№ 2-1225/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 июля 2018 г. г. ФИО1

Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Алексеевой О.В.,

участием помощника прокурора Хафизовой А.К.,

при секретаре Сайфутдиновой Р.Р., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ПАО «Газпром газораспределение Уфа» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратился в суд с вышеуказанным иском, указывая, что он с 2010 г. работает электрогазосварщиком в ПАО «Газпром газораспредление Уфа». ДД.ММ.ГГГГ при исполнении задания 

<

данные изъяты> ФИО5 на проведении работ по изоляции пяти стальных труб диаметром 108 мм с применением станка по изоляции труб с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ему причинена производственная травма. 

Комиссией по расследованию несчастного случая установлено, что причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся: в несоблюдении требований охраны труда, установленных Инструкцией ИОТ-Р-31 по охране труда для изолировщиков, осуществляющих изоляцию газовых сетей: при производстве намотки ленты вручную путем натягивания, при натягивании ленты выдерживать расстояние от вращающейся трубы до бухты ленты не менее 50 см - нарушение требований ст. 214 Трудового кодекса РФ, 

<

данные изъяты> Инструкции ИОТ-Р-31 по охране труда для изолировщиков, осуществляющих изоляцию газовых сетей, утвержденной директором филиала ОАО «Газ-Сервис» «Октябрьскгаз» ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ; в использовании пострадавшего не по специальности - нарушение требований ст. 22 Трудового кодекса РФ, п. 2.8.3 ГОСТ 12.3.002-75 Межгосударственного стандарта. Система стандартов безопасности труда. Процессы производственные. Общие требований безопасности; в не проведении обучения и проверки знаний по охране труда перед допуском к самостоятельной работе на станочном оборудовании - нарушение требований ст. 212 Трудового кодекса РФ, п. 1.1.10 Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации газового хозяйства организаций ПОТ РМ-026-2003.

Лицами, допустившими вышеуказанные нарушения требований охраны труда, согласно акту о несчастном случае на производстве признаны начальник 

<

данные изъяты> филиала ОАО «Газ-Сервис» «Октябрьскгаз», 

<

данные изъяты> филиала ОАО «Газ- Сервис» «Октябрьскгаз» ФИО5, 

<

данные изъяты> филиала «Газ-Сервис» Октябрьскгаз» ФИО6 В действиях истца факта грубой неосторожности, нарушения требований охраны труда, приведших к несчастному случаю, не установлено. Кроме того, стаж работы истца на момент несчастного случая на производстве составлял 8 лет 10 месяцев, что характеризует его как опытного работника.

Истцу вследствие ненадлежащего исполнения работодателем обязанности по обеспечению безопасных условий труда был причинен тяжкий вред здоровью; в результате полученной производственной травмы истец проходил длительное стационарное и амбулаторное лечение; как непосредственно в момент получения травмы, так и в дальнейшем в процессе лечения испытывал физическую боль, перенес ряд медицинских вмешательств, хирургические операции; у истца нарушена речь, координация движений речевого аппарата.

Истец находился на стационарном лечении в городской больнице № 

<

адрес> Республики Башкортостан в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ Согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданному ГБУЗ Городская больница № 

<

адрес> истцу причинены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>. Данные повреждения квалифицированы как тяжкий вред здоровью.

ДД.ММ.ГГГГ истец направил в адрес ответчика письменное заявление с требованием о выплате компенсации морального вреда в размере 500 000 рублей. Срок для удовлетворения требования истца был установлен 10 календарных дней с момента получения заявления. Письмо ответчиком не получено, возвращено в истцу в связи с истечением срока хранения. 

Истец в исковом заявлении просит суд взыскать с ПАО «Газпром газораспределение Уфа» компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, возмещение расходов по оплате юридических услуг в размере 32 000 рублей, возмещение расходов по оплате почтовых услуг в размере 803,06 рублей.

В судебном заседании ФИО2, его представитель ФИО3 исковые требования поддержали, просили взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 800 000 руб. 

Представитель ответчика ПАО «Газпром газораспределение Уфа» ФИО4 исковые требования ФИО2 не признала, просила в удовлетворении иска отказать в связи с тем, что продолжительность временной нетрудоспособности пострадавшего истца составила 61 календарный день (44 рабочих дня), после чего истец по состоянию здоровья не нуждался в длительном освобождении от работ. Спустя 7 месяцев после произошедшего, согласно Внеочередного медицинского осмотра от ДД.ММ.ГГГГ для работы по специальности электрогазосварщик, истец признан врачебной комиссией годным к работе электрогазосварщиком на высоте. Истцом в суд не представлено доказательств, подтверждающих свои доводы, а именно - о «перенесении ряда медицинских вмешательств, хирургических операций», а также доказательств нарушения речи и координации движений речевого аппарата, как следствие последствий несчастного случая. В числе обоснований допущения ответчиком нарушений трудовых прав истца в части обеспечения безопасных условий труда, ФИО2 указывает на отсутствие инструктажа перед началом работы. Об обратном свидетельствует объяснение ФИО2 в Комиссию по расследованию несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, где он указывает на то, что том, что перед началом работ 

<

данные изъяты> ФИО5 дал задание и целевой инструктаж на изоляцию трубы. Кроме того, со стороны ответчика имелась грубая неосторожность, поскольку данного несчастного случая могло не случиться, если бы в тот момент, когда у него выпала бобина с липкой лентой, он выключил станок, и только тогда поднял ее. 

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в РБ в судебное заседание не явился, надлежащим образом извещен о месте и времени рассмотрения дела, в связи с чем, суд в порядке ст. 167 ГПК РФ определил рассмотреть дело в его отсутствие.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, заключение помощника прокурора о том, что разумным и справедливым является удовлетворение требований истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 350 000 руб., суд приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Статьей 151 Гражданского кодекса РФ предусмотрено: «Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.» 

В соответствии с п.1 ст.1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст.1101 Гражданского кодекса РФ, «1. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. 2. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.»

Постановлением Пленума Верховного суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (п. 1). Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8). 

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец был принят на работу в ПАО «Газпром газораспределение Уфа» (ранее ОАО «Газ-Сервис» Республики Башкортостан)в качестве электрогазосварщика 5 разряда на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, место работы истца – филиал по адресу: 

<

адрес>.. 

17.12.2015г. произошел несчастный случай на производстве, оформлен акт по форме Н-1 от 04.02.2016г. 

В результате несчастного случая на производстве, а именно защемления между движущимися предметами (трубой стальной электросварной и лентой изолировочной), истец получил производственную травму, был доставлен в Городскую больницу № 

<

адрес> с повреждениями: 

<

данные изъяты> 

Согласно выписному эпикризу, истребованной судом медицинской карты стационарного больного №, ФИО2 находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, перенес две хирургические операции: ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Из истребованной судом амбулаторной медицинской карты ФИО2, сообщения филиала ОАО «Газ-Сервис» «Октябрьскгаз» следует, что период временной нетрудоспособности истца в связи с полученными на производстве травмами составили 61 календарный день. 

Полученная истцом травма относится к категории тяжелой. Телесные повреждения квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть, согласно медицинскому заключению от 23.12.2015г. 

В акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ отражено, что согласно медицинскому заключению от ДД.ММ.ГГГГ, выданному ГБУЗ Городская больница № 

<

адрес> истцу причинены следующие повреждения: 

<

данные изъяты>. Степень тяжести повреждения здоровья – тяжелая.

Комиссией по расследованию несчастного случая установлено, что причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся: в несоблюдении требований охраны труда, установленных Инструкцией ИОТ-Р-31 по охране труда для изолировщиков, осуществляющих изоляцию газовых сетей: при производстве намотки ленты вручную путем натягивания, при натягивании ленты выдерживать расстояние от вращающейся трубы до бухты ленты не менее 50 см - нарушение требований ст. 214 Трудового кодекса РФ, п. 

<

данные изъяты> Инструкции ИОТ-Р-31 по охране труда для изолировщиков, осуществляющих изоляцию газовых сетей, утвержденной директором филиала ОАО «Газ-Сервис» «Октябрьскгаз» ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ; в использовании пострадавшего не по специальности - нарушение требований ст. 22 Трудового кодекса РФ, п. 2.8.3 ГОСТ 12.3.002-75 Межгосударственного стандарта. Система стандартов безопасности труда. Процессы производственные. Общие требований безопасности; в не проведении обучения и проверки знаний по охране труда перед допуском к самостоятельной работе на станочном оборудовании - нарушение требований ст. 212 Трудового кодекса РФ, п. 1.1.10 Межотраслевых правил по охране труда при эксплуатации газового хозяйства организаций ПОТ РМ-026-2003.

Лицами, допустившими вышеуказанные нарушения требований охраны труда, согласно акту о несчастном случае на производстве признаны 

<

данные изъяты> филиала ОАО «Газ-Сервис» «Октябрьскгаз», 

<

данные изъяты> филиала ОАО «Газ- Сервис» «Октябрьскгаз» ФИО5, 

<

данные изъяты> филиала «Газ-Сервис» Октябрьскгаз» ФИО6,

В действиях истца факта грубой неосторожности, нарушения требований охраны труда, приведших к несчастному случаю, не установлено.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель 2 показала, что на момент несчастного случая она работала у ответчика в должности инспектора труда, очевидцем несчастного случая она не являлась. Со слов очевидцев происшествия Свидетель 3 и ФИО5 ей известно, что перед началом работы по изоляции труб, 

<

данные изъяты> ФИО5 было дано задание и проводился целевой инструктаж. После несчастного случая речь ФИО2 не изменилась, у ФИО2 устная речь всегда была невнятной. 

Свидетель Свидетель 3 в судебном заседании показал, что находился с ФИО2 в одном помещении при изоляции труб. Им было дано задание на изоляцию пяти труб. Четыре трубы они изолировали, несчастный случай произошел при при проведении работы по изолированию последней трубы. При проведении данных работы ФИО2 находился у станка, с одной стороны трубы, работал в руковицах, а свидетель Свидетель 3 возле находился возле другого конца трубы, смотрел за наматываем пленки, они друг друга не могли видеть. Он услышал крик ФИО2, которого закинуло за станок. Несчастный случай возможно было предотвратить, если бы ФИО2 выключил станок при падении бобины с лентой. После несчастного случая речь ФИО2 не изменилась, она была такой же как сейчас. 

Свидетель Свидетель №1 показала, что является женой истца ФИО2 о случившемся ей сообщили с работы. Когда она приехала к мужу в больницу, увидела его с каркасами на руке, он был в сознании, мог разговаривать. Он не рассказывал о произошедшем, находился в состоянии шока. Они очень переживали, как будет происходить заживление травм, его мучили сильные боли, из-за чего ему приходилось долгое время принимать обезболивающие лекарства, которые отражались на работе его желудка, открылась язва. Они до настоящего времени переживают за его здоровье, поскольку предстоит снятие железных конструкций предплечья. При их снятии может быть задет нерв, что вызовет тяжелые осложнения. В связи с несчастным случаем на производстве у Свидетель №1 нарушилась речь, стала невнятной, однако к врачам с жалобами на нарушение речи Свидетель №1 не обращался.

Суд признает убедительными доводы истца о том, что в результате произошедшего несчастного случая на производстве истцу причинен моральный вред. Истец ФИО2 получил тяжелую травму, получил телесные повреждения, квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Истец испытывал физическую боль во время травмы и длительное время после получения травмы, был неоднократно прооперирован, подвергнут общей анестезии, длительное время находился на стационарном лечении в больнице, в дальнейшем длительное время находился на амбулаторном лечении, был ограничен в обслуживании себя, и после лечения испытывал боль. 

Между тем, доказательств того, что в связи с полученными травмами руки у истца нарушилась речь, координация движений речевого аппарата истец не представил, в судебном заседании пояснил, что к врачу по поводу нарушения речи он не обращался. Более того, доводы истца опровергаются показаниями свидетелей Свидетель 2 и Свидетель 3, показавшись, что до и после несчастного случая изменений в произношении ФИО2 не замечено. 

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание, что травма была получена истцом на производстве, грубая неосторожность истца актом о несчастном случае на установлена, при этом акт о несчастном случае ответчиком не оспорен. Комиссией по расследованию несчастного случая установлено, что виновными лицами является должностные лица работодателя: начальник 

<

данные изъяты> филиала ОАО «Газ- Сервис» «Октябрьскгаз» ФИО5, 

<

данные изъяты> филиала «Газ-Сервис» Октябрьскгаз» ФИО6 Суд учитывает обстоятельства дела, и оценивая изложенные выше обстоятельства в совокупности, в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ, взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 400000 рублей, считая разумной указанную сумму. 

В соответствии со ст.98, ст.100 ГПК РФ, суд взыскивает с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 10000_рублей, согласно квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ, договора возмездного оказания услуг № от ДД.ММ.ГГГГ и квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ, суд снижает заявленную истцом сумму исходя из сложности и объема настоящего гражданского дела, участия представителя истца при рассмотрении настоящего дела, считая взысканную сумму разумной и справедливой. 

Также суд взыскивает с ответчика в пользу истца почтовые расходы в размере 803 руб. по направлению заявлений о добровольной выплате компенсации морального вреда и предоставлении документов для подачи иска в суд. Так, ДД.ММ.ГГГГ истцом понесены почтовые расходы в размере 189,10 руб. по направлению заявления ответчику; в размере 212,70 руб по направлению заявления в ГБУЗ ГБ № 

<

адрес>; в размере 212,70 руб. по направлению заявления в Государственную инспекцию труда в РБ; в размере 189,10 руб. по направлению заявления в ГУ – региональное отделение Фонад социального страхования РФ по РБ.

Кроме того, с ответчика в порядке ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ПАО «Газпром газораспределение Уфа» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ПАО «Газпром газораспределение Уфа» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 400 000 (четыреста тысяч) рублей.

Взыскать с ПАО «Газпром газораспределение Уфа» в доход бюджета городского округа 

<

адрес> Республики Башкортостан государственную пошлину в размере 300 (триста) рулей. 

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан через Октябрьский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: О.В. Алексеева