№ 2-59/2025

64RS0047-01-2024-004284-65

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

19 марта 2025 года г. Саратов

Октябрьский районный суд г. Саратова в составе: 

председательствующего судьи Лавровой И.В.,

при секретаре судебного заседания Бембеевой О.А.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

третьего лица, представителя ответчика ООО «ТрансТралСервис» ФИО3,

помощника прокурора Октябрьского района г. Саратова Прокофьевой Т.Ю.,

рассмотрев гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансТралСервис» о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратился с указанными требованиями к ООО «ТрансТралСервис». В обоснование иска указал, что 03 октября 2023 года около 14 час. 20 мин. водитель ООО «ТрансТралСервис» ФИО4, управляя технически исправным автопоездом в составе грузового тягача седельного «№» государственный регистрационный знак № регион, с полуприцепом «№ регистрационный знак №, принадлежащим директору ООО «ТрансТралСервис», выполняя работу на основе трудового договора с ООО «ТрансТралСервис», вследствие нарушения Правил дорожного движения РФ и собственной неосторожности, совершил наезд на ФИО5, который от полученных повреждений скончался на месте. Поскольку гибелью сына истцу причинен моральный вред, уточнив исковые требования в порядке, предусмотренном ст. 39 ГПК РФ, просил взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 2 000 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб. 

В судебном заседании представитель истца заявленные исковые требования поддержал. 

Представитель ответчика ООО «ТрансТралСервис», третье лицо ФИО3 против удовлетворения иска возражал, поскольку по его мнению на момент ДТП ФИО4 действовал в интересах ООО «Интрейд» именно данное юридическое лицо является надлежащим ответчиком по делу.

Помощник прокурора Октябрьского района г. Саратова Прокофьева Т.Ю. полагала исковые требования подлежащими удовлетворению, размер компенсации морального вреда полагала необходимым определить исходя из учета всех значимых по делу обстоятельств.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание не явился, о дне судебного заседания были извещены надлежащим образом, в связи с чем суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (главой 59 Кодекса) и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.

Согласно части 1 статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина в результате действия источника повышенной опасности

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статьи 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, и не оспаривалось участниками процесса, что ФИО4 работал в качестве водителя в ООО «ТрансТралСервис», что подтверждается трудовым договором № от 01 марта 2018 года до 13 сентября 2024 года.

Директором ООО «ТрансТралСервис» является ФИО3 (л.д. 33-37).

В период с 30 сентября 2023 года по 29 сентября 2024 года автомобиль №» государственный регистрационный знак № с полуприцепом принадлежащий на праве собственности ФИО3, был застрахован ФИО16». Лицом, допущенным к управлению транспортным средством является – ФИО4

Приговором Фрунзенского районного суда г. Саратов от 11 июня 2024 года установлено, что ФИО4, управляя технически исправным автопоездом в составе грузового тягача седельного «№» государственный регистрационный знак № регион, с полуприцепом «№», регистрационный знак №, принадлежащим директору ООО «ТрансТралСервис», 03 октября 2023 года около 14 час. 20 мин., выполняя работу на основе трудового договора с ООО «ТрансТралСервис», вследствие нарушения Правил дорожного движения РФ и собственной неосторожности, совершил наезд на ФИО5, который от полученных повреждений скончался на месте.

Деятельность ООО «ТрансТралСервис» согласно сведениям ЕГРЮЛ связана с грузоперевозками.

В судебном заседании ФИО3 пояснил, что ФИО4 в день ДТП на работу в ООО «ТрансТралСервис» не выходил, находился дома, однако ни отпуск, ни отгул в указанную дату ему не представлялся. ФИО3 утверждал, что в момент ДТП ФИО6 выполнял работу по заданию ООО «Интрейд» с которым у ФИО3 заключен договор аренды указанного транспортного средства. При этом ФИО3 ссылался на договор-заявку 181 от 03 октября 2023 года, а так же путевой лист, от указанной даты, выданный ФИО4 ООО «Интрейд».

Вместе с тем, определяя надлежащего ответчика по данному гражданскому делу, суд учитывает, что оплата по договору аренды спорного транспортного средства за весь период аренды автомобиля не производилась, страхователем транспортного средства являлся ФИО3 и единственным допущенным к управлению лицом – ФИО4

При таких обстоятельствах суд полагает, что договор аренды транспортного средства носил формальный характер, а водитель ФИО4 на момент ДТП продолжал исполнять трудовые обязанности водителя транспортного средства «№» государственный регистрационный знак № 64 регион, с полуприцепом «№», регистрационный знак №, осуществляя трудовую функцию в ООО «ТрансТралСервис».

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из нормативных положений Конвенции о защите прав человека и основных свобод, толкования положений Конвенции в соответствующих решениях Европейского Суда по правам человека в их взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику, другому лицу, являющемуся членом семьи по иным основаниям (в частности, опека, попечительство).

В судебном заседании установлено, что ФИО1 является отцом погибшего ФИО5 После смерти близкого ему человека истец испытывает нравственные страдания.

Ввиду изложенного у истца имеются правовые основания для удовлетворения исковых требований о компенсации причиненного ему смертельным травмированием ФИО5 морального вреда. 

Из содержания приведенных норм материального права в их взаимосвязи и разъяснений, данных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина", следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению не только имущественного, но и морального вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

При таких обстоятельствах с учетом норм трудового и гражданского законодательства, именно работодатель ООО «ТрансТралСервис» должен нести неблагоприятные последствия в виде компенсации морального вреда в пользу ФИО1 за причинение смерти его сыну.

Следует отметить, что позиция ответчика по настоящему делу вызвана стремлением ограничить или устранить свою ответственность, как директора и соучредителя юридического лица за вред, причиненный работником общества ФИО4 в результате дорожно-транспортного происшествия.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца, суд, помимо характера взаимоотношений между истцом и погибшим, учитывает обстоятельства гибели ФИО5 допущенное нарушение правил дорожного движения со стороны работника ООО «ТрансТралСервис», отсутствия грубой неосторожности со стороны потерпевшего ФИО5, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 800 000 руб.

При определении размера компенсации морального вреда суд так же учитывает, что гибель сына истца сама по себе является необратимым обстоятельством, которое влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, нарушает неимущественное право на семейные связи.

В соответствии со ст. ст. 98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй ст. 96 настоящего Кодекса.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что истец имеет основания требовать возмещение понесенных расходов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 октября 2005 г. № 355-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации. 

Закон предоставляет суду право уменьшить сумму, взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов по оплате услуг представителя. 

В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Суд принимает во внимание, что по общему правилу условия договора определяются по усмотрению сторон (п. 4 ст. 421 ГК РФ).

При решении вопроса о разумности понесенных расходов по оплате услуг представителя, судом учитываются следующие обстоятельства: объем и сложность выполненной представителями работы, время, которое могло быть затрачено на подготовку материалов квалифицированным специалистом, продолжительность рассмотрения дела судом, стоимость оплаты услуг по аналогичным делам. 

Учитывая объем оказанных истцу услуг, сложность дела, характер заявленных требований, принимая во внимание принцип разумности и баланс интересов сторон, учитывая, что ФИО7 представлял интересы истца при рассмотрении дела, истцом представлены доказательства несения расходов на оплату услуг представителя, они подлежат оплате исходя из принципа разумности, в размере 30 000 руб.

В соответствии со ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход муниципального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 (паспорт №) к обществу с ограниченной ответственностью «ТрансТралСервис» (ОГРН №) о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрансТралСервис» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 800 000 руб., оплату услуг представителя в размере 30 000 руб., в удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТрансТралСервис» в доход муниципального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем принесения апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Саратова.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 31 марта 2025 года.

Судья И.В. Лаврова