УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Жучкова Ю.П.

Дело № 22-377/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Ульяновск

25 марта 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Малышева Д.В.,

судей Старостина Д.С. и Глебова А.Н.,

с участием прокурора Осипова К.А.,

защитника в лице адвоката Медведева Е.В.,

осужденного ФИО1,

при секретаре Богуновой И.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Медведева Е.В. на приговор Карсунского районного суда Ульяновской области от 16 января 2026 года, которым

ФИО1,

***, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 159 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 200 000 рублей.

Приговором решены вопросы о мере пресечения, вещественных доказательствах, гражданском иске, арестованном имуществе.

Заслушав доклад судьи Старостина Д.С., изложившего краткое содержание обжалуемого приговора, существо апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 признан виновным в мошенничестве, то есть хищении чужого имущества путем обмана с использованием служебного положения в крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденного ФИО1, адвокат Медведев Е.В. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, мотивируя тем, что выводы суда о виновности ФИО1 в мошенничестве не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Указывает, что судом искажены установленные обстоятельства относительно условий контракта по благоустройству родника «***», расположенного в с. ***, осуществлявшемуся не по проекту, а по смете, которая не учитывала все тонкости возведения такого строительного сооружения как купель, также как и обустройства территории, на которой она располагалось, строительства дороги к ней, не отражала необходимых расходов на проведение всех работ.

Между тем впоследствии были внесены значительные изменения в части фактически проводимых работ без увеличения их стоимости, поскольку корректировать ее не позволяла электронная система торгов. В результате этого некоторые работы были выполнены без включения их в смету проекта и без учета фактически затраченных на них денежных средств (устройство колодца, установка металлического трапа, лестницы, оборудование гидроизоляции купальных емкостей, а также подъездная дорога).

Сторона защиты акцентировала внимание суда на том, что заложенные в смете параметры подъездной дороги к купели по площади были меньше объективно необходимых для ее функционирования. В этой связи при выполнении работ площадь дороги была увеличена почти в два раза относительно сметной, что также подтверждается результатами осмотра места происшествия.

Вместе с тем, обладая этими данными, как правоохранительные органы, так и суд, несмотря на заявленные стороной защиты ходатайства, отказались устанавливать стоимость работ, произведенных сверх предусмотренных в смете, что могло существенно повлиять на оценку доказательств и квалификацию действий ФИО1

По делу существенно нарушены требования ст. 73 УПК РФ, в том числе в части необходимости установления обстоятельств, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, тогда как ФИО1 как руководитель строительной организации-подрядчика стал заложником отсутствия необходимого для производства такого рода работ технического задания и проекта.

Более того, производство работ было осложнено особенностями назначения объекта благоустройства, спецификой местности (заболоченность территории, не подходящей для размещения купели, а также близость объектов водоканала и т.д.), тогда как именно это место расположения объекта благоустройства было определено решением администрации муниципального образования.

Выполнение работ в части подъездной дороги меньшей площадью, чем предусмотрено сметой, означало бы ограничение доступа к купели в период межсезонья и дождей, учитывая характер почвы и расстояние до ближайшего асфальтированного дорожного покрытия.

Кроме этого, в ходе работ обнаружилась нецелесообразность монтажа металлических труб в траншеи, возможность замерзания их в зимний период и разрыва. Именно в этой связи часть труб была передана на хранение главе администрации муниципального образования.

С момента сдачи объекта благоустройства в эксплуатацию фактически не осуществлялось за ним надлежащего ухода вплоть до момента возбуждения уголовного дела, в течение нескольких лет объект находился в запустении. В результате этого часть территории, на которой он расположен, не покрытой щебнем, поросла травой и утратила свой прежний благоустроенный вид.

Однако этим обстоятельствам в нарушение положений ст. 87 УПК РФ судом не дано надлежащей правовой оценки, занят исключительно обвинительный уклон.

Обращает внимание на поверхностность проведенных экспертиз, нарушение существующих методик, одним и тем же экспертом, который допустил ряд существенных ошибок при проведении первоначальной экспертизы, не дал оценки результатов реально выполненных работ, в том числе половины свай с бетонными оголовками, образующих опору металлического моста через ручей, работы по водоотливу, фактически выполненный объем работ по устройству подъездной дороги и т.д.

В ходе производства дополнительной экспертизы этот же эксперт, согласившись с большинством допущенных ранее ошибок, а также с необходимостью осуществления полных замеров параметров построенной подъездной дороги, отказался рассчитывать стоимость всех фактически произведенных работ по ее устройству, ограничившись лишь выводом о «достаточном» соответствии работ объему, заложенному в смете.

Выводы об отсутствии показателей по водоотливным работам при разработке траншей перед фронтальной частью сруба купели эксперт сделал на основании того, что на момент проведения экспертизы в траншеи не были уложены трубы, наличие же самих траншей экспертом не проверялось ввиду заболоченности территории.

Однако в деле имеются объективные доказательства того, что водоотливные работы, то есть работы по понижению грунтовых вод, были произведены в полном объеме. Это обстоятельство подтверждается актами о проведении работ по водоотливу, показаниями свидетелей, представленными в дело фотографиями, а также актом экспертного исследования № *** от 22 октября 2025 года.

Экспертным заключением, которое следователь отказался приобщать к уголовному делу, а суд, хотя и приобщил его, но оценил критически, сославшись на отсутствие в нем подписки экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ, было установлено, что фактическая площадь подъездной дороги составляет 1 119,29 кв.м., в то время, как по смете она должна была составлять 657 кв.м., а это явно подразумевает существенное увеличение стоимости работ по ее устройству.

Эти обстоятельства свидетельствуют о том, что денежные средства не похищались, а были потрачены именно на осуществление работ по благоустройству родника.

Факт наличия переработки по контракту имеет существенное значение для правильной правовой оценки рассматриваемого деяния, исходя из отсутствия признаков безвозмездности и корыстного мотива.

Соответственно и приговор в части гражданского иска является незаконным, в том числе и по формальным требованиям, поскольку в нем не обозначены обязательные реквизиты сторон, не определена сумма иска, не производился расчет исковых требований.

В связи с этим просит приговор отменить, вынести новое судебное решение.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Козлов А.В. не соглашается с изложенными в ней доводами, указывая, что судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципов состязательности сторон и непосредственности. Все заявленные сторонами ходатайства разрешены судом в соответствии с требованиями закона, а доводам стороны защиты дана надлежащая оценка. Полагает, что основания для отмены либо изменения приговора отсутствуют.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции:

- осужденный ФИО1 и адвокат Медведев Е.В. поддержали доводы апелляционной жалобы, просили об отмене обжалуемого приговора и вынесении оправдательного приговора;

- прокурор Осипов К.А. возражал против доводов апелляционной жалобы, обосновав их несостоятельность, просил приговор оставить без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, заслушав выступления участников процесса, судебная коллегия находит приговор подлежащим изменению на основании п. 3 ст. 389.15 УПК РФ в связи с неправильным применением уголовного закона.

Выводы о виновности ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления, вопреки доводам апелляционной жалобы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на всестороннем анализе исследованной судом достаточной совокупности доказательств, подробно изложенных в приговоре, которым суд в соответствии со ст. 88 УПК РФ дал надлежащую оценку, привел мотивы, в силу которых доказательства, представленные стороной обвинения, взял в основу выводов о виновности осужденного, а доводы стороны защиты отверг.

Взятые в основу обвинительного приговора доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются между собой, поэтому обоснованно признаны допустимыми и достоверными.

Так, судом установлено, что ФИО1, являясь генеральным директором ООО «***»» и выступая от имени этого Общества в качестве подрядчика, заключил с администрацией МО ***, действующей в качестве заказчика, муниципальный контракт на выполнение работ по расчистке и благоустройству родника «***» в с. ***.

Согласно локальному сметному расчету (смете) № ЛС-56 «Расчистка и обустройство родника «***» в с. ***, являющемуся неотъемлемой частью указанного контракта, общая его сумма составила 3 499 764 рубля 49 копеек со сроком исполнения до 31 декабря 2023 года.

При этом ФИО1, преследуя корыстную цель, с целью хищения бюджетных денежных средств путем обмана, выразившегося в неисполнении предусмотренных вышеуказанным договором работ, обеспечил выполнение лишь части работ по расчистке и благоустройству родника «***» в с. ***, предусмотренных вышеуказанным контрактом от 17 октября 2023 года.

Так, используя свое служебное положение директора ООО «***»», ФИО1 подготовил и подписал от имени указанного Общества акты о приемке выполненных работ и их стоимости, в которые внес заведомо недостоверные сведения об использовании материалов и выполнении работ, предусмотренных локальной сметой *** от 31 июля 2023 года к контракту от 17 октября 2023 года, а именно: «водоотлив из траншей в объеме 480 куб.м»; «укладка стальных водопроводных труб с гидравлическим испытанием диаметром 100 мм» в объеме 0,045 км»; «трубы стальные электросварные прямошовные из стали марок БСт2кп-БСт4кп и БСт2пс-БСт4пс, ППУ-ПЭ, наружный диаметр: 108 мм, толщина стенки 4,0 мм» в объеме 45,18 м. (п.10 акта); «сегменты теплоизоляционные из пенополиуретана для труб диаметром: 108 мм, толщиной изоляции 35 мм, длиной 1000 м» в объеме 45,18 м.; «комплект заделки стыка с ПЭ-оболочкой 180/180» в объеме 14 шт.; «врезка в существующие сети из стальных труб стальных штуцеров (патрубков) диаметром: 100 мм» в объеме 1 шт.; «устройство металлических ограждений: с поручнями из хвойных пород» в объеме 24 м.; «поручни из древесины тип:П-1 сечение 26х54 мм» в объеме 24,48 м.; «планировка площадей бульдозерами мощностью: 59 кВт (80 л.с.)» в объеме 500 кв.м.; «устройство подстилающих и выравнивающих слоев оснований: из щебня» в объеме 75 куб.м.; «разработка грунта с погрузкой на автомобили-самосвалы экскаваторами с ковшом вместительностью: 0,5 (0,5-063) куб.м, группа грунтов 2» в объеме 94,5 куб.; «перевозка грузов автомобилями-самосвалами грузоподъемностью 10 т, работающих вне карьера, на расстояние до 10 км 1 класс груза» в объеме 132,3 т., а всего на общую сумму 546 138 руб. 51 коп., а администрацией МО *** под влиянием обмана приняты эти работы, которые фактически не проводились.

Впоследствии управлением финансов администрации МО «***» *** по платежным поручениям № 545 от 30 ноября 2023 года, № 569 от 07 декабря 2023 года, № 641 от 27 декабря 2023 года на расчетный счет ООО «***» были перечислены бюджетные денежные средства в сумме 3 499 764 рубля 49 копеек, в числе которых 546 138 руб. 51 коп. перечислены за материалы и работы, которые ООО «***»» по вышеуказанному муниципальному контракту фактически не использовались и не проводились, тем самым были обращены ФИО1 в пользу возглавляемого им ООО «***», чем причинен ущерб бюджету МО *** на эту сумму.

Вопреки утверждениям апелляционной жалобы, доводы осужденного и стороны защиты о невиновности ФИО1, отсутствии у него умысла на хищение, а также безвозмездном выполнении им в рамках контракта других объемов работ большей стоимости, являлись предметом всесторонней судебной проверки и обоснованно судом отвергнуты.

Так, представитель потерпевшего *** А.Н., являющийся главой администрации МО ***, показал, что на 2023 год в муниципальном бюджете были предусмотрены денежные средства на ремонт родника в с. ***. Благоустройство и расчистка родника «***» предполагало строительство и установку деревянной купели на роднике, моста через русло реки и подъездной дороги до родника на общую сумму 3 499 764 руб. 49 коп. В этой связи была составлена соответствующая смета до заключения контракта, прошедшая ценовую экспертизу. Было выбрано место и объявлен конкурс на благоустройство родника. Победителем торгов стало ООО ***, с которым 17 октября 2023 года был заключен соответствующий контракт.

Впоследствии вносились некоторые изменения в части выполняемых работ.

Так, дорожное покрытие изначально планировалось сделать асфальтобетонным, но погодные условия не позволили положить асфальт, поэтому решено было оставить щебеночное покрытие. Планировалось установить сруб купели на деревянные венцы, но из-за болотистой местности решено поднять и установить сруб на железные сваи. В смете был заложен сруб для купели меньшим размером, но было решено купель изготовить размером больше.

На основании этих изменений менялась и локальная смета, которую подготовил уже сам ФИО1 (локальный сметный расчет № ***). При этом вносимые изменения на стоимость контракта не повлияли.

В процессе выполнения работ ФИО1 готовил справки о стоимости и акты выполненных работ, которые он, ***, подписывал. На основании этих документов подрядчику перечислены денежные средства по контракту.

По его мнению, на момент принятия работ, подрядчиком были выполнены глобальные работы согласно смете – установка купели, переходного моста и подъездной дороги.

Вместе с тем смета содержит множество позиций, которые при приемке работ фактически не проверялись и не сверялись с фактически выполненными работами, в связи с чем подтвердить их фактическое выполнение он не может, тогда как ФИО1 заверил его об этом.

Одновременно с этим подтвердил, что подрядчиком не были установлены трубы, предназначенные для водоотлива из траншей.

Впоследствии он неоднократно напоминал ФИО1 про работу купели в части ее непосредственного функционирования. Купель стоит без воды. Изначально была осуществлена врезка в трубу из родника, поэтому купель функционировала по своему непосредственному назначению, была вода проточная. Вода в колодце поднялась и застаивается, купель не функционирует, заросла травой, имеет неровности, ямы, минимум щебня. Полагает, что работы по расчистке и благоустройству родника «***» не соответствует локальной смете, при этом денежные средства по контракту подрядчику выплачены в полном объеме.

Свидетель *** А.Р., являющийся начальником управления капитального строительства администрации МО «***», показал, что в 2023 году им составлена смета по благоустройству родника «***» в с. ***, в которую впоследствии внесены были некоторые изменения, поскольку изначально планировалось сделать дорогу асфальтированную, но покрытие дороги решили сделать щебеночным. Изменения были внесены в отношении моста и сруба. Поскольку местность болотистая, приняли решение поднять и установить сруб купели на железные сваи, сруб решили сделать большим размером в рамках выделенных денежных средств, то есть это на стоимость контракта не повлияло.

По окончанию работ был подготовлен комиссионный акт осмотра.

Свидетель *** М.Е., являющийся начальником отдела ЖКХ МО «***», показал, что участия он в мероприятии по благоустройству родника не принимал, по окончании строительства купели на роднике «***» подписал акт выполненных работ, не выезжая на соответствующее место.

Из показаний свидетеля *** А.А., являющейся жителем с. ***, следует, что вышеуказанный объект благоустройства пострлен на заболоченной местности, работы, как она полагает, велись ненадлежащим образом и фактически завершены не были. В январе 2024 года, ближе к празднику Крещения, коммуникаций проведено не было, вода не поступала. На сайте она видела расчетную смету, ряд выполненных работ совсем ей не соответствовал. Мостик через ручей сделан совсем узкий, с поручнями из металлических трубочек. Подъезд к роднику не был разровнен и отсыпан, тогда как в смете было указано, что подъездные пути, площадка должны быть отсыпана щебнем. При купании на Крещение вода в купели набиралась с помощью насосов. В настоящее время родник по своему предназначению не функционирует.

Согласно заключению строительно-технической экспертизы № *** от 25 сентября 2025 года, объем фактически выполненных работ по вышеуказанному объекту благоустройства не соответствует объему, отраженному в локальном сметном расчете № ***.

Стоимость фактически выполненных работ по расчистке и благоустройству родников «***» с. ***, предусмотренных локальным сметным расчетом № ***, составляет 2 953 625 руб. 98 коп.

Стоимость фактически выполненных работ по расчистке и благоустройству родника «***» с. ***, предусмотренных локальным сметным расчетом № ***, не соответствует стоимости, отраженной в локальном сметном расчете № ***. Разница составляет 546 138 руб. 51 коп. В эту сумму входят позиции, предусматривающие выполнение водоотлива, укладку стальных водопроводных труб с гидравлическим испытанием диаметром 100 мм в объеме 0,045 км, (фактически данный вид работ выполнен в объеме 0,008 км.), труб стальных электросварных прямошовных из стали марок БСт2кп-БСт4кп и БСт2пс-БСт4пс, ППУ-ПЭ, наружный диаметр 108 мм. в объеме 45,18 м. (фактически данный вид работ выполнен в объеме 8 м.), сегментов теплоизоляционных из пенополиуретана для труб диаметром: 108 мм, толщиной изоляции 35 мм, длиной 1000 мм» в объеме 45,18 м. (фактически данный вид работ выполнен в объеме 8 м.), комплекта заделки стыка с ПЭ-оболочкой 180/180» в объеме 14 шт. (фактически данный вид работ не выполнен), врезке в существующие сети из стальных труб стальных штуцеров (патрубков) диаметром: 100 мм» в объеме 1 шт. (фактически данный вид работ не выполнен), устройство металлических ограждений: с поручнями из хвойных пород» в объеме 24 м, (фактически данный вид работ не выполнен), поручни из древесины тип: П-1 сечение 26х54 мм» в объеме 24,48 м. (фактически данный вид работ не выполнен), планировка площадей бульдозерами мощностью: 59 кВт (80 л.с.)» в объеме 500 кв.м. (фактически не выполнен), устройство подстилающих и выравнивающих слоев оснований: из щебня в объеме 75 м3, (фактически не выполнено), разработка грунта с погрузкой на автомобили-самосвалы экскаваторами с ковшом вместимостью: 0,5 (0,5-0,63) м3, группа грунтов 2» в объеме 94,5 м3, (фактически данный вид работ не выполнен), перевозка грузов автомобилями-самосвалами грузоподъемностью 10 т, работающих вне карьера, на расстояние: до 10 км I класс груза» в объеме 132,3 т., (фактически данный вид работ не выполнен).

Из заключения строительно-технической экспертизы № *** от 17 июля 2025 года следует, что стоимость фактически выполненных работ по расчистке и благоустройству родника «***» с. ***, предусмотренных локальным сметным расчетом №***, не соответствует стоимости, отраженной в локальном сметном расчете №***. Разница составляет 565 121 руб. 35 коп.

Допрошенный судом эксперт *** А.В. показал, что им были в отношении вышеуказанного объекта проведены две строительно-технические экспертизы, в результате выявлены несоответствия объемов работ.

В ходе осмотра были зафиксированы все выполненные работы на объекте. В ходе проведения натурного осмотра, геометрических замеров фактически выполненных работ предусмотренных актами о приемке выполненных работ № 1 от 15 ноября 2023 года, № 2 от 30 ноября 2023 года, № 3 от 01 декабря 2023 года установлено, что не все работы, которые были отражены в смете и в актах выполненных работ, были фактически осуществлены.

Так, в ходе проведения натурного осмотра и определения геометрических параметров выполненных работ по расчистке и благоустройству родников «***» с. ***, предусмотренных актами о приемке выполненных работ № 1 от 15 ноября 2023, № 2 от 30 ноября 2023 года, № 3 от 01 декабря 2023 года было установлено, что объем фактически выполненных работ не соответствует объему, отраженному в актах о приемке выполненных работ № 1 от 15 ноября 2023 года, № 2 от 30 ноября 2023 года, № 3 от 01 декабря 2023 года.

Стоимость фактически/условно выполненных работ по расчистке и благоустройству родников «***» с. ***, предусмотренных локальным сметным расчетом № ***, не соответствует стоимости, отраженной в локальном сметном расчете № ***. Разница составляет 546 138 руб. 51 коп.

Таким образом, выводы эксперта согласуются с совокупностью исследованных доказательств, в том числе и результатами осмотра места происшествия с участием специалиста-эксперта отдела строительства и архитектуры Администрации МО «***» *** О.Г., согласно которым зафиксирована обстановка, произведены замеры выполненных работ на объекте. Установлено, что объемы фактически выполненных работ не соответствуют локально-сметному расчету № ***. Раздел 2 КС №1 «Мостик через ручей» предусматривает металлические ограждения с деревянными поручнями из хвойных пород, а фактически из металлических труб, установлены несоответствие укладки стальных водопроводных труб, сегмента теплоизоляционного из полиуретана.

Суд пришел к правильному выводу о допустимости и достоверности заключений строительно-технических экспертиз, составленных с соблюдением требований закона, уполномоченными лицами, предупрежденными об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, существенных нарушений при назначении судебных экспертиз и их проведении не имелось, в связи с этим не имеется оснований сомневаться в правильности выводов квалифицированного эксперта.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, объективная критическая оценка дана судом и представленному стороной защиты акту экспертного исследования № ***, составленному НЭКЦ «***», поскольку данный акт не свидетельствует о выполнении всех работ и не является доказательством выполнения работ, указанных в смете. Кроме того, данный акт был получен непроцессуальным путем, лица, его составившие, не предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо заключения, не признавались экспертами в рамках настоящего уголовного дела.

Доводы стороны защиты о том, что работы на вышеуказанном объекте выполнены подрядчиком сверх стоимости, указанной в смете, объективного своего подтверждения не нашли, учитывая также и отсутствие достоверных доказательств согласования таких работ и их стоимости, тогда как по делу объективно установлено невыполнение подрядчиком части вышеуказанных работ, предусмотренных сметой в рамках контракта, что в целом фактически не отрицается самим ФИО1, внесшим в отчетную документацию недостоверные сведения о выполнении этих работ, в чем и заключается обман заказчика, в результате которого незаконно изъята часть денежных средств в рамках контракта. Последующее распоряжение денежными средствами, в том числе, как указывает сторона защиты и осужденный, фактически на цели благотворительности, благоустройство села и т.п., не свидетельствуют об отсутствии умысла у ФИО1 на хищение бюджетных денежных средств, составляющих стоимость невыполненных работ, поступивших на счет его организации, в связи с чем он получил возможность бесконтрольно ими распорядиться по своему усмотрению, что и является их незаконным изъятием.

Доводы стороны защиты об отсутствии проекта и технического задания по контракту, как полагает судебная коллегия, не влияют на правовую квалификацию действий ФИО1, эти обстоятельства не оспаривались в установленном законом порядке и подрядчик не отказался в связи с этим от проведения работ, имея корыстную цель и совершив хищение денежных средств, а его доводы судебная коллегия расценивает как избранный способ защиты.

Показания допрошенных свидетелей, представленные стороной защиты суду первой инстанции фотокопиями также достоверно не подтверждают отсутствие у ФИО1 умысла на хищение, безвозмездном характере его действий, поскольку изъятие денежных средств являлось незаконным, безвозмездным, совершенным с корыстной целью, в результате такого изъятия причинен реальный ущерб.

Оснований для назначения повторных и дополнительных экспертиз не имеется, поскольку судом не установлено предусмотренных ст. 207 УПК РФ оснований.

Размер реально причиненного материального ущерба, относящегося к крупному, установлен правильно, приговор в этой части содержит мотивированные выводы.

Таким образом, на основании совокупности доказательств суд сделал правильные выводы о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ.

Квалификация действий осужденного в приговоре надлежащим образом мотивирована, основана исключительно на юридических обстоятельствах, правильно установленных судом и соответствующих фактическим обстоятельствам дела.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, отсутствуют основания полагать о составлении обвинительного заключения с нарушениями, которые бы исключали возможность постановления судом приговора на основе данного заключения.

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ и содержанию аудиозаписи судебного заседания.

В судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона допущено не было, принцип состязательности сторон соблюден.

Все доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, стороны в полной мере довели до суда свою правовую позицию по делу, право на защиту нарушено не было.

Подлежащие доказыванию обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, установлены и в приговоре изложены правильно.

Приговор постановлен в соответствии с требованиями главы 39 УПК РФ, нарушений положений ст. 307 УПК РФ, которые являлись бы основанием для отмены обвинительного приговора, не допущено, доказательствам и доводам сторон дана надлежащая оценка.

При назначении наказания осужденному ФИО1 судом были учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, сведения о личности виновного, имеющиеся смягчающие наказание обстоятельства, перечисленные в приговоре. При этом судом сделаны обоснованные выводы о назначении осужденному наказания в виде штрафа.

Одновременно с этим совокупность имеющихся смягчающих наказание обстоятельств исключительной не является, оснований для назначения наказания в соответствии со ст. 64 УК РФ не имеется, как и для изменения категории совершенного преступления на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В ходе судебного разбирательства было обеспечено равенство прав сторон, которым суд создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, обвинительного уклона допущено не было, принцип состязательности соблюден.

Все доказательства исследованы судом по инициативе сторон, заявленные ходатайства разрешены в установленном законом порядке, стороны в полной мере довели до суда свою правовую позицию по делу, право на защиту не нарушено.

Приговор в части решения вопросов, связанных с вещественными доказательствами, гражданским иском и обеспечительными мерами в виде сохранения ареста на автомобиль осужденного до исполнения приговора в части иска, также является мотивированным, соответствует требованиям закона.

Вопреки доводам стороны защиты, исковое заявление подано в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, требования о признании соответствующего муниципального образования гражданским истцом, а ФИО1 – гражданским ответчиком, соблюдены, соответствующие процессуальные права разъяснены.

Вместе с тем приговор подлежит изменению, поскольку судом при сохранении ареста на автомобиль осужденного до уплаты штрафа не учтено, что ФИО1 такое наказание назначено в качестве основного, а в случае злостного уклонения от его уплаты ч. 5 ст. 46 УК РФ не предусматривает принудительного исполнения такого наказания, штраф заменяется иным наказанием.

В связи с этим судебная коллегия исключает из приговора указание о сохранении ареста на принадлежащий ФИО1 автомобиль ЛАДА *** LADA *** 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак ***, до исполнения приговора в части наказания в виде штрафа, сохраняя его до исполнения гражданского иска.

Вносимые в приговор изменения не ставят под сомнение законность, обоснованность и справедливость обжалуемого приговора в остальной части.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Карсунского районного суда Ульяновской области от 16 января 2026 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить указание о сохранении ареста на принадлежащий ФИО1 автомобиль ЛАДА *** LADA *** 2018 года выпуска, государственный регистрационный знак ***, до исполнения приговора в части наказания в виде штрафа, считать, что арест на данный автомобиль сохранен до исполнения приговора в части гражданского иска.

В остальном приговор оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы или представления:

- в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения через суд первой инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ порядке;

- по истечении вышеуказанного срока – непосредственно в суд кассационной инстанции для рассмотрения в предусмотренном статьями 401.10-401.12 УПК РФ порядке.

Лицо, в отношении которого вынесено итоговое судебное решение, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи