По делу № 2-32/18

ПРИГОВОР

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Город Нижний Новгород 10 октября 2018 года

Нижегородский областной суд в составе:

судьи федерального суда общей юрисдикции Мазурук С.В.,

с участием государственного обвинителя – прокурора отдела государственных обвинителей прокуратуры Нижегородской области Лукоянова С.В.,

подсудимых ФИО1, ФИО2,

защитников – адвоката Зыковой С.Ю., предоставившей удостоверение №, ордер № №, адвоката Мошковой С.А., предоставившей удостоверение №, ордер №,

потерпевшей Я.Н.В., 

при секретаре Григорьичевой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

Ч И С ЖАННЫ ВЯЧЕСЛАВОВНЫ, ДД.ММ.ГГГГ

уроженки 

<

адрес> 

<

адрес>, гражданки Российской Федерации, незамужней,

образование 

<

данные изъяты> общее, неработающей, имеющей 

<

данные изъяты> ребёнка 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

адрес> 

<

адрес> 

<

адрес> содержащейся под

стражей по данному уголовному делу с ДД.ММ.ГГГГ

года, не имеющей судимостей,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, и

К И С Е Л Е В А ВИКТОРА АЛЕКСЕЕВИЧА, ДД.ММ.ГГГГ

рождения, уроженца 

<

адрес> 

гражданина Российской Федерации, образование среднее

<

данные изъяты>, холостого, неработающего,

зарегистрированного и проживавшего по адресу: 

<

адрес>,

содержащегося под стражей по данному уголовному делу

ДД.ММ.ГГГГ, ранее несудимого, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО2 совершили убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, с особой жестокостью, группой лиц. 

Преступление совершено при следующих обстоятельствах.

В период ДД.ММ.ГГГГ в ночное время подсудимая ФИО1, находясь совместно со своим знакомым ФИО2 в квартире знакомого А.С.В. по адресу: 

<

адрес>, распивала спиртные напитки. Пришедший в этот период времени хозяин квартиры А.С.В., лег спать. Во сне А.С.В. начал кричать, в связи с чем, у ФИО1, находящейся в состоянии алкогольного опьянения, возникли к нему неприязненные отношения, на почве которых, действуя умышленно, в присутствии ФИО2, осознававшего противоправность ее действий, она нанесла сидящему на диване А.С.В. в область расположения жизненно важных органов – по голове и лицу, множественные удары ладонями и кулаками рук, деревянной разделочной доской, приисканной в кухне, а также один удар приисканной в квартире вилкой в область лица. В процессе причинения данных телесных повреждений у подсудимой ФИО1 возник умысел на убийство А.С.В. путём глумления, нанесения многочисленных прижизненных телесных повреждений, обусловленный причинением потерпевшему особых страданий и мучений, то есть с особой жестокостью.

Реализуя возникший преступный умысел, подсудимая ФИО1, используя в качестве оружия приисканный в квартире нож, нанесла его клинком лежащему на диване А.С.В. многочисленные, не менее 21, удары в область расположения жизненно важных органов – лицо, в том числе в область обоих глаз, голову и туловище, а также в левое плечо и левое бедро. Затем, продолжая реализовать свой умысел, подсудимая ФИО1 приподняла под руки лежащего на диване А.С.В., переместив в положение сидя, и, используя в качестве оружия приисканный в квартире другой нож, нанесла его клинком А.С.В., многочисленные удары в область расположения жизненно важных органов - лицо, в том числе в правый глаз, голову, туловище, по передней поверхности шеи, после чего, произвела клинком ножа неоднократные пилящие движения по передней поверхности шеи.

Поскольку в момент нанесения указанных ударов А.С.В. оказывал сопротивление, уклонялся от ударов и закрывался руками, подсудимая ФИО1, с целью облегчения исполнения задуманного, предложила ФИО2 совместно совершить убийство А.С.В.

Подсудимый ФИО2, ранее наблюдавший за противоправными действиями ФИО1, согласившись на её предложение, присоединился и, действуя согласованно, группой лиц с ФИО1, осознавая общественную опасность своих действий, причиняя потерпевшему особые мучения и страдания в силу нанесения многочисленных прижизненных телесных повреждений, в том числе ножом, сопровождающихся длительной физической болью, то есть действуя с особой жестокостью, предвидя неизбежность наступления смерти А.С.В., и также, как и ФИО1, желая её наступления, с целью подавления сопротивления со стороны потерпевшего, сначала стал удерживать его руки своими руками, в то время как ФИО1 совершила клинком ножа по передней поверхности шеи А.С.В. с целью убийства неоднократные пилящие движения, а затем, продолжая реализовать совместный преступный умысел, нанёс А.С.В. многочисленные удары кулаками обеих рук в область расположения жизненно-важных органов – по лицу и голове, и удар ногой в область ноги А.С.В. После чего, приискав в квартире нож с пластиковой ручкой черного цвета, используя его в качестве оружия, подошел к лежащему на диване потерпевшему и, продолжая реализовывать совместный умысел на убийство А.С.В. с особой жестокостью, причинил ему резаную рану шеи путём производства пилящих движений клинком ножа по передней поверхности шеи А.С.В.

В результате совместных умышленных преступных действий подсудимых потерпевшему А.С.В. были причинены многочисленные прижизненные телесные повреждения, образованные не менее чем от 35 травмирующих воздействий, в виде: непроникающих колотых ран лица (7); проникающей колото-резанной раны (1) передней поверхности грудной клетки справа с повреждением печени и кровоизлиянием в брюшную полость объемом 150 мл; непроникающих колото-резанных ранений головы (18), шеи (2), грудной клетки (6), левого плеча (1) и левого бедра (1), с повреждением по ходу раневых каналов мягких тканей, с кровоизлияниями без реактивных клеточных изменений; поверхностных резаных ран лобной области слева (2); кровоизлияния в мягких тканях левой височной области без реактивных клеточных изменений, причинившие в совокупности тяжкий вред здоровью потерпевшего по признаку опасности для жизни, не имеющие отношения к смерти, а также в виде резаной раны передней поверхности шеи с повреждением хрящей гортани, тела 6 шейного позвонка, мягких тканей, правых общей сонной артерии и яремной вены, с кровоизлияниями в подкожно-жировую клетчатку без реактивных клеточных изменений, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, и от развившейся в результате данной травмы острой наружной кровопотери, наступила смерть потерпевшего А.С.В. на месте происшествия.

Убедившись, что потерпевший от полученных повреждений скончался, подсудимые ФИО1 и ФИО2 завернули труп А.С.В. в ковер, вынесли из квартиры и сокрыли в яме, расположенной около дома 

<

адрес>

В судебном заседании подсудимая ФИО1 по предъявленному обвинению вину признала полностью. Воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний в судебном заседании отказалась, в связи с чем, на основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ были исследованы её показания, данные в ходе предварительного расследования.

Так, из протокола допроса в качестве обвиняемой (т. 5 л.д. 108-112) следует, что в январе 2018 года они с ФИО2 временно проживали в однокомнатной квартире у её знакомого А.С.В., которого она знала около 6 лет. Будучи в состоянии алкогольного опьянения, А.С.В. начинал бубнить что-то непонятное, чем её постоянно злил. В январе 2018 года, после новогодних праздников, 

<

данные изъяты>, точную дату и время не помнит, А.С.В. пришёл к себе в квартиру, разделся и лег спать на диван. Она в это время в этой же комнате распивала спиртное. Во сне А.С.В., как обычно, стал громко кричать. Её эти крики разозлили. Она потребовала от А.С.В. замолчать, дала ему подзатыльник, тот продолжал спать, тогда она нанесла ему удар вилкой в область лица, и продолжила употреблять спиртное. Однако А.С.В. вновь начал кричать, в связи с чем, требуя замолчать, она дала ему пощечину, сходила на кухню, чтобы немного успокоиться, захватила с собой разделочную доску, разбудила А.С.В., стала орать на него, но тот в ответ только мычал, что её сильно разозлило, она нанесла этой доской примерно три удара А.С.В. по голове, отчего разделочная доска разлетелась на две части, примерно три подзатыльника и три пощечины ладонью руки по лицу, и примерно три удара кулаком в область лица. А.С.В. отталкивал её от себя и что-то бормотал, как она поняла, от боли. В момент нанесения ударов ФИО2 находился рядом, все видел, действия её не пресекал. Толкнув сидящего на диване А.С.В. в грудь рукой, отчего тот упал на спину, она, накрыв его одеялом, ушла на кухню, но А.С.В. снова стал сильно кричать, эти крики стали её ещё больше раздражать. Решив убить А.С.В., она взяла раскладной нож, подошла к А.С.В. и нанесла этим ножом ему многочисленные удары куда-то в область сердца, около семи ударов в область головы и лица. Из ран А.С.В. шла кровь. ФИО2 увёл её на кухню успокаивать, но в это время А.С.В. опять стал громко кричать что-то непонятное и говорить, что ему больно. Это ещё больше её взбесило, схватив нож и подбежав к А.С.В., она нанесла ему ножом около 5-7 ударов в область туловища, около 5-7 ударов в область головы, и не менее двух ударов в область глаз. А.С.В. был жив, он сильно кричал от боли, просил, чтобы она его больше не трогала. Она снова стала наносить ему многочисленные удары ножом в область головы и тела, сколько и куда не помнит, находилась в состоянии агрессии. Затем взяла со стола на кухне другой нож с рукоятью светло-серого цвета, приподняла А.С.В., взяв под мышки, посадила на диван, и нанесла ножом около трёх ударов в правый глаз и многочисленные удары в область головы и туловища, наносила очень быстро. Чтобы покончить с А.С.В., стала резать ножом ему горло, производя пилящие движения, но А.С.В. сильно сопротивлялся, закрывался руками, пытался уклониться, поэтому попросила ФИО2 помочь ей убить А.С.В., на что тот согласился, встал ногами на диван над лежащим А.С.В. на уровне его живота, и стал держать А.С.В. руками за руки, чтобы тот не оказывал сопротивление, а она в это время резала А.С.В. горло, но у неё ничего не получалось. А.С.В. в это время стал ещё сильнее сопротивляться. Они с ФИО2 посадили его на диван и, чтобы не сопротивлялся, ФИО2 нанёс ему примерно семь ударов кулаками обеих рук в область лица и головы, пнул ногой по левой ноге. А.С.В. был ещё жив, издавал звуки, начал хрипеть и задыхаться от ударов ножом, которые она нанесла ему по горлу. После этого ФИО2 принёс с кухни нож с рукоятью чёрного цвета и, подойдя к А.С.В., произвёл несколько пилящих движений ножом по передней поверхности шеи А.С.В., перерезав тем самым ему горло. После этого А.С.В. умер, так как перестал дышать и шевелиться. Чтобы скрыть труп и следы преступления, они завернули труп А.С.В. в ковёр, вынесли на улицу и кинули в яму около дома. В эту же яму выбросили два одеяла, подушку в наволочке, два ножа, одежду со следами крови, два фрагмента деревянной разделочной доски. Третий нож выбросили в мусорный бак около дома. После убийства А.С.В. они с ФИО2 дня два ещё проживали в этой квартире, но потом поссорились, ФИО2 ушёл, а через какое-то время и она ушла к сестре.

В судебном заседании подсудимая ФИО1 заявила, что подтверждает данные показания в полном объёме.

Из протокола проверки показаний на месте (т. 6 л.д. 117-133) и приложенной к нему фототаблицы, следует, что обвиняемая ФИО1 подтвердила, что сначала предупреждала А.С.В., а потом психанула и налетела на него, стала наносить колотые удары, при этом потерпевший сильно кричал от боли, просил, чтобы она его больше не трогала, но она продолжала наносить ему удары ножом. ФИО2 по её просьбе держал руки А.С.В., чтобы тот не сопротивлялся, когда она пыталась перерезать ему горло, а потом нанёс потерпевшему примерно семь ударов кулаками в область лица и головы, при этом А.С.В. ещё был жив, поскольку издавал звуки, но начал хрипеть и задыхаться, и перерезал ножом ему горло. Также ФИО1 указала в квартире месторасположение А.С.В., продемонстрировала на манекене механизм нанесения ему ударов руками, разделочной доской и ножами.

О причинении А.С.В. телесных повреждений подсудимая указала и в явке с повинной (т. 1 л.д. 70), уточнив в судебном заседании, что при определении количества нанесённых ею ударов, надо исходить не из данной явки, а из исследованных в суде показаний. 

Таким образом, показаниями ФИО1 подтверждается факт наступления смерти А.С.В. именно в результате причинённых ею с ФИО2 телесных повреждений, несовместимых с жизнью, а также способ лишения его жизни. 

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании пояснил, что вину по предъявленному обвинению также признаёт полностью, показания давать не желает, так как настаивает на своих показаниях, данных в ходе предварительного расследования, и подтверждает их. 

Из исследованных в судебном заседании протоколов допроса ФИО2 в качестве подозреваемого (т. 5 л.д. 215-219) и обвиняемого (т. 6 л.д. 39-43) усматривается, что в период времени ДД.ММ.ГГГГ в квартиру 

<

адрес> расположенную в доме 

<

адрес> пришёл хозяин квартиры А.С.В., у которого они с ФИО1 проживали уже около 3-х недель. А.С.В. разделся и лёг спать на свой диван, они с ФИО1 сидели в этой же комнате на кровати, ФИО1 распивала водку. Уснув, А.С.В. начал во сне громко кричать. ФИО1 отреагировала неадекватно, со словами: «Заткнись!», - дала подзатыльник А.С.В. Когда спустя какое-то время А.С.В. снова стал кричать во сне, дала ему пощёчину, потом разбудила, тот сел на диван, ФИО1 стала орать на него, так как была пьяная, нанесла принесённой с кухни деревянной разделочной доской два-три удара по голове, доска разлетелась на два фрагмента. После этого ФИО1 нанесла А.С.В. рукой около трёх подзатыльников, несколько пощёчин и около трёх ударов кулаком по голове и лицу. При этом А.С.В. отталкивал ФИО1 от себя руками и что-то бормотал. Потом ФИО1 толкнула А.С.В. на диван и накрыла одеялом. Поскольку ФИО1 находилась в агрессивном, неадекватном состоянии на фоне алкоголя, он увёл её на кухню успокоиться, но А.С.В. продолжил сильно кричать, и ФИО1 вернулась в комнату, откуда спустя некоторое время он услышал крики А.С.В. о том, что ему больно. Выглянув в комнату, увидел, что А.С.В. сидит на диване, ФИО1 стоит лицом к нему, в руке у неё раскладной металлический нож и на нём кровь. В этот момент ФИО1, держа в правой руке нож, нанесла им удар А.С.В. в грудную клетку справа, в область сердца. Затем нанесла около 5-7 ударов в область головы сверху. Видел у А.С.В. повреждения в области груди, плеча, на щеке, голове – затылочной и лобной части. А.С.В. был жив, кричал от боли и просил, чтобы его больше не трогали. Он увёл ФИО1 на кухню, стал успокаивать. В это время А.С.В. опять стал кричать что-то непонятное, говорить, что ему больно. ФИО1 снова побежала в комнату, прихватив с собой тот же нож, где нанесла им сидящему на диване А.С.В. 5-7 ударов в область туловища, около 5-7 ударов в область головы и удары в глаза, выколов их. При этом спрашивала о том, видит ли А.С.В., кто наносит ему удары и, тот ответил, что Жанна Чис. После этого ФИО1 стала наносить многочисленные удары А.С.В. ножом в область головы и тела, при этом он уже не считал, сколько ударов и куда. А.С.В. лежал на диване и сильно кричал. ФИО1 взяла с кухни другой нож, с рукоятью светло-серого цвета, приподняла А.С.В. и нанесла 2-3 удара ножом в правый глаз и многочисленные удары ножом в область головы и туловища. Затем ФИО1 стала резать горло А.С.В., но у неё не получалось, так как А.С.В. сильно сопротивлялся. Он подошёл к ним и стал держать А.С.В. за руки, но тот стал ещё сильнее сопротивляться. ФИО1 сказала, что надо покончить с ним, скорую помощь вызывать нельзя, иначе он их сдаст правоохранительным органам. Он понял, что надо убить А.С.В., согласился с ФИО1 Посадив совместными усилиями А.С.В. на диван, он нанёс потерпевшему около 5-7 ударов кулаками обеих рук в область лица и головы, и пнул один раз ногой по ноге. А.С.В. был ещё жив, так как издавал звуки, начал хрипеть и задыхаться от ударов ножом, которые ему нанесла ФИО1 Взяв на кухне нож с чёрной ручкой, чтобы убить А.С.В., он произвёл несколько движений ножом по передней поверхности шеи А.С.В., перерезав ему тем самым горло. После того, как А.С.В. скончался, чтобы скрыть труп и следы преступления: кровь на постельном белье, одежде и ножи, они завернули труп в ковёр, вынесли вместе с вещами, на которых была кровь на улицу, и выбросили в выгребную яму, расположенную в 30 м от дома. Третий нож выбросили в мусорный бак у дома. Выбрасывали вещи частями. Примерно через 2-3 дня они с ФИО1 из-за чего-то поссорились, и он ушёл из квартиры А.С.В. 

Данные показания ФИО2 подтвердил в судебном заседании, уточнив, что всего было три ножа, первый нож, которым ФИО1 наносила удары – металлический складной, второй – столовый с рукоятью светло-серого цвета, а третий нож, которым он перерезал горло А.С.В., – с рукоятью чёрного цвета. 

Об убийстве А.С.В., совершённом им совместно с ФИО1, ФИО2 написал и в своей явке с повинной (т. 1 л.д. 68-69), послужившей поводом для возбуждения уголовного дела по факту обнаружения трупа А.С.В. с признаками насильственной смерти. 

Как следует из протокола проверки показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ (т. 6 л.д. 14-20), ФИО2 непосредственно в квартире указал место, где в комнате находился диван, на котором спал А.С.В., продемонстрировал на манекене свои действия и действия ФИО1 при нанесении ударов потерпевшему. 

Данные показания ФИО2 согласуются с заключением эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 39-45), согласно выводам которого, учитывая морфологию телесных повреждений, резаная рана передней поверхности шеи и другие резаные и колото-резаные раны, кровоизлияния в мягкие ткани левой височной области без реактивных клеточных изменений, обнаруженные при экспертизе трупа А.С.В., образовались не менее чем от 35 травмирующих воздействий и, принимая во внимание характер, локализацию, количество и морфологические особенности, могли образоваться при обстоятельствах, указанных ФИО2 в ходе проверки показаний на месте ДД.ММ.ГГГГ. 

При сопоставлении вышеизложенных показаний ФИО1 и ФИО2 усматривается, что они согласуются между собой, дополняют друг друга, изложенные в них обстоятельства являются взаимоуличающими подсудимых. 

Основания сомневаться в допустимости данных доказательств, по мнению суда, отсутствуют. Как усматривается из протоколов следственных действий с участием ФИО1 и ФИО2, при их проведении органами предварительного расследования были соблюдены все нормы уголовно-процессуального законодательства. Перед допросами, проверкой показаний на месте, каждому из них разъяснялись права, в том числе и право, отказаться от дачи показаний, которым они не воспользовались. И тот, и другая, предупреждались, что данные показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, даже если в последующем они от них и откажутся. Обязательно участвовал адвокат, при этом отводы участвующим в данных следственных действиях адвокатам они не заявляли и от их услуг не отказывались. Никаких замечаний к протоколам о недостоверности изложенных показаний ни сами подсудимые, ни их защитники не написали, подтвердив таким образом, что все изложенное в данных протоколах соответствует действительности, и никаких нарушений процессуального законодательства при этом допущено не было.

При таких обстоятельствах у суда отсутствуют основания полагать, что ФИО1 и ФИО2 оговорили, как каждый себя, так и друг друга, в совершённом преступлении. 

Событие преступления и виновность подсудимых ФИО1 и ФИО2 в лишении жизни А.С.В. подтверждаются и другими доказательствами по делу.

Так, в ходе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 71-85) – участка местности около дома 

<

адрес> из выгребной ямы, расположенной на расстоянии одного метра от указанного дома, на которую указал ФИО2, извлечён свёрнутый ковёр, при разворачивании которого обнаружен труп А.С.В. с полиэтиленовым пакетом на голове и многочисленными повреждениями на голове и туловище. Кроме того, в данной яме обнаружены и изъяты: два одеяла, подушка, наволочка, три кофты, складной металлический нож, два деревянных фрагмента разделочной доски.

Согласно заключениям экспертов 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 235-238), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 223-225), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 185-187), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 197-200), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 210-213), 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 7-9), 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 74-76), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 123-126), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 137-140), на предметах, изъятых из выгребной ямы: ковре, в который был завёрнут труп, кофте сине-серого цвета, двух одеялах, наволочке (пододеяльнике), подушке, двух фрагментах разделочной доски, обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от А.С.В., при этом категорически нельзя исключить примесь крови ФИО2 Также обнаружена кровь, которая произошла от А.С.В. и на изъятых из выгребной ямы кофте бежевого цвета и кофте светло-зелёного цвета. 

Данные выводы экспертов также подтверждают показания ФИО1 и ФИО2 об обстоятельствах совершённого ими преступления, и последующих действиях, направленных на его сокрытие, изложенных в показаниях каждого из них. 

При осмотре места происшествия (т. 1 л.д. 88-103) – квартиры 

<

адрес>, изъяты срезы обоев, часть занавески, нож с пластиковой ручкой белого цвета, сделан соскоб с поверхности шкафа и смыв вещества тёмно-красного цвета с участка пола у шкафа. 

Исходя из заключений экспертов 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 45-47) и 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 58-61) на фрагментах обоев, части тюлевой занавески, соскобе с поверхности шкафа и смыве, изъятых из квартиры А.С.В., обнаружена кровь, происхождение которой не исключается от А.С.В. При этом, возможно присутствие в качестве примеси крови ФИО2 и ФИО1, но только от них одних, как вместе, так и по отдельности, эта кровь произойти не могла.

Указанные выводы экспертов подтверждают показания ФИО1 и ФИО2 о месте совершения преступления в отношении А.С.В., и причастности их обоих к его совершению. 

Как следует из протокола осмотра трупа (т. 1 л.д. 105-118), на котором из одежды были только трусы и носки, а также брюки джинсовые тёмно-синего цвета, на передней поверхности левого полотна которых имелось повреждение, на голове и туловище А.С.В. были обнаружены многочисленные повреждения.

При исследовании трупа А.С.В. в заключении 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 6-12) эксперт пришёл к выводу, что локализация раны левого бедра и повреждения, обнаруженные на левом полотне брюк, которые были на трупе А.С.В., соответствуют друг другу. 

На предметах одежды, имевшейся на трупе А.С.В., обнаружена кровь, происхождение которой по заключению эксперта 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 19-21) не исключается от А.С.В. 

При этом эксперт пришёл к выводу, что категорически нельзя исключить примесь крови ФИО2 и ФИО1 на одежде погибшего, но от них одних она произойти не могла. 

Согласно заключениям экспертов 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 6-12), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 13-14), 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 15), смерть А.С.В. наступила на месте происшествия от острой наружной кровопотери (обильное загрязнение кожных покровов и одежды трупа кровью, наличие в полости желудка около 200 мл крови, массивное кровоизлияние в мягких тканях шеи, малокровие внутренних органов и делипидизация коры надпочечников), развившейся в результате резаной раны передней поверхности шеи с повреждением хрящей гортани, тела 6 шейного позвонка, мягких тканей, правых общей сонной артерии и яремной вены, с кровоизлияниями в подкожно-жировую клетчатку без реактивных клеточных изменений. Данная травма, с входящими в ее комплекс повреждениями, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни № между ней и смертью А.С.В. имеется прямая причинная связь, образовалась она незадолго до смерти (в течение 30 минут), от действия предмета, обладающего режущими свойствами.

Кроме того, при экспертизе трупа А.С.В. были обнаружены: непроникающие колотые раны (7) лица; проникающая колото-резанная рана (1) передней поверхности грудной клетки справа с повреждением печени и кровоизлиянием в брюшную полость объемом 150 мл; непроникающие колото-резанные ранения головы (18), шеи (2), грудной клетки (6), левого плеча (1) и левого бедра (1), с повреждением по ходу раневых каналов мягких тканей, с кровоизлияниями без реактивных клеточных изменений; поверхностные резаные раны лобной области слева (2); кровоизлияние в мягких тканях левой височной области без реактивных клеточных изменений, которые образовались незадолго до смерти (в течении 30 минут), и в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни 

<

данные изъяты> отношения к причине смерти они не имеют. Резаные раны образовались от действия предмета(ов), обладающего(их) режущим(и) свойством(ами). Кровоизлияние образовалось от действия тупого, твёрдого предмета(ов), о тупой твёрдый предмет(ты), о тупую твёрдую поверхность. Колотые раны образовались от действия предмета(ов), обладающего(их) колюще-режущим(и) свойством(ами). Смерть А.С.В. могла наступить от двух недель до двух месяцев до момента секции трупа в морге. 

Этиловый спирт в крови А.С.В. не обнаружен. Учитывая морфологию телесных повреждений, после их получения А.С.В. мог совершать активные целенаправленные действия в промежуток времени, исчисляемый от нескольких секунд до 30 минут.

Таким образом, показания подсудимых о способе причинения телесных повреждений, повлёкших смерть потерпевшего, и орудиях преступления, подтверждаются выводами, к которым пришёл эксперт при исследовании трупа А.С.В.

Из заключения эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 22-24) следует, что морфологические особенности ран шеи потерпевшего соответствуют морфологии резаных повреждений. Одна рана соответствует морфологии колото-резаной раны. Характер данных повреждений прижизненный. Рана на «кожном лоскуте с колото-резаной раной грудной клетки справа» соответствует морфологии колото-резаной раны и также носит прижизненный характер.

В результате экспертных исследований, изложенных в заключении эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 16-21), в краях ран выявлено привнесение железа, что согласуется с показаниями подсудимых об использовании металлических ножей при лишении жизни потерпевшего. 

Как следует из заключения эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 151-156), на лезвии ножа из металла серого цвета, изъятого из выгребной ямы, обнаружена кровь А.С.В., что подтверждает показания ФИО2 о том, что именно этот нож применялся в качестве одного из орудий преступления при нанесении телесных повреждений А.С.В. 

Подтверждаются показания ФИО2 в этой части и выводами, изложенными в заключении эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 78-84), о том, что не исключается возможность образования раны на представленном на экспертизу кожном лоскуте с грудной клетки справа от трупа А.С.В., от действия ножа из металла серого цвета, обнаруженного в выгребной яме. Относительно резаной раны шеи, эксперт указал, что она образовалась от действия режущего орудия, индивидуальные особенности которого в повреждении не отразились. 

Согласно заключению эксперта 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 31-34), на ботинке с правой ноги ФИО2 обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от А.С.В., что также указывает на причастность ФИО2 к причинению телесных повреждений А.С.В. 

Устанавливая период, в который было совершено преступление в отношении А.С.В., суд исходит не только из показаний подсудимых, но и содержащихся в материалах уголовного дела заявления сестры погибшего (т. 1 л.д. 125) и протокола заявления о пропавшем без вести (т. 1 л.д. 129-130), из которых усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ Я.Н.В. обратилась в правоохранительные органы с просьбой разыскать 

<

данные изъяты> А.С.В.., отсутствующего по месту жительства около 14 дней. 

Также допрошенная в судебном заседании потерпевшая Я.Н.В., подтвердив показания, данные в ходе предварительного расследования (т. 1 л.д. 159-163), пояснила суду, что 

<

данные изъяты> А.С.В. проживал по адресу: 

<

адрес>. Последние три года 

<

данные изъяты> часто выпивал, но конфликтным человеком не был, всех привечал, с его слов ей было известно, что у него проживает ФИО1, так как той негде было жить. В конце декабря 2017 года она сама видела в квартире 

<

данные изъяты> ФИО1 и ФИО2, а также ещё был третий мужчина, 

<

данные изъяты> в это время спал на своём диване. Бродяжнический образ жизни он не вёл, ночевал дома, поскольку проживают в одном посёлке, всегда был у неё «на виду». Последний раз она видела 

<

данные изъяты> живым ДД.ММ.ГГГГ, и после этого его в поселке ни кто не встречал, она забеспокоилась, и ДД.ММ.ГГГГ обратилась в полицию. До этого, примерно ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> Я.Д.И. в обеденное время заезжал на квартиру к А.С.В., застал там двоих молодых людей и женщину, по описаниям она поняла, что это ФИО1, которые сообщили, что А.С.В. дома нет, они его ждут, последний раз видели три дня назад, то есть примерно ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ сын и муж снова были в квартире А.С.В., там увидели тех же лиц, со слов которых, А.С.В. они видели три дня назад, то есть примерно ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ она сама поднялась с мужем и сыном в квартиру, на выходе ей встретились ФИО1 с ФИО2, и ещё какая-то женщина, которые сказали, что 

<

данные изъяты> вышел. Обратила внимание, что в квартире нет дивана, на котором обычно спал А.С.В., ковра, лежавшего на полу, а также отсутствует вся одежда 

<

данные изъяты> сломан шкаф. Сменив замок на двери, они ушли, а утром написала заявление о пропаже 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ от сотрудников правоохранительных органов ей стало известно об обнаружении трупа 

<

данные изъяты> Позже, несмотря на обезображенное лицо, она его опознала. 

Из показаний свидетеля Я.Д.И. (т. 1 л.д. 216-219), исследованных в судебном заседании, также следует, что обеспокоенный, 

<

данные изъяты>, отсутствием в посёлке А.С.В., примерно ДД.ММ.ГГГГ около 15 часов он заезжал к нему домой, но А.С.В. в квартире не было, там находились женщина и двое мужчин, один из которых Свидетель №4, из их пояснений он понял, что с 14 января они А.С.В. не видели. Каждый день он ездил по посёлку в поисках А.С.В., но установить его местонахождение ему так и не удалось. ДД.ММ.ГГГГ он застал в квартире А.С.В. тех же людей. Сначала они сказали, что видели А.С.В. «на днях», но потом Свидетель №4 ему признался, что последний раз видел А.С.В. две недели назад. ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов он заходил в квартиру А.С.В. вместе с родителями, встретили двух женщин, одну из которых он видел в квартире в предыдущие разы, на ней была красная куртка, и молодого человека, которого он плохо разглядел, так как в подъезде было темно. Они выходили из квартиры А.С.В. с пакетами, наполненными одеждой. Сменив замок на двери, они ушли, а на следующий день мама обратилась в правоохранительные органы с заявлением по факту исчезновения А.С.В. 

Допрошенный в качестве свидетеля Свидетель №4, показания которого были исследованы в судебном заседании (т. 1 л.д. 220-222), подтвердил, что после новогодних праздников 2018 года его знакомый А.С.В. куда-то пропал, несколько раз он заходил к нему в квартиру, но тот отсутствовал. Каждый раз ФИО1 и ФИО2 говорили, что А.С.В. ушёл. ДД.ММ.ГГГГ, когда он вместе с ФИО1 и ФИО2 находился в квартире А.С.В., туда пришёл Я.Д.И., с которым он находится в приятельских отношениях. На его вопрос про 

<

данные изъяты>, ФИО1 и ФИО2 ответили, что видели его ДД.ММ.ГГГГ, и тот ушёл. Также он обратил внимание, что в квартире отсутствовал ковёр, лежавший ранее на полу, и диван, на котором спал А.С.В. ФИО1 и ФИО2 пояснили, что диван они выбросили, так как А.С.В. его «изгадил». 

Также свидетель Свидетель №4 пояснил, что с конца лета 2017 года в квартиру к А.С.В. стала приходить ФИО1, сначала для совместного распития спиртных напитков, а потом стала там жить, привела своего знакомого ФИО2, с которым у неё были «любовные» отношения. ФИО1, по его мнению, женщина «с характером», слышал, что иногда она выгоняла А.С.В. из его же квартиры. ФИО2 может охарактеризовать как спокойного человека, он вёл себя «как малое дитя», но к людям относился «по-людскому», всегда старался уйти от конфликтов. 

Из протокола допроса свидетеля Свидетель №3 (т. 1 л.д. 202-206) усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ через своего знакомого он познакомился с Жанной Чис, в течение нескольких дней вместе распивали спиртные напитки. В этот период времени ей неоднократно звонил на мобильный телефон мужчина, как узнал позже, ФИО2. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пришла с ФИО2, но спиртные напитки он с ними употреблять не стал, они с ФИО1 постоянного находились вместе, проявляли симпатию друг к другу. Примерно ДД.ММ.ГГГГ в ходе разговора ФИО1 ему сообщила, что пропал её друг А.С.В., и она подозревает, что его убил ФИО2 Позже они к этому разговору не возвращались. 

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №6 (т. 1 л.д. 244-246), до октября 2017 года они сожительствовали с А.С.В., но потом она от него ушла, так как в квартиру стала часто приходить Жанна Чис, которая со временем поселилась в квартире А.С.В. и стала приводить туда «кого попало». Когда ФИО1 выгоняла А.С.В. из его же квартиры, он приходил ночевать к ней, рассказывал, что ФИО1 его «гнобит, унижает». А.С.В. боялся ФИО1, в состоянии алкогольного опьянения та вела себя буйно и неадекватно. Она видела А.С.В. спустя три-четыре дня после новогодних праздников, а потом он пропал. Несколько раз она заходила к нему в квартиру, но не заставала, ФИО1 всё время отвечала, что А.С.В. ушёл. В один из дней, встретив на улице ФИО2, она спросила про А.С.В., тот испугался, у него затряслись руки, и сказал, что он живёт у кого-то в затоне, но она не поверила ФИО2 Также в январе 2018 года, проходя мимо дома А.С.В., обратила внимание, что у мусорных баков валяется подушка с дивана А.С.В. и ещё какие-то вещи. Стоявшая в это время на крыльце дома ФИО1, пояснила, что А.С.В. изгадил диван и им пришлось выбросить подушку. Позже узнала об обнаружении трупа А.С.В. и причастности к его убийству ФИО1 с ФИО2 

Как следует из протокола допроса свидетеля Свидетель №5 (т. 1 л.д. 236-239), подсудимая ФИО1 - 

<

данные изъяты>, которая злоупотребляет спиртным, не работает, гуляет, 

<

данные изъяты>. Постоянного места жительства ФИО1 не имеет, «живёт там, где пьёт». Несколько дней в конце января – начале февраля 2018 года ФИО1 проживала у них дома. У жены имеется планшет, через который она пользуется системой «Интернет», в том числе страницей «ВКонтакте», которая зарегистрирована на него. На странице жены он видел переписку с пользователем «ФИО2» ДД.ММ.ГГГГ. Со слов жены ФИО1 разыскивали, ФИО2 кого-то избил из-за неё, но он так ничего из этого и не понял. О том, что ФИО2 и ФИО1 убили в посёлке мужчину, ему стало известно только после того, как их задержали.

Согласно показаниям 

<

данные изъяты> - свидетеля Свидетель №7 (т. 1 л.д. 207-212, 213-215, 240-243), 

<

данные изъяты> ФИО1 

<

данные изъяты> часто злоупотребляет спиртными напитками, врёт, в состоянии алкогольного опьянения она становится агрессивной. Выражается это в том, что сначала начинает словестно оскорблять, затем может начать применять физическое насилие, нанести телесные повреждения. Последнее время Жанна почти всегда находилась в состоянии алкогольного опьянения, постоянно просила у неё деньги. Фактически она места жительства не имела, жила, где придётся, то у неё несколько дней, то у своих приятелей – собутыльников. А.С.В. она знала давно, их познакомила Жанна, охарактеризовать его может как спокойного человека, признаков агрессии с его стороны не наблюдала. Знакома и с ФИО2, которого Жанна ей представила как своего молодого человека. Он скрытый, молчаливый, спиртные напитки не употреблял, рассказывал, что занимался боксом. Она обратила внимание, что когда те были у неё в гостях, то ФИО2 ни на шаг не отходил от Жанны, даже когда они с ней вдвоём уходили курить в туалет, он шёл за ними, хотя сам не курил. В начале февраля 2018 года, когда Жанна ночевала у неё, она увидела на своём планшете её переписку с ФИО2, и Жанна рассказала, что в квартире А.С.В. ФИО2 без причины набросился на того с кулаками, начал наносить телесные повреждения, выколол оба глаза и перерезал горло, а она в это время находилась на кухне и ничего не делала. Также она пояснила, что опасается ФИО2, потому что он может причинить ей телесные повреждения, обещала сходить в полицию и обо всём рассказать. Она не поверила словам ФИО1, поскольку та достаточно лжива, и рассказывала ей о причинении телесных повреждений А.С.В. с какой-то ухмылкой.

По этому поводу она переписывалась и сама с ФИО2 в Интернете, что подтверждается протоколом осмотра (т. 4 л.д. 72-81) сайта, пользователем которого является Свидетель №7, однако ФИО2 всё отрицал. 

Примерно ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, опять проговорилась, что А.С.В. «валяется» за каким-то сгоревшим домом, и она замучилась молчать. Позже её задержали сотрудники полиции.

Допрошенная в судебном заседании свидетель И.В.К.. – 

<

данные изъяты>, охарактеризовала 

<

данные изъяты> с положительной стороны, пояснила, что знала о встречах 

<

данные изъяты> с ФИО1, вся семья была против этого, со слов 

<

данные изъяты> знает, что сначала всё было хорошо, но потом ФИО1 стала ему врать, также ему не нравилось, что она часто выпивала. 

<

данные изъяты> склонен поддаваться чужому влиянию, а к ФИО1 с его стороны была «влюблённость». В январе 2018 года 

<

данные изъяты> проживал в 

<

адрес> у погибшего А.С.В., и своего брата, дома которых расположены рядом. В это же время она обратила внимание, что 

<

данные изъяты> стал замкнутым, переживал о чём-то, но причину не раскрывал. 

Таким образом, с учётом изложенных доказательств, суд приходит к выводу, что за основу приговора следует брать показания подсудимых ФИО1 и ФИО2, данные при допросах в ходе предварительного расследования (т. 5 л.д. 108-112, 117-133, 215-219, т. 6 л.д. 39-43, 14-20), с учётом уточнений к ним, сделанных в судебном заседании ФИО2, относительно последовательности действий и орудий преступления. 

При этом к показаниям подсудимого ФИО2, данным в судебном заседании: о том, что он не проживал в январе с ФИО1 в квартире А.С.В.; что нанёс А.С.В. 5-7 ударов кулаками по лицу, чтобы облегчить его страдания, а не подавить сопротивление его с ФИО1 действиям, направленным на лишение жизни потерпевшего; что после того, как А.С.В. стал хрипеть, они с ФИО1 пошли совещаться на кухню, а когда вернулись, А.С.В. уже был без сознания; что телесные повреждения он причинил А.С.В. из-за боязни ФИО1, так как опасался, что она и ему причинит телесные повреждения, и из квартиры не ушёл по этой же причине, боялся, что ФИО1 пойдёт за ним следом, или остановит его или покалечит; что способ лишения жизни А.С.В. – перерезать горло, избрала ФИО1, а он только выполнял её указание, опасаясь за свою жизнь, суд относится критически, расценивает как защитную тактику, избранную с целью уменьшить степень своей вины в содеянном. 

Показания ФИО2 в этой части противоречат как его же показаниям, данным в ходе предварительного расследования, так и показаниям подсудимой ФИО1 о том, что после того, как, несмотря действия ФИО2: встав ногами на диван над лежащим потерпевшим на уровне его живота, удерживал А.С.В. за руки, у неё не получилось перерезать горло А.С.В. в силу сопротивления последнего, они с ФИО2 посадили его на диван и, чтобы не сопротивлялся, ФИО2 нанёс ему примерно семь ударов кулаками обеих рук в область лица и головы, и пнул ногой по левой ноге. Указаний перерезать горло А.С.В., она ФИО2 не давала, такой способ лишения жизни потерпевшего он избрал сам. Она никаких угроз в адрес ФИО2 не высказывала, что подтвердил в судебном заседании и сам ФИО2

Кроме того, доводы подсудимого ФИО2 о том, что он боялся ФИО1, и совершил убийство А.С.В. из-за страха за свою жизнь, опровергаются и фактическими обстоятельствами: между ним и ФИО1 были близкие отношения, ФИО2 добровольно встречался с ФИО1, причём, 

<

данные изъяты>, проживал совместно с ней в квартире у А.С.В., как до его убийства, так и несколько дней после. Более того, ФИО2 ранее занимался борьбой, согласно внешнему облику, хорошо развит физически, и у суда отсутствуют основания сомневаться, что при необходимости, он смог бы себя защитить от подсудимой ФИО1, не обладающей такими физическими данными. 

Также ФИО2 пояснил в судебном заседании, что после знакомства с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, у них сложились хорошие, нормальные, близкие, серьёзные отношения, неприязненные отношения друг к другу отсутствовали.

Всё это свидетельствует о надуманности показаний подсудимого ФИО2 в этой части. 

Оснований не доверять показаниям потерпевшей, свидетелей, допрошенных, как в судебном заседании, так и в ходе предварительного расследования, несмотря на несогласие подсудимых с частью из них, касающейся данных им характеристик, суд не усматривает, поскольку они последовательны, логичны, согласуются с другими исследованными в суде доказательствами, обстоятельств, свидетельствующих о наличии неприязненных отношений между подсудимыми и кем-либо из указанных лиц, установлено не было, в том числе, как следует из пояснений ФИО1 в судебном заседании, и у свидетеля Свидетель №6 к подсудимой. 

Незначительные расхождения в показаниях ФИО2 и ФИО1, обусловленные их физиологическими особенностями субъективного восприятия происходящего и запоминания, не влияют на доказанность установленных судом обстоятельств совершенного ими преступления.

Неточности в показаниях ФИО2, данных в ходе предварительного следствия и исследованных в суде, в части применённых орудий преступления, устранены в судебном заседании путём внесения уточнений самим же ФИО2

При этом, относительно складного ножа из металла, который использовался подсудимой ФИО1 в качестве одного из орудий преступления при лишении жизни потерпевшего, суд исходит из показаний подсудимого ФИО2, поскольку они согласуются с заключением эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д.151-156) и заключением эксперта 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 78-84), а также принимает во внимание, что ФИО2, на момент совершения преступления, в отличие от ФИО1, находившейся в состоянии алкогольного опьянения, был трезвый. 

Таким образом, исследовав представленные сторонами доказательства, полученные в соответствии с действующими нормами уголовно-процессуального законодательства, и оценив их в совокупности, суд приходит к выводу, что виновность подсудимых ФИО1 и ФИО2 в лишении жизни А.С.В., установлена и доказана, наступление смерти потерпевшего находится в прямой причинной связи с их действиями.

Государственный обвинитель в ходе судебных прений отказался от обвинения подсудимых по ч. 2 ст. 105 УК РФ с квалифицирующим признаком «группой лиц по предварительному сговору» ввиду отсутствия доказательств наличия предварительного сговора, попросив квалифицировать их действия, как совершение убийства «группой лиц».

Принимая во внимание, что согласно требованиям ч. 2 ст. 252 УПК РФ изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту, при этом отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства предопределяет принятие решения судом в соответствии с его позицией, суд, приняв отказ государственного обвинителя от обвинения подсудимых в данной части, с учётом изложенного, квалифицирует действия каждого из подсудимых, и ФИО1, и ФИО2 по пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершённое с особой жестокостью, группой лиц.

По мнению суда, данная квалификация действий подсудимых полностью нашла своё подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Об умысле каждого из подсудимых на убийство А.С.В., кроме их показаний, свидетельствует и сам характер применённого насилия, тяжесть причинённых телесных повреждений, согласованность действий, охваченных единым умыслом и направленных к достижению общей цели – лишению жизни потерпевшего, орудия преступления – ножи, избранный способ убийства, связанный с нанесением множественных ударов в голову, лицо, шею, область грудной клетки, то есть места расположения жизненно важных органов. Об этом же свидетельствует и поведение подсудимых после причинения телесных повреждений: завернули тело в ковёр, вынесли из квартиры и сбросили вместе с другими предметами, содержащими следы совершённого преступления, в яму. 

Таким образом, подсудимые действовали совместно, с умыслом, направленным на совершение убийства, который возник в процессе причинения телесных повреждений потерпевшему, при этом действия, направленные на лишение жизни А.С.В. первоначально начала предпринимать ФИО1, к которой присоединился впоследствии ФИО2 Они оба являются соисполнителями убийства и непосредственно участвовали в процессе лишения жизни потерпевшего.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, ФИО1 и ФИО2 осознавали общественно опасный характер своих действий, предвидели наступление смерти А.С.В. в результате совместных, согласованных действий и, более того, каждый из них желал её наступления. 

Полностью нашёл своё подтверждение в обвинении обоих подсудимых и квалифицирующий признак убийства А.С.В., как совершенное с особой жестокостью. 

О том, что умыслом подсудимых охватывалось лишение жизни А.С.В. с особой жестокостью, свидетельствует не только количество причинённых потерпевшему ранений, но и избранный ими особо болезненный способ физического насилия: ФИО1, которая ранее нанесла потерпевшему большое количество ударов руками, в том числе и кулаками по голове и лицу, то есть места, пронизанные многочисленными нервными окончаниями, деревянной разделочной доской по голове, от чего та раскололась, колющий удар вилкой в лицо, а затем с целью убийства большое количество ударов ножом по голове, лицу и туловищу, в том числе в глаза, лезвием ножа совершала пилящие движения по шее; ФИО2, наблюдавший как ФИО1 причиняет телесные повреждения потерпевшему, осознавая, что А.С.В. испытывает при этом особую боль, так как слышал, как потерпевший кричал от боли, присоединился к действиям ФИО1, стал удерживать руки оказывавшего сопротивление А.С.В., давая возможность ФИО1 продолжить совершать лезвием ножа режущие движения по шее потерпевшего, продлевая таким образом страдания А.С.В. от испытываемой им боли, после чего, подавив сопротивление потерпевшего путём нанесения ему множественных ударов кулаком по лицу, с целью доведения совместного с ФИО1 умысла до конца, нанёс ему смертельную резаную рану шеи. 

Совместно подсудимыми были причинены телесные повреждения, образованные не менее чем от 35 травмирующих воздействий, все они носят прижизненный характер, при этом, только одна колото-резаная рана передней поверхности грудной клетки справа с повреждением печени и кровоизлиянием в брюшную полость - проникающая, другие 35 колото-резаные раны, непроникающие, глубиной от 0,1 см до 0,5 см, две резаные раны – поверхностные. 

Из показаний подсудимых следует, что смертельную рану шеи, с целью окончательного лишения жизни А.С.В., подсудимый ФИО2 причинил в последнюю очередь, при этом избрав для этого не менее жестокий и мучительный способ.

Как усматривается из заключения эксперта (т. 2 л.д. 6-12), все повреждения были причинены А.С.В. незадолго до наступления смерти (в течение 30 минут), то есть прижизненно, а значит каждым причиненным повреждением были задеты нервные окончания, при этом каждое последующее повреждение усиливало действие предыдущего, то есть с учетом множественности повреждений, физическая боль также увеличивалась. При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют сомнения в том, что процесс причинения каждым из подсудимых ранений потерпевшему А.С.В. сопровождался особенной болью. 

По мнению суда, нанесение такого множества прижизненных, не вызываемых необходимостью ранений, а также избрание такого жестокого способа убийства, как перерезание горла, то есть причинение явно излишних страданий, не обусловленных основной целью данного деяния, свидетельствует о желании каждого из подсудимых причинить потерпевшему А.С.В. в процессе лишения жизни особые мучения и страдания, о проявлении ими особой жестокости. 

По мнению суда, с учётом вышеизложенного, исключается причинение А.С.В. смерти подсудимым ФИО2 в состоянии крайней необходимости, в результате психического либо физического принуждения со стороны подсудимой ФИО1 

Тот факт, что подсудимые ФИО1 и ФИО2 полностью осознавали общественно опасный характер своих действий в момент совершения преступления, и руководили ими, подтверждается и заключениями экспертов.

Так, согласно заключению 

<

данные изъяты> экспертов 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 146-149), подсудимая ФИО1 не выявляет признаков какого-либо психического расстройства, 

<

данные изъяты>, что, однако, не лишает её возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В период, относящийся к инкриминируемому деянию, она не обнаруживала признаков какого-либо временного психического расстройства, а была в состоянии простого алкогольного опьянения. В настоящее время она также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. 

<

данные изъяты> 

В соответствии с выводами, изложенными в заключении 

<

данные изъяты> экспертов 

<

данные изъяты> (т. 3 л.д. 133-136), ФИО2 

<

данные изъяты> В период, относящийся ко времени совершения инкриминируемого ему деяния, он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства, а был в состоянии простого алкогольного опьянения, мог в полной мере и может в настоящее время, осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В его поведении отсутствовали признаки расстроенного сознания, обманов восприятия, бредовых переживаний, он сохранил в памяти четкие воспоминания о своих действиях, правильно проецирует их в месте, времени и пространстве. Может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. 

<

данные изъяты> 

У суда отсутствуют основания подвергать сомнению, как данные выводы экспертов, так и другие заключения экспертов, на которые имеются ссылки в приговоре суда. Экспертизы были назначены в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, проведены экспертами, обладающими специальными познаниями в данных областях, имеющими большой стаж работы, в описательной части ими подробно изложено, на основании чего и в результате каких исследований они пришли именно к таким выводам.

Таким образом, исходя из материалов дела, касающихся личности подсудимых, обстоятельств совершенного ими преступления, у суда нет оснований сомневаться в психической полноценности ФИО1 и ФИО2, в связи с чем, суд признаёт их вменяемыми в отношении инкриминируемого каждому из них деяния.

При назначении наказания подсудимым суд руководствуется принципом справедливости, закреплённым в ст. 6 УК РФ, положениями ст. 60 УК РФ, при этом учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, что совершённое ими преступление относится к категории особо тяжких, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей, а также личности виновных.

Подсудимая ФИО1 – характеризуется удовлетворительно (т. 6 л.д. 79), вину признала, раскаялась, что суд, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признаёт смягчающими наказание обстоятельствами, активно способствовала расследованию преступления, изобличению другого соучастника преступления, в материалах дела содержится её явка с повинной, что суд на основании п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ также учитывает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание.

Подсудимая ФИО1 имеет 

<

данные изъяты> ребёнка (т. 6 л.д. 81), однако участия в его воспитании и материальном содержании не принимала, 

<

данные изъяты>. При таких обстоятельствах, наличие у ФИО1 

<

данные изъяты> ребёнка, судом не может быть признано, обстоятельством, смягчающим наказание. 

Подсудимый ФИО2 – характеризуется удовлетворительно (т. 6 л.д. 103), вину признал, в содеянном раскаялся, что суд, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признаёт смягчающими наказание обстоятельствами. Кроме того, в материалах дела имеется его явка с повинной, которая послужила поводом для возбуждения уголовного дела, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, изобличению другого соучастника преступления, что суд, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признаёт обстоятельствами, смягчающими наказание. 

Оснований для признания в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого ФИО2, совершение преступления в результате физического или психического принуждения, предусмотренного п. «е» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд не усматривает, ввиду отсутствия такового. 

Как усматривается из материалов дела, и нашло подтверждение в ходе судебного следствия, подсудимая ФИО1 имеет склонность к злоупотреблению спиртными напитками. Данное обстоятельство согласуется и с выводами экспертов (т. 3 л.д. 146-149). Преступление она совершила также, будучи в состоянии алкогольного опьянения. При этом, по мнению суда, исходя из установленных обстоятельств дела, именно нахождение ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения способствовало развитию противоправного поведения в отношении потерпевшего, приведшего к умышленному причинению смерти А.С.В.

В связи с чем, учитывая характер и степень общественной опасности совершённого преступления, обстоятельств его совершения и личности ФИО1, основываясь на принципе свободы оценки доказательств, закреплённом в ст. 17 УПК РФ, в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, суд признаёт обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Поскольку у ФИО1 имеется отягчающие наказание обстоятельство, суд, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при назначении ей наказания не применяет правила ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2, по делу не установлено. Однако, учитывая положения ч. 3 ст. 62 УК РФ, суд, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, назначая наказание ФИО2, также не применяет правила, предусмотренные ч. 1 ст. 62 УК РФ. 

Принимает суд во внимание при назначении наказания и состояние здоровья подсудимых, в том числе заболевания, указанные в описательной части заключений 

<

данные изъяты> комиссии экспертов (т. 3 л.д. 133-136, 146-149), а также сведения о состоянии здоровья каждого из подсудимых, указанные в справках, приобщённых в ходе судебного следствия, однако не усматривает оснований для назначения наказания кому-либо из них с применением ст. 73 или ст. 64 УК РФ.

По мнению суда, с учетом вышеприведённых доводов, наказание ФИО1 и ФИО2, должны отбывать в местах лишения свободы, так как иная мера не сможет обеспечить достижение целей наказания. 

Учитывая обстоятельства совершённого, данные о личности, требования ст. 53 УК РФ, подсудимому ФИО2 подлежит назначению дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное ч. 2 ст. 105 УК РФ.

Относительно подсудимой ФИО1, у которой, как установлено в ходе судебного следствия отсутствует место постоянного проживания на территории Российской Федерации, с учётом положений ч. 6 ст. 53 УК РФ, не может быть назначено дополнительное наказание в виде ограничения свободы. 

Правовых и фактических оснований для изменения категории преступления, совершённого ФИО1 и ФИО2, не имеется.

Вид исправительного учреждения каждому из подсудимых суд назначает исходя из положений ст. 58 УК РФ.

Потерпевшей Я.Н.В. гражданский иск заявлен не был (т. 1 л.д. 173).

Судьбу вещественных доказательств суд разрешает в соответствии со ст. 81 УПК РФ:

джинсы и ботинки, изъятые в ходе выемки ДД.ММ.ГГГГ у подозреваемого ФИО2, и находящиеся на хранении в камере хранения СО 

<

адрес>: 

<

адрес> (т. 4 л.д. 163-167), с учётом мнения подсудимого ФИО2, подлежат передаче 

<

данные изъяты> И.В.К.

как следует из расписки И.В.К.., приобщённой в ходе судебного разбирательства, изъятый у подсудимого ФИО2 мобильный телефон, возвращён ей следователем ДД.ММ.ГГГГ; 

другие предметы, признанные вещественными доказательствами, не представляющие материальной ценности, подлежат уничтожению.

Из материалов уголовного дела усматривается, что за осуществление защиты обвиняемых ФИО1 и ФИО2 в ходе предварительного расследования следователем было принято решение о выплате за счёт средств федерального бюджета вознаграждений их адвокатам (т. 6 л.д. 132-139). 

В силу закона, процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплачиваемых адвокату по назначению за оказание юридической помощи, могут быть взысканы с осуждённого, либо возмещены за счёт средств федерального бюджета в случае, если они были реально понесены. Однако в судебное заседание не представлено сведений о том, что фактические выплаты вознаграждений адвокатам по данным постановлениям были произведены, в связи с чем, суд не разрешает в приговоре вопрос о распределении указанных процессуальных издержек. 

В ходе судебного производства в порядке ч. 3 ст. 51 УПК РФ, по назначению, без заключения соглашения с клиентом, защиту ФИО1 осуществляла адвокат Зыкова С.Ю., защиту ФИО2 осуществляла адвокат Мошкова С.А.

В соответствии с ч. 5 ст. 50 УПК РФ расходы по оплате их труда были компенсированы за счет средств федерального бюджета, и взысканы с ФИО1 и ФИО2, о чём одновременно с приговором 10 октября 2018 года вынесено отдельное постановление.

Разрешая вопрос о мере пресечения ФИО1 и ФИО2 до вступления приговора в законную силу, учитывая тяжесть обвинения, данные о личности, требования ст. 97, 99, 255 УПК РФ, то обстоятельство, что суд пришёл к выводу о назначении каждому из них наказания в виде лишения свободы на длительный срок, а также действуя в целях сохранения баланса между интересами данных лиц и необходимостью гарантировать эффективность системы уголовного правосудия, суд считает необходимым оставить ФИО1 и ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражу. 

Поскольку в ходе судебного разбирательства установлено, что фактически ФИО2 по подозрению в совершении преступления, за которое осуждается данным приговором, был задержан 14 февраля 2018 года, а не в 00 часов 35 минут 15 февраля 2018 года, как указано в протоколе (т. 5 л.д. 150-154), время его задержания, подлежащее зачёту в срок отбытия наказания, надлежит исчислять с 14 февраля 2018 года.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд 

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 15 лет, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «д», «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 13 лет, с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

В соответствии со ст. 53 УК РФ возложить на осуждённого ФИО2 следующие ограничения: в течение 1 года 6 месяцев после освобождения из мест лишения свободы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, не изменять место жительства или пребывания, не выезжать за пределы муниципального образования, наименование которого будет определено уголовно-исполнительной инспекцией, в которой ФИО2 должен будет встать на учёт в соответствии с предписанием, полученным при освобождении из учреждения, в котором будет отбывать лишение свободы, обязать его один раз в месяц являться на регистрацию в указанный специализированный государственный орган. 

Меру пресечения ФИО1 и ФИО2 оставить без изменения – заключение под стражу до вступления приговора в законную силу. 

Срок отбывания наказания исчислять каждому из подсудимых с 10 октября 2018 года. Зачесть в срок отбытия наказания ФИО1 и ФИО2 время задержания и время содержания под стражей каждому с 14 февраля 2018 года по 9 октября 2018 года. 

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

- ковер, вещи с трупа А.С.В., одеяло сине-белого цвета, подушку сине-белого цвета, одеяло бело-зеленого цвета, кофту светло-зеленого цвета, кофту бежевого цвета, кофту, наволочку с рисунком в виде орнамента, два фрагмента разделочной доски, пепельницу, фрагменты обоев со следами вещества темно-красного цвета, образец крови, образец слюны, ногтевые срезы с трупа А.С.В., марлевый тампон со смывом вещества темно-красного цвета, соскоб вещества темно-красного цвета, смывы с правой и левой рук ФИО2, смывы с правой и левой рук ФИО1, часть тюлевой занавески со следами вещества темно - красного цвета, концевые срезы ногтей правой и левой рук ФИО1, концевые срезы ногтей правой и левой рук ФИО2, волосы от трупа А.С.В., два ножа, – уничтожить;

джинсы и ботинки, изъятые в ходе выемки ДД.ММ.ГГГГ у подозреваемого ФИО2, возвратить 

<

данные изъяты> И.В.К. (

<

адрес>), а в случае невостребованности в течение шести месяцев со дня извещения о возможности возврата – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации через Нижегородский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными в тот же срок со дня вручения копии приговора. 

Решение суда в части меры пресечения может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Нижегородского областного суда в течение 3 суток со дня вынесения приговора. 

В эти же сроки в случае подачи апелляционной жалобы, а также со дня вручения копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих интересы осуждённых, каждый из них вправе в апелляционной жалобе, отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление заявить о желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции, а также поручить осуществление своей защиты избранному защитнику, либо заявить ходатайство суду апелляционной инстанции о назначении защитника. 

Председательствующий С.В. Мазурук