Дело №2-132/19 строка 2.196

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 февраля 2019 г. Ленинский районный суд г. Воронежа в составе:

председательствующего судьи Щербатых Е.Г.

при секретаре Мячиной Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании материального ущерба и о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области о взыскании материального ущерба и о компенсации морального вреда.

В ходе производства по делу судом в порядке статьи 40 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации (л.д.96-об.).

В обоснование заявленных исковых требований истцы указывают на следующие обстоятельства: ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходился истцам родным братом. 14 сентября 2016 г. он был доставлен в УМВД России по г. Воронежу к оперуполномоченному ФИО7 по подозрению в причастности к совершению преступления против личности. Поскольку ФИО4 отрицал свою причастность к преступлению, ФИО7 стал применять к нему физическое и психическое насилие с целью получения признательных показаний. Происходило это почти пять часов, в результате чего, ФИО4 было нанесено не менее 23 ударов в область грудной клетки и живота, не менее 8 ударов в область головы, не менее 21 удара в область верхних конечностей и не менее 25 ударов в область нижних конечностей. От полученных телесных повреждений ФИО4 скончался в помещении УМВД России по 

<

адрес>. Вина ФИО7 в смерти ФИО4 установлена приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО7 осужден по статье 286 части 3 пунктам «а», «в» и по статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации к 10 годам лишения свободы. Указанный сотрудник полиции, находясь при исполнении служебных обязанностей, то есть, выступая в качестве представителя власти, допустил в отношении ФИО4 превышение своих должностных полномочий, представленных им должностными инструкциями, нарушил статью 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой никто не может подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию, а также статью 5 Федерального закона «О полиции», согласно которой сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению.

Истцы указывают на то, что действиями осужденного им причинены глубокие нравственные страдания, т.к. они потеряли единственного брата, с которым поддерживали теплые, родственные отношения, всячески помогали ему, а он поддерживал их, так как у него не было своей семьи, он всегда шел к ним и с горем и с радостью. Действия же ФИО7 носили противоправный, явно антиобщественный характер, повлекли унижение чести и человеческого достоинства, нарушение закрепленных Конституцией Российской Федерации прав человека и гражданина, а потом и лишение его жизни.

Основываясь на изложенных обстоятельствах и ссылаясь на положения статей 150, 151, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцы полагают, что ответственность за причинение им морального и материального вреда в результате незаконных действий сотрудников УМВД России по г. Воронежу, финансирование которых осуществлялось из средств федерального бюджета, должна быть возложена на Министерство финансов Российской Федерации. Компенсацию причиненного морального вреда истцы оценивают в 10 миллионов рублей, то есть по 5 миллионов рублей на каждого потерпевшего.

Кроме того, истцы указывают на то, что ими были понесены материальные затраты на погребение ФИО4, которые складываются из: комплекса санитарно-гигиенических работ по подготовке тела к погребению и облачение покойного в похоронную одежду – 6 750 рублей; гроб, крест и одежда для покойного – 8 000 рублей; рытье могилы и вывоз покойного – 11 760 рублей; автокатафалк – 5 760 рублей; венок – 1 000 рублей. Всего расходы на погребение составили – 33 270 рублей, которые истцы понесли совместно в равных долях.

В связи с изложенным, ФИО1, ФИО2 просят суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 5 миллионов рублей в счет возмещения морального вреда и 16 135 рублей в счет возмещения материального вреда; в пользу ФИО2 5 миллионов рублей в счет возмещения морального вреда и 16 135 рублей в счет возмещения материального вреда.

В судебном заседании истцы ФИО1 и ФИО2 заявленные требования поддержали и просили суд удовлетворить иск в полном объеме.

Явившийся в судебное заседание представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области по доверенности ФИО3 полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д.47-50). 

Явившийся в судебное заседание представитель ответчика – Министерства внутренних дел Российской Федерации по доверенности ФИО5 исковые требования также не признала, полагая заявленную сумму компенсации морального вреда явно завышенной, и представила письменные возражения (л.д.118-119).

Представитель третьего лица УМВД России по г. Воронежу по доверенности ФИО6 полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению, по основаниям, изложенным в письменных возражениях (л.д.101-103).

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля ФИО11, исследовав представленные доказательства в их совокупности, обозрев материалы уголовного дела №1-53/18, и заслушав заключение прокурора Харламовой К.В., полагавшей заявленные исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующим выводам:

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда г. Воронежа от 06 июня 2018 г. (л.д.6-20, 22-30) установлено, что ФИО7 совершил умышленные преступления – превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, а также охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия, с причинением тяжких последствий, а также умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

14 сентября 2016 г., примерно в 08 часов 52 минуты, в УМВД России по г. Воронежу, расположенное по адресу: 

<

адрес>, с адреса своего фактического проживания к оперуполномоченному группы по борьбе с преступлениями против личности отдела уголовного розыска Управления МВД России по городу Воронежу ФИО7 в целях проверки на причастность к совершению преступления был доставлен ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В тот же день в период времени, примерно с 13 часов 47 минут по 17 часов 33 минуты, ФИО7 в рамках осуществления служебной деятельности, направленной на раскрытие особо тяжкого преступления против личности, стал проводить с ним беседу в помещении УМВД России по г. Воронежу по вышеуказанному адресу. Поскольку ФИО4 отрицал свою причастность к совершению преступления, у ФИО7 возник преступный умысел, направленный на превышение своих должностных полномочий путем применения к ФИО4 физического насилия с целью получения от него признательных показаний об обстоятельствах совершения преступления. Реализуя свое преступное намерение, ФИО7, являясь должностным лицом, осуществляя функции представителя власти, находясь в помещении УМВД России по г. Воронежу по адресу: 

<

адрес>, действуя умышленно, желая причинить ФИО4 физические, моральные и нравственные страдания, явно выходя за пределы своих должностных полномочий, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, существенного нарушения его прав и законных интересов, и желая этого, умышленно с применением насилия, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, не предвидя, что в результате его преступных действий может наступить смерть ФИО4, хотя при должной внимательности и предусмотрительности он должен был и мог предвидеть ее наступление, подверг его избиению, совершая тем самым противоправные действия, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать, а именно, умышленно нанес ФИО4 не менее 23-х ударов в область грудной клетки и живота; не менее 8-ми ударов в область головы; не менее 21-го удара в область верхних конечностей и не менее 25-ти ударов в область нижних конечностей. От полученных в результате умышленных преступных действий ФИО7 повреждений ФИО4 скончался через непродолжительный период времени на месте происшествия в помещении УМВД России по г. Воронежу по адресу: 

<

адрес>. 

Таким образом, в ходе судебного разбирательства достоверно установлен факт причинения смерти ФИО4 сотрудником УМВД России по г. Воронежу при исполнении служебных обязанностей. 

Истцы ФИО1 и ФИО2 приходились ФИО4 родными сестрами (л.д.31-33) и были признаны потерпевшими в рамках уголовного дела по обвинению ФИО7 (т.1 л.д.196-199, 215-218 уголовного дела №1-53/18).

Согласно представленным по запросу суда ответу нотариуса и материалам наследственного дела к имуществу умершего ФИО4 в права наследования после его смерти вступила истец ФИО1 Остальные наследники с заявлениями к нотариусу не обращались (л.д.68, 69-95).

Также в ходе судебного разбирательства установлено, что истцом ФИО1 понесены расходы на погребение ФИО4 всего на сумму 33 270 рублей и состоящие из: комплекса санитарно-гигиенических работ по подготовке тела к погребению и облачение покойного в похоронную одежду – 6 750 рублей; гроб, крест и одежда для покойного – 8 000 рублей; рытье могилы и вывоз покойного – 11 760 рублей; автокатафалк – 5 760 рублей; венок – 1 000 рублей (л.д.35-37).

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Указанный принцип также воспроизведен в статье 16 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

Частью 3 статьи 33 Федерального закона от 7 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции" закреплено, что вред, причиненный гражданам и организациям противоправными действиями (бездействием) сотрудника полиции при выполнении им служебных обязанностей, подлежит возмещению в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Абзацем первым пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающей общие основания ответственности за причинение вреда, установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекшей последствий, предусмотренных пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При таком положении и поскольку в ходе судебного разбирательства достоверно установлен факт причинения вреда истцам в результате незаконных действий сотрудника государственного органа, имеются достаточные основания для удовлетворения заявленных требований о возмещении причиненного истцам вреда по существу.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Анализируя установленные по делу обстоятельства, сопоставляя их с приведенными положениями закона, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных ФИО1 и ФИО2 исковых требований в части компенсации морального вреда по существу, поскольку в ходе судебного разбирательства бесспорно установлены основания, предусмотренные законом, устанавливающие обязанность государства компенсировать моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий должностных лиц государственных органов.

Разрешая спор в части определения размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер деяния, совершенного сотрудником полиции при исполнении им служебных обязанностей, причинившего истцам вред, степень перенесенных истцами физических и нравственных страданий, выразившихся в утрате близкого родственника при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда, представленные истцами сведения о состоянии их здоровья в период, относящийся к рассматриваемому деянию (л.д.104, 113), показания свидетеля ФИО11, пояснившей о близких отношениях погибшего и истцов. В то же время, суд находит обоснованными доводы представителей ответчиков и третьего лица о том, что заявленный истцами размер компенсации морального вреда явно завышен и не отвечает требованиям разумности и справедливости, принимая также во внимание, что погибший ФИО4 с истцами совместно не проживал и не вёл с ними общего хозяйства, со слов самих истцов, нуждался в их помощи, а из имеющихся в материалах уголовного дела данных о личности погибшего ФИО4 следует, что при жизни он отрицательно характеризовался по месту жительства, являлся участником судебных разбирательств, где выступал в качестве ответчика, неоднократно привлекался к уголовной ответственности, в том числе, за совершение тяжких преступлений против личности (уголовное дело №1-53/18: т.1, л.д.247, 248, 254, 255, 259, 261). 

При таком положении, оценивая в совокупности приведенные выше обстоятельства, суд, с учетом требований разумности и справедливости, считает необходимым взыскать по 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда в пользу каждого из истцов.

Разрешая исковые требования в части взыскания материального ущерба, суд исходит из следующего: в соответствии со статьей 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле". 

Согласно статье 3 Федерального закона "О погребении и похоронном деле", погребение – обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

При этом согласно статье 9 названного Закона супругу, близким родственникам, иным родственникам, законному представителю или иному лицу, взявшему на себя обязанность осуществить погребение умершего, гарантируется оказание на безвозмездной основе следующего перечня услуг по погребению:

1) оформление документов, необходимых для погребения;

2) предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения;

3) перевозка тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий);

4) погребение (кремация с последующей выдачей урны с прахом).

Поскольку истцом ФИО1 представлены сведения о понесенных ею затратах, которые признаются судом необходимыми и направленными исключительно на погребение ФИО4 (поскольку явно связаны с перевозкой тела умершего и обрядовыми действиями по захоронению), и данные расходы подтверждены соответствующими документами, сомневаться в подлинности которых оснований не имеется, указанные затраты с учетом приведенных выше положений закона подлежат взысканию в пользу лица их понесшего, т.е. в пользу ФИО1 В этой связи, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО2 о возмещении материального ущерба, поскольку факт несения ею указанных расходов какими-либо допустимыми доказательствами не подтвержден.

Доводы ответчиков о том, что истец имела право на получение соответствующих услуг безвозмездно, судом оцениваются критически, как основанные на неправильном толковании приводимых в возражениях положений закона, поскольку возможность получения соответствующих услуг безвозмездно не является обязанностью лица, производящего погребение, и не исключает возможность личной оплаты соответствующих услуг, равно как и возможность их взыскания с виновного лица в качестве причиненного его незаконными действиями ущерба. При этом предусмотренная законом возможность получения пособия на погребение гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается в силу прямого указания статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Разрешая спор в части определения надлежащего ответчика, суд руководствуется приведенными выше положениями статей 16, 1069, 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, по смыслу которых вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, подлежит возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. В случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В свою очередь, согласно подпункту 1 пункта 3 части 2 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, выступает главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде, соответственно, по ведомственной принадлежности.

При этом суд принимает во внимание разъяснения, данные в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и в пункте 81 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015 г. N 50 "О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства", по смыслу взаимосвязанных положений которых в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов ответчиком является публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование). Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства. Предъявление иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему нарушение, или только к финансовому органу само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении такого иска. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующее публично-правовое образование и одновременно определяет, какие органы будут представлять его интересы в процессе.

Неправильное определение истцом ответчика либо государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не может влечь за собой отказ в принятии искового заявления, его возвращение, оставление без движения либо отказ в иске только по этому основанию. Суд на стадии подготовки дела к судебному разбирательству в судебном акте указывает ответчиком Российскую Федерацию, привлекает к участию в деле надлежащий государственный орган, наделенный полномочиями выступать от имени Российской Федерации в суде по искам к Российской Федерации о возмещении вреда. При удовлетворении иска о возмещении вреда в резолютивной части решения суд указывает о взыскании суммы вреда с Российской Федерации в лице надлежащего органа за счет казны Российской Федерации.

Согласно Положению о Министерстве внутренних дел Российской Федерации и Типовому положению о территориальном органе Министерства внутренних дел Российской Федерации по субъекту Российской Федерации", утв. Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 г. N 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета. 

Таким образом, по смыслу приведенных выше положений закона по искам о возмещении вреда, причиненного в результате действий (бездействия) должностных лиц МВД России за счет казны Российской Федерации от имени Российской Федерации в суде выступает и отвечает по своим денежным обязательствам МВД России как главный распорядитель бюджетных средств, в связи с чем, присужденные в пользу истцов денежные средства подлежат взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.

По этим же основаниям суд отказывает в удовлетворении заявленных исковых требований в части, предъявленной к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 32 270 рублей в счет материального ущерба, 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда, а всего 182 270 рублей.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 150 000 рублей в счет компенсации морального вреда.

В удовлетворении исковых требований в части, предъявленной к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Воронежской области, а также в части исковых требований ФИО2 о возмещении материального ущерба отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: Е.Г. Щербатых

решение изготовлено в окончательной форме 26 февраля 2019 г.