Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

7 декабря 2017 года село ФИО1 

Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Гареевой А.С.,

при секретаре Файрушиной Р.П.,

при участии представителя истца ФИО2 ФИО12 ответчика Гараевой ФИО13., её представителя ФИО3 ФИО14., представителя третьего лица Управления пенсионного фонда по Нуримановскому району ФИО4 ФИО15.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 ФИО16 к Гараевой ФИО17 о признании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком недействительным и применении последствий его недействительности, 

у с т а н о в и л:

ФИО5 ФИО18. обратился в суд с вышеприведенным иском, указав, что ему изначально на основании договора аренды, в последующем договора купли-продажи принадлежал на праве собственности земельный участок с располагаемым на нем жилым домом, по 

<

адрес>. По указанному адресу проживал совместно с гражданской супругой Гараевой ФИО19 С рождением совместного сына у Гараевой ФИО20. возникло право на получение средств материнского капитала. По просьбе ответчика для целей получения материнского капитала и их освоения, ДД.ММ.ГГГГ г. между истцом ФИО5 ФИО21 и ответчиком Гараевой ФИО22. был формально заключен договор купли-продажи принадлежащего ФИО5 ФИО23 жилого дома и земельного участка. По условиям договора отчуждаемые объекты продаются по цене 990000 руб., где расчет в размере 190000 руб. за участок и 37197 руб. за дом произведен за счет собственных средств, оставшаяся денежная сумма в размере 428026 руб. оплачивается покупателем за счет заемных средств. Заем в КПК «Альянс» Гараевой ФИО24. был погашен за счет средств материнского капитала. Но истцом ФИО5 ФИО25. ни первоначальный взнос, ни полученные Гараевой ФИО26. по договору займа денежные средства за продажу недвижимого имущества не получались. Фактически имущество не передавалось, договор купли-продажи заключался формально для получения ответчиком средств материнского капитала. В сентябре 2017 г. ответчик Гараева ФИО27 произвела отчуждение по 1/4 доле спорного жилого дома и земельного участка в пользу детей. Считает сделку по отчуждению жилого дома и земельного участка, заключенного между ФИО5 ФИО28. и Гараевой ФИО29 мнимой сделкой, сделка была совершена без намерения породить соответствующие правовые последствия. 

Просит признать недействительным в силу ничтожности договор купли-продажи от 25 января 2017 г. жилого дома и земельного участка, применить последствия недействительности ничтожных сделок, признать недействительными сделки по отчуждению Гараевой ФИО30 по 1/4 доле жилого дома и земельного участка в пользу ФИО31. и Гараева ФИО32 аннулировать в едином государственном реестре недвижимости запись регистрации права собственности Гараевой ФИО33 ФИО34 Гараева ФИО35 на жилой дом и земельный участок, восстановить в едином государственном реестре недвижимости запись регистрации права собственности ФИО5 на жилой дом и земельный участок.

Истец ФИО5 ФИО36. на судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель истца ФИО2 ФИО37 в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, пояснил, что договор купли-продажи жилого дома и земельного участка был заключен по просьбе ответчика Гараевой ФИО38. для обналичивания материнского капитала. Акт приема-передачи жилого дома и земельного участка от 25 января 2017 г. не подтверждает факт передачи Гараевой ФИО39 денежных средств ФИО5 ФИО40. в размере 561974 руб., данный факт должен подтверждаться распиской, которой в действительности не существует. Также пояснил, что у Гараевой ФИО42. указанной суммы денежных средств для передачи ФИО5 ФИО41 в качестве аванса не имелось. Оставшаяся сумма в размере 428026 руб. также Гараевой ФИО44 ФИО5 ФИО45. не передавалась, что подтверждается отсутствием каких-либо расписок. Гараева ФИО43 расходов по содержанию имущества не несла, фактически имущество ей не передавалось.

Ответчик Гараева ФИО47., представитель ответчика ФИО3 ФИО46 в судебном заседании исковые требования не признали по основаниям, изложенным в возражении на исковое заявление. Ответчик Гараева ФИО48. пояснила, что целью заключения договор купли-продажи жилого дома и земельного участка был переход права собственности от ФИО5 ФИО49. к ней, а в последующем и её детям. 

Представитель ответчика Гараевой ФИО50В. –ФИО3 ФИО51 показал, что истцом ФИО5 ФИО52. и Гараевой ФИО53. была определена стоимость имущества в размере 990000 руб. По условиям договора купли-продажи Гараева ФИО54. 25 января 2017 г. передала ФИО5 ФИО55 аванс в размере 561974 руб., что подтверждается актом приема-передачи жилого дома и земельного участка. Оставшаяся часть денег в размере 428026 руб. были переданы ФИО5 ФИО56 2 февраля 2017 г. после получения указанной суммы по договору займа. Гараева ФИО57 просила ФИО5 ФИО58. написать соответствующую расписку, но он отказался. Считает, что по договору купли-продажи Гараева ФИО59 обязана передать денежные средства в размере 428026 руб., но условия договора купли-продажи и акта приема-передачи не содержат требований об обязательном составлении расписки. После заключения договора купли-продажи жилого дома и земельного участка Гараева ФИО60 фактически начала проживать в данном доме совместно с двумя сыновьями до августа 2017 г., когда ФИО5 ФИО61. совершил в отношении Гараевой преступные действия, она была вынуждена переехать временно к своим родителям, а спорный жилой дом сдала в аренду с целью получения арендной платы. Фактические расходы по содержанию имущества несла ответчик, коммунальные платежи за электроэнергию оплачивала Гараева ФИО63 сентябре 2017 г. Гараева ФИО64. подарила своим несовершеннолетним сыновьям по 1/4 доле жилого дома и земельного участка, также Гараева ФИО62. и её несовершеннолетние дети встали на регистрационный учет по указанному адресу. Не считает договор купли-продажи жилого дома и земельного участка мнимой сделкой, т.к. данная сделка заключалась не для обналичивания материнского капитала, а с целью перехода права собственности от ФИО5 ФИО65. к Гараевой ФИО66. и её детям. Жилой дом и земельный участок были фактически переданы, денежные средства ФИО5 ФИО67. получены в полном объеме.

Представитель заинтересованного лица Управления Пенсионного фонда РФ в Нуримановском районе Республики Башкортостан ФИО4 ФИО68. просила суд отказать в удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО70 к Гараевой ФИО69 поддержала доводы поданного ранее возражения на исковое заявление.

Представитель третьего лица службы по делам опеки и попечительства администрации Нуримановского района РБ на судебное заседание не явился, надлежаще извещен, согласно ранее поданного заявления просили в удовлетворении исковых требований отказать.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Суд, выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, представителя третьего лица, исследовав представленные материалы дела, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ г. между кредитным потребительским кооперативом «Кредит-Альянс» и Гараевой ФИО71. заключен договор займа № И8, согласно которого кооператив предоставляет Гараевой ФИО72. займ в размере 428026,00 руб. на приобретение жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес> 

ДД.ММ.ГГГГ. между ФИО5 ФИО73. и Гараевой ФИО74. заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, по условиям которого ФИО5 ФИО75 продал, а Гараева ФИО76. приобрела земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: 

<

адрес> По соглашению сторон земельный участок и жилой дом проданы за 990000 руб., из которых расчет в размере 190000 руб. за земельный участок и 471974 руб. за жилой дом произведен покупателем за счет собственных средств до подписания настоящего договора, а оставшаяся денежная сумма за жилой дом в размере 428026 руб. оплачивается покупателем за счет заемных средств, предоставленных по договору займа № И 8 от 25 января 2017 г., заключенного между Гараевой ФИО77. и Кредитным потребительским кооперативом «Кредит-Альянс». Согласно акта приема-передачи жилого дома и земельного участка от 25 января 2017 г., ФИО5 ФИО78 передал, а Гараева ФИО79 приняла в собственность жилой дом и земельный участок, Гараева ФИО80. передала, а ФИО5 ФИО81. получил денежную сумму в размере 190000 руб. за земельный участок и 371974 руб. за жилой дом. 

Правовая экспертиза договора купли-продажи от 25.01.2017 г. Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по РБ была проведена 26.01.2017 г., государственная регистрация договора, право собственности на жилой дом и земельный участок произведены право собственности Гараевой ФИО82 на жилой дом зарегистрировано в реестре за № №, право собственности на земельный участок зарегистрировано в реестре за № №

ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. Гараевой ФИО83 в АО «Россельхозбанк» получены денежные средства по договору займа. По объяснениям Гараевой ФИО84. после получения денежных средств в тот же день она передала ФИО5 ФИО85. денежные средства в размере 428026 руб.

Согласно нотариально удостоверенного обязательства от ДД.ММ.ГГГГ., Гараева ФИО86. обязуется оформить жилой дом в общую долевую собственность на всех членов семьи. Согласно договора дарения Гараева ФИО87 подарила своим несовершеннолетним детям ФИО89. и Гараеву ФИО88. по 1/4 доле жилого дома и земельного участка каждому.

Выслушав доводы сторон, исследовав материалы дела, суд на основании статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, не находит правовых оснований для удовлетворения иска, исходя из следующего.

В силу ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного постановления в разумный срок.

На основании п.п. 1, 2 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании свободы договора. Граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно п.п. 1, 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Согласно п. 1 ст. 454 Гражданского кодекса РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаю форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, названные в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договора данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с п. 1 ст. 549 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130).

Согласно ст.554 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре продажи недвижимости должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить недвижимое имущество, подлежащее передаче покупателю по договору, в том числе данные, определяющие расположение недвижимости на соответствующем земельном участке либо в составе другого недвижимого имущества.

В силу п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В соответствии со ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса РФ установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения. Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В обоснование заявленных требований истец ссылается на то, что договор купли-продажи от 25.01.2017 г., заключенный между ним и ответчиком является мнимой и притворной сделкой на основании ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании п. 1 ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

По смыслу вышеуказанной нормы закона мнимые сделки представляют собой действия, совершаемые для того, чтобы обмануть определенных лиц, не участвующих в этой сделке, создав у них ложное представление о намерениях участников сделки. Мнимость сделки связывается с пониманием сторонами того, что эта сделка их не связывает, и они не имеют намерений исполнять ее, либо требовать ее исполнения. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий.

Таким образом, в рассматриваемом споре в предмет доказывания мнимости сделки входят обстоятельства отсутствия намерения продавца и покупателя на совершение и исполнение спорной сделки, а также тот факт, что данная сделка действительно не породила правовых последствий для сторон и третьих лиц.

Правовые последствия договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25.01.2017 г., свидетельствующие о мнимости сделки, то есть заключение ее лишь для вида, без намерения создать правовые последствия, отсутствуют, поскольку право собственности на указанное недвижимое имущество перешло от продавца к покупателю, жилой дом и земельный участок покупатель зарегистрировал в установленном порядке.

В соответствии с п. 87 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

При этом обе стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Чтобы определить, был ли между сторонами заключен договор, каковы его условия и как они соотносятся между собой, совпадает ли волеизъявление сторон с их действительной общей волей, а также является ли договор мнимой или притворной сделкой, необходимо применить правила толкования договора, установленные в ст. 431 ГК РФ.

Согласно ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как следует из текста договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ г. предметом договора является жилой дом, общей площадью 57,4 кв.м. и земельный участок, общей площадью 2000 кв.м., расположенных по адресу: РБ, 

<

адрес> что прямо свидетельствует о заинтересованности продавца в продаже, а покупателя в приобретении прав на этот жилой дом и земельный участок, и является четко выраженной целью заключения договора купли-продажи.

Договор от 25.01.2017 г. заключенный между истцом и ответчиком назван как «Договор купли-продажи». 

В п. 4 договора купли-продажи 25.01.2017 г. содержится указание на стоимость проданного жилого дома и земельного участка в размере 990000 руб. Указано, что расчет в размере 190000 руб. за земельный участок и 471974 руб. за жилой дом произведен покупателем за счет собственных средств до подписания настоящего договора, а оставшаяся денежная сумма за жилой дом в размере 428026 руб. оплачивается покупателем за счет заемных средств, предоставленных по договору займа № И 8 от 25 января 2017 г., заключенного между Гараевой ФИО90. и Кредитным потребительским кооперативом «Кредит-Альянс». 

Согласно акта приема-передачи жилого дома и земельного участка от 25 января 2017 г., ФИО5 ФИО91 передал, а Гараева ФИО92 приняла в собственность жилой дом и земельный участок, Гараева ФИО93 передала, а ФИО5 ФИО94. получил денежную сумму в размере 190000 руб. за земельный участок и 371974 руб. за жилой дом. 

В рассматриваемой ситуации, толкование условий, как договора купли-продажи, так и акта от 25.01.2017 г. (с учетом последующего поведения сторон данной сделки), позволяет сделать вывод о том, что между продавцом и покупателем достигнуто соглашение о купле-продаже двух объектов недвижимого имущества, а именно жилого дома, общей площадью 57,4 кв.м. и земельного участка, общей площадью 2000 кв.м., расположенных по адресу: РБ

<

адрес>

На основании изложенного, из буквального толкования текста оспариваемого договора купли-продажи однозначно следует то, что воля сторон по сделке была направлена на отчуждение жилого дома и земельного участка.

Таким образом, оспариваемый истцом договор купли-продажи жилого дома и земельного участка исполнен сторонами и наступили соответствующие правовые последствия, прежде всего связанные с переходом права собственности на спорное имущество к новому собственнику.

В ходе рассмотрения дела в суде истцом не представлено отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, свидетельствующих о том, что оспариваемый договор был заключен лишь для вида, без намерений создать правовые последствия, характерные для данной сделки, доказательств отсутствия у Гараевой ФИО96. намерений распорядиться денежными средствами материнского капитала на приобретения жилья, приобрести право собственности на жилой дом на основании оспариваемого договора и создать правовые последствия договора купли-продажи недвижимости, а также доказательств того, что ФИО5 ФИО95 денежные средства в размере 990000 руб. не получены.

Как установлено судом, ответчик Гараева ФИО97. имела намерение приобрести жилье для себя и своих несовершеннолетних детей и реализовала данное право, приобретя право собственности на жилой дом, в отношении которого возник спор, при этом нарушений положений ч.1 ст.10 Федерального закона №256-ФЗ от 29.12.2006 г. «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей» не установлено. Денежные средства в размере 990000 руб. Гараевой ФИО98. переданы ФИО5 ФИО99. При заключении сделки были учтены интересы детей Гараевой ФИО100 за которыми в последующем было признано право собственности на доли жилого дома и земельного участка, в отношении которых возник спор.

Довод истца о формальном заключении договора купли-продажи жилого дома и земельного участка для обналичивания средств материнского капитала необоснован и опровергается материалами дела. Истцом также не доказана порочность воли каждой из сторон договора купли-продажи жилого дома и земельного участка.

Из материалов дела также следует, что Гараева ФИО105 проживала в спорном жилом доме до 17 августа 2017 г., когда ФИО5 ФИО101. совершил в отношении Гараевой ФИО102 уголовно наказуемое деяние, что подтверждается постановлением мирового судьи о прекращении уголовного дела в связи с примирением от 23 ноября 2017 г., из представленных справок следует, что Гараева ФИО104. совместно с двумя несовфершеннолетними детьми зарегистрирована в спорном жилом доме, при этом согласно справе органа местного самоуправления ФИО5 ФИО103. с 2003 г. зарегистрирован и постоянно проживает в д. 

<

адрес>. Кроме того, из пояснений истца и ответчика следует, что Гараева ФИО106 спорный жилой дом сдавала в аренду. 

Вышеуказанные факты подтверждают фактическое использование Гараевой ФИО107. жилого помещения. Также нашли свое подтверждение доводы ответчика Гараевой ФИО108. о том, что после заключения договора купли-продажи она несла бремя расходов на содержание жилого дома, в частности, оплачивала коммунальные услуги, что подтверждается представленными счет-извещениями за электроэнергию и чеками.

Довод истца о том, что денежные средства от продажи жилого дома с земельным участком он не получил суд не может признать обоснованным, поскольку указанные обстоятельства не являются юридически значимыми по рассматриваемому спору.

Отсутствие передачи денежных средств за проданный дом и земельный участок влечет иные правовые последствия, предусмотренные ст. ст. 450, 453, 486 ГК РФ, что не лишает ФИО5 ФИО109. права на обращение в суд за защитой нарушенных прав в ином порядке.

Кроме того, истцом не представлены доказательства того, что денежные средства ответчиком не передавались.

Учитывая изложенное, суд считает, что оснований для признания недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 25 января 2017 г., заключенного между ФИО5 ФИО111. и Гараевой ФИО110 не имеется, соответственно не имеется оснований в применения последствий недействительности сделки.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194,195 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО5 ФИО112 к Гараевой ФИО113 о признании договора купли-продажи жилого дома с земельным участком недействительным и применении последствий его недействительности - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан путем подачи апелляционной жалобы, представления через Иглинский межрайонный суд РБ в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья подпись А.С. Гареева

Копия верна. Судья

Мотивированное решение изготовлено «11» декабря 2017 года.