Дело № 2-72/2019

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Саранск 13 февраля 2019 г.

Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия 

в составе

судьи Ионовой О.Н.,

при секретаре Синдянкиной Е.О.,

с участием:

истца ФИО2,

представителя истца ФИО3, действующего на основании доверенности 13 АА 0811849 от 26 декабря 2018 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО4,

ответчика ФИО5,

ответчика ФИО6,

представителя ответчика ФИО6 – ФИО7, действующего на основании доверенности 13 АА 0853447 от 10 июля 2018 г.,

третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО8,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО6, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО2 обратился в суд с искомк ФИО6, ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения.

В обоснование иска указано, что 15 сентябри 2015 г. ответчики ФИО6 и ФИО5, действуя согласованно друг с другом, без оформления надлежащих полномочии на отчуждение имущества oт имени собственника ФИО8, по договору купли-продажи продали истцу автомобиль Опель Астра, 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>. В договоре купли-продажи по инициативе ФИО6 была указана цена автомашины 100 000 руб. Фактически 12 августа 2015 г., до оформлении договора купли-продажи, истцом была передана ФИО6 в качестве оплаты стоимости автомашины денежная сумма в размере 295 000 руб. ФИО6 мотивировал спою просьбу о включении в договор меньшей суммы, чем была фактически уплачена, возможностью оплаты меньшей суммы налогов. 

Истец указывает, что при заключении договора купли-продажи ФИО9

М.В. и ФИО5 ввели его в заблуждение, сообщив недостоверные сведения о том, что от собственника автомашины ФИО8 имеется разрешение па продажу машины. При этом ФИО5 для подтверждения данного факта, предоставил ему для ознакомления договор аренды транспортного средства без экипажа (с физическим лицом) от 21 мая 2013 г., в соответствии с условиями которого ФИО8 передала ФИО5 во временное владение и пользование продаваемую автомашину на срок до 21 мая 2018 г. При составлении договора купли-продажи 15 сентябри 2015 г. присутствовал только ФИО6, предоставив ему для подписания договор, на котором уже стояла подпись от имени собственника ФИО8 При этом ФИО6 пояснил, что собственник машины и ФИО5 не смогли приехать дли оформлении сделки купли-продажи и оформления ее в ГИБДД. Он не сомневался в законности данной сделки, так как в документах на автомашину не имелось никаких отметок о обременении машина в угоне не значилась, в связи с чем и подписал данный договор, передав денежные средства в размере 295 000 руб. ФИО6 

Истец указывает, что впоследствии, он передал эту автомашину своему отцу ФИО4, составив соответствующий договор купли-продажи от 19 сентября 2015 г., который беспрепятственно пользовался вышеуказанной автомашиной. Однако, в начале 2017 г., бывший собственник машины ФИО8 обратилась суд с исковым заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи и применении последствий ничтожности сделок в отношении вышеуказанного автомобиля. Решением Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 09 марта 2017 г. договора купли-продажи автомашины Опель Астра, заключенный 15 сентября 2015 г. между ним и ФИО8 и от 19 сентября 2015 г., заключенные между ним и ФИО4 признаны недействительными, применены последствия ничтожности сделок, на ФИО4 возложена обязанность возвратить вышеуказанный автомобиль ФИО8 ФИО10, после вступления в законную силу решения суда, была возвращена собственнику ФИО8 16 июня 2017 г., что подтверждается соответствующей распиской.

Истец указывает, что в результате противоправных действий ответчиков ФИО6 и ФИО5, распорядившихся чужим имуществом не имея на это соответствующих полномочий, последние неосновательно обогатились, получив от него денежные средства в размере 295 000 руб. по признанным, впоследствии, недействительным договору купли-продажи от 15 сентября 2015 г.

Основывая свои требования на положениях статей 167, 1102, 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец просил суд взыскать с ФИО6 и ФИО5 в его пользу:

- неосновательное обогащение в размере 295 000 рублей, по 147 500 руб. с каждого, 

- расходы по оплате государственной пошлины.

09 января 2019 г. от ФИО2 поступило заявление об уточнении исковых требований, принятое судом на основании части 1 статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в котором истец указывает, что учитывая то обстоятельство, что ответчиками фактически получена разная сумма неосновательного обогащения, просит суд взыскать в его пользу:

- с ФИО11 95000 руб.;

- с ФИО5 200000 руб.;

- расходы по оплате государственной пошлине.

В судебном заседании истец ФИО2, представитель истца ФИО3 исковые требования поддержали по заявленным основаниям, просили удовлетворить их в полном объеме с учетом заявления об уточнении исковых требований от 09 января 2019 г.

В судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца ФИО4 просил исковые требования удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 – ФИО7 против удовлетворения исковых требований возразил, признавая получение от истца ФИО2 денежных средств по договору купли-продажи транспортного средства от 15 сентября 2015 г. в размере 295000 руб. пояснил, что денежные средства в размере 200000 руб. были переданы ФИО5, а оставшиеся деньги не являются неосновательным обогащением, поскольку указанная сумма была потрачена на улучшение качества продаваемого автомобиля. По этим основаниям просил в иске отказать.

Ответчики ФИО5, ФИО6, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО8 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались своевременно и надлежаще судебными повестками, о причинах неявки суду не сообщили, при этом ответчик ФИО6 предоставил заявление, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие.

При таких обстоятельствах и на основании частей 3, 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которых суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, а стороны вправе просить суд о рассмотрении дела в их отсутствие и направлении им копий решения суда, суд рассматривает дело в отсутствие ответчика ФИО6, поскольку им представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, и в отсутствие ответчика ФИО5 и третьего лица ФИО8, поскольку ими не представлено сведений о причинах неявки.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела и оценив в совокупности представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО8 являлась собственником автомобиля марки Опель Астра 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>, черного цвета. 

Согласно договору аренды транспортного средства без экипажа (с физическим лицом) от 21 мая 2013 г. ФИО8 передала ФИО5 во временное владение и пользование транспортное средство - автомобиль марки Опель Астра 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>, на срок по 21 мая 2018 г.

Согласно договору купли-продажи транспортного средства от 15 сентября 2015 г. спорный автомобиль марки Опель Астра, 2008 года выпуска, ФИО8 отчужден в пользу ФИО2 за 100 000 рублей. 

В последующем, а именно 19 сентября 2015 г., ФИО2 по договору купли-продажи автомобиля продал автомобиль ФИО4 за 100 000 рублей.

Решением Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 09 марта 2017 г. по гражданскому делу №2-8/2017 судом постановлено: признать недействительным договор купли-продажи автомобиля марки Опель Астра 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>, заключенный 19 сентября 2015 г. между ФИО2 и ФИО4 Признать недействительным договор купли-продажи автомобиля марки Опель Астра, 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>, заключенный 15 сентября 2015 г. между ФИО8 и ФИО2, в силу его ничтожности. Применить последствия недействительности сделки: обязать ФИО4 в десятидневный срок со дня вступления в силу решения суда возвратить ФИО8 автомобиль марки Опель Астра 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия от 15 июня 2017 г. решение Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 09 марта 2017 г. оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2, ФИО4 – без удовлетворения.

Из копии соглашения от 16 июля 2017 г., следует, что ФИО4 передал ФИО8 согласно решению Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 09 марта 2017 г. автомобиль марки Опель Астра 2008 года выпуска, идентификационный номер 

<

***>.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса.

Исходя из положений подпункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, правила, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежат применению также к требованиям о возврате исполненного по недействительной сделке.

Из содержания искового заявления следует, что истцом ФИО2 понесены затраты на приобретение автомобиля, который передан ему по недействительному договору купли-продажи.

В связи с этим его требования вытекают из возврата исполненного по недействительной сделке.

Согласно подпункту 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации правила о неосновательном обогащении применяются к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое неосновательно получило или сберегло имущество, обязано возвратить или возместить потерпевшему все доходы, которые оно извлекло или должно было извлечь из этого имущества с того времени, когда узнало или должно было узнать о неосновательности обогащения.

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Юридически значимым обстоятельством по делу определено передача истцом ответчикам денежных средств в заявленном размере по сделке, которая в последующем была признана недействительной.

В соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Частью 1 статьи 55 ГПК Российской Федерации предусмотрено, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно части 2 статьи 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования или возражения, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания этих обстоятельств. Признание заносится в протокол судебного заседания. Признание, изложенное в письменном заявлении, приобщается к материалам дела.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Решением Кочкуровского районного суда от 09 марта 2017 г., по гражданскому делу по иску ФИО8 к ФИО4 и ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, истребовании имущества из чужого незаконного владения, установлено, что ФИО8 на праве собственности принадлежал автомобиль Опель Астра, 2008 года выпуска идентификационный номер 

<

***>. В 2015 году ФИО5, работающий в фирме ее мужа, не имея полномочий, продал указанный автомобиль ФИО2 Договор купли-продажи транспортного средства с ФИО2 она не заключала, полномочий ФИО5 по отчуждению автомобиля не передавала. Подпись в договоре, совершенном от ее имени, ей не принадлежит, денежные средства от продажи автомобиля ей не передавались.

В обоснование довод иска о передачи денежных средств в размере 295000 руб. стороной истца представлена копия протокола судебного заседания Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 01 марта 2017 г. по гражданскому делу по иску ФИО8 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительными договоров купли-продажи транспортного средства и истребовании имущества из чужого незаконного владения, из содержания которого следует, что ФИО6, будучи допрошенный в качестве свидетеля и предупрежденный об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснил, что по договоренности с ФИО5 он произвел предпродажную подготовку автомобиля Опель Астра и выставил его на продажу за 295000 руб. Через некоторое время ему позвонил ФИО2, договорились о встрече. Позже встретились у ГАИ вместе с ФИО5 В ГАИ у ФИО5 документы не приняли, поскольку он не является собственником автомобиля. ФИО2 отдал ему 295000 руб. под расписку и уехал. Автомобиль остался у него. Через некоторое время они встретились у ГАИ. ПТС и договор купли-продажи ему передал ФИО5, в которых уже была подпись продавца. После продажи автомобиля ФИО2 он отдал 200000 руб. ФИО5(л.д.127).

Из копии протокола судебного заседания Кочкуровского районного суда Республики Мордовия от 09 марта 2017 г. по гражданскому делу по иску ФИО8 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительными договоров купли-продажи транспортного средства и истребовании имущества из чужого незаконного владения следует, что привлеченный к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика ФИО5 пояснил, что автомобиль Опель Астра он продал с разрешения мужа истца и самой истицы. Ему передали документы на автомобиль, он продал его с помощью перекупщиков, а вырученные деньги за автомобиль перечислил на оплату платежа по кредиту, который был взят им для ФИО1 в банке (л.д. 129).

В судебном заседании представитель ответчика ФИО6 – ФИО7 признал, то обстоятельство, что получил от истца ФИО2 денежные средства по договору купли-продажи транспортного средства от 15 сентября 2015 г. в размере 295 000 руб. 

Из копии объяснений, данных ответчиком ФИО5 16 июня 2016 г. оперуполномоченному ОП 3№УМВД России по го Саранск в рамках проверки заявления ФИО8 о мошеннических действиях ФИО5 следует, что в августе 2015 г. он продал принадлежавший ФИО8 автомобиль Опель Астра за 200000 руб., которые потратил на оплату кредита.

Из копии объяснений, данных ответчиком ФИО5 30 июля 2016 г. в рамках проверки вышеуказанного заявления, следует, что с разрешения ФИО1 он продал автомобиль Опель Астра за 200000 рублей, которыми оплатил кредит, оформленный по просьбе ФИО1 на его имя.

Оценив представленные доказательства в соответствии с приведенной правовой нормой суд приходит к убеждению, что стороной истца представлено достаточное количество достоверных доказательств того, что по договору купли-продажи транспортного средства автомобиля Опель Астра от 15 сентября 2015 г. от истца ФИО2 получено 295000 руб., из которых 95000 руб. ФИО6, 200000 руб. ФИО5

Стороной ответчиков доказательств, опровергающих указанные выводы, суду не представлено

Учитывая, что указанные денежные средства ответчиками получены, а истец не может владеть, распоряжаться и пользоваться автомобилем, поскольку у него право собственности на данный объект движимого имущества прекращено ввиду признания договора купли-продажи транспортного средства от 15 сентября 2015 г. недействительным, то в данном случае ФИО2 вправе требовать возврата уплаченных денежных средств в размере 295 000 руб., поскольку они являются в силу приведенных правовых норм неосновательным обогащением ФИО6, ФИО5

Доказательства, свидетельствующие о наличии оснований, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которых ответчики могли бы быть освобождены от возврата неосновательного обогащения, в материалах дела отсутствуют.

Вместе с тем, исковые требования ФИО2 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суды рассматривают и разрешают исковые дела с участием граждан, организаций, органов государственной власти, органов местного самоуправления о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов, по спорам, возникающим из гражданских, семейных, трудовых, жилищных, земельных, экологических и иных правоотношений.

Согласно статье 27 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражному суду подведомственны дела по экономическим спорам и другие дела, связанные с осуществлением предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражные суды разрешают экономические споры и рассматривают иные дела с участием организаций, являющихся юридическими лицами, граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица и имеющих статус индивидуального предпринимателя, приобретенный в установленном законом порядке, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами, с участием Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, образований, не имеющих статуса юридического лица, и граждан, не имеющих статуса индивидуального предпринимателя. К подведомственности арбитражных судов федеральным законом могут быть отнесены и иные дела.

Пунктами 1,2,3 статьи 213. 1 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. Положения, предусмотренные настоящим параграфом, не применяются к отношениям, связанным с несостоятельностью (банкротством) крестьянских (фермерских) хозяйств. Положения, предусмотренные настоящим параграфом, применяются к отношениям, связанным с несостоятельностью (банкротством) индивидуальных предпринимателей, с учетом особенностей, предусмотренных пунктами 4 и 5 настоящей статьи и настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 214.1 вышепоименованного Федерального закона, к отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, применяются правила, установленные параграфами 1.1, 4 главы X настоящего Федерального закона, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2015 г. N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», в соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями, регулируются параграфами 1.1 и 4 главы X Закона, а при отсутствии специальных правил, регламентирующих особенности банкротства этой категории должников - главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона.

Положения, предусмотренные параграфами 1.1 и 4 главы Х Закона о банкротстве, применяются к отношениям, связанным с банкротством индивидуальных предпринимателей, с учетом особенностей, установленных параграфом 2 названной главы и пунктом 4 статьи 213.1 Закона, независимо от того, связаны ли обязательства, неисполнением которых обусловлено возбуждение дела о банкротстве, с осуществлением предпринимательской деятельности либо нет (статья 214.1 и пункт 3 статьи 213.1 Закона о банкротстве).

При наличии у должника статуса индивидуального предпринимателя возможно возбуждение и рассмотрение только одного дела о его банкротстве. Возбуждение и рассмотрение одновременно двух дел о банкротстве такого лица - как гражданина и как индивидуального предпринимателя - не допускается.

Таким образом, закон не разделяет применяемые процедуры банкротства к гражданам, имеющим статус индивидуального предпринимателя и не имеющим такового.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2016 г. №62 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о приказном производстве» в силу абзаца второго пункта 1 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 81, абзаца восьмого пункта 1 статьи 94, абзаца седьмого пункта 1 статьи 126, абзаца третьего пункта 2 статьи 213.11, абзацев второго и третьего пункта 1 статьи 213.19 Федерального закона от 26 октября 2002 г. №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления, принятия решения о признании должника банкротом и открытия конкурсного производства или введения реализации имущества гражданина, с даты введения процедуры реструктуризации долгов гражданина и утверждения арбитражным судом плана реструктуризации долгов гражданина требования кредиторов по денежным обязательствам и требования об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве и не могут быть рассмотрены в порядке приказного производства.

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, требования кредиторов по текущим платежам, о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, о выплате заработной платы и выходного пособия, о возмещении морального вреда, о взыскании алиментов, а также иные требования, неразрывно связанные с личностью кредитора, в том числе требования, не заявленные при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина, сохраняют силу и могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина в непогашенной их части в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Как усматривается из материалов дела, решением Арбитражного суда Республики Мордовия от 29 июня 2016 г. (дело N А39-1128/2016) гражданин ФИО5, обладающий статусом индивидуального предпринимателя, признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника.

Определением Арбитражного суда Республики Мордовия от 28 мая 2018 г. в отношении ФИО5 завершена процедура реализации имущества должника-гражданина. Гражданин ФИО5 освобожден от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при проведении процедуры реализации имущества гражданина.

Судом установлено, что при рассмотрении дела о банкротстве ФИО5, требования ФИО2, вытекающие из неосновательного обогащения заявлены не были.

Вместе с тем, указанные требования не относятся к требованиям, которые в силу пункта 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве могут быть предъявлены после окончания производства по делу о банкротстве гражданина.

Поскольку обязательства из неосновательного обогащения возникли между сторонами до признания гражданина банкротом, требования истца должны были быть включены в реестр требований кредиторов должника и рассмотрены в рамках арбитражного дела о признании ФИО5 банкротом. Поскольку ответчик вступившим в законную силу решением суда признан банкротом, конкурсное производство по делу прекращено, в силу пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" ФИО5 освобождается от исполнения требований по обязательствам перед ФИО2

При этом то обстоятельство, что истец не знал об имеющемся деле о банкротстве ФИО5, не регулируется положениями абз. 2 части 3 статьи 213.28 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», поскольку данная норма права распространяется на случаи, когда кредитор не знал или не должен был знать о требовании, а не о возбуждении дела о банкротстве должника. В данном же случае истец к моменту принятия арбитражным судом определения о завершении реализации имущества ФИО5 знал и не мог не знать о том, что он имеет требование к ФИО5 по неосновательному обогащению, которое возникло с момента передачи транспортного средства законному владельцу по соглашению от 16 июня 2017 г. Иного истцом не доказано.

По этим основаниям суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО5 о взыскании неосновательного обогащения в размере 200000 руб.

При этом, исковые требования ФИО2 к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения в размере 95000 руб. подлежат удовлетворению.

В силу части первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 указанного кодекса.

В соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся:

суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам;

расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации;

расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд;

расходы на оплату услуг представителей;

расходы на производство осмотра на месте;

компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса;

связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами;

другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Истцом, при подаче искового заявления по квитанции от 15 ноября 2018 г. (л.д.5,6) оплачена государственная пошлина в сумме 6 150 руб., размере которой соответствует размеру государственной пошлины, исчисляемой в соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, исходя из размера удовлетворенных исковых требований, размер государственной пошлины составляет 3 050 руб., согласно следующего расчета: 95000 руб. – 20 000 руб. х 3% + 800 руб. 

Понесенные истцом ФИО2 судебные расходы в указанном размере подлежат возмещению путем взыскания с ответчика ФИО6

Исходя из изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия

решил:

исковые требования ФИО2 к ФИО6 о взыскании неосновательного обогащения удовлетворить.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 сумму неосновательного обогащения в размере 95 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3050 рублей, а всего 98050 (девяносто восемь тысяч пятьдесят) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО5 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Мордовия в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Ленинский районный суд г. Саранска Республики Мордовия.

Судья Ленинского районного

суда г. Саранска Республики Мордовия О.Н. Ионова

Мотивированное решение принято 18 февраля 2019 г.

Судья - О.Н. Ионова