ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ СЕВЕРНАЯ ОСЕТИЯ – АЛАНИЯ

Дело № 22-428/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Владикавказ 11 августа 2021 года

Верховный Суд Республики Северная Осетия – Алания в составе:

председательствующего Баликоева С.Д.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Доевой А.Т.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела Прокуратуры Республики Северная Осетия – Алания Дзагоева А.А.,

следователя следственной группы - ФИО1,

обвиняемого Ж.И.М., посредством системы видеоконференц-связи, установленной в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по ... – Алания,

его защитника – адвоката Цечоева А.М.,

рассмотрел в судебном заседании материалы судебного дела по апелляционной жалобе адвоката Цечоева А.М. в интересах обвиняемого Ж.И.М. на постановление Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания от 24 июня 2021 года, которым 

Ж.И.М., ... года рождения, уроженцу ..., Республики Ингушетия, гражданину Российской Федерации, со средним образованием, женатому, имеющему на иждивении малолетнего ребёнка, работавшему оператором котельной, не судимому, проживающему по адресу: ...,

обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2 ст. 208 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 3 (три) месяца, а всего до 8 (восьми) месяцев, то есть до 29 сентября 2021 года.

Проверив представленные материалы, заслушав выступления адвоката Цечоева А.М. и обвиняемого Ж.И.М., поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также мнение следователя ФИО1 и прокурора Дзагоева А.А., полагавших постановление суда оставить без изменения, а жалобу - без удовлетворения, апелляционный суд

у с т а н о в и л:

постановлением Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания от 24 июня 2021 года в отношении Ж.И.М., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2 ст.208, срок содержания его под стражей продлён на 3 (три) месяца, а всего до 8 (восьми) месяцев, то есть до 29 сентября 2021 года.

С принятым судебным решением не согласен защитник обвиняемого - адвокат Цечоев А.М., который считает постановление суда незаконным, необоснованным, и подлежащим отмене. По мнению апеллянта, обжалуемое постановление не соответствует требованиям закона о том, что в каждом конкретном случае необходимо обсуждать возможность применения более мягкой меры пресечения, вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу. Считает, что конкретных, фактических доказательств наличия предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, то есть данных о том, что Ж.И.М., будучи под иной мерой пресечения может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства по уголовному делу, либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу, суду представлено не было, при этом судом надлежащим образом не были исследованы основания правомерности продления срока содержания под стражей Ж.И.М., а доводы следствия о необходимости проведения отдельных следственных действий свидетельствуют о допущенной волоките при расследовании уголовного дела. Считает также, что все следственные действия можно было осуществить в разумный срок, и что неэффективная организация предварительного расследования сама по себе не является основанием для продления срока следствия и влечёт вынесение судом частного постановления, поскольку невозможность окончания предварительного расследования в срок до 8 месяцев не обоснована и не оправдана. По его мнению, суд проигнорировал факты несвоевременного проведения следственных мероприятий и без должной мотивировки согласился с тем, что столь суровая мера пресечения оправдана необходимостью проведения ряда следственных действий. Обосновывая своё решение, суд руководствовался исключительно тяжестью совершённого преступления и не рассмотрел вопрос о возможности применения в отношении Ж.И.М. иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, такой как домашний арест, который также подразумевает существенные ограничения прав обвиняемого на передвижение, общение с посторонними людьми и является достаточно эффективной мерой пресечения. Тем более, что следствием не предоставлено сведений в обоснование доводов ходатайства о том, что обвиняемый может скрыться от следствия и воспрепятствовать его ходу, тогда как он таких намерений не имеет. Указывает, что следователь в судебном заседании подтвердил, что каких-либо сведений о фактах давления Ж.И.М. на свидетелей с целью изменения показаний, а также подтверждённых попыток скрыться от органов расследования или иным образом воспрепятствовать ходу расследования у следствия не имеется. Полагает, что доводы ходатайства ничем не подтверждены. Однако суд должным образом не оценил доводы защиты, что создаёт преимущество и является признаком пристрастности суда, так как судом недостаточно учтены данные о личности обвиняемого, который имеет на территории ... ... постоянное место жительство, до ареста работал, имел свой бизнес, положительно характеризуется, ранее не судим, на учёте в наркологическом и психоневрологическом диспансерах не состоит, имеет мать-инвалида и малолетнего ребёнка. Несмотря на это в основу постановления суд положил только тяжесть вменяемого Ж.И.М. преступления, а его второстепенная роль в случившемся и негативное отношение к преступлению не были учтены, поэтому этот недостаток просит восполнить на этапе апелляционного рассмотрения дела, в том числе для объективной оценки личности подзащитного и его позиции по делу, для выяснения того, может ли он, находясь под домашним арестом или иной мерой пресечения помешать расследованию, при том, что следствием уже проведены все необходимые следственные действия, направленные на получение и закрепление доказательств. В подтверждение доводов ссылается на Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога и запрета определенных действий», положения которого, по его мнению, не были учтены судом при продлении срока содержания Ж.И.М. под стражей, в том числе на п. 21 названного Постановления. Считает, что выводы суда противоречат смыслу ст. 22 Конституции РФ, которая отдаёт приоритет праву человека на свободу. Со ссылкой на Постановление Конституционного суда РФ от 13 июня 1996 года № 14-П указывает, что недопустимость избыточного по продолжительности содержания под стражей вытекает из п. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому каждый имеет право на рассмотрение любого предъявленного ему обвинения без неоправданной задержки, что в первую очередь касается лиц, лишённых свободы на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод, а также практика Европейского суда по правам человека исходит из того, что продолжительное содержание под стражей может быть оправдано только в том случае, если существует реальное требование публичного интереса, который, несмотря на презумпцию невиновности, превышает принцип уважения личной свободы. Приводит довод со ссылкой на решение Европейского суда, что ч. 2 п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не даёт судебным органам возможности выбора между доставкой обвиняемого к судье в течение разумного срока или его освобождением до суда, что тяжесть грозящего наказания является значительным фактором в оценке риска воспрепятствовать правосудию, однако необходимость в продолжении лишения свободы не может определяться умозрительно, с учётом только тяжести преступления, так как определяющим условием законности содержания под стражей является обоснованное подозрение, что задержанный совершил преступление, что тоже по прошествии времени перестает быть достаточным и лицо, обвиняемое в преступлении, должно освобождаться до суда, если не будет продемонстрировано, что имеются относимые и достаточные причины, оправдывающие продолжение содержания его под стражей. Поэтому суды должны устанавливать существование конкретных фактов, имеющих отношение к основаниям длительного содержания под стражей, исследовать все факты, свидетельствующие в пользу или против существования реального требования публичного интереса, оправдывающего, с надлежащим учётом принципа презумпции невиновности. Отход от правил уважения личной свободы и отклонение ходатайств об освобождении следует обосновывать в своих решениях. Полагая, что необходимости в продлении срока содержания под стражей по данному обвинению не имелось, просит отменить постановление суда, изменив Ж.И.М. меру пресечения на домашний арест.

В возражениях старший помощник прокурора отдела по надзору за исполнением законов о федеральной безопасности, межнациональных отношениях, противодействии экстремизму и терроризму прокуратуры РСО – Алания ФИО2 считает постановление законным и обоснованным, а апелляционную жалобу адвоката Цечоева А.М. необоснованной и не подлежащей удовлетворению, поскольку оснований для отмены или изменения ранее избранной и продлённой в отношении Ж.И.М. меры пресечения в виде заключения под стражу в ходе рассмотрения ходатайства не установлено. Обстоятельства, со ссылкой на которые было принято решение о заключении его под стражу, сохраняют своё значение как основание для продления срока содержания под стражей. Представленные органом расследования доказательства судом исследованы и учтены при принятии решения, которые наряду с материалами дела, являются достаточными для вывода о том, что, находясь на свободе, Ж.И.М. сможет оказать давление на свидетелей и препятствовать объективному расследованию, и свидетельствуют о невозможности избрания ему более мягкой меры пресечения. При этом не имеется обстоятельств, препятствующих содержанию Ж.И.М. под стражей, в том числе существенных нарушений уголовно-процессуального закона судом не установлено. При этом требования ст. ст. 108 и 109 УПК РФ судом соблюдены, а также приняты во внимание положения Конституции РФ и девствующее уголовное и уголовно-процессуальное законодательство РФ. Просит обжалуемое постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Цечоева А.М. – без удовлетворения.

В возражениях на апелляционную жалобу старший следователь по особо важным делам управления по расследованию особо важных дел Главного следственного управления С.А.В. считает постановление суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению, поскольку апелляционная жалоба адвоката Цечоева А.М. не основана на материалах дела, законе и фактических обстоятельствах, а судом первой инстанции не допущено нарушений, которые имеют место быть, по мнению стороны защиты. Считает, что суд в полной мере обеспечил сторонам возможность осуществить свои процессуальные права, вытекающие из ст. 109 УПК РФ, ходатайство о продлении срока содержания под стражей отвечает установленным правилам и рассмотрено с соблюдением правил подсудности, а судебное заседание проведено в строгом соответствии с законом, а также соблюдения всех принципов судопроизводства, в том числе состязательности и равноправия сторон, права на защиту и презумпции невиновности. При этом судом оценены доводы всех участников процесса, а сторонам предоставлены равные возможности для реализации своих правомочий. Разрешая вопрос по существу, суд справедливо учёл тяжесть преступлений, в совершении которых обвиняется Ж.И.М., обьём следственных и процессуальных действий, которые выполнены и которые необходимо выполнить, и с учётом совокупности данных о личности обвиняемого обоснованно пришёл к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, последний может скрыться от следствия и суда, а также иным путем воспрепятствовать производству по делу. 

Просит постановление оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Проверив поступившие материалы дела, выслушав стороны и обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения, суд апелляционной инстанции находит постановление суда первой инстанции подлежащим оставлению без изменения.

Согласно положениям ст. 22, п. 3 ст. 55 Конституции РФ, ст. ст. 2, 8 Декларации прав и свобод человека и гражданина, а также п. «с» ч. 1 ст. 5 Конвенции от 4 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод», ограничение свободы человека может иметь место только по решению суда и в пределах, признанных необходимыми, для того, чтобы предотвратить совершение нового правонарушения или помешать скрыться от компетентных органов, а также в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ, суд вправе избрать обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу, если имеются основания полагать, что лицо может скрыться от следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать расследованию и установлению истины по уголовному делу или иным путём препятствовать производству. 

На основании ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлён судьей районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ на срок до 6 месяцев. Дальнейшее продление срока может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьей того же суда по ходатайству следователя, внесённому с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

Приведённые выше требования закона судом первой инстанции соблюдены. 

Так, из представленных следствием материалов следует, что Ж.И.М. обвиняется в совершении 2 (двух) особо тяжких преступлений, а именно в участии в деятельности организации, которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической, а также в участии в вооружённом формировании, не предусмотренном федеральным законом, то есть в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2 ст. 208 УК РФ. 

Предварительным следствием установлено, что Ж.И.М. в период до 20 января 2021 года, но не ранее 14 ноября 2013 года, вступил в террористическую организацию ... и стал её участником, а также участником созданного Б.А.А. и иными лицами незаконного вооружённого формирования. Ж.И.М. выполнял обязанности по поддержанию деятельности указанной террористической организации и незаконного вооружённого формирования, обеспечивал скрытное проживание на территории ... и снабжения продуктами питания участников этой террористической организации и незаконного вооружённого формирования, в том числе Л.И.Д., Г.А.М., Б.Ю.С. и иных лиц в целях осуществления ими террористической деятельности.

... Ж.И.М. был задержан и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2 ст. 208 УК РФ.

... Ленинским районным судом г. Владикавказа в отношении Ж.И.М. была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, а срок содержания Ж.И.М. под стражей впоследствии продлевался. 

В связи с тем, что 29 июня 2021 года истекал установленный судом срок содержания Ж.И.М. под стражей следователь С.А.В. обратился в Советский районный суд г. Владикавказа с ходатайством о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. 

Как видно из представленных материалов, при решении вопроса о продлении срока содержания обвиняемого Ж.И.М. под стражей, суд исследовал представленные следователем документы, выслушал участников процесса, учёл объём процессуальных и следственных действий, которые необходимо выполнить по делу, а также данные о личности обвиняемого. 

Суд принял во внимание, что Ж.И.М. обвиняется в совершении особо тяжких преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20, учёл обстоятельства предъявленного обвинения, необходимость выполнения ряда следственных и процессуальных действий, в связи с чем, поэтому обоснованно пришёл к выводу о необходимости удовлетворения ходатайства следователя. 

Лаконичные выводы, изложенные в судебном постановлении, основаны на представленных органом предварительного следствия и исследованных в ходе судебного заседания материалах, не доверять которым у суда оснований не имелось.

При таком положении суд первой инстанции принял законное, обоснованное и правильное решение, поскольку основания и обстоятельства, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ и учтённые судом при избрании Ж.И.М. меры пресечения в виде заключения под стражу, на момент продления ему ... срока содержания под стражей кардинального изменения не претерпели.

Вместе с тем новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, по существу не возникло, тогда как принятые ранее по этому поводу судебные постановления не отменены и не утратили законной силы. Также не отпала процессуальная необходимость в сохранении в отношении Ж.И.М. самой строгой меры пресечения в виде заключения под стражу, учитывая общественную опасность инкриминируемых ему особо тяжких преступлений и наличие данных о возможной причастности к ним обвиняемого, что в соответствии с ч. 2 ст. 97 УПК РФ, является достаточным основанием для продления ему срока содержания под стражей, в том числе с целью обеспечения исполнения возможного приговора суда. 

При этом опасение, что обвиняемый Ж.И.М. может скрыться от предварительного следствия или суда основано на совокупности фактических обстоятельств уголовного дела, учитывая, прежде всего, тяжесть вменяемых ему преступлений, их террористическую направленность, а также степень их общественной опасности, характер и способы совершения. 

При этом исследованные в судебном заседании материалы и учтённые судом первой инстанции обстоятельства в своей совокупности позволяли прийти к логичному выводу о том, что имеются достаточные основания полагать, что Ж.И.М., будучи освобождён из-под стражи, опасаясь уголовного преследования, может скрыться от органов предварительного следствия и суда, неправомерно воздействовать на участников уголовного судопроизводства либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу, что одновременно свидетельствует об отсутствии оснований и нецелесообразности изменения ранее избранной меры пресечения. 

Таким образом, решение суда о продлении срока содержания обвиняемого Ж.И.М. под стражей на 3 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть до ... основано на оценке совокупности фактических данных и обстоятельств, которые объективны и подтверждаются представленными в суд материалами. 

Общий срок содержания обвиняемого Ж.И.М. в условиях изоляции от общества соответствует требованию п. «с» ч.1 ст.5 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод», не расходится с позицией Европейского суда по правам человека о разумных сроках уголовного судопроизводства и согласуется с положением ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации, предусматривающей ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина в той мере, в какой это необходимо в целях защиты прав и законных интересов других граждан и организаций. 

Суд апелляционной инстанции, сопоставив испрашиваемый срок содержания обвиняемого Ж.И.М. под стражей и общее время нахождения его под стражей с возможным наказанием, предусмотренным ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2. ст. 208 УК РФ, принимает во внимание общественные отношения, являющиеся объектом посягательства, и находит избранную ранее меру пресечения в виде заключения под стражу соразмерным содеянному, а с учётом предъявленного ему обвинения считает, что решение суда о продлении срока содержания его под стражей является легитимным и обоснованным, исходя из того, что в данном конкретном случае общественные (публичные) интересы, связанные с расследованием уголовного дела, пока превосходят важность принципа уважения личной свободы. 

Поэтому продление срока содержания под стражей на 3 месяца, а всего до 8 месяцев нельзя признать чрезмерным, недопустимым и незаконным судебным решением, поскольку иные меры пресечения, не связанные с содержанием под стражей Ж.И.М., в том числе в виде домашнего ареста, не смогут обеспечить гарантированного выполнения возложенных на него нормами УПК РФ обязанностей, которые заключаются в том, чтобы не угрожать потерпевшим и свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, не уничтожить доказательства либо иным путём не воспрепятствовать производству по уголовному делу, не уклоняться от явки к следователю и в суд. 

Судебное разбирательство проведено полно и согласно процедуре, предусмотренной ст. ст. 108 и 109 УПК РФ, с соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, то есть в условиях обеспечения принципов состязательности и равенства сторон, когда были созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления ими предоставленных прав; постановление вынесено в установленный срок и без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу; выводы суда о необходимости продления в отношении Ж.И.М. срока содержания под стражей в постановлении в достаточной степени мотивированы и согласуются с фактическими обстоятельствами, установленными в судебном заседании.

Помимо прочего, суд первой инстанции учёл, что в судебное заседание было представлено отвечающее требованиям закона постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. 

В частности, ходатайство составлено уполномоченным на то должностным лицом - следователем, в производстве которого находится уголовное дело, подано с согласия соответствующего руководителя следственного органа и в установленные сроки, необходимые материалы, подтверждающие изложенные в нём доводы, приложены.

В постановлении о возбуждении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей приведены достаточные фактические данные, связанные с возбуждением уголовного дела и непосредственным ходом предварительного следствия, указаны основания и мотивы продления срока содержания обвиняемого под стражей. 

Кроме того, в мотивировочной части постановления следователем изложена суть обстоятельств, исключающих возможность применения к обвиняемому Ж.И.М. иной меры пресечения. 

При задержании Ж.И.М. были выполнены процессуальные требования, предъявляемые к условиям и порядку задержания.

Процедура привлечения Ж.И.М. в качестве обвиняемого, а также предъявления ему обвинения, регламентированные главой 23 УПК РФ, органом предварительного следствия соблюдена.

Обвиняемый Ж.И.М. имеет постоянное место жительства на территории Российской Федерации, характеризуется положительно, социализирован (женат), у него на иждивении малолетний ребёнок и мать-инвалид. 

Однако эти и другие положительные данные о его личности не могут быть гарантией его надлежащего поведения и безусловным основанием для отмены или изменения меры пресечения. 

Между тем ограничения прав и свобод могут быть оправданы публичными интересами, если такие ограничения, как в данном случае, отвечают требованиям справедливости, являются пропорциональными, соразмерными и необходимыми для целей защиты других конституционно важных и значимых ценностей.

Суд апелляционной инстанции не нашёл обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость инкриминируемых Ж.И.М. деяний либо способных повлечь за собой освобождение его от уголовной ответственности, а применение в отношении последнего более мягкой меры пресечения воспрепятствует реализации задач уголовного судопроизводства и установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с требованиями ст. 6 и 73 УПК РФ.

При этом на данной стадии уголовного процесса суд не вправе входить в обсуждение вопросов виновности или невиновности Ж.И.М., давать оценку полученным по делу доказательствам с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, делать категорические суждения о правильности квалификации инкриминируемого ему деяния, ибо эти обстоятельства подлежат разрешению судом первой инстанции в ходе рассмотрения уголовного дела по существу. 

Апелляционный суд не усматривает волокиты и неэффективной организации расследования по данному уголовному делу.

Таким образом, принятое судом первой инстанции решение не противоречит разъяснениям, отражённым в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (ред. от 11 июня 2020), а также правовым позициям Европейского Суда по правам человека, так как не привело к нарушению конституционных прав обвиняемого на защиту от уголовного преследования, не стало препятствием свободному доступу его к правосудию. 

В этой связи, в соответствии со ст. 110 УПК РФ, мера пресечения может быть отменена, если в ней отпадёт необходимость или изменена на более мягкую, когда изменятся основания, предусмотренные ст. ст. 97, 99 УПК РФ. 

Кроме того, обвиняемый Ж.И.М. не лишён возможности активно защищать свои права и интересы лично, в том числе посредством правовой помощи профессионального адвоката - Цечоева М.М. 

Обстоятельств, которые бы указывали на наличие препятствий и невозможности содержания Ж.И.М. под стражей по состоянию здоровья или в силу иных причин, в судебном заседании не установлено. 

Нарушений норм Конституции Российской Федерации, Европейской Конвенции «О защите прав человека и основных свобод», уголовно-процессуального закона (УПК РФ) и положений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога, запрета определённых действий» (в ред. от 11 июня 2020 года), препятствовавших рассмотрению ходатайства следователя и принятию по нему положительного решения, ввиду того, что путём лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства или иным образом повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и мотивированного решения, отвечающего требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, допущенных органом предварительного следствия и судом первой инстанции, апелляционная инстанции не выявила.

При таком положении, исходя из принципа независимости судебной власти, закреплённой в ст. ст. 10 и 120 Конституции Российской Федерации, принимая во внимание особую тяжесть, повышенную общественную опасность и характер инкриминируемых Ж.И.М. преступлений, наличие данных о событиях этих преступлений и причастности к ним обвиняемого, учитывая отсутствие гарантий беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении к обвиняемому Ж.И.М. иной, более мягкой меры пресечения, во избежание снижения эффективности мер контроля, необходимость предупреждения противодействия объективному разрешению уголовного дела, а также в целях предусмотренной ст. ст. 2, 17, 45, 55 Конституции РФ защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов граждан и общества в целом, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены или изменения постановления суда, в том числе по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 и 389.35 УПК РФ, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

постановление Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания от 24 июня 2021 года, которым Ж.И.М., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 205.5 и ч. 2 ст. 208 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 3 (три) месяца, а всего до 8 (восьми) месяцев, то есть до 29 сентября 2021 года, оставить без изменения, а апелляционную жалобу его защитника - адвоката Цечоева А.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения, но может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

Обвиняемый Ж.И.М. вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении судебного материала судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Справка: ходатайство следователя рассмотрено судьёй Советского районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания ФИО3

Обвиняемый Ж.И.М. содержится в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по ... – Алания и принимал участие в судебном заседании посредством системы видеоконференц-связи, установленной в ФКУ СИЗО-1 ФСИН России по ... – Алания. 

Постановление25.08.2021