Мотивированное 

апелляционное постановление

 изготовлено 08 октября 2021 года

Судья Анчутина И.В. Дело № 22 – 7114/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

06 октября 2021 года город Екатеринбург 

Свердловский областной суд в составе председательствующего Кузнецовой М.В.,

с участием: прокурора апелляционного отдела прокуратуры Свердловской области

Фролова М.И.,

адвоката Костенко А.А. в защиту интересов осужденного,

при ведении протокола помощником судьи Лимоновой И.Н., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению помощника прокурора ЗАТО г. Новоуральск Свердловской области ФИО1, апелляционной жалобе осужденного ФИО2 на приговор Новоуральского городского суда Свердловской области от 03 августа 2021года, которым 

ФИО2, 

<

дата>, ранее не судимый

осужден по ч. 1 ст. 285 УК РФ к наказанию в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, либо с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях сроком на 4 года.

Мера пресечения в отношении ФИО2 не избиралась.

Заслушав выступления адвоката Костенко А.А., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, прокурора Фролова М.И., просившего об изменении приговора по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

приговором суда ФИО2 признан виновным в том, что, являясь должностным лицом – директором Муниципального казенного учреждения «Управление городского хозяйства» Новоуральского городского округа (далее по тексту – МКУ «УГХ» НГО), использовал свои служебные полномочия вопреки интересам службы из корыстной заинтересованности, что повлекло существенное нарушение законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Преступление было совершено в период с 01 июня 2016 года по 16 августа 2018 года на территории г. Новоуральска при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. 

В апелляционном представлении помощник прокурора ЗАТО г. Новоуральска Свердловской области ФИО1 просит приговор в отношении ФИО2 изменить, исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на постановление оправдательного приговора в связи с отсутствием в деянии ФИО2 состава преступления, поскольку данный вывод не соответствует установленным судом обстоятельствам, подтверждающим и обосновывающим виновность ФИО2 в совершении инкриминируемого преступления, противоречит положениям ст. 297, 299, 307 УПК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 просит приговор суда отменить как незаконный и необоснованный, постановленный с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, основанный на недопустимых доказательствах. Просит его оправдать. 

Оспаривает наличие события преступления и указывает на отсутствие доказательств его вины.

В приговоре суд ссылается на контракты и договоры, заключенные с ООО «Благоустройство-Н», которые не были исследованы в судебном заседании, что свидетельствует о недоказанности события преступления. Исследование судом протоколов осмотра этих документов не свидетельствует о соблюдении принципа непосредственности. 

Ссылка суда в приговоре на л.д. 187 в т. 7 является необоснованной, поскольку данный документ исследован не был.

Полагает, что судом в приговоре сделаны выводы об обстоятельствах, которые не были предметом рассмотрения. 

В основу приговора положены недопустимые доказательства: аудиозаписи, природа возникновения которых неизвестна, экспертиза в отношении этих записей не проведена, на основании чего суд установил принадлежность голоса на аудиозаписи ФИО2, не известно. Аудиозапись совещания в МКУ «УГХ» НГО от 28 августа 2019 года, находящаяся на диске, приобщенном к протоколу осмотра и прослушивания фонограммы от 03 апреля 2020 года, не относится к событиям инкриминируемого периода. Сами аудиозаписи судом исследованы не были.

Из показаний свидетелей К., Ц., Т. следует, что в коммерческой деятельности ООО «Благоустройство-Н» был заинтересован Д., намеревался приобрести автомобиль. 

Наличие корыстного мотива в его действиях не установлено, показания Д. о передаче ему денежных средств оспаривает.

Показания Ч. и Д. не подтверждаются доказательствами по делу, противоречат друг другу, не согласуются с другими доказательствами.

Исполнение им своих трудовых обязанностей, связанных с подписанием коллегиально принимаемых решений, не свидетельствует о совершении преступления. 

Оспаривает наличие в его действиях признака злоупотребления должностными полномочиями, а также вывод о существенном нарушении прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства. Доказательства нарушения законных интересов граждан или организаций, их прав и свобод, отсутствуют. Факт создания преимуществ и привилегий для ООО "Благоустройство-Н" не установлен.

МУП "Ритуал" не участвовал в аукционах ввиду отсутствия необходимой техники для исполнения работ.

Включение условия об участии в аукционе субъектов малого предпринимательства основано на положениях ФЗ № 44 «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», согласно которым объем минимальных закупок у указанной категории субъектов не может составлять менее 15% от общего количества заключенных договоров. Согласно материалам дела, в 2016 году объем таких закупок составил 34,65%, в 2017 году - 15,24%, в 2018 году - 18,82%. Проведение закупок в рассматриваемый период с меньшим размещением у субъектов малого предпринимательства привело бы к нарушению указанных требований закона.

Согласно планам-графикам закупок за период с 2016 года по 2020 год прослеживается аналогия в закупках, бюджете, в условиях, в порядке проведения и документообороте. Факт отсутствия искусственного создания условий для ООО «Благоустройство-Н» подтверждает отсутствие каких-либо жалоб по вопросам нарушения конкуренции ни до инкриминируемого периода событий, ни после. 

Нарушений требований закона и порядка заключения муниципальных контрактов с ООО "Благоустройство-Н" в ходе проверок установлено не было.

МУП «Ритуал» не использовал законных способ защиты нарушенных прав, при этом препятствий в реализации такой возможности не имелось, с заявкой на участие в закупках МУП «Ритуал» не обращалось. Исключение условий о закупках у субъектов малого предпринимательства свидетельствовало бы о нарушении им норм о конкуренции на рынке аукционов. Просит отнестись критически к показаниям свидетелей Э. и С..

Акт выездной проверки контрольно-ревизионного отдела администрации НГО не является окончательным решением о виновности проверяемого субъекта, носит форму протокола, подлежит дальнейшей проверке. Выявленные в акте нарушения носили организационный характер и не влияли на качество исполнения контракта, что подтвердили свидетели Р., Ф., М.. Сам акт касается многих субъектов, помимо ООО «Благоустройство-Н», по которым зафиксированы аналогичные нарушения, не нашедшие своего подтверждения, ущерб бюджету причинен не был.

Судом были учтены показания свидетелей, данные на предварительном следствии, однако показаниям, данным в судебном заседании об отсутствии факта преступления, оценка не дана. Показания допрошенных свидетелей носят вероятностный характер, не подтверждают совершение им действий в пользу ООО «Благоустройство-Н».

Указание на стр. 54 приговора на необходимость оправдания ФИО2 подтверждает его доводы о невиновности.

Обращает внимание на данные о его личности, благодарственные письма, грамоты, связанных с его деятельностью в «Управлении городского хозяйства», награждение его знаком отличия губернатора Свердловской области. Просит учесть показания свидетеля Я., который по результатам общения с жителями Новоуральского городского округа засвидетельствовал положительное общественное мнение о нем.

Полагает, судом допущено нарушение тайны совещательной комнаты, поскольку дата оглашения приговора с 28 июля 2021 года была перенесена на 30 июля 2021 года.

Помощником прокурора ЗАТО г. Новоуральск Свердловской области ФИО1 представлены возражения на апелляционную жалобу осужденного ФИО2

Проверив материалы дела, доводы апелляционных жалоб и представления, поступивших возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Решение суда в части установленных и изложенных в приговоре фактических обстоятельств содеянного осужденным является правильным, основано на достаточной совокупности исследованных в суде доказательств, которым дана надлежащая оценка по правилам ст. ст. 87, 88 УПК РФ. 

Судом установлено, что ФИО2, являясь должностным лицом - директором МКУ "Управление городского хозяйства", действуя вопреки интересам службы, злоупотребляя предоставленными ему организационно-распорядительными и административно-хозяйственными полномочиями, из корыстных побуждений, действуя в интересах подконтрольного ему ООО "Благоустройство-Н", для исключения возможности участия в закупках иных хозяйствующих субъектов, путем дачи указаний работникам МКУ "УГХ" НГО, входящим в состав контрактной службы данного учреждения, обеспечил включение в аукционную документацию требований и ограничений к участникам закупок о том, что последними могут быть только субъекты малого предпринимательства, к которым относится созданное им ООО "Благоустройство-Н", обеспечил участие и победу указанного общества в аукционах, результаты которых им были утверждены, и заключение с ООО "Благоустройство-Н" перечисленных в приговоре муниципальных контрактов.

В результате действий осужденного были существенно нарушены права и законные интересы организаций - субъектов предпринимательской деятельности и хозяйствующих субъектов, в том числе МУП "Ритуал", поскольку в силу искусственного ограничения конкуренции они были лишены возможности участия в закупках для муниципальных нужд и возможности выбрать в предусмотренных законом случаях по своему усмотрению МКУ "УГХ" НГО как организацию для сотрудничества; а также существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства в сфере закупок работ и услуг для обеспечения муниципальных нужд, обеспечения равенства участников закупок, создания условий для свободной конкуренции; подрыва авторитета органов муниципальной власти, учреждений и предприятий, на руководителей которых распространены запреты на участие в органах управления хозяйственных обществ и в управлении хозяйствующими субъектами.

Факт внесения изменений в аукционную документацию, а именно, включение требования о том, что участником закупок может быть только субъект малого предпринимательства, также как и факт последующего заключения с ООО "Благоустройство-Н" перечисленных в приговоре муниципальных контрактов, осужденный ФИО2 признал, подтверждается данное обстоятельство и представленными в материалах дела документами.

Вопреки доводам стороны защиты, существо и предмет муниципальных контрактов, перечисленных в приговоре, судом определены верно на основании непосредственного исследования в судебном заседании протокола осмотра муниципальных контрактов, в котором в достаточной мере отражены юридически значимые для обстоятельств дела сведения, касающиеся даты заключения контрактов, их предмета, участников, стоимости. Стороны не оспаривали достоверность и полноту изложенных в протоколе осмотра сведений, ходатайств об изучении самих контрактов не заявляли, в связи с чем доводы защиты в данной части суд апелляционной инстанции отклоняет.

Доводы осужденного ФИО2 об отсутствии в его действиях корыстной заинтересованности, как и о том, что он не имеет отношения к ООО "Благоустройство-Н", опровергаются положенными в основу приговора доказательствами.

Так, из показаний свидетеля Ч. следует, что по просьбе ФИО2 на её имя было зарегистрировано ООО "Благоустройство-Н", доверенность на представление её интересов в обществе по указанию осужденного была выдана Д.. Свою просьбу ФИО2 объяснил тем, что, являясь муниципальным служащим, самостоятельно вести бизнес не может. Она отношения к ведению хозяйственной и коммерческой деятельности юридического лица, также как и к управлению его расчетным счетом, не имела. 

Свидетель Д. сообщил, что ФИО2, будучи директором МКУ "УГХ" НГО предложил ему участвовать в электронных торгах по заключению муниципальных контрактов. Для этих целей по указанию ФИО2 на имя Ч. было открыто ООО "Благоустройство-Н", интересы которого по доверенности представлял он. Фактически его действиями руководил осужденный. Официально трудоустроенных работников в обществе не было; все указания по деятельности общества ему давал ФИО2, самостоятельных решений он не принимал. ФИО2 сообщал ему когда и в каких аукционах необходимо принять участие. На его вопрос о конкуренции осужденный пояснил, что иные участники вынужденно уйдут с рынка. В 2018 году ФИО2 сообщил ему о закрытии ООО "Благоустройство-Н", оставшиеся на счете денежные средства в сумме 957 000 рублей он в августе 2018 года перевел на банковскую карточку Ч., после чего обналичил и передал осужденному.

Факт перевода на счет Ч. 08 августа 2018 года указанной суммы подтверждается представленной в материалах дела и исследованной судом апелляционной инстанции выпиской о движении денежных средств по счету Ч. (т. 7 л.д. 180 - 182). 

Оснований не доверять показаниям свидетелей Ч. и Д. у суда первой инстанции не имелось, поскольку они последовательны, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, согласуются с положенными в основу приговора доказательствами, противоречий не содержат. Убедительных мотивов для признания показаний перечисленных лиц недопустимым доказательством стороной защиты не приведено и суд апелляционной инстанции таких не усматривает. 

Согласно протоколу осмотра представленной свидетелем Д. аудиозаписи его беседы с ФИО2, последний интересовался остатком денежных средств на счете ООО "Благоустройство-Н", а Д. сообщил, что денежные средства будут обналичены и переданы ФИО2 (т. 9 л.д. 180-211).

Оснований для признания данного доказательства, также как и протокола осмотра и прослушивания фонограммы аудиозаписи, представленной свидетелем В., недопустимым у суда не имелось. Ходатайств о прослушивании аудиозаписей разговоров сторонами заявлено не было; полнота и объективность изложенных в протоколах сведений подтверждены Д. и В., которые при допросе в судебном заседании сообщили о тех же фактах, которые отражены в процессуальных документах. Суд правильно отметил, что поскольку Д. и В. являлись участниками разговоров, осуществление ими записи беседы с осужденным, участниками которой являлись они сами, не противоречит требованиям закона. Записи добровольно переданы Д. и В. правоохранительным органам, в связи с чем правомерно использованы в процессе доказывания.

Основания для проведения экспертизы в отношении данных записей отсутствовали, поскольку Д. и В. сообщили кто являлся участниками беседы. Протоколы осмотра и прослушивания аудиозаписей оценены судом и приняты во внимание в совокупности с иными доказательствами по делу, приоритетного значения не имеют.

Учитывая вышеизложенное доказательства, а также иные доказательства, положенные в основу приговору, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о том, что именно наличие корыстной заинтересованности послужило основанием для включения осужденным в аукционную документацию требований и ограничений к участникам закупок о том, что последними могут быть только субъекты малого предпринимательства, к которым относится ООО "Благоустройство-Н". В данном случае, включение указанного условия являлось усмотрением осужденного, продиктованным, вопреки интересам службы, исключительно его личным интересом. Ссылка стороны защиты на то, что ФИО2 действовал в рамках ФЗ-44 "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", направлена на сокрытие преступного характера действий ФИО2, который осужден за злоупотребление (а не превышение) своими должностными полномочиями, связанными, как раз таки, с заключением муниципальных контрактов и совершением сопутствующих тому действий. 

То обстоятельство, что требования закона о закупках при заключении муниципальных контрактов нарушены не были, не исключает установленного факта злоупотребления ФИО2 своими должностными полномочиями при реализации данного закона.

Свидетель С. сообщил, что с августа 2012 года по май 2017 года он являлся директором МУП "Ритуал", с которым долгое время заключались муниципальные контракты и договоры по обеспечению деятельности кладбища и обеспечения функционирования городского хозяйства. ФИО2 являлся его заместителем. После вступления ФИО2 в должность директора МКУ "УГХ" НГО, появилось условие о возможности участия в торгах по заключению договоров, связанных с похоронной деятельностью, только субъектов малого предпринимательства, к которым МУП "Ритуал" не относилось. Невозможность участия в контрактах отразилась на финансовом положении МУП "Ритуал". Полагает, что тем самым ФИО2 намеревался вытеснить МУП "Ритуал" с рынка.

С мая 2017 года директором МУП "Ритуал" назначен Э., который дал аналогичные С. показания, дополнительно сообщив, что в результате внесенных осужденным ограничений финансовое положение МУП "Ритуал" ухудшилось, они несли убытки. ФИО2 предлагал ему прекратить заниматься похоронной деятельностью.

Из показаний свидетеля В., данных в ходе предварительного расследования, следует, что он возглавлял ООО "Новоуральский похоронный дом", в котором 51% принадлежит МУП "Ритуал". В августе 2019 года он участвовал на совещании, проводимом в МУП "УГХ" НГО по вопросу организации похоронного дела, в ходе которого ФИО2 интересовался о том, какая сумма денежных средств нужна для исключения участия МУП "Ритуал" в ритуальной деятельности.

Доводы защиты о безотносимости показаний свидетеля В. к рассматриваемому делу суд апелляционной инстанции находит неубедительными, поскольку данные показания в совокупности с иными доказательствами (показаниями С., Э.) характеризуют не служебную заинтересованность осужденного в вопросе заключения муниципальных контрактов данной направленности. 

Из показаний свидетелей Е., П. следует, что ФИО2 действительно давал указание о том, какая закупка будет размещена именно для субъектов малого предпринимательства.

Свидетель П. также сообщила, что решение о преимуществе субъекта малого предпринимательства принималось с непосредственным участием директора МКУ "УГХ" НГО ФИО2.

Главный специалист-эксперт Свердловского УФАС России Б., допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста, пояснил, что создание директором МКУ "УГХ" НГО ФИО2 аффилированной компании ООО "Благоустройство-Н", предоставление данному обществу информации о предстоящих закупках, дача указаний на участие в конкретных закупках, подача данным обществом заявок на участие в аукционах, влекут нарушения ч. 2 ст. 8 ФЗ-44 "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд", в частности, приводят к ограничению конкуренции. Участником торгов является не только тот, кто подал заявку на участие в них, но и тот, кто имеет возможность исполнить контракт.

Всем исследованным и положенным в основу приговора доказательствам, в том числе тем, на которые ссылается автор жалобы (акт ревизионной комиссии, аудиозаписи разговоров, письменные материалы дела) судом первой инстанции дана правильная оценка, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется. Объективные основания для переоценки выводов суда первой инстанции отсутствуют.

Вопреки доводам защиты, судом оценены все показания свидетелей, данные ими не только в ходе предварительного расследования, но и в судебном заседании. Мотивы, по которым приняты во внимание одни доказательства, и отклонены другие, в приговоре изложены, являются убедительными.

В то же время, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить из приговора ссылку на документы, находящиеся в т. 7 л.д. 187, т.17 л.д. 180-183 и 189-194, как на доказательство вины, поскольку согласно протоколу и аудиозаписи судебного заседания они не были предметом непосредственного исследования. 

Исключение указанных документов не влияет на выводы суда о виновности осужденного, которые в достаточной мере подтверждаются совокупностью иных изложенных в приговоре, в том числе приведенных в настоящем определении, доказательств.

Предусмотренных ст. 75 УПК РФ оснований для признания положенных в основу приговора доказательств недопустимыми не имеется.

Правильно установив фактические обстоятельства дела, суд верно квалифицировал действия осужденного по ч. 1 ст. 285 УК РФ как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, из корыстной заинтересованности, повлекшее существенное нарушение прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства.

Доводы осужденного об отсутствии события преступления являются несостоятельными, противоречат установленным судом фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В силу примечания 1 к статье 285 УК РФ ФИО2, занимавший должность директора Муниципального казенного учреждение "Управление городского хозяйства" Новоуральского городского округа и выполняющий в данном учреждении организационно-распорядительные и административно-хозяйственные полномочия, обладает признаками должностного лица и является субъектом данного преступления.

Доводы автора апелляционной жалобы о недоказанности факта злоупотребления своими должностными полномочиями, отсутствия признаков существенного нарушения прав и законных интересов организаций и охраняемых законом интересов общества и государства, аналогичны позиции защиты, изложенной в суде первой инстанции, были надлежащим образом проверены и оценены судом.

Суд пришел к правильному выводу о том, что в результате злоупотребления ФИО2 своим должностным положением были существенно нарушены права и законные интересы организаций – субъектов предпринимательской деятельности и хозяйствующих субъектов, в виде лишения их в силу искусственного ограничения конкуренции возможности участия в закупках для муниципальных нужд и лишения их возможности выбрать в предусмотренных законом случаях по своему усмотрению МКУ «УГХ» НГО, как организацию для сотрудничества, что повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства в сфере закупок работ и услуг для обеспечения муниципальных нужд, обеспечения равенства участников закупок, создания условий для свободной конкуренции, в виде подрыва авторитета органов муниципальной власти, учреждений и предприятий, нанесения существенного вреда их авторитету и авторитету органов местного самоуправления в целом и их дискредитации в глазах населения Новоуральского городского округа.

Как верно отметил суд первой инстанции, отсутствие жалоб и обращений в МКУ «УГХ» НГО от иных участников рынка о желании принять участие в тех или иных торгах, в которых имеется преимущество для субъектов малого предпринимательства, а также тот факт, что МКУ «УГХ» НГО были заключены некоторые контракты с иными субъектами малого предпринимательства, не свидетельствует о невиновности ФИО2 в инкриминируемом ему преступлении.

Предварительное расследование и судебное разбирательство по делу проведены в соответствии с принципом равноправия и состязательности сторон, стороны обвинения и защиты не были ограничены в праве представления и исследования доказательств, свободе их оценки.

Все заявленные в ходе судебного разбирательства стороной защиты ходатайства рассмотрены и по ним приняты мотивированные решения. Представленные стороной защиты доказательства получили оценку суда первой инстанции, оснований не согласиться с которой суд апелляционной инстанции не усматривает.

Нарушений требований уголовно-процессуального закона, которые бы влекли отмену приговора, в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства не допущено.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, пределы судебного разбирательства, предусмотренные ст. 252 УПК РФ, судом не нарушены.

Сомнений в том, что суд при постановлении приговора пришел к выводу о виновности осужденного, вопреки доводам защиты, приговор суда не вызывает. Указание в приговоре при разрешении вопроса о судьбе имущества, на который наложен арест, о постановлении оправдательного приговора в связи с отсутствием состава преступления, а также ссылка суда на п. 3 ч. 2 ст. 302, ст. ст.303-306 УПК РФ, является ошибочным. При таких обстоятельствах, учитывая наличие апелляционного повода, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор в данной части изменить, исключить из его описательно-мотивировочной части указание на постановление оправдательного приговора в связи с отсутствием в деянии ФИО2 состава преступления, а также ссылку на п. 3 ч. 2 ст. 302, ст. ст. 303-306 УПК РФ.

Приговор постановлен судом в соответствии с требованиями ст. ст. 296, 297, 298 УПК РФ, судом разрешены все вопросы, указанные в ст. 299 УПК РФ, содержание приговора соответствует требованиям ст. ст. 303, 304, 307, 308, 309 УПК РФ.

Нарушения тайны совещательной комнаты судом допущено не было. Продление времени нахождения судьи в совещательной комнате не свидетельствует о нарушении требований ст. 298 УПК РФ. 

При разрешении вопроса о виде и размере наказания судом учтены характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности осужденного, в том числе те, на которые он ссылается в своей апелляционной жалобе, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, которые не были известны суду первой инстанции или не учтены при разрешении вопроса о виде и размере наказания сторонами не приведено и судебной коллегией не установлено.

Как следует из приговора, суд назначил ФИО2 наказание в виде лишения права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, либо с выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, сроком на 4 года. 

Вместе с тем такого наказания как запрет занимать должности в государственных и муниципальных учреждениях ст. 47 УК РФ, с учетом положений Федерального закона "О системе государственной службы Российской Федерации" от 27 мая 2003 года № 58-ФЗ, не предусмотрено, в связи с чем приговор в данной части подлежит изменению.

В остальном назначенное наказание является справедливым, его размер определен в пределах санкции ч. 1 ст. 285 УК РФ.

Вывод об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, в приговоре мотивирован, является правильным.

Неправильного применения уголовного закона и нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.19, 389.20, 389.33 УПК РФ УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л

Приговор Новоуральского городского суда Свердловской области от 03августа 2021года в отношении ФИО2 изменить.

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на "постановление оправдательного приговора в связи с отсутствием в деянии ФИО2 состава преступления", а также ссылку на п. 3 ч. 2 ст. 302, ст. ст. 303-306 УПК РФ.

Исключить из приговора ссылку на документы, находящиеся в т. 7 л.д. 187, т.17 л.д. 180-183 и 189-194.

Исключить из резолютивной части приговора указание о запрете ФИО2 занимать должности, связанные с осуществлением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных полномочий в государственных и муниципальных учреждениях.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление прокурора - удовлетворить, апелляционную жалобу осужденного - оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу в день его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, путем подачи апелляционных жалоб и представления через суд первой инстанции.

В случае подачи кассационных жалоб, представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья