Дело № 2-79/21

22RS0060-01-2021-000029-48

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 марта 2021 года с. Хабары

Хабарский районный суд Алтайского края в составе: 

председательствующего судьи Носыревой Н.В.,

при секретаре Мастевной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «имени Анатолия» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к АО «имени Анатолия» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы.

В обоснование заявленных требований истец указал, что является работником АО «имени Анатолия» с 09 апреля 2009 года, работает в должности водителя автопарка. 29 августа 2020 года в 17 часов 20 минут вследствие несчастного случая на производстве, произошедшего во время выполнения трудовых обязанностей на рабочем месте, он повредил здоровье, ему установлен диагноз и код диагноза МКБ – *** - производственная травма, 

<

данные изъяты>. Согласно заключению медико – социальной экспертизы истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности- 30 %, что подтверждается справкой серии МСЭ-2017 № 0013893 от 08 декабря 2020 года. По факту произошедшего несчастного случая был составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве. Комиссия, производившая расследование несчастного случая, пришла к выводу, что причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ со стороны ответчика. После произошедшего несчастного случая, учитывая характер полученных истцом травм, по своей прежней специальности (должности) работать он больше не может. В период с 14 декабря 2020 года по 01 декабря 2021 года он освобожден от тяжелого физического труда. В результате полученной травмы, он лишился того заработка, на который мог рассчитывать до её получения. Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, учитывая его основные причины, тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий, причинение физической боли как непосредственно в момент получения травмы, так и в период лечения, длительность лечения, последствия полученных повреждений, нравственные страдания в связи с утратой профессиональной трудоспособности, которая лишила истца возможности вести нормальный образ жизни, наличие на иждивении двоих малолетних детей, в том числе ребенка – инвалида, считает, что у него есть правовые основания для предъявления требования к ответчику о выплате компенсации причиненного морального вреда.

Истец просил взыскать с АО «имени Анатолия» в свою пользу в счет компенсации морального вреда 700 000 рублей, расходы по оплате юридических услуг в размере 15 000 рублей, почтовые расходы, связанные с отправкой искового заявления в суд к ответчику.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме. 

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, считает их завышенными.

Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала.

Представитель ответчика ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал.

Выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд пришел к следующему выводу.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. 

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого ч.1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Часть 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац первый ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч.1 ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 ст. 2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 ст. 150 ГК РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1,2 ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст. 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 ст. 1079 ГК РФ ).

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

В силу пункта 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 ст. 1101 ГК РФ).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причиненного гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 ГК РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами международного права и нормами Гражданского кодекса Российской Федерации о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, 09 апреля 2009 года принят водителем автопарка (трудовой договор № 35-тд от 09 апреля 2009 г.) в АО «имени Анатолия», что подтверждается справкой инспектора отдела кадров АО «имени Анатолия», данный факт не оспаривается участниками процесса.

29 августа 2020 года в 08 часов 30 минут водитель ФИО1 прибыл на территорию АО «имени Анатолия» с целью выполнения своих трудовых обязанностей, обусловленных его трудовым договором. Находясь на рабочем месте, ФИО1 получил производственное задание от начальника автопарка Л. на выполнение работ по перевозке семян озимой ржи с территории механического тока, находящегося в с. Хабары, на поле сельскохозяйственного назначения Утянского отделения АО «имени Анатолия», необходимых для проведения посевных работ, с последующим оформлением путевого листа грузового автомобиля № 76 от 29 августа 2020 года. Загрузив автомобиль САЗ 3507, государственный регистрационный знак № семенами ржи, ФИО1 в послеобеденное время, в очередной раз, проследовал на поле Утянского отделения, на котором производились посевные работы. По прибытии на поле, ФИО1 остановил автомобиль на краю проселочной дороги у края земельного участка, на котором производились посевные работы. В это время к месту стоянки автомобиля САЗ 3507 подъехал трактор К 744 Р4, к которому был присоединен комбинированный посевной комплекс серии КПК FEAT 990 – МБ (далее КПК FEAT 990 – МБ), под управлением механизатора С. После того как С. остановил движение трактора, ФИО1 вместе с С. стали подготавливать КПК FEAT 990 – МБ к засыпке посевным материалом ржи. После подготовки КПК FEAT 990 – МБ к загрузке, ФИО1 запустил работу загрузочного шнека посредством переключения рычага гидравлического распределителя, расположенного непосредственно на корпусе загрузочного шнека, а также приоткрыл люк заднего борта автомобиля САЗ 3507, после чего стал осуществлять разгрузку кузова автомобиля и одновременно загрузку семян в накопительный бункер КПК FEAT 990 – МБ. При выполнении разгрузочно – погрузочных работ механизатор С. находился на верхней площадке накопительного бункера КПК FEAT 990 – МБ, осуществляя контроль за равномерной засыпкой семян непосредственно в накопительный бункер, а водитель ФИО1 находился внизу, непосредственно около засыпного лотка загрузочного шнека КПК FEAT 990 – МБ и заднего борта автомобиля САЗ 3507, контролируя процесс разгрузки посевного материала и его последующую засыпку в засыпной лоток. Около 17 часов 20 минут С. увидел, как из кузова в засыпной лоток загрузочного шнека попал спрессованный комок семян, о чем сообщил ФИО1 С целью недопущения попадания спрессованного комка семян в накопительный бункер и предотвращения возможного закупоривания высевающего агрегата, С. попросил, чтобы ФИО1 убрал спрессованный комок из засыпного лотка загрузочного шнека.

ФИО1, не остановив работу загрузочного шнека, протянул левую руку к спрессованному комку семян, чтобы извлечь его из засыпного лотка, в результате чего кисть руки ФИО1 затянуло в загрузочный шнек со стороны основного шнека у засыпного лотка, имеющего открытый участок решетки, не обеспечивающий полную защиту от возможного попадания в загрузочный шнек посторонних предметов.

С усилием и посредствам рывка, ФИО1 удалось вытащить левую руку из загрузочного шнека, и в последующем удалось остановить работу загрузочного шнека.

Согласно медицинского заключения учетной формы 315/у, выданной КГБУЗ «Хабарская ЦРБ» от 31 августа 2020 года, ФИО1 поступил в хирургическое отделение КГБУЗ «Хабарская ЦРБ» 29 августа 2020 года в 17 часов 40 минут, ему был поставлен диагноз и код диагноза по МКБ – *** - производственная травма, 

<

данные изъяты>. Согласно заключению медико – социальной экспертизы истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности- 30 %, что подтверждается справкой серии МСЭ-2017 № 0013893 от 08 декабря 2020 года. 

Согласно части 1 статьи 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Согласно частям 1, 5 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании каждого несчастного случая комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего.

На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных настоящим Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством.

В соответствии с частями 1, 4, 5 статьи 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

После завершения расследования акт о несчастном случае на производстве подписывается всеми лицами, проводившими расследование, утверждается работодателем (его представителем) и заверяется печатью (при наличии печати).

В силу статьи 231 Трудового кодекса Российской Федерации разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица) с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. 

В силу приведенных выше норм надлежащим и допустимым доказательством, устанавливающим обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также лиц, в результате виновных действий (бездействия) которых произошел несчастный случай, является акт о несчастном случае на производстве, составленный по результатам расследования несчастного случая.

Акт о несчастном случае на производстве № 1 от 08 октября 2020 года (л.д. 9-14), составлен по результатам расследования комиссией, утвержден генеральным директором АО «имени Анатолия» Ж., в установленном законом порядке не оспорен и незаконным не признан, а потому, вопреки доводам представителя ответчика ФИО3, является надлежащим и достоверным доказательством, подтверждающим обстоятельства и причины несчастного случая с истцом. 

Согласно акту о расследовании несчастного случая от 08 октября 2020 года расследование несчастного случая, произошедшего 29 августа 2020 года в 17 часов 20 минут, организацией, работником которой является пострадавший, является Акционерное общество «имени Анатолия», юридический адрес: 

<

адрес>.

Сведения о пострадавшем: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, профессиональный статус - рабочий, профессия (должность) – водитель, стаж работы, при выполнении, которой произошел несчастный случай – 10 лет 5 месяцев, в том числе в данной организации 9 лет 10 месяцев.

Сведения о проведении инструктажей и обучения по охране труда: вводный инструктаж 09 апреля 2009 года.

Инструктаж на рабочем месте /повторный/ по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай 11 июня 2020 года. Стажировка - не проводилась.

Обучение по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай – не проводилось.

Проверка знаний по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай – не проводилась.

Краткая характеристика места (объекта), где произошел несчастный случай: земельный участок, общей площадью 90868490 кв. м. с кадастровым номером №, категория земель: земли сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства, расположенный по адресу: 

<

данные изъяты>, находящийся в пользовании АО «имени Анатолия» на основании договора аренды.

Оборудование, использование которого привело к несчастному случаю: автомобиль марки САЗ 3507, государственный регистрационный знак №; комбинированный посевной комплекс серии КПК FEAT 990 – МБ. 

Обстоятельства несчастного случая указаны выше. 

Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории: тяжелая. Сведения об алкогольном, наркотическом или ином опьянении ФИО1 в ходе расследования несчастного случая объективно установить не представилось возможным.

Вид происшествия: воздействие движущихся частей производственного оборудования в процессе его эксплуатации.

Причины вызвавшие несчастный случай - неудовлетворительная организация производства сельскохозяйственных работ, выразившаяся: 

Пункт 9.1.1 в не осуществлении мероприятий по разработке и реализации комплекса организационно-технических мер по обеспечению безопасной эксплуатации, технического обслуживания используемого при проведении сельскохозяйственных работ сельскохозяйственного оборудования (КПК – 990МБ) в соответствии с требованиями охраны труда, а также требованиями эксплуатационной документации изготовителя, технических регламентов, национальных стандартов и Правил;

Пункт 9.1.2 в непринятии мер по подготовке работника по охране труда при выполнении совмещаемой работы по загрузке посевного материала в комбинированный посевной комплекс, в процессе выполнения сельскохозяйственных работ;

Пункт 9.1.3. в непринятии мер по подготовке работника по разработке и утверждению правил и инструкций по охране труда для водителей автомобиля, с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа в порядке, установленном ст. 372 Трудового кодекса РФ для принятия локальных нормативных актов, с учетом специфики выполняемых работ, связанных с одновременной разгрузкой автомобиля и загрузкой посевного материала в комбинированный посевной комплекс;

Пункт 9.1.4 в не организации и не проведении обучения безопасным методам и приемам выполнения работ в установленном порядке и сроки;

Пункт 9.1.5. в непринятии мер по организации и проведению в установленном порядке и сроки проверки теоретических знаний требований охраны труда и практических навыков безопасного выполнения работ;

Пункт 9.1.6. в не отстранении работника от работы, допуске работника к выполнению работы по управлению транспортным средством, не прошедшего в установленном порядке обучение по охране труда и проверку знаний требований охраны труда;

Пункт 9.1.7 в не организации работнику проведения обязательного психиатрического освидетельствования в установленном порядке и сроки, с целью определения его пригодности по состоянию психического здоровья к осуществлению отдельных видов деятельности, а также к работе в условиях повышенной опасности;

Пункт 9.1.8 в не организации работнику проведения обязательного предрейсового медицинского осмотра в установленном порядке и сроки, в целях выявления признаков воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов, состояний и заболеваний, препятствующих выполнению трудовых обязанностей, в том числе алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения и остаточных явлений такого опьянения;

Пункт 9.1.9 в не отстранении работника от работы, допуске работника к выполнению работы по управлению транспортным средством, без прохождения обязательного медицинского осмотра, обязательного психиатрического освидетельствования;

Пункт 9.1.10 в непринятии работодателем мер по надлежащему функционированию системы управления охраны труда с учетом специфики деятельности организации – работодателя АО «имени Анатолия», а именно непринятие работодателем комплекса мер и не обеспечение проведения мероприятий по проведению идентификации (выявлению) опасностей и оценки уровня профессиональных рисков на рабочем месте работника.

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда: генеральный директор АО «имени Анатолия» Ж.

Таким образом, актом о несчастном случае на производстве наличие грубой неосторожности работника в произошедшем несчастном случае в соответствии с требованиями ст. 230 Трудового кодекса РФ не установлено.

Из содержания акта о несчастном случае на производстве, а также иными материалами дела, не подтверждается наличие грубой неосторожности истца в произошедшем несчастном случае. Акт формы Н-1 был составлен и утвержден без каких-либо замечаний со стороны работодателя, в соответствии со ст. 231 ТК РФ разногласия по вопросам расследования и оформления данного несчастного случая представлены не были, в установленном порядке акт о несчастном случае на производстве в указанной части не оспорен.

Установление в действиях работника ФИО1 неосторожности, выразившейся в нарушении правил охраны труда, само по себе не свидетельствует о наличии в его действиях грубой неосторожности.

Факт грубой неосторожности работника, как требуют правила ст. 230 Трудового кодекса РФ, в акте с указанием степени вины работника в процентах, по результатам расследования несчастного случая на производстве установлен не был, акт о несчастном случае на производстве в установленном порядке в указанной части не обжалован.

При таких обстоятельствах, довод ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности суд находит несостоятельным.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст. 1232 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Каких-либо относимых и допустимых доказательств в обоснование доводов представителя ответчика ФИО3 об отсутствии вины работодателя в получении истцом травмы на производстве суду не представлено. 

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от 31 августа 2020 года ФИО1 поставлен диагноз и код диагноза по МКБ – *** - производственная травма, 

<

данные изъяты>. 

Согласно заключению медико – социальной экспертизы истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности- 30 %, что подтверждается справкой серии МСЭ-2017 № 0013893 от 08 декабря 2020 года. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории: тяжелая.

КГБУЗ «Хабарская центральная районная больница» справкой ВК № 2364 от 14 декабря 2020 года (л.д. 227) установило, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, диагноз: *** последствия производственной травмы от 29 августа 20230 года в виде 

<

данные изъяты> по состоянию здоровья освобождается от тяжелого труда с 14 декабря 2020 года по 01 декабря 2021 года. Рекомендовано: работа по профессии со снижением квалификации на один тарификационный разряд.

По общим правилам, предусмотренным статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Определяя компенсацию морального вреда необходимо учитывать, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита должна быть приоритетной ( ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. 

Суд принимает во внимание установленные обстоятельства причинения вреда здоровью истца, выражающийся в физических страданиях, которые ФИО1 испытал и продолжает испытывать, его здоровье требует постоянного лечения, прохождение медицинских процедур, в связи с чем истец не может вести активный образ жизни, испытывает чувство физической боли, ощущает неудобства в быту, в общении с другими людьми, его индивидуальные особенности, семейное положение, то обстоятельство, что несчастный случай на производстве произошел по вине работодателя, учитывает принцип разумности и справедливости, а также факт добровольного оказания работодателем материальной помощи в размере 25 000 рублей, степень утраты профессиональной трудоспособности истцу установлена в размере 30 %, суд полагает размер компенсации морального вреда, указанный истцом в размере 700 000 рублей, чрезмерно завышенным и считает возможным определить к взысканию в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей. 

Кроме того, истец просит суд взыскать с ответчика судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 15 000 рублей, а также почтовые расходы, связанные с отправкой искового заявления в суд и ответчику.

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из госпошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом заявлены требования об оплате услуг представителя в сумме 15 000 рублей. Факт оплаты денежных средств подтверждается чек – ордером от 27 января 2021 года.

Учитывая объем подготовленного представителем истца искового заявления по данному делу, количеством дней участия в судебном заседании, суд находит судебные расходы по оплате услуг за составление искового заявления разумными в размере 10 000 рублей и подлежащими взысканию с ответчика в пользу истца.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне в пользу, которой состоялось решение суда, по его письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу расходы. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца также надлежит взыскать почтовые расходы за отправку иска ответчику в размере 208 рублей 07 копеек. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В данном случае с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей в доход местного бюджета. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с АО «имени Анатолия» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей, почтовые расходы в сумме 208 рублей 07 копеек, а всего 210 208 рублей 07 копеек.

В остальной части иска - отказать.

Взыскать с АО «имени Анатолия» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме в Алтайский краевой суд, путем подачи жалобы через Хабарский районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено 11 марта 2021 года.

Судья Н.В.Носырева

Верно

Судья Н.В.Носырева