Дело № 66RS0007-01-2023-004782-43 

Производство № 2-200/2024

Мотивированное 

решение

 изготовлено 15 июля 2024 года 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 08 июля 2024года

Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Шириновской А.С., при помощнике судьи Высоцкой Д.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указано, что 11.03.2023 в 13 час. 40 мин. по 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Хендэ Солярис», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, также транспортного средства «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4 ФИО2, управляя автомобилем «Хендэ Соолярис» не обеспечил постоянный контроль за движением, допустил столкновение с автомобилем «Мерседес Бенц». ФИО5 обратился за страховым возмещением в страховую компанию «Гелиос» по прямому возмещению убытков, получил страховую выплату в размере 400 00 руб. В соответствии с экспертным заключением И от 11.06.2023 расходы на восстановительный ремонт автомобиля «Мерседес Бенц» составляют 1 469 533 руб. 23 коп. 

На основании изложенного, с учетом уточнений истец просит суд взыскать ущерб, причиненный дорожно-транспортным происшествием, в размере 1 218 700 руб., расходы по оплате экспертных услуг в размере 7 000, руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 583 руб. 

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом и в срок, воспользовался правом ведения дела с участием представителя.

Представитель истца ФИО6, действующий на основании доверенности, в судебном заседании поддержал заявленные требования по предмету и основаниям, настаивал на удовлетворении иска в полном объеме, указав, что виновным в дорожно-транспортном происшествии является ФИО2 При этом полагает, что собственник транспортного средства, не оформивший надлежащим образом договор ОСАГО, также обязан нести ответственность при возмещении ущерба, причиненного источником повышенной опасности. 

Ответчики ФИО2, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом и в срок, воспользовались правом ведения дела через представителей.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска. Суду пояснила, что истцом не доказана причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и неблагоприятными последствиями, наступившими в результате дорожно-транспортного происшествия. Также пояснила, что ответчик имел право выехать на полосу встречного движения для совершения маневра обгона, поскольку перекресток являлся нерегулируемым, обгон производился по главной дороге. При этом обратила внимание, что истец перед поворотом налево убедился только в отсутствии транспортных средств, двигавшихся во встречном направлении, в связи с чем, полагает, что совершил поворот налево, не убедившись в безопасности маневра. Ответчик полагает, что истцом не представлено доказательств, что истцу недостаточно денежных средств, полученных в качестве страхового возмещения.

Представитель ответчика ФИО3, - ФИО9 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, суду пояснила, что ответчик ФИО2, совершая обгон по направлению 

<

адрес> на нерегулируемом перекрестке неравнозначных дорог 

<

адрес> с установленными на ней знаками приоритета, на котором 

<

адрес> является главной дорогой, не нарушил установленные ПДД РФ правила, запрещающие обгон в любом случае. ФИО2 начал маневр обгона, обогнал транспортное средство, далее завершить свой маневр не смог, поскольку водитель ФИО1 не убедившись в безопасности поворота, не дал завершить маневр. При этом водителю обгоняемого транспортного средства препятствовать обгону посредством повышения скорости движения или иными действиями запрещено создавать помехи при выполнении маневра. ФИО1 не имел преимущественного права движения. 

Представитель третьего лица ООО СК «Гелиос», АО «Зетта Страхование» в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом и в срок, причины неявки суду не известны. 

Также о времени и месте рассмотрения дела лица, участвующие в деле, извещались публично путем заблаговременного размещения в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информации на интернет-сайте Чкаловского районного суда г. Екатеринбурга.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы гражданского дела, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему. 

В силу положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как усматривается из материалов дела, ФИО1 на праве собственности принадлежит транспортное средство «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак № (т 2 л.д. 69).

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что 11.03.2023 в 13 час. 40 мин. по 

<

адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Хендэ Солярис», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО2, а также транспортного средства «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4 (т. 1 л.д. 43-49).

Как усматривается из пояснений ФИО1, данных сотрудникам ГИБДД непосредственно после дорожно-транспортного происшествия, 11.03.2023 он управлял технически исправным транспортным средством «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак №. Двигался по 

<

адрес> в сторону 

<

адрес> в районе дома № остановился для совершения маневра - поворота налево, пропуская транспортные средства, двигавшиеся во встречном направлении. Пропустил указанные транспортные средства, приступил к совершению маневра и неожиданно получил удар в левую часть транспортного средства. Считает виновным водителя транспортного средства «Хендэ Солярис» поскольку он не убедился в безопасности совершаемого маневра – обгона. 

Из пояснений водителя ФИО2, данных им сотрудникам ГИБДД непосредственно после ДТП, усматривается, что 11.03.2023 он управлял технически исправным транспортным средством «Хендэ Солярис», государственный регистрационный знак №, двигался по 

<

адрес> со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Впереди увидел машину и решил совершить обгон, начав маневр и обогнав машину я увидел автомобиль «Мерседес Бенц» который начал поворот налево, предпринял экстренное торможение, однако столкновения избежать не удалось. Считает себя виновным в ДТП. 

В целях определения обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, действительной стоимости восстановительного ремонта транспортного средства «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак №, судом назначена по делу автотехническая судебная экспертиза (т. 1 л.д. 141), дополнительная автотехническая судебная экспертиза (т. 2 л.д.48-50).

Согласно дополнительному заключению эксперта № от 11.06.2024 (т. 2 л.д. 83-128), выполненному А., механизм дорожно-транспортного происшествия от11.03.2023 с участием транспортных средств «Хендэ Солярис», государственный регистрационный знак № (КТС2), «Мерседес Бенц», государственный регистрационный знак № (КТС1) следующий.

Сближение: водитель КТС1 двигался по 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Подъезжая к нерегулируемому перекрестку неравнозначных дорог 

<

адрес>, расположенном около дома № 

<

адрес>, принял решение совершить на нем маневр поворота налево на 

<

адрес>. Двигаясь по главной дороге 

<

адрес>, въехал на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог 

<

адрес>, чтобы совершить на нем маневр поворота налево, на 

<

адрес>, в связи с чем, остановился посередине данного перекрестка, чтобы пропустить поток движущихся ему навстречу КТС.

Водитель КТС2 двигался по 

<

адрес>, со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>. Двигаясь по главной дороге 

<

адрес>, подъезжая к нерегулируемому перекрестку неравнозначных дорог 

<

адрес>, расположенного около дома № 

<

адрес>, принял решение совершить обгон попутно движущихся с ним КТС, в связи с чем выехал из занимаемой им полосы движения на сторону встречного движения и приступил к обгону попутно движущихся с ним КТС. Совершая обгон попутно движущихся с ним КТС, намеревался проехать нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог 

<

адрес> прямо. Совершив обгон движущегося перед ним и попутно с ним неустановленного КТС, продолжая движение по стороне встречного движения, подъезжая к нерегулируемому перекрестку неравнозначных дорог 

<

адрес>, увидел КТС1, стоящий перед ним и попутно с ним в границах пересечения проезжих частей 

<

адрес>. Двигаясь по стороне встречного движения и въезжая на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог 

<

адрес>, видел, как водитель КТС1, возобновив движение, приступил к совершению маневра поворота налево, на 

<

адрес>, преградив ему путь. Важным следует отметить, что оба водителя не указывают на факт включения ими указателей поворотов.

Взаимодействие: водитель КТС1, пропустив поток движущихся ему навстречу КТС, возобновив движение, приступил к совершению маневра поворота налево, на 

<

адрес>, в процессе совершения которого, пересекая сторону встречного движения, ощутил удар в левую боковую часть своего КТС1, от движущегося сзади него и попутно с ним KTC2, движущегося через перекресток прямо, движущегося по стороне встречного движения и совершавшего обгон попутно движущихся с ним КТС.

Водитель КТС2, двигаясь по стороне встречного движения и въезжая на нерегулируемый перекресток неравнозначных дорог 

<

адрес>, осознав помеху и опасность для движения, созданные ему водителем КТС1, применил меры экстренного торможения, чтобы избежать столкновения с КТС1, однако несмотря на применение которых, столкновения с ним избежать не удалось.

Важным следует отметить, что оба водителя не указывают на факт того, видели ли они включенные указатели поворотов на КТС1 и КТС2.

Также из анализа места происшествия не удалось установить наличие на проезжей части следов торможения КТС2. Зона контакта на КТС1 - левая боковая часть. Зона контакта на КТС2 - правая передняя угловая часть.

Отбрасывание: КТС1 и КТС2 не остановились в их заявленном контакте, а продолжили движение, в котором переднюю часть КТС1, вследствие импульса силы, переданного ему от КТС2, в момент их контакта, развернуло вокруг своего центра тяжести по ходу часовой стрелки, в результате чего КТС1 проехал со смещением вперед и вправо, а далее остановился посередине пересечения проезжих частей 

<

адрес>; а КТС2, выехав за границы перекрестка 

<

адрес>, пересек границы нерегулируемого пешеходного перехода по стороне встречного движения, проехав со смещением вперед и вправо, после чего остановился посередине проезжей части дороги 

<

адрес>.

В рассмотренной дорожно-транспортной ситуации водители должны были руководствоваться требованиям следующих пунктов ПДД

1) В общем случае руководствоваться требованиям п.п. 8.1, 8.2, 9.1, 10.2, требованиями установленного дорожного знака 2.1;

2) А также водитель транспортного средства «Мерседес Бенц», г/н № требованиями п.п. 8.5, 13.12;

3) А также водитель транспортного средства «Хендэ Солярис», г/н № требованиям п.п. 10.1, 11.1, 11.2, 11.4, требованиями установленных дорожных знаков 5.19.1 и 5.19.2

С технической точки зрения действия водителей не соответствовали:

Действия водителя транспортного средства «Мерседес Бенц» г/н № не соответствовали требованиям п.п. абз. 1 п. 8.1 ПДД РФ.

Действия водителя транспортного средства «Хендэ Солярис», г/н № не соответствовали требованиям п.п. 11.1 и 11.4.

В данной дорожно-транспортной ситуации действия обоих водителей могут иметь причинно-следственную связь с произошедшим 11.03.2023 ДТП. 

Проанализировав содержание вышеуказанного дополнительного экспертного заключения № от 11.06.2024, суд приходит к выводу, что не имеется оснований не доверять заключению эксперта А., поскольку объективность, обоснованность и всесторонность выводов экспертного заключения у суда сомнений не вызывают, оно составлено экспертом, который был предупрежден судом об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Экспертное заключение в полном объеме отвечает требованиям действующего законодательства, регулирующего вопросы экспертной деятельности, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанного вывода эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы.

Оценив заключение экспертизы по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не установлен факт нарушения экспертом стандартов оценки, выводы эксперта ясны, противоречия в выводах эксперта отсутствуют. 

В соответствии с пунктами 1.3, 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, участники дорожного движения должны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил и должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда. 

Как следует из пункта 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В соответствии с п. 8.2 Правил дорожного движения Российской Федерации подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения.

Согласно п. 9.1 Правил дорожного движения Российской Федерации количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств).

Согласно п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Пунктом 1.14 Правил дорожного движения Российской Федерации обгон запрещен на регулируемых перекрестках, а также на нерегулируемых перекрестках при движении по дороге, не являющейся главной.

Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, водитель ФИО2, в нарушение пунктов 11.1 и 11.4 Правил дорожного движения Российской Федерации совершая маневр обгона сразу нескольких автомобилей, не убедился в безопасности своего маневра, двигаясь по встречной полосе значительное расстояние не рассчитал возможность завершения маневра до пешеходного перехода, расположенного на нерегулируемом перекрестке. При этом в соответствии с п.п. 11.1, 11.2 Правил дорожного движения, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения и выполнять обгон. В связи с чем, суд приходит к выводу, что действия ответчика ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием, поскольку в результате совершения маневра обгона, не завершенного до нерегулируемого перекрестка, указанным лицом создана помеха для движения транспортного средства «Мерседес Бенц», в результат чего произошло дорожно-транспортное происшествие.

Вместе с тем, судом установлено несоответствие в сложившихся обстоятельствах действий водителя ФИО1 пункту 8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, который в нарушение указанных положений действующего законодательства при совершении маневра – поворота налево, не убедившись в безопасности совершаемого маневра и отсутствии обгоняющего его транспортного средства.

Проанализировав дорожно-транспортную ситуацию и оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии обоюдной вины водителей ФИО1 и ФИО2 в дорожно-транспортном происшествии, поскольку действия обоих водителей явились причиной столкновения автомобилей и находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде обоюдного причинения материального ущерба и степени виновности водителей в размере по 30 % и 70 % соответственно. 

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Статья 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и тому подобное, осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Таким образом, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности и имело источник повышенной опасности в своем реальном владении, использовало его на момент причинения вреда.

Следовательно, для возложения на лицо обязанности по возмещению вреда, причиненного источником повышенной опасности, необходимо установление его юридического и фактического владения источником повышенной опасности, на основании представленных суду доказательств, виды которых перечислены в ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу п. 2.1.1 Постановления Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения» водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им, для проверки: водительское удостоверение или временное разрешение на право управления транспортным средством соответствующей категории или подкатегории; регистрационные документы на данное транспортное средство (кроме мопедов); страховой полис обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в случаях, когда обязанность по страхованию своей гражданской ответственности установлена федеральным законом.

Из материалов дела следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль «Хендэ Солярис», г/н № принадлежал на праве собственности ФИО3

Согласно страхового полиса ООО «Зетта Страхование» №, действующего на момент дорожно-транспортного происшествия, ответственность вордителя транспортного средства «Хундай», государственный регистрационный знак № зарегистрирована в отношении ограниченного круга лиц. Водитель ФИО2 не был включен в список лиц, допущенных к управлению указанным транспортным средством.

Согласно п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Законом об ОСАГО в целях защиты прав потерпевших на возмещение вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу при использовании транспортных средств иными лицами (преамбула), на владельцев этих транспортных средств, каковыми, согласно ст. 1 признаются их собственники, а также лица, владеющие транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления и тому подобное), с 01.07.2003 возложена обязанность по страхованию риска своей гражданской ответственности (п. п. 1 и 2 ст. 4) путем заключения договора обязательного страхования со страховой организацией (п. 1 ст. 15) при этом на территории Российской Федерации запрещается использование транспортных средств, владельцы которых не исполнили обязанность по страхованию своей гражданской ответственности, в отношении указанных транспортных средств не проводятся государственный технический осмотр и регистрация (п. 3 ст. 32), а лица, нарушившие установленные данным Федеральным законом требования об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств, несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации (абз. 2 п. 6 ст. 4).

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", следует, что при наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность по возмещению вреда может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности, в долевом порядке в зависимости от степени вины каждого из них (например, если владелец транспортного средства оставил автомобиль на неохраняемой парковке открытым с ключами в замке зажигания, то ответственность может быть возложена и на него).

По смыслу приведенных положений Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежащих истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, законный владелец источника повышенной опасности может быть привлечен к ответственности за вред, причиненный данным источником, наряду с непосредственным причинителем вреда, в долевом порядке при наличии вины.

Поскольку доказательств того, что транспортное средство «Хендэ Солярис», г/н №, выбыло из обладания ФИО3 в результате противоправных действий его сына ФИО2, который не был включен в полис ОСАГО в качестве лица, допущенного к управлению транспортным средством, либо использовался им на ином законном основании, оснований, предусмотренных п. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, для освобождения ФИО3 от возмещения вреда по данному основанию не имеется.

Учитывая, что собственник транспортного средства не представил суду доказательств соответствующего юридического оформления передачи полномочий по владению транспортным средством ФИО2, в свою очередь, ФИО2 управлял транспортным средством, не являющимся лицом, допущенным к управлению транспортным средством, при этом передал автомобиль в отсутствие полиса обязательного страхования гражданской ответственности с указанием соответствующего лица, допущенного к управлению транспортным средством, что предусмотрено Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в связи с чем, владение ФИО2 транспортным средством не может быть признано законным, и собственник транспортного средства должен нести совместную с ним ответственность в долевом порядке в зависимости от степени вины.

Учитывая указанные обстоятельства, суд полагает необходимым определить степень вины ответчика ФИО2 в причинении истцу убытков в размере 50%, ответчика ФИО3 - 50%. При этом, суд не находит оснований для полного освобождения ответчика ФИО2 от возмещения убытков, поскольку он является непосредственным причинителем вреда, использовал транспортное средство без надлежащего оформления передачи полномочий по его использованию. 

В обоснование своих требований истцом представлено экспертное заключение выполненное И № от 11.06.2023 (т. 1 л.д. 12-38) согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства «Мерседес Бенц», г/н № составила 1 469 500 руб.

Судом в качестве надлежащего доказательства принято экспертное заключение А. № 20231019-1 от 22.12.2023 (т. 1 л.д. 169-237), которым установлена стоимость восстановительного ремонта в размере 1 618 700 руб. 

Как установлено судом, ФИО1 в рамках прямого возмещения обратился в ООО СК «Гелиос». Страховой компанией указанный случай признан страховым, что подтверждается актом о страховом случае (т. 1 л.д. 112, 117). ООО СК «Гелиос» истцу произведена выплата страхового возмещения в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № 299 от 30.03.2023 (т. 1 л.д. 113), № 612 от 10.05.2023 (т. 1 л.д. 118). 

Таким образом, с учетом суммы выплаченного страхового возмещения, размер причиненного ущерба имуществу истца составляет 1 218 700 руб. (1 618 700 – 400 000).

С учетом установленной степени вины истца (30%) и ответчиков (70) в пользу истца подлежит взысканию ущерб в размере 853 090 руб. (1 218 700 * 70%) по 426 545 руб. (853 090 руб. *50%) с каждого из ответчиков.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

В силу положений статей 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. К издержкам, связанным с рассмотрением дела, отнесены, в том числе, расходы на оплату услуг представителя и другие признанные судом необходимыми расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. 

Истцом ФИО1 понесены расходы по оплате экспертных услуг в сумме 7 000 руб. (т. 1 л.д. 39). 

Поскольку истец, не обладая специальными познаниями, обосновал свои первоначальные требования на допустимом доказательстве – экспертном заключении, выполненном И № расходы, на составление которого являлись судебными расходами, без несения которых у истца отсутствовала возможность реализовать право на обращение в суд, в связи с чем, суд приходит к выводу о необходимости взыскания расходов по оплате данного заключения пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 4 900 руб. (7 000 руб. * 70%) по 2 450 руб. (4 900 руб. *50%) с каждого из ответчиков.

При этом суд принимает во внимание, что стоимость работы по проведению экспертизы определяется экспертной организацией, указанные расходы являются реальными, отраженными в платежных документах, экспертные услуги оказаны в полном объеме и подлежат оплате, доказательств того, что стоимость проведенной досудебной экспертизы не соответствует объему проведенной экспертом работы не представлено. Кроме того, указанные расходы являлись необходимыми для истца для обоснования своей позиции по делу. 

Истцом также понесены расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 583 руб. (т. 1 л.д. 5), которая на основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчиков в пользу истца с учетом удовлетворенных требований в размере 9 508 руб. (13 583 * 70%) по 4 754 руб. (9 508руб. *50%) с каждого.

В силу статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку истцом заявлены и поддержаны требования на общую сумму 1 218 700 руб. истцом подлежала уплате государственная пошлина в сумме 14 294 руб., таким образом истцом недоплачена государственная пошлина в сумме 711 руб. (14 294 – 13 583).

С учетом изложенного, в соответствии со статьей 333.19 Налогового Кодекса Российской Федерации, с истца в доход государства надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 213 руб. (711 * 30%), с ответчиков по 249 руб. (711 руб. – 213 руб.) *50%). 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) сумму ущерба в размере 426 545 руб., расходы по оплате экспертных услуг в размере 2 450 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 754 руб.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в пользу ФИО1 (паспорт №) сумму ущерба в размере 426 545 руб., расходы по оплате экспертных услуг в размере 2 450 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 754 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 (паспорт №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 249 руб.

Взыскать с ФИО3 (паспорт №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 249 руб.

Взыскать со ФИО1 (паспорт №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 213 руб.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательном виде с подачей жалобы через Чкаловский районный суд г. Екатеринбурга.

Судья А.С. Шириновская