, показаний о том, что она на почве личной неприязни нанесла удар ножом, в ходе следствия и в суде не давала, об этом также свидетельствует её поведение после совершения преступления. 

В основу приговора суд считает необходимым положить показания ФИО1, потерпевшего А1, вышеуказанных свидетелей, поскольку они полностью соответствуют друг другу, устанавливают фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о доказанности её вины в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, однако совершённого с превышением ею пределов необходимой обороны 

Вопреки доводам апелляционного представления, не являются безусловным основанием для квалификации действий ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ оглашённые показания последней от ..., как указывает прокурор, в вопросно-ответной части. Так, из протокола допроса в качестве подозреваемой ФИО1 от ... следует, что «Проснулась от того, что ФИО46 крикнул: «Вставай, давай, замучила спать», я присела и мне сразу же прилетели два удара кулаком по лицу, в левую щёку два удара от него правой рукой, от полученных ударов ощутила боль, в глазах начали «бегать мотыльки», то есть помутнение. Во время нанесения мне ударов А стоял рядом со мной. Дальше я встала и села за стол. После нанесения мне ударов ФИО45 продолжил вести себя агрессивно, говорил, чтобы я от него уходила, оскорблял меня. ФИО47 подошёл ко мне и сказал: «Ты когда-нибудь уйдёшь отсюда, сама улетишь или я тебя убью!», угрозу восприняла реально, сильно испугалась, к ножу он не тянулся, я понимала, что он ещё нанесёт мне удар, так как замахнулся кулаком. Я резко повернула голову на стол, где увидела лежащий нож, схватила его в правую руку и нанесла один удар в область живота, куда именно, не помню, специально не целилась. Я просто тыкнула ножом. Далее я положила нож обратно на стол, где взяла его. На тот момент не поняла, что серьёзно его ранила. На ноже крови я не видела, также крови на нём я тоже не видела». 

На вопрос следователя: «В своих объяснениях вы указываете, что проснулись от того, что ваш сожитель разбудил вас, так как был в сильном алкогольном опьянении, попросил у вас сигареты, вы ему ответила, что у вас нет сигарет, после чего он ударил вас ладонью правой руки по левой стороне щеки. Вас это разозлило и вы, увидев кухонный нож на столе в зале, взяли правой рукой данный нож и нанесли один удар в левый бок в область брюшной полости, что можете пояснить по данному факту? Ответ ФИО1: «Как записали, так и записали, я была в шоковом состоянии». 

Таким образом, в апелляционном представлении прокурор ссылается на объяснения ФИО1, которые не были исследованы судом и не признаны доказательствами по делу.

Между тем, все показания, данные ФИО1 в ходе следствия и судебного разбирательства, в целом идентичны друг другу, противоречий, которые существенно влияют на фактические обстоятельства, установленные судом, не имеют.

Вышеуказанные доказательства в совокупности свидетельствуют о совершении ФИО1 преступления при превышении пределов необходимой обороны, при этом ею избран способ защиты, который явно не соответствовал характеру и опасности посягательства со стороны потерпевшего А

При таких обстоятельствах, объективно установленные судом фактические обстоятельства дела не свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий ФИО1 по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предметов, используемых в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. 

Последующее поведение ФИО1 после совершения преступления, в том числе вызов ею скорой помощи потерпевшему, уход за ним, повторный вызов скорой помощи на следующий день, также свидетельствуют о том, что она действовала в целях защиты, отражения его посягательства.

Вместе с тем, совершение ФИО1 преступления, с использованием ножа, указывает на то, что ею был избран такой способ защиты, который явно не соответствовал характеру и опасности посягательства.

Суд апелляционной инстанции квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны.

На основании установленных фактических обстоятельств характер и степень тяжести причинённых потерпевшему повреждений, использование орудия преступления - ножа, нанесение им одного удара в область расположения жизненно важного органа – живот, свидетельствуют о наличии у ФИО1 умысла на причинение потерпевшему А тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни.

Судом исследованы данные о личности ФИО1, согласно которым по сведениям ИЦ МВД по РБ ФИО1 не судима, на учёте в ГАУЗ «РНД», в «Бичурской ЦРБ» у врача нарколога не состоит, состоит на «

<

...>, УУП ОМВД России по 

<

...> по месту жительства характеризуется удовлетворительно. 

С учётом обстоятельств совершения преступления, заключения комиссии экспертов, поведения ФИО1 в судебном заседании, суд находит ФИО1 в отношении инкриминируемого ей деяния вменяемой как в момент совершения преступления, так и в настоящее время, и подлежащей уголовной ответственности за содеянное. 

Обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния, оснований для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности и наказания не имеется.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, данные о личности виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденной, на условия её жизни и её семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд учитывает активное способствование раскрытию преступления, выразившееся в даче признательных показаний об обстоятельствах совершённого преступления и при проверке показаний на месте, добровольной выдаче одежды, в которой она находилась в момент совершения преступления, удовлетворительные характеристики, оказание помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в вызове скорой медицинской помощи, осуществлении ухода за потерпевшим, 

<

...> состояние её здоровья, наличие 

<

...>.

Вместе с тем, смягчающие наказание обстоятельства, как по отдельности, так и в совокупности, не являются исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности преступлений, дающими основания для применения при назначении наказания положений ст. 64 УК РФ.

С учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, данных о личности, оснований для изменения категории совершённого преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не установлено. 

С учётом конкретных обстоятельств дела, личности ФИО1, в целях восстановления социальной справедливости, а также исправления и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд считает, что достижение целей наказания может быть обеспечено при назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанностей, предусмотренных ст. 53 УК РФ. 

Для назначения иных видов наказания, предусмотренных ч. 1 ст. 114 УК РФ, суд оснований не находит.

Кроме того, с учётом заключения комиссии экспертов ... от ..., согласно выводам которой ФИО1 

<

...>, ФИО1 нуждается в амбулаторном принудительном наблюдении и 

<

...> у 

<

...>, на основании ст. 22 УК РФ, п. «в» ч.1 ст. 97 УК РФ, ч.2 ст. 99 УК РФ суд считает необходимым назначить осужденной принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и 

<

...> у 

<

...> в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания. 

Гражданский иск по делу не заявлен. 

Вещественные доказательства по уголовному делу - нож, трико, трусы, джинсы, носки, футболку, кофту, покрывало, ткань необходимо уничтожить, брюки, тапочки, кофту вернуть по принадлежности законному владельцу ФИО1 

Процессуальными издержками по уголовному делу суд признаёт вознаграждение адвоката Илюшко Е.В. за защиту прав и законных интересов осужденной ФИО1 по назначению, в ходе предварительного следствия в размере 27 666 рублей, в ходе судебного разбирательства суда первой инстанции в сумме 10 704 рубля, в судебном заседании апелляционной инстанции в размере 3 354 рубля, в общей сумме 41 724 рубля.

На основании ч. 6 ст. 132 УПК РФ суд считает необходимым освободить ФИО1 от возмещения процессуальных издержек, связанных с вознаграждением адвоката по назначению в указанной сумме, поскольку осужденная является инвали

<

...> группы, не трудоустроена, иных доходов кроме пенсии по инвалидности не имеет, в связи с чем, взыскание указанных процессуальных издержек существенно отразится на материальном положении осужденной ФИО1

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.16, 389,18, 389.23, 389.28, 389.31, 389.32 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Приговор Бичурского районного суда Республики Бурятия от ... в отношении ФИО1 отменить.

Постановить новый обвинительный приговор.

Признать виновной ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 1 года ограничения свободы.

Осужденной ФИО1 установить следующие ограничения: не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов до 06 часов каждого дня, не выезжать за пределы территории МО «

<

...>», не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы по месту жительства.

Назначить ФИО1 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях по месту отбывания наказания. 

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 отменить.

Освободить осужденную ФИО1 от взыскания процессуальных издержек, связанных с вознаграждением адвоката Илюшко Е.В., осуществлявшей защиту её прав и законных интересов в ходе предварительного следствия, в суде первой и апелляционной инстанций.

Вещественные доказательства по уголовному делу: нож, трико, трусы, джинсы, носки, футболку, кофту, покрывало, ткань – уничтожить, брюки, тапочки, кофту возвратить законному владельцу ФИО1

Апелляционный приговор может быть обжалован в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вступления в законную силу. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий 

Судьи