АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Уфа 29 июня 2023 года 

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Нурмухаметовой Л.М. 

при ведении протокола помощником судьи Филипповой А.А.

с участием прокурора Акмаловой А.Р.

осужденного ФИО1 

его защитника - адвоката Каримова Р.Р.

представителя потерпевшего ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО1 по апелляционным жалобам защитников-адвокатов осужденного ФИО3 и Каримова Р.Р., законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего К.А.Н.. на приговор Иглинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 года, которым 

ФИО1, дата года

рождения, ранее не судимый

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году ограничения свободы, с установлением следующих ограничений и обязанностей: 

- не выезжать за пределы территории муниципального образования – муниципального района адрес без согласия уголовно-исполнительной инспекции;

- не изменять место жительства или пребывания без согласия уголовно-исполнительной инспекции;

- встать на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства и являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства в установленные инспекцией дни один раз в месяц.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу. 

С осужденного ФИО1 в пользу несовершеннолетнего потерпевшего К.Д.А. в счет компенсации причиненного морального вреда взыскано 100 000 рублей. 

Приговором разрешен вопрос о вещественных доказательствах. 

После доклада судьи Нурмухаметовой Л.М., выслушав выступления осужденного ФИО1 и его защитника-адвоката Каримова Р.Р., поддержавших доводы апелляционных жалоб, представителя потерпевшего ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, прокурора Акмаловой А.Р. о законности приговора, суд апелляционной инстанции 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным и осужден за нарушение правил дорожного движения при управлении автомобилем, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью несовершеннолетнего К.Д.А. 

Преступление совершено дата в адрес адрес

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в предъявленном ему обвинении не признал, уголовное дело рассмотрено в общем порядке уголовного судопроизводства. 

Апелляционное представление прокурором Свистун отозвано. 

В апелляционной жалобе законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего К.А.Н., не соглашаясь с приговором, считает назначенное наказание ФИО1 необоснованно мягким, так как вину в совершенном преступлении ФИО1 не признал, в содеянном не раскаялся, каких либо извинений пострадавшему не принес, никаких действий по заглаживанию причиненного вреда здоровью и компенсации материального ущерба осужденным в пользу пострадавшего не произвел. До настоящего времени его сын вынужден получать медицинскую помощь и лечение для восстановления поврежденного здоровья. Также, несмотря на все вышеизложенное, судом первой инстанции взыскана компенсация морального вреда в связи с причинением вреда здоровью его сыну более чем в пять раз ниже, чем было заявлено в исковых требованиях (500 000 рублей). 

На основании изложенного, просит отменить приговор, назначить ФИО1 более строгое наказание, и взыскать с него компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего К.Д.А. в полном объеме.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Мухаметшин с приговором не соглашается, считает его не соответствующим требованиям законности, обоснованности и справедливости. В обосновании своей позиции указывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено односторонне, с обвинительным уклоном, без дачи должной оценки представленным доказательствам и установленным в ходе судебного разбирательства по делу обстоятельствам. Как считает защитник, суд полностью положил в основу приговора обвинительное заключение, несмотря на то обстоятельство, что добытые предварительным следствием доказательства были основаны лишь на субъективных данных (протоколы допросов несовершеннолетнего потерпевшего К.Д.А., свидетелейГ., Д., Б.), а не на объективных и научно - обоснованных данных. В ходе предварительного расследования данного уголовного дела не проведена обязательная автотехническая экспертиза обстоятельств ДТП, то есть не определены скорости движения транспортных средств; не установлена техническая возможность предотвращения ДТП ни по данным следствия, ни по данным которые могли быть получены экспертом расчетным путем результатов; причины и условия, связанные с организацией дорожного движения, способствующих совершению ДТП. Ни в ходе осмотра места дорожно-транспортного происшествия от дата, ни после видимость на месте ДТП не определялась. Данные недостатки предварительного расследования не были устранены и в ходе судебного разбирательства по делу, хотя для этого имелись веские основания, а именно: 

- в ходе предварительного и судебного следствия старший ИДПС ОГИБДД Х. показал, что «место столкновение мотоцикла «...» и автомобиля марки «...» было на парковке магазина «...», то есть не на проезжей части адрес. На схеме ДТП, которую он составил, также место столкновение транспортных средств указал на парковке магазина. Место столкновение ДТП ему указал водитель ФИО1 и оно полностью совпадало с местом, столкновения, которое он сам определил на месте дорожно-транспортного происшествия». Но суд в приговоре показания свидетеля Х. в части установления места столкновения транспортных средств не указал; 

- суд в приговоре указывает, что якобы «в связи с наличием существенных противоречий между показаниями, данными свидетелем в ходе предварительного расследования и в суде, были оглашены частично показания Х. на предварительном следствии». Однако никаких противоречий между показаниями свидетеля Х., данными как в ходе предварительного расследования уголовного дела, так и в ходе судебного следствия - не было, и они повторно, то есть после его допроса в суде, не оглашались. В ходе судебного следствия, после допроса свидетеля Н., то есть до допроса свидетеля Х., показания последнего, данные в ходе предварительного расследования уголовного дела, были ошибочно оглашены государственным обвинителем Свистун в связи имеющимися противоречиями в показаниях свидетеля Н.;

- суд в приговоре неправильно указывает показания свидетеля Н., данные в судебном заседании в части «место столкновения было на полосе движения мотоцикла ...», хотя из показаний свидетеля Н., данных в ходе судебного следствия, следовало, что место ДТП было на стоянке магазина «...», государственный обвинитель Свистун заявил ходатайство о частичном оглашении показаний свидетеля Н. данных в ходе предварительного следствия. После оглашения своих показаний, свидетель Н. пояснил, что «место ДТП он не определял», но в приговоре ошибочно указано: «подтвердил их достоверность». Тот факт, что место столкновения транспортных средств (ДТП) произошло на парковке магазина «...», подтверждается показаниями несовершеннолетнего свидетеля Д., которая показала, что «столкновение произошло на расстоянии 3-4 метров до входа в магазин», а также схемой дорожно-транспортного происшествия от дата;

- ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного следствия ширина проезжей части адрес на участке, где произошло дорожно - транспортное происшествие не установлена, то есть не определена граница проезжей части улицы и парковочного кармана у магазина, имеющих одно дорожное покрытие (асфальт) и одинаковый уровень.

При наличии противоречивых доказательств, имеющих существенное значение для выводов суда, в приговоре не указано, по каким основаниям суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, что является основанием для отмены либо изменения приговора.

Таким образом, доводы суда, что водитель ФИО1, управляя автомобилем марки «...», нарушил пункты 1.5, 8.1 и 8.8 Правил дорожного движения Российской Федерации и допустил столкновение с мотоциклом марки «...» под управлением К.Д.А., выехав на полосу предназначенную для встречного движения, по мнению автора жалобы, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, то есть он успел завершить поворот налево, в боковой парковочный карман.

ФИО1 в своем первом объяснении от 27.05.2022 указал, что на мотоцикле, с которым у него произошло столкновение, не горели фары. Однако его доводы ни ИДПС ОГИБДД, ни следователем, ни судом первой инстанции, не были проверены и опровергнуты. Если бы подсудимый видел бы его, пропуская первый мопед, пропустил бы и мотоцикл «...» под управлением К.Д.А. следовавший в 5-ти метрах за первым. Показания подсудимого в части движения мотоцикла марки «...» с не включенными или не работающими фарами подтверждаются показаниями свидетеля К., не оспариваются свидетелем Б. и частично подтверждаются показаниями свидетеля Г. относительно того, что «когда он подъехал к месту ДТП, мотоцикл Д. лежал на асфальте, двигатель не работал, фары не горели». Данное сомнение относительного того, что при ДТП фары мотоцикла марки «...» не были включены и не горели, не устранено и в ходе осмотра транспортного средства как 27.05.2022, так и 29.11.2022 (отсутствуют данные, что переключатель света фары находится в положение «включено» и нити накала ближнего и дальнего света фары лампочки «целые»).

Однако суд, ссылаясь лишь на показания потерпевшего К.Д.А., свидетелей К.А.Н., Д. и Г. пришел к выводу о том, что в момент ДТП мотоцикл марки «...» был исправен и свет передней фары был включен. При этом суд не учел, что указанные свидетели и потерпевший находятся в родственных и дружеских отношениях, проживают рядом друг с другом. Все они являются свидетелями обвинения и их показания изначально направлены с целью как можно больше огородить потерпевшего К.Д.А. от возможных неприятностей, перекладывая при этом вину в совершении ДТП на водителя ФИО1.

Также суд не обратил внимания на показания свидетеля К.А.Н., данные вначале судебного следствия, а именно в части, что его «сын поехал на мотоцикле в первый раз, даже не думал, что отремонтировал». В ходе судебного разбирательства по делу получено достаточных данных, что потерпевший К.Д.А. управлял мотоциклом, не имея права управления, не зарегистрированным ТС, без ОСАГО, при наличии неисправностей и условий, при которых запрещена эксплуатация ТС, необходимого водительского стажа, предоставляющего ему право перевозки пассажиров, при этом он скрылся с места ДТП.

Таким образом, как считает защитник, доводы суда в том, что водитель автомобиля «...» ФИО1, пропустив встречный мопед «...» под управлением Г., располагал технического и объективной возможностью обнаружить следующий движущийся мотоцикл «...» под управлением К.Д.А. - основаны лишь на предположениях, что не соответствует требованиям ч.4 ст.302 УПК РФ.

В ходе судебного следствия ФИО1 показал, что перед совершением поворота налево он ни на кого и ни на что не отвлекался. Понял, что произошло столкновение, когда уже перед ним все потемнело от пролетавших через капот автомобиля К.Д.А. и Д.

Защитник считает, что подсудимый в сложившейся дорожно-транспортной обстановке действовал правомерно. Согласно конституционному положению, все неустранимые сомнения в виновности подсудимого толкуются в его пользу. По смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления.

Кроме того, в действиях ФИО1 отсутствует и субъективная сторона состава - неосторожная вина, как в форме легкомыслия, так и в форме небрежности.

В отношении искового заявления, защитник указывает на то, что оно не подлежало удовлетворению, так как ФИО1 является ненадлежащим ответчиком, поскольку автомобиль не принадлежит ему, а принадлежит на праве собственности М.А.Р.., осужденный только управлял чужой машиной, будучи вписанным в страховой полис ОСАГО. При этом, из каких показаний ФИО1 суд пришел к доводу, что осужденный является фактическим владельцем данного автомобиля - не указано в приговоре.

Защитник полагает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства по делу вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ, не нашла своего подтверждения, в связи с чем ФИО1 должен быть оправдан, за отсутствием в его деянии состава преступления, признав за ним право на реабилитацию в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ.

В апелляционной жалобе защитник-адвокат Каримов также выражает свое несогласие с приговором, считая его незаконным, необоснованным и не справедливым, вынесенным со значительными нарушениями гарантированных ФИО4 прав.

В том числе защитник обращает внимание на допущенные, по его мнению, процессуальные нарушения и неустранимые противоречия, не позволяющие вынести обвинительный приговор, а именно на то, что:

-следователем существенно нарушены права ФИО1 на защиту путем ненадлежащего разъяснения прав, а именно в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела статья 314 УПК РФ изложена в утратившей силу редакции. Согласно Федеральному закону от 20.07.2020 № 224-ФЗ в ч. 1 ст. 314 УПК РФ п. 3 ч. 2 ст. 314 УПК РФ внесены изменения, а ч. 4 ст. 314 УПК РФ утратила силу. Также п. 3 ч. 2 ст. 30 УПК РФ изложен в устаревшей редакции закона;

-по ходатайству следователя Ф. материал проверки, послуживший основанием для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО1, продлен до 30 суток без указания конкретных, фактических обстоятельств, послуживших основанием для такого продления. Кроме того, в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о полномочиях Ф. на продление материала доследственной проверки, так как указанный материал ему не передавался. Тем самым, срок доследственной проверки продлен с существенными процессуальными нарушениями;

- постановление о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 противоречит иным доказательствам по уголовному делу, а именно из рапорта следует, что дорожно-транспортное происшествие произошло в 22.50 27.05.2022, однако в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого время события преступления указано 22.35 27.05.2022, что также продублировано в приговоре суда первой инстанции. Данное противоречие на судебном следствии не устранено;

- диагноз, установленный потерпевшему К.Д.А., не соответствует выводам заключения эксперта № 4669 от 03.10.2022. Так, согласно заключительному клиническому диагнозу у К.Д.А. установлены закрытые переломы основных фаланг 4 и 5 пальцев левой стопы. Наряду с этим, в выводах эксперта отсутствует указание на закрытые переломы.

Ссылаясь на нормы уголовно-процессуального закона и разъяснения судебной практики, защитник указывает следующие доводы о невиновности ФИО1:

- К.Д.А. не имел права управлять транспортным средством, следовательно, если бы он соблюдал правила дорожного движения, то данного события бы не произошло;

- у мотоцикла под управлением К.Д.А., в нарушении требований главы 19 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», не горели фары;

- К.Д.А., в нарушении требований главы 10 Постановления Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 «О Правилах дорожного движения», превысил разрешенную скорость движения в условиях населенного пункта;

- погодные условия, а именно: темное время суток, пасмурная погода и дождь, объективно не позволили ФИО1 разглядеть мотоцикл К.Д.А., движущийся с выключенными фарами и с превышением допустимой скорости.

Вышеуказанные доводы объективно подтверждаются следующими доказательствами: 

- согласно показаниям свидетеля К. скорость мотоцикла, с которым произошло дорожно-транспортное происшествие, составляла около 80 км/ч, фары у данного мотоцикла были выключены;

- из протокола осмотра предметов, произведенного следователем без участия специалиста, а также таблицы фотоиллюстраций к данному протоколу следует, что на разобранной фаре отсутствует габаритная лампочка, отсутствуют необходимые провода и крепление, без которых фара не будет светить. Следователем зафиксировано лишь наличие основной лампочки, однако отсутствует проверка технической исправности фары мотоцикла, позволяющей ей осуществлять свои основные функции;

- из протокола осмотра транспортного средства от 27.05.2022 следует, что осмотрен мотоцикл «...», состояние осветительных сигнальных приборов отсутствует;

-достоверно установлено по уголовному делу, что 27.05.2022 была пасмурная погода, было темное время суток, и тем самым, погодные условия объективно не позволяли обнаружить быстродвижущийся мотоцикл с выключенными фарами;

- несмотря на все имеющиеся доводы стороны защиты, ни орган предварительного следствия, ни суд первой инстанции не провели объективную проверку указанных доводов, с целью установления фактической скорости движения К.Д.А., а также с целью установления технической исправности фар его мотоцикла, не назначили и не провели автотехническую экспертизу, основываясь лишь на показаниях потерпевшего и его друзей, достоверность которых вызывает сомнения. Так свидетель Г. в своих показаниях сообщае, что мотоцикл у К.Д.А. был исправен, фары и поворотники работали, однако в ходе осмотра таблицы фотоиллюстраций осмотра мотоцикла «...» можно увидеть, что у данного мотоцикла поворотники вообще отсутствуют. Кроме того, Г. сообщает, что после столкновения у мотоцикла не горели фары. При этом, исходя из того же протокола осмотра можно сказать, что фара не разбита. Каких-либо оснований и доказательств того, что фары перестали гореть после столкновения, в уголовном деле не имеется. Сторона защиты полагает, что фары не горели из-за технической неисправности еще до столкновения, так как у фары в разобранном виде отсутствуют необходимые лампочки, провода и крепления.

Далее, автор жалобы, также, опираясь на нормы уголовно-процессуального закона, а также разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума ВС РФ от 09.12.2008 № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» указывает на то, что судом первой инстанции не приведен ни один объективный довод о том, что у ФИО1 имелась техническая возможность избежать дорожно-транспортное происшествие, и при необходимой внимательности он бы мог предвидеть эти последствия. Так, суд отнесся критически к показаниям свидетеля К., так как из показаний свидетеля Б., К.Д.А. ехал со скоростью примерно 40-50 км/ч, хотя ранее из показаний Б. следовало, что К.Д.А. ехал со скоростью в районе 50 км/ч, то есть приговор суда противоречит сам себе. Довод суда основывается на том, что показания Б. соответствуют показаниям потерпевшего, поэтому их нужно принимать за истинные, что не может считаться достаточной мотивировкой объективной оценкой доказательств, так как из показаний ФИО1 и свидетеля К. следует, что К.Д.А. ехал слишком быстро, нарушая скоростной режим. Кроме того, суд берет за основу показания свидетелей, которые «на глаз» определяют скорость движения транспортного средства, что выглядит абсурдным и не может считаться достоверным доказательством для вынесения обвинительного приговора.

В обосновании довода о том, что на мотоцикле «...» горели фары, суд ссылается на показания потерпевшего К.Д.А., свидетеля К.А.Н. и Д. не проводя исследований о технической исправности мотоцикла. При этом, суд не указывает на каком основании он отвергает показания К. и ФИО1 о том, что у мотоцикла фары не горели. Более того, суд в своем приговоре указывает, что из показаний Г. следует, что перед ДТП фары на мотоцикле горели, он это видел в зеркало на своем мопеде. Однако в приговоре данные показания Г. отсутствуют, то есть суд не может ссылаться на показания, которые отсутствуют в приговоре. 

Также, по мнению защитника, представляется несостоятельным довод суда первой инстанции, обосновывающий возможность ФИО1 обнаружить движущегося на мотоцикле К.Д.А.. Так, суд указывает, что, пропустив встречный мопед «...» под управлением Г., ФИО1 располагал технической и объективной возможностью обнаружить следующий движущийся мотоцикл «...» под управлением К.Д.А.. Между тем, факт того, что ФИО1 остановился, пропустил Г. и только после этого начал движение, подтверждает показания осужденного, согласно которым он пропустил мопед под управлением Г., так как у последнего горели фары, а мотоцикл под управлением К.Д.А. он не видел, в связи с тем, что тот двигался слишком быстро и с выключенными фарами, то есть у него отсутствовала объективная возможность обнаружить данный мотоцикл. Таким образом, установлено, что ФИО1, соблюдая правила дорожного движения, пропустил встречный мопед, то есть полностью остановился, смотрел вперед, предпринял все требуемые от него меры, в отличие от К.Д.А., от действий которого и произошло дорожно-транспортное происшествие.

Кроме того, защитник считает, что при назначении наказания судом учтены не все обстоятельства, смягчающие наказание, поэтому в качестве таковых полагает необходимым учесть следующие обстоятельства:

- совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств; оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, при этом согласно показаниям ФИО1, данным им в качестве подозреваемого, он обратился в скорую медицинскую помощь для оказания медицинской помощи К.Д.А., однако последний скрылся с места дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем ФИО1 отменил свою заявку, то есть ФИО1 предпринял все возможные от него меры для оказания потерпевшему первой медицинской помощи; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. Как установлено материалами уголовного дела, К.Д.А. управлял транспортным средством, не имея на это прав, а также, не осуществив регистрацию своего мотоцикла.

Помимо изложенного, защитник Каримов также не соглашается с размером компенсации морального вреда, считая его чрезмерно завышенным. При этом указывает на то, что суд первой инстанции в нарушение требований закона при решении вопроса о размере компенсации морального вреда не учел факт нахождения на иждивении ФИО1 двух несовершеннолетних детей, супруги, имеющей инвалидность второй группой, а также противоправное поведение самого потерпевшего, явившееся поводом дорожно-транспортного происшествия, то есть отсутствие права управления транспортным средством, что запрещало К.Д.А. управлять мотоциклом. Не зная правил дорожного движения К.Д.А., управляя источником повышенной опасности, фактически сам совершил административное правонарушение.

На основании всех вышеизложенных доводов, защитник Каримов просит приговор отменить, постановив оправдательный приговор в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ.

В возражении прокурор Свистун предлагает апелляционную жалобу защитника Каримова на приговор суда оставить без удовлетворения.

Проверив доводы апелляционных жалоб по материалам уголовного дела, поступившее возражение, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст.389.17 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных уголовного и (или) уголовно-процессуального законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения. 

Таких нарушений закона при рассмотрении данного уголовного дела судом первой инстанции не допущено.

Из установленных судом фактических обстоятельств совершения ФИО1 преступления следует, что он 27.05.2022 около 22.35 часов, при достаточной видимости, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, не соблюдая относящиеся к нему требования Правил, чем пренебрег безопасностью дорожного движения и поставил себя в такие условия, при которых не мог действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда, в нарушение требований пунктов Правил:

- 1.5 «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда»; 

- 8.1 «Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны-рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения»; 

- 8.8 «При повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления».

ФИО1, двигаясь по адрес РБ, в направлении по адрес в сторону адрес, осуществил остановку напротив магазина «...» по адресу: адрес, пропустив встречный мопед «...», под управлением Г., начал движение с поворота налево, в направлении парковки перед вышеуказанным магазином, с пересечением полосы предназначенной для встречного движения, и имея объективную возможность обнаружить следующий движущийся во встречном направлении, по полосе предназначенной для встречного движения от адрес в сторону адрес, мотоцикл «...», номер рамы №..., под управлением несовершеннолетнего К.Д.А. с несовершеннолетним пассажиром Д., не убедившись в безопасности совершаемого им маневра, допустил столкновение с ним, выехав на полосу предназначенную для встречного движения. В результате нарушения требований ПДД РФ, послуживших причиной данного дорожно-транспортного происшествия, водитель ФИО1 по неосторожности причинил тяжкий вред здоровью водителю мотоцикла несовершеннолетнему К.Д.А..

Согласно заключению эксперта №..., у К.Д.А., дата года рождения, установлены телесные повреждения в виде: неполной травматической ампутации 5-го пальца левой стопы, переломов основных фаланг 4 и 5 пальцев левой стопы; осложненной инфицированной резано-рваной раны левой стопы, флегмона левой стопы, ссадин правого бедра, правого предплечья. Данные повреждения квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (том 1 л.д.107-109).

Указанные фактические обстоятельства дела установлены судом на основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств:

- показаний подсудимого ФИО1, не отрицавшего факт столкновения с мотоциклом «...», но пояснившего, что, в тот день шел дождь и были сумерки, управляя автомобилем, стал поворачивать налево на парковку перед магазином. При въезде на парковку его автомобиль получил удар в переднюю часть, увидел, как люди перелетели через капот. Перед ДТП он этого мотоциклиста не видел, фары у мотоцикла не были включены.

- показаний несовершеннолетнего потерпевшего К.Д.А. о том, что он двигался по главной дороге, со скоростью около 30-40 км/ч на своем мотоцикле «...», который был исправлен, с включенными фарами. На заднем сиденье находилась Д., впереди него ехал на мопеде Г. на расстоянии примерно 5-10 метров. Напротив магазина «...» автомобиль ..., стоявший на встречной полосе движения, пропустил мопед под управлением Г., после чего автомобиль начал выезжать на его полосу движения, при этом поворотники на автомобиле включены не были. Он нажал на тормоз, сработала тормозная система, удар пришелся на правый передний бампер. От удара он с Д. перелетели через автомобиль и упали. Когда он подошел к водителю автомобиля ФИО1 и спросил: «Что будем делать?», то сразу упал в обморок, и медицинскую помощь ему оказывал Г. или Д., он два раза терял сознание, а потом сбежал с места ДТП, так как ему стало страшно;

-показаний законного представителя К.А.Н. о том, что после звонка сына К.Д.А., он приехал на место ДТП, где находились сотрудники ДПС, на проезжей части, на встречной полосе, находился автомобиль ... с разбитым бампером, рядом с машиной на асфальте лежал мотоцикл его сына. Со слов сына ему стало известно, что автомобиль ... выехал на его встречную полосу; 

- показаний свидетеля ... о том, что он ехал на мопеде впереди, а К.Д.А. с Д. ехали сзади на мотоцикле где-то в 5 метрах от него, скорость движения была примерно 20-30 км/час. Когда они проезжали мимо магазина «...», автомобиль ... стоял на своей полосе движения. Но когда он проехал мимо автомобиля, то сзади услышал стук, развернувшись, увидел, что мотоцикл лежит на асфальте, мотоцикл был заглушен, поэтому фара на мотоцикле без аккумулятора уже не горели. Мотоцикл К.Д.А. до ДТП был исправен, поворотники работали. Когда ехали, то он видел в зеркале заднего вида, что фары на мотоцикле были включены;

-показаний свидетеля Д., которые были оглашены в суде апелляционной инстанции, о том, что они ехали по адрес на его мотоцикле, со скоростью 30-40 км/час, передняя фара на мотоцикле была включена, на улице горели фонари. Впереди ехал на мопеде Г. на расстоянии 5-10 метров, на встречной полосе двигался автомобиль ... под управлением ФИО1. Когда Г. проезжал мимо магазина «...», автомобиль ... начал притормаживать и пропустил его, а перед ними автомобиль повернул в сторону магазина и выехал на их полосу движения. В результате столкновения они с Д. перелетели через машину и упали на асфальт. Столкновение между мотоциклом и автомобилем произошло на их полосе движения, на проезжей части. После случившегося ... падал два раза в обморок, они с Г. приводили его в чувство. Потом она ушла домой, а когда позже обратилась в поликлинику, в связи с болями в ноге, то выяснялось, что в результате ДТП у неё случился перелом ноги (том 1 л.д.138-141);

- показаний свидетеля Б. о том, что видел как в районе магазина «...» проехали два мотоцикла на расстоянии друг от друга 5-7 метров. Напротив магазина водитель автомобиля ... поворачивал в сторону парковки, в этот момент произошло столкновение автомобиля и второго мотоциклиста, который ехал позади, улица освещалась фонарем. Место ДТП определил исходя из того где стояла машина и лежал мотоцикл. Сам момент ДТП он не видел, услышал только треск, после того увидел как двое перелетели через капот. Он побежал в сторону места ДТП, где начал помогать пострадавшим. Мотоциклисты двигались со скоростью примерно 50 км/час, они не могли набрать большую скорость, так как на этой улице имеются два лежащих полицейских; 

-показаний свидетелей Х. и Н., которые подтвердили показания данные в ходе следствия, о том, что при выезде на ДТП, место столкновения транспортных средств было на полосе движения мотоцикла "...". Осыпь стёкол и пластмассовых элементов от автомобиля находились на асфальте, а именно на полосе движения мотоцикла "...", на момент осмотра часть осыпи стёкол и пластмассовых фрагментов от автомобиля находились под автомобилем, то есть на полосе движения мотоцикла "..." и перед передней частью автомобиля, которые отлетели в сторону парковки перед магазином "...". То есть, после произошедшего столкновения между автомобилем ... и мотоциклом "...", автомобиль ... проехал некоторое расстояние и остановился уже передней частью в начале парковки расположенной перед магазином «...» (том 1 л.д.236-239, л.д. 232-235);

- показаний свидетеля К. о том, что видел, как по адрес в сторону магазина "..." проехал мотоцикл, в котором кто-то сидел сзади. Как ему показалось, они проехали на высокой скорости, примерно 80 км/ч. Позже он узнал, что напротив магазина "..." произошло ДТП между автомобилем ... и мотоциклом. Момент столкновения автомобиля и мотоцикла не видел, фары на мотоцикле не были включены (л.д.199-202 том 1);

- протоколом осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 27.05.2022 где указано, что в темное время суток, при освящении уличных фонарей и фар от транспортного средства, автомобиль ... находился на проезжей части и столкновение произошло на полосе встречного движения, передней частью в направлении парковки магазина «...», мотоцикл марки «...» находился на асфальте на правой его стороне передней частью в направлении магазина; обломки переднего бампера от ... наличие осколков и фрагментов от него и от мотоцикла «...» расположены на проезжей части и начале парковке (полосе движения мотоцикла «...») (том 1л.д.11-17); осмотром автомобиля марки ..., на котором были обнаружены повреждения на переднем бампере, переднем левом и правом блоке фар, капоте, лобовом стекле, переднем левом и правом противотуманике в бампере, усилителе бампера, госномера (том 1 л.д.18-20); осмотром мотоцикла марки «...» на котором были обнаружены повреждения: переднего колеса, руля, заднего крыла, повреждения по всему периметру (том 1 л.д.21-22); заключением эксперта № 3042 от 01.07.2022, и за № 4669, согласно которых у К.Д.А. установлены телесные повреждения в виде: неполной травматической ампутации 5-го пальца левой стопы, переломов основных фаланг 4 и 5 пальцев левой стопы; осложненной инфицированной резано-рваной раны левой стопы, флегмоной левой стопы, ссадины правого бедра, правого предплечья. Указанные повреждения причинены по механизму тупой травмы, не исключается в сроки и при обстоятельствах конкретно указанных в представленном постановлении, то есть 27.05.2022. Данные повреждения квалифицируются как причинение тяжкого вреда здоровью по признаку опасности вреда здоровью для жизни человека, который по своему характеру непосредственно создает угрозу для жизни (л.д.28-30 том 1) и иных доказательств, приведенных в приговоре.

С учетом установленных фактических обстоятельств, судом действия подсудимого ФИО1 квалифицированы по ч.1 ст.264 УК РФ - нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Вопреки доводам защитника, права обвиняемого ФИО1 на его защиту следователем не были нарушены. В ходе ознакомления с материалами уголовного дела обвиняемому разъяснены его право заявить ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства в случаях, предусмотренных ст.314 УПК РФ. Обвиняемый имел возможность в полном объеме оценить доказательственную базу, выявить допущенные в ходе расследования нарушения законности, ознакомился с материалами уголовного дела совместно с защитником.

Срок проверки сообщения о преступлении, обоснованно был продлен до 30 суток, поскольку в постановлении о возбуждении перед руководителем следственного органа от 24.07.2022 указано, что следователь Ф., состоявший в следственной группе Отделения МВД России по адрес, обратился с ходатайством в связи с необходимостью установить все обстоятельства ДТП, в соответствии с ч.3 ст.144 УПК РФ. 

Формулировка обвинения в обвинительном заключении совпадает с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1, вынесенного в соответствии со ст.171 УПК РФ, где указано время совершение преступления ФИО1 27.05.2022 около 22.35 часов. В связи с чем, оснований у суда для устранений противоречий не имелось. 

Указанный в фабуле происшествий диагноз 27.05.2022 в отношении потерпевшего К.Д.А. является предварительным, вместе с тем, эксперт в своем заключении № 4669 основывается на исследованиях, которые проводились им объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Оно основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых, научных и практических данных. На основании проведенных исследований с учетом из результатов эксперт от своего имени дал письменное заключение, в связи с чем данное заключения является допустимым. 

Показания потерпевшего несовершеннолетнего К.Д.А., его законного представителя К.А.Н., свидетелей Г., Д., Б., Х. и Н. последовательны, согласуются между собой, дополняют друг друга, даны в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и подтверждаются совокупностью иных доказательств по делу, а потому судом обоснованно признаны достоверными и допустимыми. Оснований для признания их недопустимыми доказательствами у суда не имелось. Свидетели Г. и Д. являются очевидцами произошедшего, их показания противоречат показаниям подсудимого ФИО1 и свидетеля К., который очевидцем произошедшего не является, и им даны предположительные показания.

В соответствии ст.281 УПК РФ, показания свидетелей Х. и Н. были оглашены с согласия сторон, в связи с прошествием длительного времени со дня ДТП, подробности которого ими были забыты. 

Доводы жалобы о необходимости проведения автотехнической экспертизы обстоятельства ДТП с целью установления скорости движения транспортных средств; установления технической возможности предотвращения ДТП являются несостоятельными, поскольку в ходе судебного следствия установлено, что ДТП произошло в результате неосторожных действий ФИО1, который перед совершением поворота не убедился в безопасности совершаемого маневра. Кроме того, покрытие дороги на которой произошло ДТП было мокрое, следов шин и торможения в ходе осмотра места происшествия не обнаружено.

Согласно п.10 ПП ВС РФ от 09.12.2008 №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения» если суд на основании исследованных доказательств установит, что указанные последствия наступили не только вследствие нарушения лицом, управляющим транспортным средством, но и ввиду несоблюдения потерпевшим конкретных пунктов правил, эти обстоятельства могут быть учтены судом как смягчающие наказание. Таким образом, установление данных обстоятельств не исключает виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ.

Необходимость установления причин и условий, связанных с организацией дорожного движения, способствующих совершению ДТП также является несостоятельным, поскольку данные обстоятельства не состоят в прямой причинной следственной связи с наступившими последствиями. В ходе судебного следствия свидетели показали, что ДТП произошло в том месте, где имелось искусственное освещение. На фотоснимах, приложенных к протоколу осмотра места происшествия видно, что на месте ДТП горят уличные фонари.

Довод жалобы о том, что ДТП произошло после завершения ФИО1 поворота, не соответствует действительности и опровергается доказательствами, исследованными в суде. Согласно п.20 ПП ВС РФ от 25.06.2019 №20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных ст.12.27 КоАП РФ установлена административная ответственность за невыполнение обязанностей в связи с ДТП в случаях, когда ДПТ имело место на дороге, в том числе на дороге, находящейся в пределах прилегающей территории (например на парковке). В связи с чем, парковка возле магазина «...» также является местом, на которое распространяется правила дорожного движения и эксплуатации транспортных средств. Судом указано, что местом совершения преступления является участок местности напротив магазина ...», расположенного по адресу: адрес, что подтверждается исследованными в суде доказательствами. 

Осмотр места происшествия производится в соответствии с требованиями ч.1.1 ст. 170 УПК РФ, ст. ст. 176, 177, 164, 166 УПК РФ. Совокупность указанных норм процессуального закона при проведении осмотра места дорожно-транспортного происшествия 27.05.2022 не нарушена. Данный осмотр носил неотложный характер, проведен в ночное время, что допускается законом, поскольку в этом случае задержка может привести к невосполнимому изменению обстановки, подлежащей фиксации, утрате объектов и следов, имеющих значение для правильного разрешения дела. В ходе проведения осмотра в соответствии с требованиями закона производилась фиксация хода и результатов техническими средствами. В связи с этим протокол осмотра места происшествия от 27.05.2022 обоснованно признан судом допустимым доказательством, поскольку данное следственное действие проведено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона.

Протоколы осмотра транспортных средств обоснованно положены в основу обвинительного приговора, являются допустимыми доказательствами, поскольку проведены в соответствии с ст.ст.164,176,177 УПК РФ. Со схемой места дорожно-транспортного происшествия ФИО1 был ознакомлен.

Позиция ФИО1 по факту дорожно-транспортного происшествия проверялась судебной инстанцией и своего объективного подтверждения не нашла, как противоречащая совокупности доказательств по делу.

При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя ФИО1 технической возможности предотвратить дорожно-транспортное происшествие в данных дорожных условиях следует исходить из того, что водитель в соответствии п.8.8 ПДД РФ при повороте налево или развороте вне перекрестка водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу встречным транспортным средствам и трамваю попутного направления. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Доводы ФИО1 о наличии причин, в результате чего произошло дорожно-транспортное происшествие, проверялись судами первой инстанции, однако своего подтверждения не нашли и были отвергнуты с приведением мотивов принятых решений, с которыми соглашается суд апелляционной инстанции.

Изложенные доказательства в своей совокупности позволяют сделать вывод о несостоятельности доводов жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Судом, с учетом действий осужденного, с достоверностью установлены факты нарушения ФИО1 конкретного пункта Правил дорожного движения РФ, а также причинно-следственная связь между их нарушением, совершением дорожно-транспортного происшествия и последствием в виде причинения К.Д.А. тяжкого вреда здоровью.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах, требующие их истолкования в пользу осужденного, которые могли повлиять на выводы суда о доказанности вины ФИО1, по делу отсутствуют.

То обстоятельство, что данная судом оценка исследованным доказательствам не совпадает с позицией осужденного и стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не является основанием для отмены приговора.

Как следует из протокола судебного заседания, председательствующим созданы были все условия для реализации сторонами своих процессуальных прав и исполнения обязанностей. Нарушений принципа состязательности из материалов уголовного дела не усматривается.

Всем рассмотренным в судебном заседании доказательствам суд дал в приговоре надлежащую оценку. При этом вопреки доводам жалобы нарушений уголовно-процессуального закона, правил оценки доказательств с точки зрения их достоверности, допустимости и достаточности, повлиявших на правильность установления фактических обстоятельств, влекущих отмену или изменение судебного решения, судом не допущено. 

Вопреки доводам, указанным в жалобе законного представителя потерпевшего, при назначении наказания ФИО1 соблюдены требования ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, в полной мере учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, конкретные обстоятельства дела, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

В качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств учтены - привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики с места работы, наличие на иждивении двоих малолетних детей, хроническое заболевание супруги.

Вопреки доводам защитника, иных смягчающих обстоятельств, подлежащих безусловному учету при назначении наказания, но неустановленных судом или неучтенных им в полной мере на момент постановления приговора в отношении ФИО1, по делу не усматривается.

Из материалов дела следует, что при назначении ФИО1 наказания была учтена вся совокупность значимых обстоятельств, необходимых для назначения наказания, при этом правила, в соответствии с которыми разрешается вопрос о назначении наказания, были применены в полном соответствии с требованиями уголовного закона.

Вопреки доводам, указанным в жалобе законного представителя потерпевшего, назначенное ФИО1 наказание в виде ограничения свободы отвечает принципу справедливости, соразмерно содеянному осужденным и его личности, и признать его чрезмерно мягким нельзя.

Вопреки доводам указанным в жалобе защитника Мухаметшина, при разрешении иска о компенсации морального вреда, привлечение к участию в судебном разбирательстве владельца источника повышенной опасности не требуется. Исходя из положений ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Разрешая иск законного представителя потерпевшего К.А.Н. о компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, суд руководствовался положениями статей 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, в соответствии с которыми при определении размера компенсации морального вреда учел характер причиненных несовершеннолетнему потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда судом учтены требования разумности и справедливости 

Вопреки доводам указанным в жалобе законного представителя потерпевшего, суд принял во внимание степень вины подсудимого ФИО1 и индивидуальные особенностями потерпевшего, которому причинен вред.

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдение процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по делу и влекущего его отмену, не установлено.

Учитывая, что прокурором Нуримановского района Свистун апелляционное представление отозвано до начала заседания суда апелляционной инстанции, производство по апелляционному представлению подлежит прекращению. 

Руководствуясь п. 1 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, ст.389.8 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Иглинского межрайонного суда Республики Башкортостан от 21 марта 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы законного представителя несовершеннолетнего потерпевшего К.А.Н.., адвокатов-защитников ФИО3 и Каримова Р.Р. - без удовлетворения.

Производство по апелляционному представлению прокурора Нуримановского района РБ Свистун Р.А. прекратить в связи с отзывом.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение шести месяцев с момента провозглашения.

В случае обжалования судебного решения в кассационном порядке осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья - п/п 

Справка: дело № 22-3378/2023, 

судья Гареева А.С.