Судья Ливенцева Е.В. Дело № 22-3767/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

22 октября 2025 г. г. Волгоград 

Волгоградский областной суд в составе:

председательствующего судьи Гончарова И.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Масленниковой К.Н., с участием: 

прокурора Орлова Е.А.,

осужденного ФИО1, участвующего в режиме видео-конференц-связи, и его защитника-адвоката Щеглова С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Щеглова С.А. на приговор Даниловского районного суда Волгоградской области от 7 августа 2025 г., по которому 

ФИО1 ич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданин РФ, судимый:

- 18 июля 2016 г. по ч. 1 ст. 166, ч. 1 ст. 161, п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69, ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ, к окончательному наказанию в виде 4 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, 22 ноября 2019 г. освобожден по отбытию наказания;

- 24 марта 2021 г. по ст. 264.1, 264.1 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ, к окончательному наказанию в виде 1 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 года, 23 марта 2022 г. освобожден по отбытию основного наказания;

- 31 августа 2022 г. по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, с применением ч. 4 ст. 69, ч. 5 ст. 70 УК РФ, к окончательному наказанию в виде 1 года лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 4 года;

- 21 ноября 2022 г. по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 69 УК РФ, к окончательному наказанию в виде 1 года 3 месяцев лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 4 года 6 месяцев, 15 ноября 2023 г. освобожден по отбытию основного наказания, по состоянию на момент задержания 15 апреля 2025 г. неотбытая часть дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, составляет 3 года 29 дней;

осужден по:

- ч. 2 ст. 264.1 УК РФ к 1 году 1 месяцу лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года 6 месяцев;

- ч. 1 ст. 318 УК РФ к 2 годам 3 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 8 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 3 года 6 месяцев.

На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров, к назначенному наказанию по настоящему приговору частично присоединена неотбытая часть дополнительного наказания по приговору от ДД.ММ.ГГГГ и ФИО1 назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 8 месяцев с отбыванием в колонии строгого режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 5 лет.

В приговоре приняты решения об исчислении срока отбытия основного и дополнительного наказаний, о зачете в срок лишения свободы времени содержания под стражей, самостоятельном исполнении дополнительного наказания, мере пресечения и в отношении вещественных доказательств.

Доложив содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений на них, заслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Щеглова С.А., поддержавших апелляционные жалобы, мнение прокурора Орлова Е.А., просившего приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

установил:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в управлении другим механическим транспортным средством, находящимся в состоянии опьянения, имеющим судимость за совершение в состоянии опьянения преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ, а также в применении насилия, не опасного для жизни и здоровья, и угрозе применения насилия в отношении представителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей.

Преступления ФИО1 совершены 3 апреля 2025 г. в 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину в инкриминируемом ему преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 264.1 УК РФ признал, а по ч. 1 ст. 318 УК РФ - не признал.

В апелляционных жалобах (основной и дополнительной) защитник осужденного ФИО1 – адвокат Щеглов С.А. выражает несогласие с приговором, считает его незаконным и необоснованным в связи с отсутствием в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, по следующим основаниям.

Утверждает, что выводы суда о виновности ФИО1 в совершении данного преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, поскольку сторона обвинения, основываясь на материалах уголовного дела, предпринимала попытки убедить суд и всех участников процесса о том, что его подзащитный виновен в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, однако в судебном заседании последний признал вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, и не признал - по ч. 1 ст. 318 УК РФ, поскольку телесных повреждений потерпевшим не причинял, угроз применения насилия в отношении сотрудников полиции или их близких родственников в связи с исполнением потерпевшими своих должностных обязанностей не высказывал, от прохождения освидетельствования не отказывался и даже проходил его, продувая алкотестор. 

Отмечает, что допрошенный в судебном заседании потерпевший Потерпевший №2 показал, что не видел, как ФИО1 ударил рукой (руками) потерпевшего Потерпевший №1 в живот, так как в этот момент он отлучался и ему стало известно об этом со слов последнего, однако сообщил, что угрозы применения физической силы были высказаны ФИО1 в отсутствие гражданских лиц и были зафиксированы на видеорегистратор. В тоже время потерпевший Потерпевший №1 в судебном заседании показал, что ФИО1, доставленный в отдел полиции, нанес ему удар руками в живот и высказывал угрозы применения физической силы, но никто этого не видел, при этом все происходящее было зафиксировано на нагрудный видеорегистратор, находящийся при нем, за медицинской помощью он не обращался, так как видимых телесных повреждений у него не было и он посчитал, что отсутствует необходимость в обращении за медицинской помощью. Допрошенные в качестве свидетелей стороны обвинения сотрудники полиции Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3 в судебном заседании подтвердили свои показания о том, что доставленный в отдел полиции ФИО1 высказывал угрозы применения физической силы потерпевшим Потерпевший №1 и Потерпевший №2, но никто не видел, как ФИО1 ударил Потерпевший №1 руками в живот. Согласно исследованным в судебном заседании видеозаписям с камер наружного наблюдения и нагрудного видеорегистратора ИДПС Потерпевший №1, не зафиксировано нанесение ФИО1 потерпевшим Потерпевший №1 и Потерпевший №2 каких-либо ударов и высказываний прямо или косвенно кому-либо угроз применения насилия в отношении сотрудников полиции или их близких родственников в связи с исполнением последними своих должностных обязанностей.

Полагает, что орган предварительного расследования не представил суду доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, а, следовательно, приговор не соответствует требованиям ст. 297 УПК РФ.

Просит изменить приговор, принять новый судебный акт, которым оправдать ФИО1 по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 318 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях последнего состава преступления.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считает его незаконным, необоснованным, несправедливым и несоответствующим требованиям ст. 297 УПК РФ по следующим основаниям.

Утверждает, что при постановлении приговора были допущены нарушения процессуального и уголовного законов, по причине наличия совокупности обстоятельств, предусмотренных ст. 389.15-389.18 УПК РФ, поскольку выводы суда о его виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, сделаны на необъективных и недопустимых доказательствах.

Обращает внимание, что ни в ходе предварительного расследования, ни в ходе судебного следствия, не установлены обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, так как его виновность в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ не доказана и построена лишь на показаниях потерпевшего Потерпевший №1; судом не учтено, что в ходе допроса в судебном заседании, состоявшемся 28 июля 2025 г., Потерпевший №1 показал о нанесении последнему удара рукой в живот, но это невозможно, поскольку обе его (ФИО1) руки были скованны наручниками; кроме того, Потерпевший №1 показал, что проходил медицинское освидетельствование, однако оно не было оглашено и исследовано в судебном заседании, что подтверждает его невиновность; отсутствуют видеозаписи с видеорегистраторов сотрудников полиции и камер видеонаблюдения, установленных внутри помещения ОМВД России по 

<

адрес>, где он находился при составлении протокола об административном правонарушении, подтверждающие применением им насилия; не была проведена лингвистическая экспертиза аудиозаписей с видеорегистраторов и камер на предмет наличия в его словах угроз применения насилия, но следствие и суд самостоятельно выступили в качестве экспертов, что является недопустимым.

Полагает, что все следствие сведено к осмотру регистраторов и допросу потерпевших, показания которых приняты за истину, как доказательства его виновности в совершенном преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 318 УК РФ, однако иных доказательств его вины следствием и судом не приведено.

Отмечает, что у него на иждивении находится мать, имеющая хронические заболевания, подтвержденные документально, которые содержатся в материалах уголовного дела.

Просит отменить приговор в части его осуждения по ч. 1 ст. 318 УК РФ и назначить более мягкое наказание, не связанное с лишением свободы. 

В письменных возражениях на апелляционные жалобы прокурор Даниловского района Волгоградской области Н.С. Синенко считает, что оснований для удовлетворения жалоб не имеется, поскольку приговор вынесен законно, обоснованно и справедливо.

Просит апелляционные жалобы осужденного и его защитника оставить без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционных жалобах и возражениях на них, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями гл. 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, а также гл. 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.

Ни в ходе проведения предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства дела нарушений требований законодательства, влекущих отмену приговора, не допущено. 

Вопреки доводам жалоб осужденного и его защитника, выводы суда мотивированы и основаны на всесторонне, полно и объективно проверенных доказательствах, собранных с соблюдением процессуальных норм и не вызывающих сомнений. 

Квалификация действий ФИО1 по ч. 2 ст. 264.1 УК РФ сторонами не оспаривается и сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает.

При этом, утверждения осужденного и его защитника, приведенные в апелляционных жалобах, о незаконности и несоответствии требованиям ст. 297 УПК РФ приговора в части признания ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, ввиду того, что приговор построен исключительно на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и все следствие сведено к осмотру регистраторов и допросу потерпевших, не основаны на материалах дела. Приговор постановлен с учетом непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана надлежащая оценка и ее правильность у суда апелляционной инстанции сомнений не вызывает.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений установлена и подтверждается совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, а именно: показаниями потерпевшего Потерпевший №2, данными им как в ходе судебного следствия, так и оглашенными в судебном заседании, данными им на стадии предварительного следствия, потерпевшего Потерпевший №1 и свидетелей Свидетель №4, Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3, данными каждым из них в ходе судебного следствия; показаниями свидетеля Свидетель №5, данными им в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, которые согласуются между собой и объективно подтверждаются письменными доказательствами, в том числе протоколами осмотра места происшествия, осмотра документов, осмотра предметов, выемки, по делу об административном правонарушении, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также должностными инструкциями инспектора дорожно-патрульной службы группы ГИБДД ОМВД России по 

<

адрес>, приказами о назначении, постовой ведомостью расстановки нарядов по обеспечению правопорядка на улицах и в иных общественных местах, и иными доказательствами, подробный анализ которых приведен в описательно-мотивировочной части приговора. 

Не согласиться с приведенной в приговоре оценкой доказательств, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Суд первой инстанции, вопреки доводам осужденного и его защитника, исследовав и оценив все собранные доказательства в совокупности, дал им надлежащую оценку в соответствии со ст. 17, 88 УПК РФ, и привел мотивы, по которым признал положенные в основу обвинительного приговора доказательства достоверными, соответствующими установленным фактическим обстоятельствам дела, а также указал мотивы, по которым он принял их во внимание. В соответствии с требованиями закона каждое из доказательств оценено с точки зрения относимости и допустимости, а совокупность доказательств с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, при этом относимость, достоверность и допустимость положенных в основу приговора доказательств сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает, поскольку они собраны по делу с соблюдением требований ст. ст. 74, 84 и 86 УПК РФ.

Вопреки доводам жалоб оснований ставить под сомнение показания потерпевшего - сотрудника полиции Потерпевший №1, положенные судом в основу обвинительного приговора, у суда не имелось, поскольку они подробны, последовательны и подтверждаются иными доказательствами, исследованными в судебном заседании и признанными судом относимыми и допустимыми. Оснований для вывода о недостоверности его показаний относительно тех событий, участником и очевидцем которых он являлся, суд апелляционной инстанции не находит.

Указанные и иные доказательства всесторонне, полно и объективно исследованы судом. Данная судом оценка доказательств не противоречит материалам дела и оснований для признания ее ошибочной не имеется. 

Выводы суда, изложенные в приговоре, основаны только на исследованных в ходе судебного разбирательства доказательствах и соответствуют им.

Ставить под сомнение объективность оценки показаний потерпевших и свидетелей, приведенных в приговоре суда, которые подтверждаются письменными доказательствами, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. Материалы дела не содержат сведений, позволяющих прийти к выводу о заинтересованности потерпевших и свидетелей обвинения при даче показаний в отношении ФИО1, о наличии оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности осужденного, а потому доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника в данной части являются несостоятельными.

Вопреки доводам осужденного, оснований полагать, что обвинение построено на предположениях и только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 также не имеется, поскольку выводы суда основаны на совокупности доказательств, свидетельствующей о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему деяний. 

При таком положении у суда не имелось оснований не доверять показаниям потерпевшего Потерпевший №1, данных им в ходе судебного следствия, в связи с чем суд обоснованно положил их в основу обвинительного приговора.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, ущемляющих процессуальные права осужденного ФИО1 на защиту на стадии предварительного расследования и в судебном заседании допущено не было.

Доводы защитника о том, показания потерпевшего Потерпевший №1 о нанесении ему удара рукой (руками) в живот ни чем не подтверждены, так как этого никто не видел, являются несостоятельными, поскольку противоречат показаниям свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №2, которые видели, что Потерпевший №1 после потасовки с ФИО1 держался за живот, и у Потерпевший №1 присутствовала отдышка.

Довод апелляционной жалобы осужденного о том, что он не мог одной рукой нанести удар в живот Потерпевший №1, так как его руки были скованны наручниками, является несостоятельным, поскольку в ходе предварительного и судебных следствий не установлено, что перечисленные действия не могли быть совершены одной из рук, находящейся в наручниках, кроме того, руки ФИО1 не были на протяжении всего времени, когда он находился в отделе полиции, скованны наручниками, а его утверждения о невозможности причинить такими действиями телесные повреждения потерпевшему Потерпевший №1 являются предположением.

Все версии осужденного и его защитника, выдвинутые ими в апелляционных жалобах в защиту ФИО1 были проверены, суд дал им правильную оценку, признав их несостоятельными.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют.

Вопреки доводу апелляционной жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции отмечает, что постановленный судом приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона, предъявляемым к его содержанию. В нем отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением ее мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступлений, разрешены иные вопросы, имеющие отношение к делу, из числа предусмотренных ст. 299 УПК РФ. 

Доводы осужденного и его защитника о том, что никто не видел, как ФИО1 ударил Потерпевший №1 руками в живот и данные обстоятельства не были зафиксированы камерами видеонаблюдения, установленными в отделе полиции, и нагрудным регистратором, имеющимся у потерпевшего Потерпевший №1, надлежаще проверены судом первой инстанции и им дана соответствующая оценка, с которой соглашается суд апелляционной инстанции. 

Поэтому же основанию несостоятельны доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника о том, что не было зафиксировано высказываний прямо или косвенно кому-либо угроз применения насилия в отношении потерпевших, поскольку опровергаются совокупностью исследованных судом доказательств, положенных в основу приговора.

При этом, отсутствие гражданских лиц (понятых) в момент нанесения ФИО1 удара Потерпевший №1 в живот и высказывания им угроз применения физической силы в отношении Потерпевший №1 и Потерпевший №2, на законность приговора не влияют. 

Доводы защитника о том, что ФИО1 не отказывался от прохождения освидетельствования, а прошел его, продув алкотестор, опровергается протоколом 34 МВ 011819 о направлении на медицинское освидетельствование от 3 апреля 2025 г. (т. 1 л.д. 134), согласно которому ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а поэтому был направлен для прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, от прохождения которого последний также отказался, что зафиксировано на видеозаписи, выполненной видеорегистратором.

Противоречий в положенных в основу приговора доказательств обвинения, которые ставили бы под сомнение выводы в виновности ФИО1 в совершении преступлений, судом апелляционной инстанции не выявлено, в связи с чем, доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника в части оправдания в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, являются несостоятельными. 

Доводы ФИО1 о противоречиях в показаниях потерпевшего Потерпевший №1 его показаниям, являются несостоятельными, поскольку осужденным в судебном заседании не указано в чем именно заключаются существенные противоречия, при этом противоречия в показаниях данного потерпевшего были устранены в суде первой инстанции, а остальным доводам дана оценка в приговоре.

Заявление ФИО1 о том, что следователем не были проведены очные ставки между ним и потерпевшими, являются необоснованными.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь самостоятельно направляет ход расследования уголовного дела и сам принимает решения о производстве следственных и иных процессуальных действий.

То обстоятельство, что следствием не было проведено очных ставок, не является нарушением закона, не свидетельствует о нарушении права ФИО1 на защиту, и не может повлиять на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, изложенного в установочной части приговора, основанного на исследованных в судебном заседании и проверенных судом доказательствах, тем более, что потерпевшие были непосредственно допрошены в судебном заседании.

Таким образом, процессуальных нарушений, влекущих возможность признания исследованных доказательств недопустимыми, суд апелляционной инстанции не усматривает. Протоколы допросов потерпевших и свидетелей, а также следственных действий составлены в соответствии с требованиями УПК РФ, оснований для их исключения из числа доказательств не имеется, так как они обладают всеми признаками относимости и допустимости доказательств.

Изложенные осужденным и его защитником в апелляционных жалобах доводы сводятся к переоценке доказательств, которые оценены судом как каждое в отдельности, так и в совокупности, по внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся доказательств. Тот факт, что эта оценка не совпадает с позицией осужденного и его защитника, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона в соответствии со ст. 88 УПК РФ. 

Довод осужденного, приведенный в апелляционной жалобе, о том, что Потерпевший №1 проходил медицинское освидетельствование, но его заключение не было оглашено и исследовано в судебном заседании, суд не принимает во внимание, поскольку в качестве доказательств в приговоре вышеназванное освидетельствование не приведено и на квалификацию действий ФИО1 по ч. 1 ст. 318 УК РФ не влияет, так как согласно п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 1 июня 2023 г. N 14 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации" под насилием, не опасным для жизни или здоровья, в части 1 статьи 318 УК РФ следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.), не повлекших причинения вреда здоровью потерпевшего. 

Довод защитника, приведенный в судебном заседании, о том, что высказанные ФИО1 слова в отношении потерпевших не содержали в себе угроз, являлись пространственными выражениями и не могли быть восприняты сотрудниками полиции, как реальные угрозы, прозвучавшие в их адрес, являются не состоятельными, поскольку из показаний допрошенных в судебном заседании потерпевших Потерпевший №1 и Потерпевший №2 явствует, что высказанные ФИО1 угрозы физической расправы, сопровождаемые нецензурной бранью, каждый из них воспринял реально с учетом поведения осужденного, который находился в алкогольном опьянении и вел себя агрессивно.

Довод осужденного и его защитника о том, что не была проведена лингвистическая экспертиза аудиозаписей с видеорегистраторов и камер видеонабледения на предмет наличия в его словах угроз применения насилия в отношении сотрудников полиции Потерпевший №1 и Потерпевший №2 несостоятелен, поскольку диалоги, зафиксированные на видеозаписях, не содержат неясностей, а осмотр трех оптических дисков с видезаписями задержания, доставления и составления административного материала в отношении ФИО1, на которых последний в том числе высказывал угрозу применения насилия в отношении представителей власти Потерпевший №1 и Потерпевший №2 (т. 1 л.д. 148-162) проведен в порядке, установленном ст. 176, 177 УПК РФ, в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Фиксация речи на видеозаписях не требует безусловного проведения по делу лингвистической экспертизы, а то обстоятельство, что она не проводилась, не свидетельствует о недопустимости доказательства – протокола осмотра предметов от 26 апреля 2025 г. 

Всесторонне, полно и объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, представленные как стороной обвинения, так и стороной защиты, сопоставив их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, проверив все версии в защиту осужденного и правильно отвергнув их, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для разрешения дела.

Судом первой инстанции установлено, что инкриминируемое ФИО1 преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 318 УК РФ, совершено как с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, так и с угрозой применения насилия в отношении представителей власти в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей, что подтверждается приведенными по делу доказательствами.

Между тем, довод защитника о том, что ФИО1 угроз применения насилия в отношении близких родственников сотрудников полиции в связи с исполнением ими своих должностных обязанностей не высказывал, суд не принимает во внимание, так как обвинение в этой части ФИО1 не предъявлялось, и он не был осужден за это. 

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, принимая во внимание совокупность собранных по делу доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции, правильно установил фактические обстоятельства дела, в том числе время, место, способ, совершения преступлений, дал им верную юридическую оценку, и на основе совокупности исследованных доказательств обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении инкриминируемых ему преступлений и правильно квалифицировал его действия по ч. 2 ст. 264.1, ч. 1 ст. 318 УК РФ, надлежаще мотивировав в приговоре свои выводы в данной части.

У суда апелляционной инстанции не имеется оснований не соглашаться с выводами суда первой инстанции, поскольку выводы о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, основаны на материалах дела и добытых по делу доказательствах, исследованных полно и объективно. Оснований для иной оценки доказательств, иной квалификации действий ФИО1 не имеется.

Также суд апелляционной инстанции отмечает, что всем доводам защиты о невиновности ФИО1, изложенным в апелляционных жалобах осужденного и его защитника, в том числе об отсутствии в действиях осужденного состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, и недоказанности его виновности в совершении данного преступления, судом дана надлежащая оценка, они были предметом тщательного исследования суда первой инстанции и обоснованно и мотивированно отвергнуты, исходя из совокупности исследованных доказательств, признанных достоверными, и установленных судом фактических обстоятельств дела. Оснований не соглашаться с данной оценкой суда у судебной коллегии не имеется.

С учетом установленных фактических обстоятельств дела оснований для оправдания ФИО1 или прекращения уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, как это предлагается в апелляционных жалобах, не имеется.

Данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением права осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод и что суд отдавал предпочтение какой-либо из сторон, из материалов дела не усматривается.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что приговор не противоречит протоколам судебных заседаний, и смысл показаний допрошенных в суде лиц отражен в приговоре в соответствии с их показаниями, изложенными в протоколах судебных заседаний. 

Иные доводы апелляционных жалоб осужденного и его защитника также несостоятельны, поскольку из материалов дела видно, что органом следствия и судом каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено, ими были приняты все меры для выполнения требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела.

Как видно из материалов уголовного дела, наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, в том числе положениями ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом правил ч. 1, 2 ст. 68 УК РФ.

Так, при определении вида и размера наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, данные о личности осужденного, который судим, официально не трудоустроен, работал без трудоустройства на стройке в Московской области вахтовым методом, женат, по месту жительства врио. начальника УУП характеризуется отрицательно, соседями – положительно, на учете у врача-психиатра и психиатра-нарколога не состоит, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Несогласие осужденного с представленной врио. начальника ОУУПиПДН ОМВД России по Даниловскому району Волгоградской области ФИО2 в отношении него отрицательной характеристикой, не свидетельствует о фальсификации характеристики, таких доказательств материалы уголовного дела не содержат.

Оснований для признания сведений, изложенных в данной характеристике, в том числе о том, что ФИО1 по месту проживания характеризуется отрицательно, злоупотребляет спиртными напитками, источников дохода не имеет, имеет конфликтные отношения в семье, на него периодически поступают жалобы от соседского окружения и жителей поселка, ложными, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд обоснованно признал в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ по каждому преступлению состояние здоровья матери подсудимого, имеющей хронические заболевания и нуждающейся в посторонней помощи, а также по преступлению, предусмотренному ч. 2 ст. 264.1 УК РФ, - признание вины и раскаяние в содеянном.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного, суд апелляционной инстанции не признает в качестве обстоятельства, смягчающего наказание,- наличие на иждивении у виновного матери, имеющей хронические заболевания, так как данное обстоятельство признано судом первой инстанции в качестве смягчающего наказания по каждому преступлению в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ и не может быть учтено повторно.

Обстоятельствами, отягчающими наказание ФИО1, суд обоснованно признал в соответствии с ч. 1 ст. 63 УК РФ рецидив преступлений по каждому преступлению в отдельности, а также в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 318 УК РФ,– совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, приведя в приговоре мотивы принятого решения, которые подтверждены показаниями подсудимого ФИО1 в части того, что «Мне это все неприятно, трезвый, я другой человек, вел себя неадекватно, сейчас я не веду себя так» (протокол судебного заседания от 28 июля 2025 г. (т. 2 л.д. 231).

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что все значимые обстоятельства по делу при назначении ФИО1 наказания были учтены судом первой инстанции в полной мере, в том числе и те, на которые акцентирован довод апелляционной жалобы осужденного, и, вопреки доводу осужденного, не усматривает иных обстоятельств, смягчающих ему наказание, кроме обстоятельств, признанных и указанных в приговоре суда, в связи с чем оснований для удовлетворения апелляционной жалобы осужденного о назначении более мягкого наказания, не связанного с лишением свободы, не имеется.

Выводы суда о назначении вида и размера наказания с учетом ч. 2 ст. 68 УК РФ, а также о том, что исправление осужденного возможно лишь в условиях изоляции от общества, являются убедительно мотивированными и обоснованными.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для назначения ФИО1 наказания с применением ч. 3 ст. 68, ст. 64, ст. 53.1 УК РФ, как и для применения правил, предусмотренных ч. 6 ст. 15 УК РФ, мотивировав свое решение в приговоре. С данными выводами суда соглашается суд апелляционной инстанции.

Суд апелляционной инстанции учитывает то, что каких-либо объективных данных, свидетельствующих об изменении осужденным своего отношения к содеянному в такой степени, которая могла бы послужить основанием для применения в отношении него положений указанных норм уголовного закона, а также положений ст. 73 УК РФ, материалы дела не содержат.

Назначенное ФИО1 наказание не является чрезмерно суровым, соответствует данным о личности виновного, соразмерно характеру и степени общественной опасности совершенных преступлений, и, по мнению суда апелляционной инстанции, будет способствовать достижению целей наказания, таких как восстановление социальной справедливости, исправление виновного, предупреждение совершения новых преступлений, то есть является справедливым.

Оснований для смягчения назначенного наказания по итогам апелляционного рассмотрения и из содержания апелляционной жалобы осужденного не усматривается.

Наказание, как по совокупности преступлений, так и окончательное, ФИО1 назначено правильно, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ и в соответствии со ст. 70 УК РФ.

Вид исправительного учреждения для отбывания основного наказания в виде лишения свободы судом определен правильно и в соответствии с требованиями ст. 58 УК РФ.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, верно, в соответствии с ч. 4 ст. 47 УК РФ, определено исполнять самостоятельно с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Все обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения вопроса о виде и мере наказания, которые необходимо назначить ФИО1 для достижения целей наказания, указанных в ст. 43 УК РФ, в том числе и обстоятельство, смягчающее наказание осужденному, на которое ссылается осужденный в своей апелляционной жалобе, были известны суду на день вынесения оспариваемого приговора, надлежащим образом учтены им при назначении наказания и не могут повторно учитываться судом апелляционной инстанции в качестве оснований для смягчения назначенного наказания.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов при судебном рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1, влекущих отмену или изменение приговора, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд 

постановил:

приговор Даниловского районного суда Волгоградской области от 7 августа 2025 г. в отношении ФИО1 ича оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции, а осужденным, содержащимся под стражей,- в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

В случае пропуска шестимесячного срока для обжалования судебного решения в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции и рассматриваются в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья И.В. Гончаров