Дело № УИД №

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 сентября 2024 года 

<

адрес>

Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе 

председательствующего судьи Гладышевой Э.А.,

при секретаре Демьяновской К.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО4, ФИО4, ФИО5 о возмещении ущерба, причиненного пожаром.

В обоснование требований, с учетом уточнения в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (т.4, л.д.113-115), указали, что ДД.ММ.ГГГГ в двухэтажном индивидуальном жилом доме, расположенном на огороженной территории жилого подворья по адресу: 

<

адрес>, произошел пожар, с дальнейшим распространением пламенного горения на конструкции кровли индивидуального жилого дома истцов по адресу: 

<

адрес>.

В результате пожара повреждены по всей площади конструкции кровли дома и надворной постройки индивидуального жилого дома истцов по адресу: 

<

адрес>.

Жилой дом и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, принадлежит на праве общей долевой собственности ответчикам ФИО4, ФИО6 по 1/2 доле каждому.

ФИО5 является отцом ответчиков и в момент пожара находился на территории земельного участка по адресу: 

<

адрес>.

Жилой дом, гараж и земельный участок по адресу: 

<

адрес>, принадлежат на праве общей долевой собственности истцам ФИО1, ФИО2 по 1/2 доле каждому.

В результате пожара повреждено, утрачено, в том числе, личное и совместно нажитое ФИО1 и ФИО3 имущество.

В постановлении № от ДД.ММ.ГГГГ Отделения надзорной деятельности и профилактической работы по 

<

адрес> ТО НД и ПР № УНД и ПР ГУ МЧС России по 

<

адрес> указано, что на фрагментах электрических проводников имеются следы протекания аварийного пожароопасного режима работы. Старший дознаватель пришел к выводу о том, что очаг пожара находится в юго-восточной области чердачного помещения мансардного этажа индивидуального жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>. По мнению старшего дознавателя, наиболее вероятной причиной возникновения пожара в данном случае послужило возгорание горючих материалов от аварийных пожароопасных режимов работы электрооборудования, находившихся в очаге пожара.

В соответствии с заключением судебной экспертизы №П/2024 от 24.06.2024г. стоимость затрат по восстановлению строений, поврежденных вследствие пожара и расположенных по адресу: 

<

адрес>, в ценах ДД.ММ.ГГГГ составляет: жилой 

<

адрес> руб.; гараж 236231 руб., а всего 2608649 руб.

Стоимость ущерба движимого имущества, в с соответствии с заключением ООО «Эксперт-Инвест», составляет 2482154 руб.

Истцы просят взыскать с ответчиков в солидарном порядке сумму ущерба, причиненного пожаром (а также в результате затопления вследствие тушения пожара) в виде повреждения движимого (состав перечислен в заключении ООО «Эксперт-Инвест» №.2023 от ДД.ММ.ГГГГ) и недвижимого имущества (жилой дом, гараж) по адресу: 

<

адрес>, в размере 4952146 руб., из которых:

- в пользу ФИО1 – 2881905,50 руб.;

- в пользу ФИО3 - 138657 руб.;

- в пользу ФИО2 – 2070240,50 руб.

В судебном заседании истцы ФИО3, ФИО1 на уточненных требованиях настаивали, приведя те же доводы, изложенные в письменном виде.

Представители истцов ФИО7, ФИО8 полагали требования истцов обоснованными и доказанными в полном объеме.

Ответчики ФИО4, ФИО5, ФИО4 исковые требования не признали, указывали, что их вина в пожаре не установлена.

Представитель ответчика ФИО9 заявила о недопустимости доказательств: пакета № и пакета № с проводниками, которые являлись объектами исследования экспертов.

Относительно исковых требований, считала, что причина пожара проведенными экспертизами не установлена, следовательно, совокупность условий для возложения материальной ответственности на ее доверителей, не доказана. Просила в иске истцам отказать.

Другие участники в судебное заседание не явились, о дне слушания извещены надлежащим образом.

Выслушав участников процесса, изучив собранные по делу доказательства, дав им оценку в совокупности по своему внутреннему убеждению, как того требует статья 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать во взаимосвязи с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

В силу статьи 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки.

На основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Судом установлено, что собственниками земельного участка и расположенного на нем жилого дома по адресу: 

<

адрес>, являются ФИО4 и ФИО4 по ? доли каждому.

Соседний земельный участок по 

<

адрес> с расположенным на нем жилым домом и гараж принадлежит на праве собственности ФИО1 и ФИО2, по ? доле каждому.

ФИО3 состоит в браке с ФИО1 и проживает вместе со своей семьей по вышеуказанному адресу.

ДД.ММ.ГГГГ в домке ответчиков Т-вых произошел пожар, с дальнейшим распространением пламенного горения на конструкции кровли индивидуального жилого дома истцов.

Обращаясь в суд с настоящим иском, истцы оценивают размер ущерба, причиненного им в результате пожара в размере 4 952 146 руб.

Данная сумма складывается из совокупности стоимости затрат по восстановлению строений, поврежденных вследствие пожара и расположенных по адресу: 

<

адрес>, в ценах ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с заключением судебной экспертизы №П/2024 от 24.06.2024г. (жилой 

<

адрес> руб.; гараж 236231 руб., а всего 2608649 руб.) и стоимости ущерба движимого имущества с соответствии с заключением ООО «Эксперт-Инвест» (2 482 154 руб.).

Доказательство иного размера ущерба ответчиками суду не представлено.

Определением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комплексная судебная пожарно-техническая, строительно-техническая и оценочная экспертиза, порученная экспертам ООО «Центр независимой профессиональной экспертизы «Алтай-Эксперт», оплата за экспертизу возложена на ответчиков. Стоимость экспертизы составила 180 000 руб.

Ответчиком ФИО5 на депозитный счет Управления судебного департамента в АК было внесено 60 000 руб. в счет оплаты за экспертизу.

ДД.ММ.ГГГГ от ООО «Центр независимой профессиональной экспертизы «Алтай-Эксперт» поступило заявление о невозможности проведения экспертизы в связи с непоступлением оплаты за ее проведение в полном объеме. 

Таким образом, действия ответчиков свидетельствуют об уклонении от участия в экспертизе, путем неоплаты исследования (часть 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), в связи с чем, суд приходит к выводу о доказанности стороной истца размера ущерба.

Определяя лиц, ответственных за причинение ущерба, суд приходит к следующему.

Согласно заключению эксперта ООО «Алтайский лабораторный центр экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ причиной возникновения пожара (дома) по адресу: 

<

адрес>, явился аварийный режим работы электрооборудования, находившегося в чердачном помещении.

Место возникновения горения (очаг пожара) при пожаре, произошедшем ДД.ММ.ГГГГ по адресу: 

<

адрес> и 51 а, располагался внутри центральной части чердачного помещения над одноэтажной частью жилого дома по адресу: 

<

адрес>, примыкающей к гаражу.

Данный вывод делается экспертом ФИО16 на основании анализа термических повреждений, полученных строительными конструкциями строения и предметами вещной обстановки.

Из протокола осмотра места происшествия, составленного ДД.ММ.ГГГГ старшим дознавателем отделения НД и ПР по 

<

адрес> ТО НД и ПР № ФИО13 (материал об отказе в возбуждении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ) усматривается, что гараж и 

<

адрес> имели наибольшие повреждения в виде обугливания со стороны, обращенной к 

<

адрес> помещением гаража к дому № по 

<

адрес> со стороны улицы и вдоль противоположной стены наблюдалось полное выгорание конструкций кровли с сохранение фрагментов обрешетки с фрагментами кровли из ондулина и стропильной системы в центральной части гаража. Конструкции кровли со стороны 

<

адрес>, обращенной к гаражу уничтожены полностью по всей длине дома, сохранившиеся фрагменты стропильной системы и обрешетки расположены с юго-восточной стороны мансардного этажа. Северо-западная стена мансардного этажа была обуглена по всей площади на всю длину дома, при этом интенсивность глубины обугливания древесины увеличивалось по мере приближения к жилой области северо-западной стороны мансардного этажа. В помещении мансардного этажа 

<

адрес> вдоль северо-западной стены в верхней области наблюдалось образование щелевых прогаров вдоль стены.

Проанализировав фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия, эксперт ФИО16 пришел к выводу о том, что зона наибольших термических повреждений в виде выгорания конструкций крыши расположена на участке между мансардой и гаражом 

<

адрес> с полным выгоранием стропил и обрешетки в юго-восточной части. По мере удаления в восточную и западную стороны от того места повреждения уменьшались. Конструкции кровли над гаражом 

<

адрес> имели наибольшие повреждения с юго-восточной стороны, обращенной к дома. Внутренние помещения гаража и помещения на мансарде и на кухне 

<

адрес> имели повреждения со стороны крыши.

Указанные выводы были подтверждены экспертом в судебном заседании в полном объеме.

Кроме того, эксперт ФИО16 указал, что на видеозаписях пожара признаки и следы воздействия молнии на конструкции дома и рядом расположенное оборудование не установлены и не зафиксированы. При отсутствии объективных данных о предшествовавшем пожару ударе молнии и следов воздействия молнии на конструкции дома и рядом расположенное оборудование, возникновение пожара от воздействия молнии можно исключить.

Указанное в полном объеме опровергает выводы пожарно-технического исследования (эксперт ФИО11) заключения экспертов ООО «ЦНПЭ «Алтай-Эксперт» №П/24 от ДД.ММ.ГГГГ, проведенного на основании определения Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 19.042024 г., согласно которым причиной пожара послужили пожароопасные факторы грозового разряда.

Кроме того, выводы эксперта ФИО11 противоречат и имеющимся в материалах дела сведениям Алтайского ЦГМС – филиала ФГБУ «Западно-Сибирское УГМС» Росгидромет от ДД.ММ.ГГГГ, противоречия экспертом в заключении не устранены. 

Помимо прочего, установив не соответствие ориентации строений по адресу: 

<

адрес> и 51а по сторонам света в протоколе осмотра к фактическому их положению, экспертом ФИО11 не были внесены соответствующие коррективы, в том числе, по месту обнаружения проводников, не проведено полное исследование представленных проводников, наличие молнии перед пожаром взято из показаний свидетеля ФИО12, которая лишь слышала глухой гром. 

Таким образом, оценивая заключения судебных экспертиз, анализируя соблюдение процессуального порядка ее проведения, сравнивая соответствие заключений поставленным вопросам, определяя их полноту, научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд приходит к выводу о том, что в полной мере допустимым и достоверным доказательством причин возникновения пожара является заключение эксперта ООО «Алтайский лабораторный центр экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленных на исследование материалов усматривается, что в месте возникновения пожара могла находиться электропроводка. При осмотре места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в ходе динамического осмотра в северо-восточной области северо-западной стены мансардного этажа и на территории жилого дома у северной стены 

<

адрес> обнаружены фрагменты медных электрических проводников, которые изъяты и упакованы в пакеты № и №. У стены дома проводники могли оказаться в ходе пожара в результате выгорания строительных конструкций с падением наружу или могли быть перемещены в ходе тушения пожара струей воды или при разборке строительных конструкций.

Обстоятельства и место изъятия данных проводников подтвердил в судебном заседании старший дознаватель отделения НД и ПР по 

<

адрес> ТО НД и ПР № ФИО13

Оснований не доверять указанным доказательствам, равно как и признавать данные доказательства недопустимыми, у суда не имеется.

Одно из каплевидных оплавлений проводника из пакета № имеет признаки, характерные для оплавления, образовавшегося в результате первичного короткого замыкания, которое возникло до пожара при нормальном содержании кислорода в воздухе, которое подверглось высокотемпературному отжигу после короткого замыкания.

Отличие по выводу о причине оплавлений проводников с техническим заключением ФГБУ СЭУ УФПС «Испытательная пожарная лаборатория по 

<

адрес>» №-И от ДД.ММ.ГГГГ может быть связано с различной оценкой установленных признаков при исследовании шлифов. 

Доводы представителя ответчика ФИО9 о том, что заключение эксперта ФИО16 выполнено с нарушением требований ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» суд отклоняет, так как имеющиеся в заключении описки, как указывал эксперт в судебном заседании, были вызваны техническим сбоем, и не влияют на выводы эксперта, подтвержденные в полном объеме в судебном заседании. 

Заключение судебной экспертизы ООО «Алтайский лабораторный центр экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ достаточно аргументировано и согласуется с имеющимися в материалах дела иными доказательствами, в нем подробно описано исследование по поставленным судом вопросам. Выводы судебной экспертизы мотивированы представленными документами.

Кроме того, выводы эксперта согласуются с содержащимся в отказном материале по факту пожара, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в возбуждении уголовного дела, основанном на заключениях специалиста, данных в рамках материала проверки по факту пожара.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного заседания нашли свое подтверждение доводы истцов о том, что причиной пожара является возгорание горючих материалов от аварийных пожароопасных режимов работы электрооборудования, находившихся в очаге пожара в чердачном помещении над одноэтажной частью жилого дома ответчиков ФИО4 и ФИО4 

Согласно абзацу второму части 1 статьи 38 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 69-ФЗ «О пожарной безопасности» ответственность за нарушение требований пожарной безопасности в соответствии с действующим законодательством несут собственники имущества.

Статьей 210 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

По смыслу приведенных норм права, бремя содержания имущества предполагает, в том числе, принятие разумных мер по предотвращению пожароопасных ситуаций.

Из разъяснений, данных в пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 14 «О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем», следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что вина причинителя вреда, которая может выражаться, в том числе, в неисполнении или ненадлежащем исполнении своих обязанностей, предполагается, пока не доказано обратное.

При этом бремя доказывания невиновности должно быть возложено на причинителя вреда, в частности на лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее свою обязанность.

В связи с этим, надлежащими ответчиками по делу являются собственники домостроения – ФИО4 и ФИО4, которыми не представлено доказательств причинения вреда в результате действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Правовых оснований для взыскания ущерба в солидарном порядке с ответчиков у суда не имеется.

В соответствии с п. 1 ст. 322 Гражданского кодекса Российской Федерации солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Согласно ст. 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно.

Вместе с тем, ответчики ФИО4 и ФИО4 не являются лицами, совместно причинившими вред, поскольку их ответственность за ущерб, причиненный в результате пожара, обусловленного ненадлежащим содержанием домостроения, долевыми собственниками которой они являются, вытекает из положений ст. 210 ГК РФ и п. 1 ст. 1064 ГК РФ.

При таких обстоятельствах ответчики несут долевую ответственность перед истцами за причиненный ущерб пропорционально доле в праве собственности на домовладение.

Вместе с тем, суд считает ФИО5 ненадлежащим ответчиком по делу, так как собственником строения, где возник пожар, он не является. Доказательства противоправности его действий, которые бы являлись основанием для возложения на него ответственности, материалы дела не содержат.

Определяя сумму, подлежащую взысканию с надлежащих ответчиков, суд руководствуется следующими нормами закона.

Согласно части 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

В силу указанной нормы права грубой неосторожностью считается такое поведение потерпевшего, при котором он сознавал, что его действиями (бездействием) может быть ему же причинен вред, предвидел характер вреда, не желал его возникновения, но легкомысленно рассчитывал на его предотвращение. 

Из разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 17 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абз. 2 п. 17 указанного Постановления). 

В соответствии с позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 120-О-О, исследование вопроса является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств.

Судом установлено, что решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1, ФИО2 возложена обязанность перенести стену гаража, расположенного на земельном участке по адресу: 

<

адрес>, на нормативное расстояние от границы со смежным земельным участком по адресу: 

<

адрес>, в течение одного месяца с момента вступления решения суда в законную силу. 

С ФИО1, ФИО2 взысканы в равных долях в пользу ФИО4, ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины 300 руб. (по 150 руб. с каждого из ответчиков каждому истцу). 

Встречный иск ФИО1, ФИО2 к ФИО4, ФИО4 о возложении обязанности привести фактические границы земельного участка в соответствие с плановыми границами путем переноса жилого дома на расстояние не менее 3 метров от смежной границы земельного участка по адресу: 

<

адрес>, произвести частичный демонтаж навеса жилого дома, оставлен без удовлетворения.

Иск администрации 

<

адрес> к ФИО4, ФИО4 об освобождении земельного участка, о приведении земельного участка в первоначальное состояние, присуждении судебной неустойки удовлетворен частично.

На ФИО4, ФИО4 возложена обязанность освободить самовольно занятый земельный участок путем переноса (демонтажа) металлического ограждения с кирпичными столбами за границы земельного участка 

<

адрес>, в сторону 

<

адрес> в характерных точках границ н1-н8, демонтированное ограждение перенести по границе земельного участка до стен гаража по 

<

адрес> в характерных точках границ 2-5-н1; привести земельный участок территорию общего пользования в первоначальное состояние, существовавшее до самовольного занятия для дальнейшего использования по назначению.

Постановлено взыскать с ФИО4, ФИО4 в пользу администрации 

<

адрес> в случае неисполнения решения суда судебную неустойку в размере 1 000 руб. за каждый месяц неисполнения решения суда.

С ФИО4, ФИО4 в доход местного бюджета муниципального образования – городской округ 

<

адрес> края взыскана государственная пошлина в размере 6 000 руб. (по 3 000 руб. с каждого).

В остальной части в удовлетворении исковых требований администрации 

<

адрес> отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам 

<

адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГГГ решение Октябрьского районного суда 

<

адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, апелляционная жалоба ответчиков ФИО1, ФИО2 – без удовлетворения.

При этом, судебные инстанции, разрешая спор между смежными землепользователями,, указали, что размещение гаража Солопенко без необходимого отступа от границы со смежным земельным участком нарушает права истцов, так как крыша гаража заходит непосредственно под скат крыши дома истцов, непосредственно упирается в стену дома, стена гаража полностью затеняет окно жилого дома, что является существенным нарушением строительных, санитарных норм и правил (СП 42.13330.2016, СНиП ДД.ММ.ГГГГ-89*, п. 4.15 постановления администрации 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ).

Судебная коллегия пришла к выводу о невозможности устранения нарушений нормативного расстояния при соблюдении противопожарных разрывов между гаражом и жилым домом Т-вых, поскольку такой способ защиты права является несоразмерным при установленных по делу обстоятельствах.

Согласно Таблице 1 пункта 4.13 СП 4.13130.2013 «Системы пожарной защиты. Ограничение распространения пожара на объектах защиты. Требования к объемно-планировочным и конструктивным решениям» минимальное расстояние между зданиями, относящимися к 3 степени огнестойкости, должно составлять 12 м.

Из заключения судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела № следует, что гараж и жилой дом по 

<

адрес>,51А в 

<

адрес> относятся к 3 степени огнестойкости. Фактическое расстояние между строения составляет 0,14-0,55 м, что не соответствует приведенному противопожарному разрыву.

При этом эксперты указали, что градостроительное и противопожарное нарушение в части несоблюдения противопожарного разрыва между объектами исследования по указанным адресам носит систематический характер и является характерной чертой застройки всего частного сектора 

<

адрес>, поскольку ширина земельных участков не позволяет возводить строения с соблюдением требуемых противопожарных разрывов. Кроме этого, зачастую земельные участки делятся и на отторгнутом участке возводятся и узакониваются строения в нарушение действующих противопожарных норм.

Отсутствие противопожарного разрыва является существенным нарушением противопожарных требований и влечет за собой потенциальную опасность распространения пожара между строениями. Однако данное нарушение не влияет на безопасную эвакуацию жильцов наружу строений в случае возникновения пожара, поскольку смежные строения обеспечены независимыми эвакуационными путями и выходами, которые обеспечивают безопасную эвакуацию людей из строений.

Кроме того, указанные нарушения возможно устранить путем возведения глухой противопожарной стены или процессуально, путем согласования возведения спорного строения с владельцами строений, расположенных на смежном земельном участке.

Между тем, решение суда от ДД.ММ.ГГГГ Солопенко исполнено не было, как и не устранено нарушение противопожарных норм путем возведения противопожарной стены.

Согласно заключению судебной экспертизы ООО «Алтайский лабораторный центр экспертиз» № от ДД.ММ.ГГГГ путями распространения огня из очага пожара ДД.ММ.ГГГГ являлись деревянные конструкции крыши над одноэтажной частью жилого дома по адресу: 

<

адрес>, по которым огонь быстро распространился вверх на крышу мансардной части дома и вниз на крышу гаража, что объясняет ее относительно небольшие повреждения. За счет факела пламени и при непосредственном переходе пламени в месте примыкания крыш произошел переход пламени на крышу гаража по адресу: 

<

адрес>, а затем и на крышу дома.

Учитывая, что строение гаража истцов было возведено позже жилого дома ответчиков, именно на собственниках гаража лежала обязанность разместить указанное здание в соответствии с требованиями закона.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о наличии в действиях истцов грубой неосторожности, в связи с чем, основываясь на пункте 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, уменьшает размер подлежащего возмещению истцам ущерба до 50% от общей суммы ущерба (ФИО1 - 2881905,50 х 50% =1440952 руб. 75 коп.; ФИО2 – 2070240,50 х 50% = 1035120 руб. 25 коп.; ФИО3 - 138657 х 50% = 69328 руб. 50 коп.). 

Таким образом, требования истцов подлежат удовлетворению частично.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, заявленные к ФИО4, ФИО4, удовлетворить частично.

Взыскать в равных долях с ФИО4 (паспорт №) и ФИО4 (паспорт № №) в счет возмещения ущерба в пользу ФИО1 (паспорт №) сумму в размере 1 440 952 руб. 75 коп. по 720476 руб. 37 руб. с каждого, в пользу ФИО2 ( паспорт №) сумму в размере 1035120 руб. 25 коп. по 517 560 руб. 12 коп. с каждого, в пользу ФИО3 (паспорт №) сумму в размере 69 328 руб. 50 коп. по 34 664 руб. 25 коп. с каждого.

В удовлетворении остальной части иска к ФИО4 и ФИО4, а также в удовлетворении исковых требований к ФИО5 (паспорт №) отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Барнаула в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий Э.А. Гладышева 

Мотивированное решение суда 

составлено ДД.ММ.ГГГГ