УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Кузнецова М.С. 73RS0021-01-2025-000360-08

Дело № 33-354/2026 (33-5603/2025)

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Ульяновск 20 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Богомолова С.В.,

судей Резовского Р.С., Санатулловой Ю.Р.,

при секретаре Фионовой О.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу и дополнения к ней представителя ФИО1 – ФИО2 на решение Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 05 сентября 2025 года, с учетом определения того же суда 07 ноября 2025 года об исправлении описки по гражданскому делу № 2-1-320/2025, по которому постановлено:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО4 в лице законного представителя ФИО5 о признании утратившими право проживания в жилом помещении, снятии с регистрационного учета удовлетворить частично.

Признать ФИО3 утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: ***.

Взыскать с ФИО3 (паспорт ***) в пользу ФИО1 (паспорт ***) расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 500 рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4 в лице законного представителя ФИО5 о признании утратившей право проживания в жилом помещении, снятии с регистрационного учета отказать.

Вступившее в законную силу решение суда является основанием для снятия ФИО3 с регистрационного учета по указанному в настоящем решении адресу.

Заслушав доклад судьи Резовского Р.С., выслушав пояснения представителя ФИО1 – ФИО2, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора, полагавшего решение законным и обоснованным, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО6 к ФИО3, П*** Е.А. в лице законного представителя ФИО5 о признании утратившими право проживания в жилом помещении, снятии с регистрационного учета.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 на основании договора купли-продажи от 27 июня 2025 года является собственником квартиры с кадастровым номером ***, расположенной по адресу: ***. Ранее данная квартира принадлежала ФИО7 на основании договора дарения от 01 июля 1994 года. Ответчики не имеют доли в праве собственности в спорной квартире, зарегистрированы по месту жительства в данной квартире. В настоящее время ФИО3, *** года рождения проживает и работает в городе Ульяновске, имеет источник дохода и при желании может приобрести собственное жилье. Ответчик П*** Е.А., *** года рождения после развода родителей проживает со своей матерью ФИО5 по адресу: ***. В спорной квартире истица проживает со своим мужем ФИО1

Просила признать ФИО3, П*** Е.А. утратившими право пользования вышеуказанным жилым помещением и снять их с регистрационного учета.

Судом к участию в деле в качестве государственных органов, компетентных давать заключение по существу спора, привлечены: прокурор, отдел опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних МУ администрации МО «Сенгилеевский район»; в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, - МО МВД России «Сенгилеевский» Ульяновской области, ФИО1, ФИО7

Рассмотрев заявленные требования по существу, суд постановил приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ФИО1 – ФИО2 просит решение суда отменить, вынести по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы указывает, что в решении суда отсутствует ссылка на правовые нормы, согласно которым ФИО1 как собственник квартиры не вправе выписать из нее лиц, которые перестали быть членами её семьи. Кроме того указывает на то, что П*** Е.А. не проживает в спорной квартире и её законный представитель не оплачивает коммунальные услуги. Тот факт, что она является несовершеннолетней, не может ограничивать ее права как собственника. Не соглашается с выводом суда о том, что отец П*** Е.А. должен зарегистрировать её в новой квартире, купленной после развода, расположенной по адресу: ***, поскольку Семейный кодекс Российской Федерации не содержит положений, которые обязывали бы отца прописывать свою дочь, которая с ним не живет в квартире, которую он купил после развода. Отмечает, что регистрация в спорной квартире П*** Е.А. не является препятствием к сделке купли-продажи и не отменяет права ФИО1 требовать снятия с регистрационного учета П*** ФИО8, что судом не учтено то, что в договоре купли-продажи было прямо указано о том, что ФИО4 обязалась сняться с регистрационного учета в спорной квартире. По мнению автора жалобы, регистрация в квартире не дает автоматического права пользования, если лицо не является членом семьи собственника, а родственные связи сами по себе не являются основанием для сохранения права пользования. Обращает внимание суда на то, что ФИО1 как собственник квартиры П*** Е.А. не вселяла, П*** Е.А. не является членом её семьи.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 поддерживает доводы апелляционной жалобы и просит её удовлетворить.

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции.

Выслушав явившихся участников процесса, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, отзыва на апелляционную жалобу, проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов, изложенных в жалобе (часть 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему.

Право на жилище относится к основным правам и свободам человека и гражданина и гарантируется статьей 40 Конституции Российской Федерации. При этом никто не может быть произвольно лишен жилища.

В соответствии с частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В этой связи основания и порядок выселения граждан из жилого помещения должны определяться федеральным законом и только на их основании суд может лишить гражданина права на жилище.

В силу пункта 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно пункту 1 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом (пункт 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить соответствующее жилое помещение (прекратить пользоваться им). Если данный гражданин в срок, установленный собственником соответствующего жилого помещения, не освобождает указанное жилое помещение, он подлежит выселению по требованию собственника на основании решения суда.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что право пользования жилым помещением членом семьи прежнего собственника при переходе права собственности к другому лицу может быть сохранено в случаях, установленных законом.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ФИО1 является собственником жилого помещения по адресу: ***, ***. Указанное жилое помещение было приобретено ею у своего сына - ФИО7, на основании договора купли-продажи от 27 июня 2025 года (л.д. 57).

По состоянию на 13 августа 2025 года в спорном жилом помещении жилом помещении были зарегистрированы по месту жительства ФИО7, с 12 мая 1998 года, ФИО3, с 31 июля 2008 года, а также несовершеннолетняя П*** Е.А., *** года рождения, с 04 апреля 2012 года (л.д. 42, 43, 77).

ФИО3, *** года рождения и П*** Е.А., *** года рождения приходятся дочерьми ФИО5 и ФИО7 (л.д. 37,38).

ФИО7 и ФИО5 состояли в зарегистрированном браке, который был прекращен 21 января 2022 года (л.д. 36).

Ранее ФИО5, ФИО7 и их дети проживали и были зарегистрированы в спорном жилом помещении. В связи с расторжением брака ФИО5 и дети выехали из данной квартиры.

Вступившим в законную силу решением Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 16 сентября 2022 года были частично удовлетворены исковые требования ФИО7 к ФИО5 и несовершеннолетним ФИО3, П*** Е.А. о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета. ФИО5 признана утратившей право пользования спорным жилым помещением. В удовлетворении исковых требований о признании утратившими право пользования жилым помещением несовершеннолетних ФИО3, П*** Е.А. судом было отказано (л.д. 78 – 80).

С 31 июля 2008 года по настоящее время ФИО5 зарегистрирована по адресу: ***, при этом в собственности какого-либо жилого помещения не имеет (л.д. 43, 92).

ФИО7 был зарегистрирован в спорном жилом помещении с 12 мая 1998 года по 02 сентября 2025 года, в настоящее время по месту жительства нигде не зарегистрирован (л.д. 90-92).

С 30 июня 2025 года ФИО7 является собственником жилого помещения, расположенного по адресу: *** (л.д. 93).

В заседании судебной коллегии подтвердились установленные судом первой инстанции обстоятельства, которые также объективно подтверждаются письменными материалами дела, участниками процесса оспорены и опровергнуты не были, а потому не вызывают у судебной коллегии сомнений.

Удовлетворяя требования ФИО1 к ФИО3, суд первой инстанции исходил из того, что ФИО3 на момент рассмотрения дела является совершеннолетней, членом семьи истицы не является, соглашение о пользовании жилым помещением между ней и новым собственником не заключалось, в связи с чем суд первой инстанции пришел к выводу, что в силу пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации она утратила право пользования спорным жилым помещением.

В данной части стороны решение не обжалуют, в связи с чем, применительно к абзацу 1 части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, проверке в апелляционном порядке не подлежит.

Отказывая в удовлетворении требований к несовершеннолетней Пе*** Е.А., суд первой инстанции исходил из того, что ответчик П*** Е.А. в установленном законом порядке была вселен в спорное жилое помещение, прав на иное жилое помещение не имеет, учитывая, что истец является бабушкой несовершеннолетней, а также исходя из того, что несовершеннолетняя в силу своего возраста не может самостоятельно реализовать свои жилищные права, в связи с чем пришел к выводу о том, что право пользования несовершеннолетней П*** Е.А., не может быть прекращено.

Изложенные выводы суда первой инстанции следуют из анализа совокупности представленных сторонами и исследованных доказательств, оцененных судом в соответствии с правилами статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права и установленных по делу обстоятельствах.

Оснований сомневаться в объективности оценки и исследования доказательств не имеется, поскольку оценка доказательств судом произведена правильно, в соответствии с требованиями статей 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

По общему правилу в соответствии с частью 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением собственника с бывшим членом его семьи. Это означает, что бывшие члены семьи собственника утрачивают право пользования жилым помещением и должны освободить его (часть 1 статьи 35 Жилищного кодекса Российской Федерации"). В противном случае собственник жилого помещения вправе требовать их выселения в судебном порядке без предоставления другого жилого помещения (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации»).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации регулирование прав на жилое помещение должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении иных лиц, как и обеспечение взаимного учета их интересов, зависит от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, то есть не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года №6-П, от 08 июня 2010 года № 13-П и определение этого же суда от 03 ноября 2006 года № 455-0).

Часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации провозглашает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства.

Согласно преамбуле Декларации прав ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей 20 ноября 1959 года, ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения.

В силу положений статьи 3 Конвенции ООН «О правах ребенка», одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года, во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка. Государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

Статьей 10 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных этим кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, а также из действий участников жилищных отношений, которые хотя и не предусмотрены такими актами, но в силу общих начал и смысла жилищного законодательства порождают жилищные права и обязанности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Согласно пункту 2 статьи 54 Семейного кодекса Российской Федерации каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам. Ребенок имеет права на воспитание своими родителями, обеспечение его интересов, всестороннее развитие, уважение его человеческого достоинства.

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (пункт 1 статьи 63 Семейного кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 3 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации место жительства детей при раздельном проживании родителей устанавливается соглашением родителей.

В *** Е.А. была вселена и зарегистрирована в спорной квартире по месту жительства своего отца ФИО7, являвшегося собственником жилого помещения, а потому она приобрела в установленном законом порядке право пользования данным жилым помещением.

ФИО9 А. и ее мать - ФИО5 в собственности жилого помещения не имеет. Отец несовершеннолетней - ФИО7 с 30 июня 2025 года является собственником квартиры, расположенной по адресу: ***. ФИО7 приобрел данной жилое помещение на основании договора купли-продажи от 18 июня 2025 года, то есть в день продажи спорной квартиры матери ФИО1

Следовательно, ФИО7, как отец несовершеннолетней П*** Е.А., после продажи спорного жилого помещения, в которого была зарегистрирована его несовершеннолетняя дочь, имел возможность перерегистрировать свою дочь П*** Е.А. в новом жилом помещении, однако этого не сделал. Кроме того ФИО7 лишь 02 сентября 2025 года снялся с регистрационного учета по спорному адресу, при этом по другому адресу не зарегистрировался, что не является препятствием для того, чтобы зарегистрировать себя и свою дочь в новом жилье.

Действия отца несовершеннолетней, который являлся собственником спорной квартиры, а затем продал квартиру своей матери – ФИО1, после чего приобрел новое жилое помещение, при этом свою несовершеннолетнюю дочь в новой квартире не зарегистрировал, нельзя расценить как совершенные в интересах несовершеннолетнего ребенка.

Судебная коллегия соглашается с данным выводом, так как распоряжение ФИО7 жилым помещением было совершено вопреки интересам несовершеннолетней дочери. Так, в силу части 2 статьи 38 и части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с частью 3 статьи 17, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища.

Таким образом, у несовершеннолетней П*** Е.А. возникли права на жилое помещение как у члена семьи собственника жилого помещения, которые не могут быть прекращены на основании части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также вследствие перехода права собственности на жилое помещение на основании пункта 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что П*** Е.А. не имеется иного жилого помещения, право пользования которым, было бы приобретено ею в предусмотренном законом порядке.

Поскольку ФИО7 иным образом не исполнил свои обязанности по обеспечению жилым помещением своего ребенка, соответственно, при отсутствии другого жилого помещения несовершеннолетняя П*** Е.А. до настоящего времени имеет право пользования спорным жилым помещением.

Кроме того, суд первой инстанции обоснованно учел, что собственник спорной квартиры является близкой родственницей - бабушкой П*** Е.А., которой при заключении договора купли-продажи спорного жилого помещения было известно о регистрации П*** Е.А в данной квартире.

Доводы апелляционной жалобы сводятся к переоценке доказательств и иному толкованию законодательства, аналогичны тем, на которые ссылался истец в суде первой инстанции в обоснование своих исковых требований, которые были предметом обсуждения суда первой инстанции и им дана правильная правовая оценка на основании исследования в судебном заседании всех представленных сторонами доказательств в их совокупности. Само по себе несогласие автора жалобы с данной судом оценкой обстоятельств дела не является основанием считать решение суда неправильным.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к неправильному разрешению дела (в том числе и те, на которые имеется ссылка в апелляционной жалобе и дополнениях к ней), судом не допущено.

Решение суда отвечает требованиям закона, нарушений норм материального или процессуального права судом при принятии обжалуемого решения не допущено, оснований для его отмены или изменения, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Сенгилеевского районного суда Ульяновской области от 05 сентября 2025 года, с учетом определения того же суда 07 ноября 2025 года об исправлении описки оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Сенгилеевский районный суд Ульяновской области.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 03 февраля 2026 года.